Алекс Ключевской (Лёха) "Частный детектив второго ранга. Книга 3"

– Нет, я так не думаю, – заявил Савелий, до этого момента неподвижно сидевший в кресле, как статуэтка. – Хватит называть себя неодарённым, Андрюша! Я тут подумал, если бы ты был неодарённым, то не слышал бы меня.

– Тебя ещё оборотни слышат в полнолуние, – машинально ответил я ему.

– Но мы опытным путём выяснили, что ты не оборотень, – Савелий спрыгнул с кресла и подбежал ко мне.

– Постойте, – Аполлонов замахал руками. – Андрей, ты сейчас разговариваешь с котом?

– Да, я забываюсь и отвечаю ему вслух, наверное, это выглядит со стороны как минимум странно. Будто я общаюсь со своей галлюцинацией или с невидимым другом, – проведя по лицу рукой, я посмотрел на фыркнувшего кота.

– Если бы Хранитель был твоей галлюцинацией, то я бы его не видел, – Аполлонов покачал головой. – Я пойду думать, как можно заставить тебя почувствовать каналы в отсутствии источника. Заодно подумаю, откуда тебе поступает энергия. А насчёт полнолуния тоже надо подумать, – он внезапно злорадно улыбнулся. – Значит, оборотни могут слышать Хранителя в эти нелёгкие для себя дни?

– Да, как выяснилось опытным путём, могут, – я криво усмехнулся. – И это не зависит от того, в какой ипостаси они находятся в момент общения.

– Это очень интересная информация, – кивнул Аполлонов. – Даёт простор для воображения… М-да. Но главный вопрос в том, как к тебе поступает энергия.

– Да прямо из жилы, что мелочиться-то? – я закатил глаза. – Заряжаюсь, как и все остальные артефакты Блуждающего замка, связываясь с источником энергии всех магов мира напрямую. Зачем мне в этом случае внутренний источник и ограниченный резерв? – и я попытался изобразить злодейский смех, резко оборвав его, спокойно добавил: – Шутка.

Аполлонов не ответил, только поднял вверх указательный палец, окинул меня с ног до головы пристальным взглядом прищуренных глаз и выбежал из библиотеки, прижимая к груди книгу-убийцу.

– Вот ты думал, что пошутил, а сам в это время сказал очень даже умную вещь, – заявил Савелий.

– Брось, я просто говорил то, что в голову приходило. Хозяин Блуждающего замка и основатель новой династии – неодарённый, смирись с этим, – и я снова упал на диван.

– Но кто тогда те книги затормозил, а потом на место вернул, если Аполлонов говорит, что не делал этого, – возразил Савелий. – И я тоже ничего подобного не делал, потому что, Андрюшенька, я кот! Я не умею колдовать. Остаёшься только ты.

– Не только, Сава, – я совершенно серьёзно покачал головой. – Это вполне мог сделать замок. Ему, видимо, тоже не хочется в Астрал, как и тебе.

– Замок не может совершать магических действий, – кот смотрел на меня не мигая. – Он не живой, что бы ты о нём ни думал. И он не…

– И совершать влияния он тоже не может, да? – я пристально смотрел на Хранителя. – И не надо мне заливать про дополнительные свойства при переходе. Если Паульс всё правильно диагностировал, третий раз замок на меня повлиял уже здесь, после обратного перехода. И он вполне мог не дать этим проклятым книгам прибить своего нового хозяина. Тем более что там что-то запредельно сложное было применено.

– Но воздействия, воздействия же подействовали! – кот вскочил и принялся носиться по библиотеке, как это недавно делал Аполлонов, только в несколько раз быстрее. – И тебе нужно пытаться хотя бы почувствовать дар, почувствовать движение энергии по каналам. Андрюша, неужели ты не понимаешь…

– Я ничего не буду делать, пока преподаватель с огромным стажем не разберётся в моём феномене и не скажет, как правильно развивать нечто, в чьём существовании я, если честно, глубоко сомневаюсь, – меня прервал звук открываемой двери. В библиотеку вошла Ирина, а в приоткрытую дверь стремглав выбежал Савелий, заорав напоследок:

– Я тебе докажу! Я докажу, что прав, и ты на самом деле одарённый!

