До чего же ты докатилась, Айлин. Не смогла своего малыша сберечь.
Ведь буквально пару недель назад думала, что наконец моя мечта сбудется и я стану матерью. Но судьба решила в очередной раз нанести удар и отнять то, чего я добилась с таким трудом.
Вытерев влажное от слез лицо, выхожу и все-таки иду к окну, собираюсь открыть, но мою руку накрывает большая и теплая ладонь Яниса, который неожиданно оказывается за спиной и, наклонившись, вдыхает аромат моих волос.
Приятно. Он соскучился. Но едва вспоминаю слова свекрови, отшатываюсь и хмурюсь, бросая на мужа злобный взгляд.
На мои вопросы про блондинку, о которой говорила Надежда Мирославовна, он так и не ответил. Сказал, что кроме меня никого в его жизни нет и быть не может. А мать врет, чтобы нас разлучить.
Никаких доказательств предательства Яниса у меня нет. Наезжать и бросаться обвинениями смысла не было, однако червь сомнения все-таки поселился во мне. Начал грызть, жрать меня изнутри.
– Я домой хочу, – говорю вместо приветствия.
Янис хмурится и опять поджимает полные губы, явно недовольный моей реакцией на него.
– Ты вчера попросила, чтобы я тебя увез… – напоминает он. – Я поговорил с врачом, согласились выписать тебя завтра.
Завтра… Выдохнув, прикрываю глаза и киваю. Две недели как-то смогла потерпеть, еще один день потерплю. Другого выхода у меня в любом случае нет.
– Спасибо, – отзываюсь тихо.
Хочу пройти мимо, но Ян, положив руки мне на плечи, останавливает. Наклоняется и смотрит в глаза с такой болью, что сердце сжимается.
– Я соскучился, Лина, – говорит он с хрипотцой в голосе, а потом впивается в мои губы.
Целует медленно, терпеливо. Не получив от меня ответа, отпускает. Разочарованно выдыхает:
– Люблю тебя. Только тебя. Пожалуйста, любимая, не сомневайся во мне, в моих словах. В моих чувствах!
– Прости, – шепчу виновато, – но… я не думаю, что твоя мать стала бы врать, бросаться такими словами просто так. Это… сильные, страшные обвинения! Янис, я хочу, чтобы ты был откровенен со мной, как это было всегда. Пожалуйста… Если даже предал…
Замолкаю. Мысли о возможной измене Яниса меня уничтожают.
Он устало трет лицо. Я вижу: выглядит неважно. Вымотался. Наверное, много работает, а из-за меня торчит тут почти целыми сутками. Я же каждый раз вижу его рядом, когда прихожу в себя.
И после всего этого сомневаюсь в его любви? В его искренности? В его чувствах ко мне?
Да! Сомневаюсь, черт побери, и это меня просто убивает. Смотрю в любимые глаза, на лицо, губы и не могу позволить себе сделать ответный шаг вперед. Обнять его, поцеловать – не могу, хоть и очень хочу!
– Моя мать сама не знает, какую ересь несет. Зря я вообще жил с родителями столько времени. Изначально надо было забрать тебя и поехать в другое место. В наш с тобой дом, а не торчать там, где нам не рады. Поздно, конечно, я очухался.
– Не рады были только мне, Янис, если ты не забыл, – отбиваюсь.
– Если мать решила разрушить семью родного сына, значит, и мне были не рады, Айлин, – проговаривает сквозь зубы.
Темные глаза снова сверкают, а на скулах ходят желваки. Взгляд невольно опускается на венку на шее мужа, которая так часто бьется. Сглатываю, подняв голову, и смотрю в упор.
– Поэтому мы переедем, – заканчивает он.
Я даже не знаю, что сказать. В голове образовывается каша. Интуиция подсказывает, что свекровь не врала, но глупое влюбленное сердце не хочет принимать факт предательства любимого мужа.
Смотрю ему в глаза и задаю немой вопрос: «Ты же меня любишь, Ян? Ты же не спал с другой женщиной?»
