Она как таблетка, без которой я сдохну. Сдам себя и сдохну.
Мне надо её увидеть. Сейчас. Именно сейчас. И плевать на всё. И на всех.
Понимаю, что поступаю как придурок! На кону поставлено слишком многое! И всё равно… Это «многое» не может перевесить моё желание видеть её.
Крадусь как вор. Но я ведь и есть вот! Вор, который пришёл не за шмотками. Не за побрякушками. Я пришёл за другим.
Идти в комнату Быка? И?!
Тут же накроют. Там камеры.
Вдруг раздаётся какой-то шелест.
Не дышу. Спиной прижимаюсь к стенке и не дышу.
Звуки становятся громче. Зажмуриваюсь. Алкоголь не лишает меня последней осторожности.
В голове сразу же проносится план – вырубить ударом по башке. Думаю над следующим шагом, но тут…
Слышу едва различимый вздох. Такой слабый, что кажется, это ветер в открытое окно прошелестел. Но мне хватает, чтобы понять, что это она.
Она! Рядом. Совсем рядом. Мне кажется, я дыхание её слышу.
В груди всё пылает. Лёд от ожидания кого-то другого молниеносно тает и обжигающей жидкостью растекается по телу. Капли пота выступают на спине и майка липнет к телу.
Открываю глаза и медленно отлепляю голову от стены и поворачиваюсь на звук.
И едва сдерживаю победный рык.
Она!
Да, это Алёна.
Я поедаю её взглядом.
Она стоит спиной ко мне и она как будто голая.
Она не включает лампы и я наблюдаю за ней в отблеске лунного света.
Алёна, конечно, не голая. Она в какой-то тонкой пижаме. Она так сливается с её кожей, что и не заметно, что на ней что-то надето. Но там есть. Короткие шорты и топ.
Взгляд начинает метаться. Я не знаю, на чём остановиться! Что сожрать первым?
Кровь вскипает и неконтролируемым потоком несётся в пах. У меня встаёт.
Иначе и быть не могло. Но так молниеносно? Как вспышка.
Не отрывая взгляда от задницы Алёны, на автомате поправляю натянутую ткань джинсов, давая немного свободы.
Дыхание становится слишком частым и слишком громким. Еще немного и она заметит меня. Почувствует.
Алёна в этот момент тянется к шкафу и топ задирается. Она встает на носочки, выпячивая попку.
Как же меня рвёт от желания схватить её за бёдра и прижаться пахом к этой упругой заднице. Прямо между булок. Приподнять её и…
Не выдерживаю и громко выдыхаю.
Слишком громко.
Алёна тут же оборачивается. Во взгляде испуг. Она не видит меня. Уверен, что не видит. Только блеск моих глаз в полумраке.
Резко дёргается в сторону, но я оказываюсь быстрее. Одной рукой подхватываю её за талию и приподнимаю.
Лёгкая.
– Помо… – начинает кричать она и я второй рукой закрываю ей рот.
Оттаскиваю её в самый темный угол. В угол, который тоже не попадает в объектив камер.
Глава 14. Раф
Я чувствую её страх. Кожей чувствую. И от этого у меня у самого адреналин подскакивает до предела.
Меня как будто накачали энергетиком и сердце того и гляди выскочит, чтобы упасть и превратиться в отбивную.
Утыкаюсь во что-то. Похоже, на стол. Подсаживаю туда девчонку, но руку ото рта пока не убираю.
– Тихо. Это я, – говорю чуть слышно. Как будто это вот моё «это я» должно её успокоить.
Наоборот! Она начинает извиваться и пытаться слезть.
– Алёна, – прошу я. – Тихо. Иначе нам обоим конец.
И это действует.
Она замирает. Смотрит на меня, не моргая.
Глаза уже постепенно привыкли к полумраку, и я различаю тонкую фигуру в моих руках. Темнота словно усиливает все остальные ощущения. Я не могу видеть Алёну, но я её чувствую.
Эмоции настолько острые, что, мне кажется, я трезвею сразу же.
Медленно убираю руку от её рта. Очень медленно. Готовый в любой момент снова заткнуть её.
Но девчонка молчит. Смотрит на меня ошалелым взглядом, но молчит.
– Вот так, – улыбаюсь я. – Молодец.
Прохожусь голодным взглядом по дрожащей фигуре и придвигаюсь к ней. Она сама раздвигает ноги. Вынуждена это сделать под моим напором.
