Страница 2 из 12
Пока шёл, то сделал один звонок, но сам не говорил – главное, чтобы проигралась запись. Всё дело в ней, но должно сработать.
А на подходе к кафе понял, что разговор будет серьёзный. Потому что помимо машины наружки, на этот раз не «Киа», а неприметной помятой «девятки», за столиком в кафе рядом с Катей сидел мужик под пятьдесят.
Подтянутый, в хорошем костюме и отличной форме. Чекист, причём матёрый волчара. Видно по взгляду, которым он меня окинул, когда я показался у кафе.
– Толя, – Катя поднялась навстречу. – Вот, хотела тебя познакомить со своим шефом.
Я спокойно подошёл к столику. Мужик привстал, протянул руку для рукопожатия. Крепкое, сухое, без лишнего давления. Профессионал.
Сел с ними за столик, а в городе тем временем крутилась одна комбинация.
* * *
В это же время
– Короче, Степашку надо готовить под арест, – сказал Трофимов.
Он сидел на заднем сиденье «Мерседеса». Водитель ехал вперёд, а на переднем устроился помощник, который держал в вытянутой руке телефон на громкой связи.
Но сейчас он отключил микрофон, пока шеф говорил.
Как и раньше, Трофимов никогда не общался по мобильной связи напрямую, только через помощника.
– Степанова надо готовить под арест, – передал помощник в телефон и снова включил громкую связь.
– И как ты себе это представляешь? – спросил собеседник на том конце. – Тут нужно конкретное обоснование. Пока только лажа была, за это не садят. И так вопросы задают, на каком основании его отстранили.
Помощник посмотрел на Трофимова.
– Ну придумай что-нибудь, – буркнул тот. – Ты же матёрый.
– Придумайте что-нибудь, вы достаточно опытны для таких случаев, – предложил помощник в микрофон.
– Слушай, Сергеич, чё-то недоброе происходит, – продолжал собеседник. – У группы из УСБ постоянно какие-то новые зацепки. И нам…
– Хватит ныть, – тихо сказал Трофимов. – Это у тебя утечка.
– Не нужно впадать в уныние раньше времени. Может ли утечка быть с вашей стороны? – вежливо спросил помощник.
– Своих проверяй! – динамик телефона аж заскрипел. – Сам же уверял, что люди надёжные, а мы до сих пор в дерьме.
– Отбой, – Трофимов махнул рукой. – В старости совсем нытиком стал.
Помощник выключил звонок, Трофимов откинулся на спинку кожаного сиденья, глядя в окно и что-то обдумывая. Охранник косился на него, не решаясь нарушить молчание.
За окном уже видны двухэтажные коттеджи, в одном из них жил сам Трофимов. Осталось доехать буквально пару кварталов.
Зазвонил телефон. Охранник снова приподнял аппарат и включил громкую связь.
– Да, слушаю.
– Здорово, Игорь.
Трофимов замер и медленно повернул голову вперёд. Голос шёл с помехами, но был до боли знакомым.
– Не узнал? – спросил голос с насмешкой.
– Ты… ты… – начал Трофимов, но слова застряли в горле. Его лицо вытягивалось.
– Скажу просто: ты попал конкретно, мой старый-старый друг. Ещё хуже, чем тогда в Ленинграде.
– Ты же сдох, Петрович! – выкрикнул Трофимов, моментально бледнея. – Ты давно сдох! Сдох!
Помощник и водитель с недоумением и тревогой уставились на него.
– Выруби! – Трофимов дёрнулся вперёд, пытаясь дотянуться до телефона. – Выруби!
Охранник отключил звонок и переглянулся с водителем. В салоне повисла тишина. Трофимов достал платок и упаковку таблеток из кармана. Руки тряслись.
– Суки… – он забросил таблетку под язык и вытер платком виски, пытаясь успокоиться. – Подстава, мать их. Голос Петровича, подделали нейросетью. Пробей, кто звонил. Найди мне этого умника и ко мне приведи!
– Сделаем, шеф.
