У меня вырвался истерический смешок, а Даниил удовлетворённо покивал.
– Так-то лучше. А теперь пошли котлеты есть, дорогая.
– Только если они из твоей травоядной любовницы, – тихо, но с угрозой проговорила я. А потом подхватила кроссовки, которые муж по привычке бросил посреди коридора, и продолжила: – А если нет, то катись отсюда колбаской. До-ро-гой!
И, не глядя, вышвырнула обувь в коридор.
– Что за… – услышала ругань.
Оглянувшись, застыла при виде танкиста, который прижимал ладонь к глазу, а в другой руке держал кроссовок.
– Ой.
И всё. Слова кончились. Потому как всё в мужчине было великолепным. Парадная форма, идеальные стрелки на брюках, награды на груди. Будто на парад собрался! И фингал под глазом слегка выбивался из героического образа.
– Простите мою жену, – подсуетился Даня. – Работа у неё собачья!
– Жизнь с тобой у меня была собачья, – в ярости прошипела ему. – С кобелём жила.
А потом виновато улыбнулась танкисту.
– Простите, я случайно. Надо бы приложить лёд.
– У вас есть? – ухмыльнулся мужчина и, игнорируя Даниила, вошёл в квартиру.
– Конечно. – Поспешно заглянула в сумку. – Вот, сухой лёд!
– А что с дверью? – прижав его к лицу, мужчина обратил внимание на развороченный замок.
– Я ключи дома забыл, – очнулся Даня. – Вот и пришлось спасателей вызывать…
– Это незаконное проникновение, – сухо перебила я. – Этот человек ушёл к любовнице, и ключа у него не было. Мы в процессе развода.
– Вот как? – Танкист глянул на Даню так, что тот едва не попятился.
Признаться, и у меня мурашки по спине побежали. От этого человека исходила такая властная энергия, что даже сердце пропустило удар. Он не повысил голоса, продолжая говорить тихо, но напряжение в воздухе заметно сгустилось.
– Тогда советую оплатить ремонт замка и немедленно удалиться.
– А чего это вы здесь раскомандовались? – попытался возразить Даниил. – Вы вообще кто?
– Я? – танкист дёрнул уголком твёрдых правильно очерченных губ и прищурился. – Подполковник Баталов Ивар Милославович.
– Любовник твой? – окрысился Даня.
– А вот это тебя вообще не касается, – не выдержала я и подтолкнула мужа к выходу. – Вали к своей травоядной. И котлеты свои забери! Явишься ещё раз – полицию вызову!
– Зачем полицию? – тонко улыбнулся Ивар. – Позовите меня.
Один шаг танкиста, и Даниил попятился, едва не скатившись по ступенькам. Удержавшись за перила, метнулся вниз прямо в моём фартуке. И уже с первого этажа крикнул:
– Шалава!
Баталов помрачнел и пошёл следом за моим мужем с таким выражением лица, что в груди ёкнуло, и я удержала его за рукав. Танкист обернулся, и я выпалила:
– Может, тарелочку борща?
– Хорошая мысль, – улыбнулся мужчина.
Ох, какая у него улыбка! Открытая, мальчишеская, с ямочками на щеках. Есть чем залюбоваться.
– Только его ещё сварить нужно, – виновато добавила я. – Подождёте немного?
– Пока вам замок починю, – пообещал Ивар, и колени едва не подогнулись.
Он и это умеет? Золотой человек! Не знала, почему и зачем явился муж, и знать не хотелось. Поэтому была очень благодарна танкисту, что помог избавиться от неприятного гостя.
План был хорош, но не успела я и шага сделать в сторону кухни, как по лестнице сверху вниз с диким криком вождя индейцев сбежала молодая женщина. Одежда её была в ярких кляксах, а волосы дымились. Я на миг замешкалась и лишь проводила странную особу взглядом, а вот Ивар выскочил в коридор и рявкнул:
– Анастасия!
Наверху показалась невинная моська девочки, которая недавно якобы проглотила патрон.
– Па, тётя Таня почему-то не хочет со мной играть!
Глава 6
Мы сидели за столом, и я с интересом переводила взгляд с папы на дочь, которые уплетали мой борщ с одинаковым аппетитом. Суровый подполковник и очаровательная малышка, внешность которой была практически кукольной. Огромные глазищи, круглые щёчки с ямочками… Как у папы.
«Так, стоп! – жёстко осадила себя. – Не хватало ещё влюбиться в семейного мужчину!»
«Но он такой брутальный! – простонала внутри меня некая личность, которая раньше голоса не подавала. – Натуральный полковник!»
«Подполковник, – постаралась заглушить голос, подталкивающий меня к соблазну. – Нет, нет и нет. Если поддамся его мужской харизме, тогда чем я буду отличаться от травоядной, которая соблазнила Даню? Разве что количеством килограммов и вкусовыми пристрастиями. А мне этого не хочется…»
«Отличаться от стройной газели?» – обиженно поддела часть меня, которая почти потеряла голову от Ивара.
Нашу общую голову, между прочим! Я не собиралась поощрять в себе раздвоение личности, поэтому завершила диалог с альтер эго на высокой ноте: «Становиться беспринципной сукой».
И постаралась забыть совет Иры исцелить разбитое сердце новой любовью.
– Спасибо, – сыто выдохнул Ивар и отодвинул пустую тарелку.
– Это вам спасибо, – мгновенно отозвалась я и повела плечом. – Вы же починили мою дверь.
«И вернули душевное равновесие».
