Читать «Прирождённый целитель. Семейное дело» — Сергей Баранников онлайн
Страница 3 из 5
— А ничего странного он не находил?
— Отметил странную структуру организма, но ничего такого, что стоило бы внимания.
Зато я прекрасно знал что было не так с телом этого вождя.
— Знаете, я должен устроить вам небольшой экскурс в историю. У вас есть немного свободного времени? Давайте присядем на лавочке, потому как сил у меня не так много, да и мы выглядим нелепо, торча посреди улицы. Не хватало, чтобы дочь решила пораньше заглянуть сюда и заметила нас.
Мы прогулялись до ближайшего парка и устроились на одной из свободных лавочек.
— Дело в том, что в прошлом существовала ещё одна разновидность дара, которая в наши времена практически не встречается. Это заговорщики, или шептуны, как их называли в народе. Они накладывали различные заклятия и являлись универсалами. Владельцы этого дара могли как лечить, так и причинять невыносимые страдания своим врагам. Их слабым местом была скорость. Иногда шептуны могли неделями залечивать раны, или изводить врага, но для этого не всегда требовалось находиться рядом. Разумеется, такая мощь и странный вид сыграли с ними злую шутку. В Средневековье многих шептунов сожгли на кострах или казнили. Часто даже под выдуманными предлогами. Их изгоняли из городов и убивали, опасаясь возмездия. Но в те века, когда жил этот вождь, шептунов было полно, и я думаю, что один из этих людей наложил заклятие на ожерелье, или на всю могилу. Беда только в том, что у наших целителей практически не осталось знаний, которые помогли бы бороться с проклятиями шептунов.
И откуда бы им взяться у меня? Думаю, если дар Шумского и подсказывал, что я смогу отыскать решение проблемы, то дело явно не в шептунах и проклятиях. Всё куда прозаичнее. Вот уж где точно пригодилась моя деятельность детектива, иначе как бы я смог разгадать загадку с этой болезнью?
— Думаете, всё-таки придётся ампутировать? — произнёс Шумский, посмотрев на свою руку. -Некоторые целители настаивали на этой процедуре, но я боролся до последнего в надежде, что смогу отвоевать её.
— Проблема не столько в руке и ожерелье, которое вы обнаружили, а в останках человека, фонивших радиацией…
— Простите, чем фонили? Не понял последние слова.
— Излучали энергию проклятия, которое наложил так называемый вами шептун. Ваша рука напрямую контактировала с ожерельем. Хорошо, что вы не догадались надеть его на себя, иначе уже были бы мертвы.
— Надеть? Как можно так халатно относиться к археологическим находкам? Разумеется, я не кинулся примерять его, а бережно переложил в специальный контейнер, как только рассмотрел.
— Да, но вся комната была заполнена энергией заговоров, а это значит, что всё ваше тело получило сильное облучение.
— Вы хотите сказать, что ампутация руки не поможет? — догадался мужчина. На удивление, он был совершенно спокоен. Видимо, за столькие годы успел смириться со своей участью.
— Боюсь, что ампутации не избежать, но это не всё. Тут даже не в ампутации дело. Нам придётся здорово побороться за вашу жизнь.
— Понимаю, — неожиданно согласился Шумский. — Знаете, а ведь из той экспедиции в живых осталось всего три человека. А нас было семнадцать, если мне не изменяет память. Но я готов сделать всё, что скажете.
— Для начала, нужно убрать ожерелье из вашей комнаты. Думаю, оно до сих пор фонит радиацией и портит жизнь не только вам, но и остальным членам семьи. Передайте его в музей, но только предупредите, чтобы артефакторы изготовили для него надёжный короб из прочного стекла со свинцовыми вставками. Ну, а я пока составлю план лечения. Приступим как можно скорее, потому как и без того время упущено.
Я понимал, что самому мне будет сложно справиться с этой проблемой. Нужен совет от более опытного целителя. Пожалуй, впервые за всё время моей целительской практики я столкнулся с проблемой, что моих знаний оказывается недостаточно для исцеления пациента.