Трофимов успокоился, только сжимал кулаки и бурчал под нос, обещая, что шутнику мало не покажется.
«Мерседес» заехал во двор, его встретил ещё один охранник. Водитель с тревогой посмотрел на Трофимова, ведь видел его таким впервые.
– Значит, так, – начал Трофимов. – Езжай в фирму, зайди к Игнашевичу, пусть он передаст с тобой…
Он замолчал, да и другие тоже, когда услышали характерное громкое жужжание, которое приближалось. И вскоре кое-что показалось из-за каменного забора с железными воротами.
Помощник замер, а вот водитель подбежал к Трофимову и уронил его на землю, прикрывая собой. А охранник, дежуривший у дома, забежал внутрь и вскоре вернулся оттуда с помповым ружьём.
Получилось сбить до того, как дрон с закреплённым под корпусом мелкокалиберным стволом, завис и начал стрелять по цели. Он упал на асфальт, пластиковые детали разлетелись во все стороны, но вскоре началось шипение, и во все стороны пошёл едкий дым, от которого слезились глаза.
Что-то сильно горело внутри самого дрона.
– Один? – спросил Трофимов. – Он один? Где остальные?
Охранник помог ему встать. Старик держался за левое плечо, которое отбил, когда падал. Охранники потащили его в дом, но Трофимов высвободился и подошёл к дымящимся обломкам дрона.
– Там взрывчатка может быть! – предупредил телохранитель.
– Это дрон из «Щита», – прохрипел Трофимов. – Это кто устроил? Кто это посмел! Телефон сюда, живо! И охрану сюда – всех! Ищите носитель! Он где-то рядом! Чтобы не ушёл.
Ну а тем временем Виталий Войтов выключил планшет и спокойно убрал его в рюкзак, после чего продолжил сидеть в парке, как ни в чём не бывало.
Глава 2
– А чизкейк не хотите? – предложил усталый светловолосый официант в белой рубашке и продолжил заученную фразу: – У нас сегодня акция. Если купите кружку кофе и один чизкейк, то второй чизкейк в подарок со скидкой в пятьдесят процентов!
– Второй в подарок? – переспросил я. – Но если за это надо платить деньги, то это уже не подарок.
– В подарок, – парень похлопал глазами с таким видом, будто никак не мог въехать, что мне надо.
Катя виновато улыбнулась, будто это она сама придумала. Хотя кто знает? Может, официант – снова их человек, которого подослали меня отвлечь. Или проверить, вдруг её шеф любит ставить перед людьми разные задачки и смотреть их реакцию.
Сама она была неразговорчивой, только пила зелёный чай. Её шеф тоже молчал, только хмыкнул, когда я засомневался в таком подарке. Всё это время он присматривался ко мне.
Ну а мне принесли кофе с пакетиком сахара, который я отложил, и пил без него, как привык, с молоком.
Этого человека я раньше не знал лично. Если бы виделись когда-нибудь, я бы его запомнил, память на лица у меня превосходная. Но всех в УСБ я не знал, мало с ними пересекался последние годы.
Шеф Кати – мужик под полтинник, крепкий, в хорошем костюме, с очень цепким взглядом, изучал меня.
Я бы мог довести этого чекиста до белого каления так же, как Трофимова. Будет чуть сложнее, ведь этот явно привык работать с молодёжью, но выйдет.
Ну или надо вести себя адекватно, дать себя завербовать и узнать внутреннюю кухню расследования. И Катя не будет в шоке, что её новый парень так себя ведёт.
Но главное – если я окажусь хотя бы рядом с группой, то буду сразу видеть, насколько эффективны методы Фантома, а не гадать по косвенным признакам.
Это даже надёжнее, чем внедрить им в группу своего человека. Ну и заодно смогу проследить, чтобы больше ничего не уходило Трофимову через Витю-Костю. Вернее, ничего для меня вредного. А вот всякое разное засылать стоит, конечно.