Ирина с любопытством посмотрела на проскочившего мимо неё Хранителя и подошла поближе, оставив дверь приоткрытой. Ах да, я что-то когда-то читал про то, что нельзя с девицей за закрытыми дверьми оставаться. Могут неправильно понять, чем вы там с ней занимаетесь. Или закрытая дверь – это как шарфик на ручке в общежитии, означает призыв немного подождать, потому что именно тем, о чём все подумали, ты с девицей сейчас и занимаешься? Не помню, но надо ещё что-нибудь по этикету поискать, чтобы на балу не опозориться.

– Вы просили меня прийти, – Ирина улыбнулась.

– Да, но подумал, что вы чем-то заняты, – признался я ей, мысленно отвешивая себе пинок. Ну, Андрюша, не обязана же она прибегать к тебе по первому требованию, в конце концов. – Уже раздумывал над тем, чтобы в свою комнату уйти.

– Мы с Алиной и маменькой осмотрели ваш гардероб, – она потупилась. Не понял, им что, всё, включая мои трусы, показывали? Найду Гришку, прибью к чёртовой матери! – У вас очень мало одежды, Андрей Михайлович. Мама просила узнать, у вас просто склонность к минимализму или вы не можете… хм… Князь Первозванцев сказал, что вам не отдали счета Минаевых, а содержание «Кошачьей лапы» стоит очень больших денег, и…

– Остановитесь, – я встал и подошёл к ней очень близко, схватив за руку, призывая к молчанию. – Не надо развивать эту тему, хорошо? – она подняла голову и кивнула. – Отлично. У меня есть подходящий костюм? – на этот раз Ирина отрицательно помотала головой. – Я так и думал. Тогда пусть ваша мать вызовет портного. Я вас просил прийти не за этим.

– Мы слышали, что вас ударила книга, – Ира протянула руку и дотронулась до лба, где, похоже, несмотря на все усилия Катерины и Аполлонова, остался синяк. – Мы волновались.

– Так, всё нормально, просто царапина, – я быстро отошёл от девушки и потёр шею. – Вы всё ещё согласны мне помогать?

– Да, конечно, – она сразу же сосредоточилась. – Что нужно делать?

– Для начала давайте меня обезопасим и перенесём часть книг, в основном по юриспруденции, в бывшую зелёную гостиную. Я её переоборудовал под офис, и там они будут стоять не слишком высоко, – я подошёл к полкам и указал на те книги, которые планировал перетаскать. Вытаскивайте их и складывайте на стол, потом слуги их унесут в офис, а там расставим.

– Не так я представляла работу помощницы частного детектива, – Ирина хихикнула.

– Надеюсь, ваша помощь в этом деле избавит вас от лишних иллюзий, – я вытащил первые тома и отнёс к столу. Ирина тут же принялась мне помогать, а я между делом задал вопрос: – Как вы думаете, ваш отец уже вернулся из Дубровска?

– Нет, – она покачала головой. – Боюсь, что нет. У него были запланированы дела, кроме посещения городской Управы. Семёна, конечно, жаль, но…

– Но дела сами собой не сделаются, вы правы, – резко повернувшись, я почувствовал лёгкое головокружение. Всё-таки сегодня нужно остаться дома, и отлежаться. Сейчас с книгами покончим, загружу Ирину делом и пойду отлёживаться. – Когда закончим обустраивать все эти Кодексы и Статуты в офисе, найдите, пожалуйста, информацию о том, как идёт распределение имущества между супругами в случае развода и в случае смерти одного из них.

– Вы подозреваете Анфису? – Ира удивлённо посмотрела на меня. – Но это невозможно, она находится далеко от Дубровска.

– На самом деле расстояние не играет большой роли, особенно если у неё есть сообщник. К тому же в таких делах обычно первыми подозреваемыми становятся родственники, и в восьмидесяти процентах случаев они и являются убийцами, – я не стал добавлять, что мне нужно будет на днях посетить Геннадия Макеева. Сомневаюсь, что мальчишка мог быть сообщником своей бывшей любовницы, но проверить всё равно нужно.

От одной мысли о том, что мне нужно будет снова встречаться с графом Макеевым, у меня изжога началась. Я бросил взгляд на сосредоточенную Ирину. Она задумчиво покрутила в руках Гражданский кодекс и отложила его от остальных книг. Посмотрим, что она мне приготовит, но, возможно, привлечь помощницу было хорошей идеей.