Янис, будто почувствовав и поняв, что означает мой взгляд, лишь горько усмехается. Зарывается пальцами в мои волосы и притягивает к себе, обнимает так крепко, что вот-вот кости поломает. А я вдыхаю исходящий от него запах. Такой любимый… Приятный. Родной!
– Для начала мы поедем к твоим родителям, Янис. Я хочу поговорить с Надеждой Мирославовной. Задать ей пару вопросов. А потом… – Сглатываю, чувствуя горечь во рту. – Я подумаю, стоит ли нам жить вместе… в другом доме.
– Ты все-таки во мне сомневаешься. – Его голос пропитан болью. – Айлин, вспомни, как мы познакомились. Я всю жизнь только тебя любил. До тебя знать не знал, что такое любовь, о которой все вокруг болтают и страдают от нее. А я был счастлив! Был счастлив с тобой. Да я и сейчас счастлив… Как подумаю, что врачи могли бы не спасти тебя, так сердце разрывается в клочья. Лин, я подыхал каждую секунду, пока ждал за дверью… Когда тебе делали операцию. Клянусь, не смог бы жить, если бы с тобой что-то случилось…
Он говорит тихо, хрипло. Говорит так, что мурашки рассыпаются по коже. Я чувствую, что эта речь – не какая-нибудь выдумка или игра, чтобы меня убедить. Я не могу не верить ему.
Прижимаюсь щекой к груди мужа и обнимаю торс, ощущая, как Ян расслабляется. Как часто и громко бьется его сердце.
– А я не переживу, если узнаю, что в твоей жизни была другая, Ян. Это будет хуже смерти. Ты понимаешь?
Он молчит. Шумно сглатывает, обнимает меня крепче, но молчит.
– Ты моя первая и единственная любовь. Как и я твоя. Лучше подохнуть, чем лишиться тебя. И если вдруг ты исчезнешь, Айлин, знай, что я не смогу нормально жить. Слышишь меня?
– Янис… – Я не знаю, что сказать. Как дать понять, что я тоже без него не смогу, но простить предательство… невозможно! Даже несмотря на безумную любовь. – У нас не будет детей в ближайшее время. Ты же так хочешь стать отцом…
– Еще не поздно, – обрывает уверенно.
– Это сколько ждать надо… И не факт, что у меня получится забеременеть. Может… – Ком в горле застревает, не дает ни дышать, ни сглотнуть. Больно произносить эти слова, но… – Может, действительно твоя мама права? Лучше жениться на той, которая родит тебе ребенка. И…
– Больше никогда не повторяй такое, – перебивает жестко. – Этому не бывать. Я ни с кем не стану связывать свою жизнь, кроме тебя. Либо будешь ты, либо никого. Точка.
Глава 5
Янис появляется, когда я, стоя у окна и глядя вдаль, расчесываю волосы. Забрав расческу, сам начинает баловаться, играть с прядями. Он всегда был любящим и заботливым мужем. Никогда не давал в обиду, следил, чтобы другие не позволяли себе лишнего.
Так и было до недавних пор. На меня лишь смотрели с таким презрением, что сразу было понятно, как неприятна моя персона. Свекровь и старшая сестра Яниса почему-то изначально считали, что я недостойна такого мужчины, как Ян. Ведь я никто. Сирота. Ребенок, которого воспитывала тетя мамы.
Да, было неприятно, но со временем я перестала обращать на них внимание. Ведь Янис всегда рядом. Как дома, так и на работе. Именно благодаря его поддержке я стала бухгалтером, а потом начала работать у него в офисе. О таком мужчине мечтает каждая женщина – любящий, заботливый, умный, успешный. И такой красивый. Мужчина, который всегда прикроет спину и защитит. Поэтому я никогда не сомневалась ни в нем, ни в его чувствах. А свекровь воткнула в мое сердце такой гвоздь, что я все-таки перестала доверять мужу.
И вот вчера и сегодня он не отходил от меня. Ведь обещал, что заберет отсюда. Днем со мной, а ночью – перед компьютером, прямо в палате… Все работал и работал.
И опять уставший, снова выглядит неважно.