– Значит, Давыдов Анатолий Борисович, – медленно проговорил мужик, нарушая тишину. – Так звали одного человека из этого города. Вы его полный тёзка.
– Это который китайский шпион? – уточнил я, следя за его реакцией.
– Меньше читайте новостей в интернете, – произнёс он без особой досады. – В последнее время открываются всё новые обстоятельства.
– Ну, если есть новые обстоятельства, то надо же всё опровергнуть, да?
– Было бы всё так просто, – сказал он и снова присмотрелся ко мне, на этот раз внимательнее.
Его было сложно читать, но явно он понял, что его первое впечатление оказалось неправильным.
Ну а я решил поработать с ним и послушать, что он скажет.
Чекист говорил основательно, медленно, будто раздумывал над каждой фразой. И сам он будто не торопился. Это не очень сочеталось с его московским говором, но я уверен: если надо, он будет действовать быстро.
– Ничего, что на «ты»? – предложил он.
– Так даже лучше.
– Зовут меня Анатолий. Мы с тобой тёзки.
– А по батюшке? – уточнил я.
– Анатолий Анатольевич. Фамилия Ковалёв. Раз уж ты в курсе, кем работает Катя, то и я скажу прямо: я её шеф.
Он бросил на неё взгляд, а она на него. Причём Катя смотрит на него, как на старшего наставника или даже отца.
– Ого, – я хмыкнул. – И звание есть?
– А ты думал? Майор Ковалёв, ФСБ.
– Или УСБ? – спросил я. – В чём разница?
– Во фронте работ. И с теми, с кем работаем. Или с делами, которые ранее расследовали другие коллеги, но к этому остались вопросы.
Дело, которым они занимаются, скорее всего, это то обвинение в шпионаже или коррупции некоторым сотрудникам Конторы, тем, кто был со мной связан. И к чести группы, они попутно начали изучать, из-за чего всех обвинили, и вышли сюда.
Ну или их назначили, как тех, на кого будет сложнее повлиять. Не прямой профиль, зато у них есть независимость от местного управления и руководств департаментов.
Только мне они такое не скажут. Пока не скажут.
– И чем я вас так привлёк? – спросил я, делая вид, что нервничаю.
– Дважды кое-что нам подсказал, очень полезное, – добавил Ковалёв. – Да и кроме того, тебя рекомендовали.
Он посмотрел на Катю. Она же молчала, не перебивая шефа, только поглядывала на меня.
– И с чем помог? – продолжал я. – Те студенты?
Ковалёв на меня зыркнул, потому что он явно любил задавать вопросы, а не отвечать на них.
– Студенты и лес, – неохотно сказал майор.
– Лес? – я сделал вид, что удивился.
– Да. Ты вспомнил кое-что про Давыдова, его разговор по телефону. И в целом… – он снова посмотрел на Катю.
– И что ты был не против нам помогать с другими вопросами тоже, – продолжила она. – Проявил себя уверенно, не испугался ответственности.
– Нам такие нужны, – сказал Ковалёв.
Он иногда делал паузы, которые некоторых могли бы вывести из себя. Но я молчал. Буду походить на парня, у которого что-то есть в голове, но не выходить за пределы роли. Так что сразу к Трофимову их не приведу, но в нужный момент подам правильный намёк.
– Смотри, какая ситуация, – продолжил чекист. – Объясню кратко, один раз. Работать с тобой лично буду редко. А сработаемся или нет в дальнейшем – будет зависеть от многого.
– Ну и что нужно делать?
– Смотри, – Ковалёв наклонился ближе и отодвинул кружку с чаем. – Люди пропадают и будут пропадать ещё, как ты уже понял. А когда это происходит систематически, то это почти так же плохо, как торговля людьми или вербовка в разные террористические организации.
– И есть система в этих пропажах?
Вот это ключевой вопрос, ради которого я здесь. Я нашёл только то, что это люди, которых не будут искать сразу после пропажи. У которых или нет родственников, или они далеко. Или те, кого хватятся не сразу.
– Есть, – сказал он. – Но сначала…