– Я пытаюсь понять, что могло двигать Анфисой, если подтвердится её участие, – тихо произнесла Ирина. – Но я не исключаю этой возможности. Анфиса, она… – девушка на мгновение замолчала, а потом добавила: – Она способна на убийство.

– О, я это понял, – подхватив первую стопку книг, я направился к двери, решив не терять времени и отнести часть книг самому. – Где-то в промежутке между тем, как она пыталась меня пристрелить и убить каким-то заклятьем.

– Но тогда получается, что вы тоже находитесь в опасности, – прошептала Ирина, и я внимательно посмотрел на неё.

– Давайте не будем думать об этом. Сосредоточимся на несчастном Голубеве, – и я вышел из библиотеки.

Ира быстро направилась за мной, тоже прихватив с собой немного книг.

В коридоре она меня обогнала и распахнула дверь моего офиса и сделала шаг вперёд. Яркая вспышка, хлопок и поваливший дым заставили девушку взвизгнуть, а мои рефлексы сработать. Ухватив её за руку, отшвырнул книги и повалил её на пол, закрывая собой. Книги, как оказалось, я отбросил недалеко, и они упали мне на спину, заставив коротко взвыть.

– Что это? – к месту происшествия уже бежали Валерьян Васильевич, Гриша и Катерина. Баронессы, к счастью, видно не было. – Это взрыв? Вас хотели взорвать в собственном доме? – на ходу кричал всегда сдержанный Валерьян.

Я опустил глаза и увидел совсем рядом испуганные серые глаза Ирины. Откатившись в сторону, поднялся и протянул ей руку, помогая встать, а потом присел на корточки, чтобы осмотреть то место, где что-то взорвалось. На полу обнаружились пара крупинок разных веществ, белая и красная; схватив книгу, я хлопнул по ним. Искра образовалась при этом достаточно яркая, чтобы не сомневаться в причинах взрыва.

– Валерьян, в подвале есть лаборатория, – процедил я сквозь зубы. – Ты говорил, что там богатая коллекция всевозможных ингредиентов. Насколько эта коллекция большая?

– Она достаточная, чтобы удовлетворить взыскательный вкус самых крупных учёных, – Валерьян смотрел, как я поднимаюсь, недоумённо хмуря брови.

– Бертолетова соль и красный фосфор там есть? – я почувствовал, что у меня глаз дёрнулся.

– Разумеется, а что…

– Савелий! – заорал я так, что стоящая рядом Ирина вздрогнула.

– Ну что ты кричишь, Андрюша, – кот материализовался рядом практически мгновенно. – Я тебя прекрасно слышу.

– Это ты сделал? – я указал на небольшую подпалину на полу.

– Я должен был убедиться, как ты не понимаешь. Раз у тебя сработал дар при возникновении опасности, нужно просто создать для тебя иллюзию этой опасности, чтобы дар снова включился. А если каналы после этого не спадутся, и ты сможешь их почувствовать – это же будет хорошо, Андрюша. Ну подумаешь, нужен маленький стресс. Ты сильный мужчина, справишься… Ай, что ты делаешь? – и кот попятился, глядя, как я достаю пистолет и передёргиваю затвор.

– Беги, – только и смог сказать я, поднимая руку с пистолетом. – Убью!

Громко вереща, Савелий понёсся по коридору, но я не стал за ним гнаться. Поставив пистолет на предохранитель, положил его на столик, стоящий у стены, и расхохотался. Похоже, мне лучше сосредоточиться на этих чёртовых каналах, иначе с Савелия станется организовать мне стресс со смертельным исходом, чтобы дар пробудить.

Глава 5

Цезарь всхрапнул и переступил с ноги на ногу. Геннадий потрепал его по шее и спешился, протянув поводья подошедшему конюху. После чего развернулся к каурой кобылке, чтобы помочь спуститься прелестной всаднице.

Настя Беркутова посмотрела на него с лёгкой неприязнью, но позволила обхватить себя за талию и спустить с лошади на землю. При этом молодой Макеев чуть прижал девушку к себе и улыбнулся. Настя вздохнула. Каким бы придурком она Гену ни считала, но он был очень красив, и она в последнее время частенько ловила себя на мысли, что бросает на него быстрые взгляды, когда никто не видел.