Но к кому обратиться? Михайловский теоретик, и ничем не сможет помочь кроме консультаций. Шеншин? Юрий Александрович наверняка потребует экстренной госпитализации, на что Шумский никогда не согласится. И потом, после ампутации он просто будет наполнять его тело энергией, а этого недостаточно. Выходит, остаётся только Вельский. Пусть Владислав Гаврилович на полставки работает в той же больнице, но у него есть своя клиника, и к частной практике он относится куда проще.
Кроме того, мне не помешает порыться в памяти и вспомнить как в моём мире лечили пациентов с лучевой болезнью. Думаю, с помощью дара эффективность такого лечения можно повысить в разы. Только бы этого оказалось достаточно!
При первой же возможности я заглянул к Вельскому.
— Николай, я не перестаю удивляться вашей непосредственности и наглости, — рассмеялся Владислав Гаврилович, когда я озвучил ему свою просьбу. — Вы хотите, чтобы я помог вам с пациентом? Пусть он приходит в нашу клинику, мы ему поможем.
— Проблема в том, что он этого не сделает, а случай реально сложный. Вы слышали когда-нибудь о проклятиях, насылаемых заклинателями? Их ещё называли шептунами.
— Павлов… — выдохнул Вельский и устало потёр переносицу. — Где вы только берёте такие случаи? Неужели кто-то в нашей губернии родился с даром заклинателя? Я не слышал о таком. Обычно он передавался по наследству, а тут такое событие! В любом случае я ничем вам не помогу с этим проклятием.
Потерпев неудачу с Вельским, я попробовал заручиться поддержкой Шеншина или Басова, но оба раза промахнулся. Я надеялся, что хотя бы старший целитель, работающий на «скорой», окажется более сильным на практике, но даже у Матвея Анатольевича на практике не было подобных случаев. Что поделать, раз мирный атом до сих пор остаётся неизвестным в этом мире. Что же, придётся разбираться самому.
Кое-что удалось нарыть в библиотеке, крохи информации вытянул из всемирной сети, где упоминались похожие случаи. К концу дня я смог составить примерный план лечения. Первый делом удаляем почерневшую руку. Это источник проблем, который заметно ослабляет организм. В период реабилитации заливаем энергию, чтобы помочь организму справиться с нагрузкой, а после начинаем третий этап лечения. Здесь понадобится не только поддерживать организм, но и постараться вывести радиоактивные элементы. Понимаю, что они и так пробыли там слишком долго, но оставлять их дольше никак нельзя. Я бы вообще постарался сперва убрать их, а уже потом заняться рукой, но это слишком рискованно. Также придётся поработать с костным мозгом, чтобы тот скорее вырабатывал клетки крови. Да и переливание можно сделать, если Шеншин пойдёт навстречу и отыщет желающих. Помимо работы с даром целителя я рассчитывал посадить Шумского на диету, которая поддержит его пищеварительную систему и поможет вывести из организма нежелательные элементы. Стоит не забыть о пище, богатой йодом…
Голова шла кругом от обилия задач, поэтому я записывал всё в блокнот. Когда Шумский пришёл на первый приём, я уже ждал его в компании Насти.
— Николай, я же просил не впутывать в это дело мою дочь, — нахмурился Владимир Евграфович.
Что, не ожидал? Выходит, не такой уж и крутой из тебя предсказатель, раз ты не смог предугадать этот ход. А ведь он был предсказуемым, потому как других помощников отыскать не удалось, а провести эту процедуру одному мне вряд ли будет под силу.
— Пап, это несправедливо! — выпалила Настя, прежде чем я успел хоть что-то сказать. — Я несколько лет искала способ тебе помочь, кучу сил потратила, на поддержание твоего состояния, украдкой старалась помогать, чтобы ты не замечал, потому как отвергал любую мою помощь. Я в академии училась, как заведённая и с радостью пошла на подработку к Нику в надежде научиться хоть чему-то новому и отыскать способ тебе помочь, а ты продолжаешь меня отталкивать!
— Прости, дочь, я не хотел втягивать тебя в эти проблемы, — принялся оправдываться мужчина.
— А меня ты об этом не пытался спросить? — на глаза Насти навернулись слёзы. — Хоть раз поинтересуйся у близких чего хотят они!
Девушка развернулась и выбежала из кабинета, оставив нас с Шумским одних.