Я готов наброситься на неё. Разорвать в клочья то, что закрывает её тело от моего взгляда.
И мне самому страшно от этих эмоций. Внутри меня зверь, готовый вырваться наружу, чтобы получить своё.
Вот она. Совсем близко. Ближе только если я войду в неё.
Взгляд замирает на часто вздымающийся груди.
Дыхание сбивается и я пытаюсь выровнять его. Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю.
Сожрать. Вот, что я хочу сделать сейчас с Алёной. Наброситься на неё и губами покрыть каждый сантиметр этого так вставляющего тела. Смять её. Смять сильно. Подмять под себя, чтобы полностью в моей власти оказалась.
Тонкая такая. По сравнению со мной просто малышка. Наверное, если полностью лягу на неё, то раздавлю.
А я хочу лечь. Так, чтобы лишить её движения. Чтобы делала только то, что скажу.
От желания всё тело пронзает острыми иглами. Каждый нерв. А в паху вообще, как будто шокером ударяют.
Меня трясёт. Чувствую, что трясёт. Меня никогда ещё так не накрывало от тёлок.
Секс для меня – обычное дело. Раньше я вообще их собирал. Тёлок. В коллекцию. Потом надоело. У всех одно и то же. У всех…
Тогда почему сейчас внутри все рвёт и мечет? Почему пальцы дрожат от желания прикоснуться? И только остатками разума я понимаю, что, стоит коснуться её, и всё!
Я сам боюсь себя. И точно такой же страх читаю в глазах Алёны. Именно это останавливает меня. Удерживает на цепи. Отдёргивает.
Она, конечно, узнала меня. Узнала. По голосу. Или разглядела в полумраке.
Проходят какие-то доли секунды, а мне кажется, что вечность. Разве может такой поток эмоций накрыть за секунду?
Девчонка, похоже, понемногу приходит в себя. Первая. Осматривается по сторонам и произносит тихо:
– Ты что? Какая-то опасность? Тебя Бык прислал?
А я смотрю на эти медленно двигающиеся губы и громко сглатываю.
– Малой? – она толкает меня в плечо.
Быстро поднимаю взгляд и хватаю её за руку. Сильно сжимаю.
– Не называй меня так, – цежу, приближая к ней лицо.
Девчонка отстраняется.
Додавить её? Чтобы на спине оказалась. И навалиться? И мять! И мять!
– Тебя Бык так называет, – несмело произносит она и взглядом блуждает по моему лицу.
А я понимаю, что меня подрывает от упоминания Быка. Она уже второй раз это делает.
Бешусь.
Потому что представляю, что он уже наваливался на неё. Что мял.
Мял мою Алёну!
Мою!
Идиот. Придурок!
– Замолчи, – шиплю я.
– Почему? Ты можешь сказать, что случилось? Опасность какая-то? Это Бык…
Не выдерживаю. Это выше моих сил. Опять слышать это имя.
– Цыц! – рявкаю на неё.
– Мне это не нравится, – хмурит брови и строго смотрит на меня. – Отпусти.
Упирается ладонями мне в грудь. И, сука! Зря она делает это. Касается меня.
Я ведь до последнего держался. Не трогал её. Взглядом пожирал её, но не трогал!
А она сама.
От места касания разряды по всему телу. Адские руки. Одним пальцем она задевает мой сосок. И чувствую, как волосы вокруг него дыбом встают. А потом эта же реакция идёт вниз по дорожке волос прямо в пах.
Медленно поднимаю взгляд с её рук на лицо. И, похоже, она все понимает. В глазах опять испуг.
Хочет убрать ладони, но я придвигаюсь за ними. Не хочу разрывать контакт. И не могу. Потому что это словно источник моей жизни. Подпитка. Убрать – и всё!
– Ты… ты что? – лепечет, а сама взгляд мне на рот опускает.
Понимает, что я приоткрыл его, чтобы сожрать её.
Губы зудят. До такой степени хочется впиться в неё.
– Ма… – и сама обрывается. – Раф…
А потом берёт и кончиком языка облизывает свои губы.
А у меня как в замедленной съёмке это её движение. Тонкий язычок скользит по пухлым губам, заставляя их блестеть.
Делаю резкое движение на неё и она ойкает. Оглядывается назад, хотя там всё равно нихера не видно.