– Можешь не стараться, Геночка, – ядовитый голос сестры, заставил Настю поморщиться. – Она скоро будет твоей женой, так что Настю тебе не нужно обольщать.

– Я всего лишь проявляю вежливость и выказываю уважение к своей будущей жене, – огрызнулся Гена, отпуская Настю и поворачиваясь к Наталье в этот момент соскакивающей со своей кобылы.

– Об уважении можно будет говорить, если ты не изменишь Настеньке на второй день после вашей свадьбы, – Наталья сладко улыбнулась. – О сверхкобелиности вашего семейства уже легенды слагают. Не посрами папу, – и она тихонько рассмеялась.

– О, тебе ли не знать, – Настя развернулась к сестре. – Особенно после того, как голого графа застукали в твоей спальне…

– Настюша, первое, что ты должна была сделать, это выйти, а не продолжать стоять и пялиться на обнажённого мужчину, – Наталья усмехнулась. – Не переживай, у Геночки тело должно быть не хуже, он же в отца пошёл.

– Я не переживаю, – Настя вспыхнула и сжала кулаки. – Почему ты на меня набросилась? Что я тебе сделала?

– Не обращай внимания, я просто завидую, – Наталья помассировала виски. – У тебя хотя бы такой муж будет, а не Марк. Куда родители смотрели, когда меня замуж выдавали? – добавила она с горечью.

– Наталья Павловна, я всё ещё стою здесь, – влез в их перепалку Гена.

– Тебя сложно не заметить, – Наталья резко развернулась и подошла к конюху, стоящему неподалёку. – Кузьма, почему ты здесь? Громов что, тебя выгнал? Я так и не успела у него спросить, что он сделал с лошадьми.

Старший конюх Блуждающего замка тяжело вздохнул и почесал затылок. После чего протянул руку, забрал у бывшей хозяйки замка поводья и ответил:

– Я так понимаю, Наталья Павловна, Андрей Михайлович или забыл о нас с лошадками, или вообще не знает. Собираюсь сегодня-завтра пойти в замок, узнать, что к чему. Напомнить новому хозяину или вовсе рассказать о нас.

– Да, это при условии, что ты его дома застанешь, – Наталья покачала головой. – Ладно, где Воронов?

– Илья Сергеевич на манеже, – и Кузьма махнул рукой куда-то в сторону конюшен. – Под седло жеребца одного ставит.

– Ну вот и отлично, – к ним подошёл Геннадий. Настя шла чуть позади него. – Не уводи далеко лошадей, мы скоро освободимся, – бросил он конюху и решительно направился к манежу, располагавшемуся за основной конюшней. Дорогу он знал, помнил ещё с тех времён, как объезжали его Цезаря.

Манеж в конюшнях Воронова располагался под открытым небом. Большой круг был огорожен забором, а в центре отсыпан хорошо утрамбованным песком. По кругу бежал огромный чёрный жеребец с тонкой белой полоской посреди лба. Ему явно не нравилась узда, но ведущий его из центра круга мужчина строго пресекал малейшее неповиновение. Одновременно с этим Воронов не действовал слишком жёстко, тщательно следя, чтобы норовистый жеребец не повредил себе, стараясь сбросить оснастку, которую не любил.

– Спокойно, Аякс, куда разогнался? – спокойный голос хозяина конюшни подействовал умиротворяюще не только на жеребца, но и на подошедших к забору людей.

– Красивый конь, – восхищённо присвистнул Гена. – Ваш?

– У меня нет своих лошадей, – ответил Воронов и, подойдя к жеребцу, отцепил длинный повод, похлопав его по крупу. После чего подошёл к забору. – Доброе утро, Геннадий Александрович, дамы, – и он слегка поклонился. – Что привело вас сюда?

– Добрый день, Илья Сергеевич, – Наталья улыбнулась, разглядывая Воронова оценивающим взглядом. – Граф Макеев решил сделать подарок Насте…

– Сколько ему? – Гена всё ещё смотрел на Аякса, забыв, похоже, зачем он сюда приехал.

– Три года, – ответил ему Воронов. – Какой подарок вы хотите сделать, кому, и при чём здесь я?

– Ах, да, – Гена повернулся к нему. – Я хочу подарить моей невесте лошадь. Не так давно, проезжая мимо, видел белую кобылку и хотел узнать, не продаётся ли она.