— Увы, в одиночку я не смогу работать так эффективно, поэтому лечение мы будем проводить на пару с Настей. Ампутацию рекомендую проводить на базе больницы, потому как у них есть пара дежурных врачей, которые смогут круглосуточно присматривать за вами, младший медицинский персонал и все необходимые условия. А как только вы выпишетесь, мы приступим к дальнейшей работе.
Владимир Евграфович понимающе кивнул и вышел из кабинета, а я не стал его догонять. Отцу и дочери нужно было поговорить с глазу на глаз. Меня же ждали новые пациенты, хоть я и не ждал никого так рано.
Машина Бердникова остановилась во дворе, а не на парковке, как это бывало раньше, а из бронированного внедорожника выбрались два телохранителя и вытащили раненого человека. Роман Николаевич вышел сам, осмотрелся вокруг и смог на своих двух добраться до чёрного хода, где их уже встречал Ардатьев.
— Пётр, пропусти! — скомандовал я, заметив гостей.
Раненого сразу занесли в процедурную, а Бердников прислонился к стене и постарался перевести дыхание.
— Что случилось? На вас напали?
— Я бы сказал, что деловая встреча не задалась, и пошла по худшему сценарию, — пробормотал Бердников. — Остальное позже. Руслану нужна экстренная помощь.
— Почему не вызвали «скорую», или не отвезли его в больницу? — принялся я отчитывать владельца ювелирной лавки, но уже по ходу дела понял причину. Судя по всему, встреча Бердникова была неофициальной и должна была пройти без посторонних глаз и ушей. Вот только чего не ожидал роман Николаевич, так это того, что придётся вступать в конфликт. Всё-таки обросла жирком наша знать и запустила себя. Встретили молодую дерзкую кровь, и едва совладали с ними. Эдак недолго повторить судьбу Рима, павшего под натиском варваров.
— Скажем так, нам лишнее внимание ни к чему, — ответил аристократ. — «Скорая» в любом случае не приедет на такой вызов одна, а если хранители порядка увидят полдюжины обгоревших туш, то к нам будет много вопросов.
— У нас тоже не реанимация. Из подготовленных целителей я один, Настя — ещё стажёр. Думаете, реанимировать тяжёлого пациента — простое занятие?
— В любом случае, у нас больше шансов, если этим займётесь вы, а не целители в больнице. И потом, давайте будем честны — в больнице тоже не великие одарённые работают. Если нам не повезёт, Руслан умрёт ещё до попадания на операционный стол.
— Боюсь показаться настырным, но если не поторопиться, он умрёт у нас на руках, — заметил Бердников.
Я понимал на что рассчитывал Роман Николаевич. Аристократ прекрасно понимал, что я не брошу умирать пациента, поэтому смело направился сюда. Пока мы беседовали, я успел провести поверхностную диагностику и отметил, что жизни Бердникова ничего не грозило, а вот с его телохранителем нужно было что-то решать в ближайшие минуты.
— Рина, свяжись с нашим первым посетителем на сегодня и скажи, что приём отменяется.
— Но ведь она уже в пути, а до приёма осталось меньше часа! — возмутилась администратор.
— Пообещай ей два бесплатных сеанса на любое удобное для неё время и запиши в пустые окошки.
Разумовская хотела что-то возразить, но я не стал терять время на споры и зашёл в процедурную. Долг гражданина требовал от меня немедленно сообщить о случившемся в полицию или в службу имперской безопасности, но долг целителя говорил о том, что и без того много времени потрачено, и любое промедление может стоить пациенту жизни. Пришлось отложить сложный моральный выбор на потом и заняться своими прямыми обязанностями.
Телохранителю Бердникова здорово досталось. Судя по всему, он принял на себя волну пламени, выпущенную стихийником, а следом за ней и пулю из ружья. К счастью, она прошла между рёбер и не задела жизненно важных органов, но от этого рана не становилась менее серьёзной. Судя по всему, он потерял много крови.
— Насть, займись нервной системой, — отдал я указание. — Мне нужно заблокировать чувствительность его нервных окончаний в месте ранения и ожога.