Было отрадно видеть, что не все мужчины такие, как Даня, который и молотка в руках не держал. Я пять лет просила его поменять розетку, а потом заклеила её, чтобы не портить себе нервы.
– Был рад помочь, – улыбнулся Ивар, и я невольно ответила ему улыбкой.
Анастасия, работая ложкой, поглядывала на нас исподлобья, и я кашлянула, отворачиваясь.
Чужой мужчина. Чужой мужчина!
– Простите, важный звонок, – вдруг вскочил Ивар.
Прижимая к уху трубку и чеканя шаг, он направился из кухни, а потом и из квартиры, аккуратно прикрывая за собой дверь. Мы с девочкой остались наедине, и та отложила ложку.
– Как вас зовут? – начала она неожиданно деловым твёрдым тоном.
– Веснушка… – вырвалось у меня. Кашлянув, поправилась: – Любовь Владимировна. А ты, как я слышала, Анастасия?
Девочка поморщилась:
– Ненавижу это имя. Папа зовёт меня так, когда зол.
– Тогда, может, Настя?
– Дурацкое имя, – насупилась она. – Ещё Настенькой назовите!
– Тося? – вспомнив случай с патроном, предложила я.
И тут девочка снова заулыбалась. А потом спрыгнула со стула и обогнула стол. Потянулась ко мне, прижимая ладонь к губам, и прошептала:
– Спасибо, что не выдали. Я о патроне!
– Не за что, – ответила я, любуясь девочкой.
Вот бы и у меня родилась такая милая дочка! Но думать о детях было некогда, сначала учёба, потом работа. А с таким графиком, как у меня, не то что родить, беременеть некогда!
– Простите, – услышала приятный низкий голос Ивара, и внизу живота полыхнуло, будто тело отозвалось на его мужественный тембр. – Мне срочно нужно в часть. ЧП… Впрочем, неважно. Тося, одевайся!
– Неужели повезёте девочку в часть? – заволновалась я.
Выразительно приподняла брови, мол, история с патронами может повториться. Мужчина дёрнул уголком рта.
– У меня выбора нет. Оставить Тосю не с кем. Место в детском саду мне обещали дать лишь с понедельника. А няня… Это была четвёртая за три дня. Боюсь, в агентстве мой номер теперь в чёрном списке.
Он тяжело вздохнул, а у меня на языке вертелся вопрос насчёт мамы девочки. Почему такими вопросами занимается только папа? Может, она тоже врач? Или они в разводе? От этой мысли сердце сладко дрогнуло. Что, если этот потрясающий мужчина свободен?
Воистину, надежда делает нас слепыми, глухими и глупыми!
– Тогда пусть останется со мной, – вырвалось у меня.
Я тут же прикусила язык, ведь совершенно не знала, что буду делать с ребёнком, но было поздно. Лицо Ивара практически осветилось, но мужчина тут же нахмурился и отрицательно покачал головой.
– Спасибо, но я не могу быть таким наглым.
– Что вы? – горячо убеждала его.
«Что ты делаешь? – паниковала про себя. – Ты после суток, сама на ногах еле держишься. Как планируешь занять ребёнка?»
Но всё же упрямо продолжала:
– Это меня можно назвать наглой. Я вас облила… Потом случайно ударила обувью. Стыдно вспомнить! И вообще вы столько раз мне помогали, так позвольте отплатить тем же.
Ивар сурово поджал губы и с сомнением покосился на дочь, явно не ожидая от её поведения ничего хорошего.
– Не хочу в часть, – насупилась Тося. – Там скучно.
– Вот, – обрадовалась я поддержке со стороны ребёнка.
Наверное, ей понравился мой борщ.
Ивар нехотя достал из кармана визитку и протянул мне.
– Если хоть что-то случится, сразу звоните.
Потом погрозил дочери пальцем и, подхватив фуражку, убежал. Я же посмотрела на Тосю и улыбнулась: такой милый ангелочек!
Как же я ошиблась…
Глава 7
По работе мне иногда приходилось общаться с детьми, но это было нечасто. Я совершенно не знала, что предложить девочке. Не включать же ей мультфильмы, как это делала моя мама? Впрочем, мне на детство жаловаться не приходится, ведь я почти всё время проводила на улице с друзьями. С Даней…
Ещё не хватало думать об этом изменнике!
Я всячески избегала мыслей о том, как сильно Даня меня ранил. Зная себя, понимала, что стоит позволить пролиться хотя бы одной слезинке, и я провалюсь в депрессию. Потому всеми силами цеплялась за потрясающий образ привлекательного соседа, мечтая о новых чувствах. И пусть это самообман, зато безопасный и действенный.
Девочка уже осмотрелась в моей квартире и, сев на диван, притянула к себе один из зарубежных медицинских журналов, которые я покупала каждый месяц.
– Знаешь английский? – спросила я и опустилась рядом, желая наладить контакт с ребёнком.
– Немного, – важно кивнула она, перелистывая страницы и разглядывая картинки. Пояснила: – Учили в старом садике.
Погрустнела, видимо, вспомнив о друзьях, которых пришлось оставить в городе, откуда они с папой приехали. Я мало что знала о новых соседях. Только то, что с понедельника Тося будет ходить в соседний садик.
– Теперь моя очередь задавать вопросы, – вдруг заявила девочка.
– Слушаю, – невольно улыбнулась я.
Она ревниво прищурилась, словно пыталась пронзить меня взглядом.
– Вы хотите замуж за моего папу?
«Хочу!» – мелькнуло в мыслях.