– У меня нет своих лошадей, – терпеливо повторил Воронов. Он не стал уточнять, что лошади – это дорогое удовольствие, а он только-только начал вставать на ноги, тренируя чужих лошадей и заботясь о них. – Кобыла, о которой вы говорите, из конюшен Блуждающего замка, как и Аякс. Думаю, что скоро они переедут домой, так что вам лучше спросить у хозяина.

– О, – Гена поджал губы, – это было бы проблематично. У нас с ним несколько… хм… натянутые отношения.

– Особенно учитывая тот факт, что Громов, скорее всего, даже не знает, что является владельцем этих лошадей, – добавила Наталья. Она задумчиво перевела взгляд с Воронова на Аякса, а потом повернулась в сторону конюшни, словно могла видеть Кузьму. – Илья Сергеевич, похоже, вам самому нужно съездить в Блуждающий замок и напомнить Громову о существовании лошадей.

Воронов задумчиво смотрел на неё. Почему-то ему не приходила в голову мысль, что хозяин замка может по какой-то причине игнорировать тот факт, что его конюшни стоят пустые. Но, по всему выходило, что Наталья права, ведь за всё это время никто не пришёл и не проведал лошадей, не узнал, как у них дела, да и конюхи здесь у него почти прижились.

– Да, полагаю, вы правы, Наталья Павловна, – через минуту раздумий произнёс Илья. – Мне действительно лучше самому съездить, познакомиться с Андреем Михайловичем и выяснить, что он хочет делать с лошадьми.

– Илья Сергеевич, – Гена вышел вперёд, широко улыбаясь. – Можно попросить вас об одолжении? Узнайте, продаст ли Громов мне ту белую кобылу. Разумеется, я заплачу вам как посреднику.

– Хм, – Воронов потёр подбородок. – Хорошо, я узнаю.

– Вы просто невероятно мне поможете, – Гена повернулся к невесте и её сестре. – Ну что, продолжим нашу прогулку и такую занимательную беседу?

***

– Андрей Михайлович, – в кабинет, где я сидел, пытаясь разобраться с договором о поставке стройматериалов для восстановления шахты на моём серебряном руднике, вошла Ирина. – К вам можно?

– Да, проходите, Ирина Ростиславовна, – отодвинув договор, я посмотрел на свою добровольную помощницу. И да, я прекрасно осознаю, что готов ухватиться за любой повод, чтобы отложить принятие решения по договору, в котором я понимал очень мало. Точнее, юридическая часть была мне более-менее понятна, но когда дело касалось цифр…

– Отец прислал вестника, он вынужден уехать на несколько дней в столицу, – начала Ирина. – Он просил вам передать, что предупредил слуг о вашем визите. Так же он приказал, чтобы все выполняли ваши распоряжения незамедлительно. Вам приготовили комнату, и вы можете жить в нашем поместье, сколько потребуется.

– Как-то это неправильно, – я задумчиво смотрел на неё. – Вы же понимаете, что кто-то из вас должен будет поехать со мной, чтобы хотя бы представить слугам. Может быть, вы пошлёте вестника своему брату?

– Они уехали вместе, – Ира виновато посмотрела на меня. – Это была запланированная поездка. Отец думал, что сможет отложить её на несколько дней, но не получилось. Он ещё и поэтому просил вас принять нас у себя на время расследования. Не хотел оставлять одних.

– А мне, видимо, сказать об этом было необязательно, – я покачал головой. – Кто поедет со мной?

– Я, – пискнула Ирина. – Это совершенно не повлияет на вашу и на мою репутацию, всё-таки меня уже начали потихоньку в старые девы записывать.

– В двадцать лет? – уточнил я, проведя рукой по лицу.

– На самом деле мне неделю назад исполнилось двадцать два года, – поправила меня Ирина. – Двадцать лет Пете.

– А, ну да, это вас безусловно делает пожилой дамой, – я снова провёл рукой по лицу. – В двадцать лет куда-то ехать с мужчиной, не являющимся отцом, братом, мужем, в крайнем случае, женихом – это неприлично, а в двадцать два – вполне нормально. Или считается, что в столь почтенном возрасте вы уже никому не приглянетесь? А как же тогда Константин Беркутов и этот маньяк – граф Скворцов? Или они не считаются?