— Сделаю! — отозвалась девушка. Вид крови и ужасных ожогов нисколько её не смущал. За время работы целителем в кабинете она насмотрелась и не такого. Хорошо! Потому как я всерьёз волновался на её счёт. Всё-таки проводить настолько серьёзные операции ей ещё не приходилось. Вообще я не хотел впутывать девушку в эту историю, ведь наверняка Ерохин явится с нарядом и будет расспрашивать о случившемся, но другого выхода не оставалось. Сам я точно не смогу помочь Руслану.
Пока Настя спасала пациента от шокового состояния, я поддерживал дыхание, сердцебиение и занимался поиском пули. Парню здорово повезло, что она прошла мимо крупных кровеносных сосудов. Буквально пару сантиметров выше, и его бы попросту не довезли до кабинета.
Я потянулся к набору стерильных инструментов, которые всегда были наготове в процедурной — привычка со «скорой». Никогда не знаешь когда они понадобятся. Там за стерильностью и порядком следила санитарка Даша, а в кабинете всё приходится делать самому.
Пулю удалось извлечь достаточно быстро. Пятнадцать минут работы с даром, и рана практически залечена. Осталось лишь наложить повязку из лекарственных трав и проследить, чтобы пациент не вставал. Хотя, в его состоянии он явно не сможет это сделать в ближайшее время, а через пару часов целительная энергия сделает своё дело.
— Займись Бердниковым, — попросил я Настю.
Я уже успел заметить, что до него добрался перевёртыш, острыми когтями немного разодрал шею и распорол бок, но важные органы не задеты, да и раны были плёвые, но обеззаразить и подлечить не помешает. Настя вполне может справиться сама.
С ожогом оказалось куда сложнее. Площадь была достаточно обширная. Пересадкой кожи здесь не обойтись, поэтому я занялся регенерацией. На это ушёл ещё один час.
— Настюш, подхвати дыхание, — попросил я девушку, потому как понимал, что силы на исходе.
В конечном счёте, нам с Настей удалось стабилизировать состояние пациента.
— Ник, там человек ждёт, — произнесла Рина, ворвавшись в процедурную.
— Выйди! — приказал я, потому как сейчас это была операционная, в которой должна быть полная стерильность.
— Ник, она ждёт уже минут пятнадцать, — стояла на своём девушка.
— Я уже почти освободился. Извинись и попроси подождать ещё минут десять.
Закончив с телохранителем Бердникова, я занялся своим важным гостем. Настя уже всё сделала, а мне осталось лишь проверить её работу и убедиться, что всё сделано безупречно.
— Нас зажали с двух сторон, когда мы ехали на встречу в загородный дом, — неожиданно заговорил Бердников, будто это имело для меня значение. — Никаких переговоров не было, одарённые сразу бросились в бой, а простолюдины поддерживали их стрелковым оружием. К счастью, я ещё не совсем позабыл свои навыки — поджёг оборотня, пусть тот и смог добраться до меня и цапнуть, а затем выжег всё вокруг. Какая-то минута, Ник, и шесть бездыханных тел.
— А как же повелитель стихий, сражавшийся против вас? — удивился я. — Неужели он не смог выставить перед собой защитный барьер? Или ему удалось уйти?
— Не было никакого повелителя стихий, Ник.
— А Руслана, выходит…
— Да, — сухо произнёс Бердников. — Он первым вступил в бой, получил ранение и не смог отойти на безопасную дистанцию. Надеюсь, теперь ты понимаешь, что его спасение было для меня первоочерёдной целью?
Да, дружественный огонь — страшная вещь. Особенно, когда это реально огонь, вызванный повелителем стихий.
— Вам нужно уходить, — выдавил я из себя, устало опускаясь на стул.
— Разумеется, — ответил Бердников и кивком отдал приказ своим телохранителям унести Руслана. — Николай Александрович, надеюсь на ваше понимание. В том, что мы уничтожили группу негодяев, нет ничего зазорного. Это были наёмники, которые за деньги были готовы убивать. Без них мир станет только лучше. Вы ведь прикроете меня?
— Да, все на каторгу пойдём. И вы, как виновники торжества, и мы, как соучастники, — отозвался я.
— Я в долгу не останусь, — пообещал Бердников, выходя из процедурной вслед за своими телохранителями.
— Ты как? — спросил я у Насти, увидев усталое выражение на её лице. Халат девушки местами был измазан кровью, а за свой наряд я уже вообще молчу.