В ответ на мои слова, что ему нужно поспать, Ян лишь насмешливо качает головой.
Прикрыв глаза, наслаждаюсь тем, как он аккуратно расчесывает мои длинные волосы, а потом, кажется, заплетает их. Это он тоже умеет – ему нравится, когда они выглядят красиво. За своими волосами муж тоже ухаживает.
Невольно вспоминаю тот день, когда мы познакомились. Лил дождь, я выбежала из университета – спешила на работу. Сама не поняла, как поскользнулась и упала посреди дороги. А потом услышала визг шин и, закрыв лицо ладонями, закричала. Тогда появилось ощущение, что все вокруг меня замерло. Никакого шума, никаких звуков. Абсолютная тишина. До тех пор, пока не почувствовала, как меня встряхивают за плечи.
Это, конечно, был Янис. Влажная челка прилипла ко лбу, глаза красные-красные. Тогда испугались мы оба. Я попыталась встать, но Янис вместо этого убрал мои промокшие волосы с лица и оглядел. Так внимательно… А потом внезапно обнял, да так крепко, что дышать стало нечем.
Он подхватил меня на руки, как пушинку, и отнес к своей машине. Включил обогреватель, заметив, как я дрожу. Это было не от холода, я просто очень сильно испугалась. Янис накинул мне на плечи свой пиджак, от которого так пахло, что голова шла кругом.
Он ничего мне не сказал… Никакого упрека, никаких обвинений. Лишь аккуратно вел автомобиль, а я понятия не имела, куда он меня везет, и не решалась спросить.
Остановившись неподалеку от торгового центра, он попросил выйти из машины. Я хлопала глазами и смотрела на этого безумно красивого мужчину, не понимая, чего он хочет и куда мы приехали.
– Переодеться не хочешь? Ты вся мокрая.
Я впала в ступор окончательно.
– Мне на работу надо. Я опоздаю.
– Я тебя отвезу. Но для начала нужно переодеться и высушить волосы.
Кивнув, вышла из машины, но передвигалась слишком медленно. Взяв под локоть, Ян потянул меня в нужную сторону. Второй этаж, отдел женской одежды. Он указал девушке-консультанту, что надо принести и какого размера. Выбрал все сам, даже белье. Было настолько стыдно, что я не могла поднять на него взгляд.
Переодев меня в новую одежду, повел на четвертый этаж. Там размещались салоны красоты. Мне высушили волосы, сделали укладку. Только после этого он посмотрел на меня одобрительно и кивнул.
– Теперь можешь идти на работу. Куда отвезти?
– Я сама… Извините, и без того ваше время отняла, – пробормотала я, все так же глядя себе под ноги.
Он не прокомментировал мои слова. В этот раз взял не за локоть, а за руку и уверенно повел к лифтам, а потом – на выход. Дождь уже прекратился. И гром перестал греметь. Но все еще было прохладно.
– Садись, – пригласил он, открыв переднюю пассажирскую дверь.
Я наконец осмелилась поднять голову и взглянуть в черные как смоль глаза. И сразу попала в плен.
Янис тоже с интересом разглядывал меня.
– Где ты работаешь?
– В библиотеке, – ответила, тяжело сглотнув, и назвала адрес.
И опять звенящая тишина в салоне автомобиля. Было страшно повернуть голову и посмотреть на него снова, а еще… стыдно. Я смущалась! Никогда раньше не видела такого красивого мужчину, не разговаривала с такими. Всегда избегала мужского внимания. Сейчас я хотела получше разглядеть его, но так и не решалась. Покраснела, наверное, до ушей. Ведь рядом человек, от одного взгляда и запаха которого кружилась голова.
– Спасибо, – поблагодарила я и потянулась к ручке двери.
– Тебя как зовут?
Он дернул меня на себя, взяв за руку. Не позволил выйти.
– Ай… Айлин.
– Ян. Точнее, Янис, – улыбнулся, демонстрируя ряд белоснежных зубов и ямочки на щеках. – Звони, если что-то понадобится, Айлин. Договорились?