— Бывало и лучше, — выдавила из себя улыбку Шумская. — Ник, а это считается моей первой операцией?
— Разумеется! Только мы никому об этом не скажем. Давай быстро переодеваться, а одежду пусть бойцы Бердникова заберут с собой.
Я швырнул окровавленные халаты в окно, чтобы один из телохранителей Романа Николаевича поднял их и спрятал в машине. Если будут осматривать кабинет, эти халаты могут стать вещественным доказательством нашей вины, а мне этого совсем не хотелось. Уверен, Бердников найдёт способ избавиться от них. Недаром он умеет повелевать стихиями.
Только мы успели накинуть новенькие халаты и принялись поправлять одежду, дверь распахнулась настежь.
— Я же сказал, что приглашу! — выпалил, поворачиваясь к входу. Ожидая увидеть на пороге Рину, я застыл, потому как посетитель явно не был похож на Разумовскую.
— Господин Павлов, у меня к вам будет несколько вопросов, — произнёс Мадьяров, сверля меня взглядом.
Глава 4. Сомнения
— Кирилл Витальевич? Вы несколько не вовремя, — произнёс я, расправляя непослушную складку на халате.
— Начальник имперской безопасности всегда приходит не вовремя, это его обязанность, — проворчал Мадьяров и осмотрелся. — Кто здесь был до меня?
— Никого кроме нас двоих.
— Тогда почему вы задержали приём почти на полтора часа? — продолжал допрос начальник имперских ищеек.
— Разве я должен вам отчитываться? — удивился я. — Это мой кабинет и мои правила. У нас вышли непредвиденные обстоятельства.
Я бросил взгляд на девушку, чтобы намекнуть на эти самые обстоятельства и сбить ищейку со следа.
— Павлов! Ты проводишь на работе каждый день. То в составе экипажа скорой целительской помощи, то в своём кабинете. Я не сомневаюсь, что ты здесь занимаешься не только работой, но я никогда не поверю, что ты заставишь своих пациентов ждать ради своей прихоти.
— Да? А как же те случаи, когда меня похищали люди Потехина? Или вспомнить историю с аварией по милости Любимовых? Я больше недели провёл на больничном.
— Но эти проблемы не зависели от тебя, а сейчас ты пытаешься скормить мне информацию, будто не удержал свои эмоции под контролем и решил поставить крест на своей карьере, заставляя пациентов ждать, — Мадьяров щёлкнул языком, расхаживая вокруг операционного стола. Благо, мы успели привести его в порядок.
— Это обыск?
— Нет, пока дружеский визит. Давненько я не бывал в Дубровске. Как видишь, обстоятельства вынудили снова явиться сюда. Выгнать бы взашей этого Короткова, да некого вместо него поставить. Пусть он не справляется со своими обязанностями, но лучше пусть будет он, чем совсем никого, иначе вы тут совсем распоясаетесь. Знаешь какие обстоятельства заставили меня бросить дела и примчаться сюда?
— Я отошёл от дел и не интересуюсь обстоятельствами, которые заставляют вас срываться с места.
— А зря! — проворчал Мадьяров. — Из тебя вышел хороший союзник. Вот только ты обмяк и перестал держать нос по ветру, а местная знать и не думала оставлять свои дела. Буквально пару часов назад я находился в Яре и обедал в одном уютном местечке. Но, видишь ли, какая беда случилась? Кому-то в Дубровске захотелось устроить разборки. Как результат, семь трупов, а я так и не успел дообедать. Моя пшеничная каша с овощами так и осталась на столе, а я здесь, голоден и зол.
Мадьяров не сводил с меня глаз и отметил как я удивился, услышав о семи телах. Бердников говорил о шести нападавших. Выходит, он ошибся? Или это начальник ищеек намеренно искажает данные, чтобы заставить меня переспросить? А, может, он решил проверить кто сливает информацию и намеренно скормил мне недостоверные данные. Всё, что угодно возможно, когда речь идёт о сотрудниках службы имперской безопасности и их уловках.
— Удалось установить личности погибших? — перешёл я сразу к делу.
— Шутишь? Они обгорели настолько, что даже серебряные цепочки на шеях расплавились.