Опустила взгляд на визитную карточку, которую Янис мне протянул. Забрав, открыла дверь и вышла из машины.
– Спасибо за все, – поблагодарила его снова, уверенная, что звонить не стану.
Спустя три дня, выходя из библиотеки, увидела знакомую фигуру. На секунду даже показалось, что у меня галлюцинации. Ведь я так мечтала вновь увидеть его, а тут оказалось, бог услышал мои молитвы.
Так и завязалось наше знакомство. Янис сам стал инициатором. Сам узнал мой номер. Сначала писал сообщения, потом начал звонить. Я и не поняла, когда мы успели сблизиться настолько, что уснуть, не услышав его голос, я просто не могла.
– Готово, – слышу над ухом.
Поворачиваюсь и заглядываю в глаза мужа. Улыбаюсь, уверенная, что он мне не изменял. И не изменит. Не предаст. Сколько лет мы знакомы? Шесть уж точно. И за это время ни разу не было такого, чтобы он меня задел, обидел словами или действиями. Из-за слов свекрови… Из-за слов женщины, которая мечтает нас разлучить, будет глупо отталкивать безумно любимого человека.
– Как же мне нравится, когда ты такая счастливая, – шепчет Янис мне в губы, заключив лицо в ладони. – Какая же ты у меня красивая, Айлин.
Сколько раз он повторял мне эти слова? Сколько раз говорил, что безумно любит меня? Сколько раз было, когда я болела, и он ни на шаг не отходил? О работе не думал! Только обо мне. Сколько лет мы вместе… Янис ни разу не дал повода сомневаться в нем. А сейчас…
– Ты у меня тоже ничего, – вырывается с нервным смешком. – Я домой хочу, Ян. А потом и на работу выйти. Я так долго тут пролежала, – развожу руками.
– А я по тебе такой соскучился. Улыбчивой, мечтательной. Поехали, родная.
Садясь в машину, Ян заводит двигатель, но не спешит трогаться с места. Повернув ко мне голову, внимательно смотрит. И опять этот взгляд, который пропитан болью, грустью и огорчением.
– Что такое?
– Что? – уточняет невесело.
– Смотришь странно.
– До сих пор вспоминаю ту ночь, Лин. Никогда так не переживал. Никогда так сильно не хотелось крушить все вокруг, как в тот день. Головой о стену бился, хоть и понимал, что этим никак тебе не помогу. Никогда не оставляй меня, слышишь?
Положив руку на мой затылок, притягивает к себе и крепко обнимает. Это уже в который раз с тех пор, как я очнулась. Он каждый раз сжимает меня и целует то в шею, то в лицо, то в макушку. То медленно, то с таким нетерпением и желанием, что весь воздух выходит из легких.
– Я никому не говорил, что тебя сегодня выписывают, – говорит муж, нежно коснувшись моей нижней губы. – Соберем все необходимое и уйдем. Хорошо? Я мог бы справиться и сам, но ты…
– Нет, Ян, я хочу посмотреть в глаза Надежды Мирославовны.
– Изначально надо было так сделать, – цедит, выруливая на трассу. – Переехать. Я опоздал. Не думал, что мать будет так откровенно ломать мне жизнь.
Не комментирую слова мужа.
Едем мы молча. Заходим в дом. Прислуга радуется, заметив нас. Родители Яна, кажется, не на работе, поскольку я слышу их голоса из кабинета свекра.
– Алия, соберите все вещи Айлин, которые ей необходимы. У вас час, – говорит муж, глядя на то, как в комнату заходят его родители.
Ибрагим Юрьевич направляется к нам, а свекровь прожигает во мне дыру своим раздражающим взглядом. Никакого приветствия, никакой радости
– Наконец-то! – Свекор приближается, целует меня в лоб. – Почему не сообщил, сын?
– Не вижу необходимости, – отвечает Ян холодно.
Свекор хмурится, глядя на сына.
– Поговорить надо, – чеканит жестко.
– Но для начала я хочу услышать ответ, – подключаюсь, глядя на Надежду Мирославовну. – О какой другой женщине вы говорили в тот день?
