Страница 5 из 7
Инстинкт самосохранения закричал во мне, призывая бежать, спрятаться, молить о пощаде. Но что-то внутри, какая-то упрямая искорка, отказывалась подчиниться. Жажда действия и адреналин, все еще клокотавший в крови, затмевали страх. Я знал, что бежать бесполезно. Кукловод контролировал здесь все, и укрыться от него было невозможно. Оставалось только стоять и смотреть ему в лицо.
Тьма вокруг Кукловода сгущалась, приобретая очертания каких-то чудовищных фигур. Казалось, он черпает свою силу из этой самой бездны, из первородного хаоса. Слова «ДИТЯ! НАШЁЛ!» эхом отдавались в голове, вызывая непонятное ощущение узнавания.
Кто я для него? Почему он так жаждет меня найти?
Эти вопросы метались в сознании, но ответы ускользали, растворяясь в нарастающем безумии происходящего кошмара.
Землетрясение усилилось, превращая коридор в зону хаотичных разрушений. Куски бетона отламывались от стен, обнажая ржавые металлические конструкции.
Пол уходил из-под ног, грозя провалиться в неведомую пропасть. Я цеплялся за штаны своего тирана, стараясь не потерять равновесие.
Боря, как скала, заслонял нас, принимая на себя основной удар обломков. Лена и Петрова, казалось, потеряли сознание, не в силах сопротивляться давлению Кукловода. Мясной фарш, или как там прозвал этих двух балбесов мой истязатель, и вовсе – поплыли. Стояли, опираясь на стены, держась за головы так, словно их изнутри кто-то рвал.
Но кукловод не приближался. Он стоял там, в конце коридора, словно оценивая нас, играя с нами. Это была жестокая и изощренная пытка – предвкушение неминуемой гибели, беспомощность перед лицом всемогущего врага. Но в его неподвижности была и слабость.
Он не мог просто уничтожить нас, ему нужно было что-то большее. И я начал понимать, что именно. Он хотел сломить нас, лишить воли, превратить в марионеток, подобных тем одержимым.
Его взгляд, прикованный ко мне, говорил об этом яснее любых слов. Я был ключом, загадкой, которую он во что бы то ни стало хотел разгадать. И пока я сопротивлялся, пока во мне теплилась искра воли, он не мог победить.
«Ну держись, сволочара! – я позаимствовал очень красивое слово из лексикона моего истязателя. – Сейчас я тебе глаз на жопу натяну!»
Собрав остатки сил, я отлепился от Бори. Тот лишь удивленно хмыкнул, не понимая моего порыва. Оставив их позади, я сделал несколько неуверенных шагов вперед, прямо навстречу Кукловоду. Пол предательски уходил из-под ног, но я упрямо двигался вперед, словно одержимый собственной странной целью.
– Эй звездюк, ты куда попёр? – прорычал Боря. – Я щас тебе по ушам нахреначу!
Но я не слушал. Я смотрел в глаза Кукловоду, пытаясь разглядеть за маской тьмы его истинное лицо. Страх отступил, оставив место холодному любопытству и странному, едва уловимому чувству узнавания. Слова «ДИТЯ! НАШЁЛ!» продолжали звучать в голове, словно отголоски давно забытого прошлого.
Кто я для него? Почему он так жаждет меня заполучить?
Несмотря на царящий вокруг хаос, я чувствовал, как во мне нарастает сила. Адреналин перестал быть просто ощущением, он превратился в чистую энергию, бьющую ключом внутри.
Я чувствовал, как магия, дремавшая где-то глубоко внутри, просыпается и тянется навстречу Кукловоду. Это была не та магия усиления, которой я воспользовался, пнув одержимого. Это было что-то другое, более древнее и могущественное. Что-то, что связывало меня с этим местом, с этим Кукловодом, с этой самой тьмой.
И когда до Кукловода оставалось всего несколько шагов, я остановился. Тьма вокруг него сгустилась, образовав непроницаемую стену. Но я видел его. Я чувствовал его присутствие, его силу, его… страх?
Да, именно страх, несмотря на всю его мощь, он боялся. Боялся меня. И этот страх придавал мне уверенности. Собрав всю свою волю в кулак, я «задумался», пытаясь послать свой вопрос в голову этого непонятного кренделя:
«Кто ты?! Что тебе от меня нужно?!»
Тьма вокруг Кукловода дрогнула, словно от сильного порыва ветра. На мгновение мне показалось, что я вижу сквозь нее – очертания высокого, худого силуэта, горящие нечеловеческим огнём глаза. Но видение тут же исчезло, погребенное под новым слоем тьмы. Ответа не последовало. Лишь усилившееся землетрясение, рвущее коридор на части, говорило о том, что мои слова достигли цели. Кукловод не собирался отвечать. Он хотел заставить меня замолчать, уничтожить, поглотить в своей бездне.
– Ну всё, – раздался голос истязателя за спиной. – Заколебали эти ваши сраные одержимые, а ну, иди сюда, утырок.
Мне даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять – Боря только что размял шею. А значит, кукловоду действительно – наступит задница. Боря бьёт, обычно, только два раза. Один раз по морде, второй раз по крышке гроба.
***
Боря, как разъярённый медведь, пронёсся мимо Гугли, оставляя за собой шлейф ругательств и обломков. Кукловод, очевидно, не ожидал такого резкого поворота событий. Его тьма дрогнула, как занавес в театре, когда за кулисами переругались все актёры.
Боря же, не церемонясь, принялся колотить тьму своим кулаком, оглашая коридор отборным матом. Каждый удар сопровождался небольшим взрывом и осыпанием пыли с потолка. Создавалось впечатление, что Боря не сражается, а просто выбивает ковёр.
Тьма огрызалась, пыталась обвить его, затянуть в свою пучину, но Боря был непреклонен. Он лупил эту субстанцию с остервенением человека, у которого отобрали последнее пиво. Гугля зачарованно наблюдал за происходящим, забыв про Кукловода, про землетрясение, про все на свете. Боря, разносящий в щепки саму Тьму – это было зрелище, которое стоило увидеть.
«О, как будто ковер на улице выбиваю, – пронеслось в голове у Бори».
Петрова с Леной все еще приходили в себя, бормоча под нос какие-то заклинания. Мясной Фарш вообще дрейфовали в нирване, совершенно отрешенные от реальности. Вся надежда оставалась на Борю, и он не подводил.
Кукловод, казалось, совсем растерялся. Его атаки стали слабее, хаотичнее. Он явно не ожидал, что кто-то может так просто вломиться в его личное пространство и начать выбивать из него всю дурь.
– Ну шо, гад ползучий, – прорычал Боря, замахнувшись для очередного удара. – Довыделывался?! Сейчас я тебе всю малину обломаю!
И в этот момент произошло неожиданное. Тьма вокруг Кукловода вдруг рассеялась, обнажив его истинный облик. Это был высокий, худощавый мужчина, одетый в длинный черный балахон. Его лицо было бледным и изможденным, а глаза горели нечеловеческим огнём. Он смотрел на Борю со смесью страха и ненависти.
– Ты… ты не должен был этого делать! – прошипел Кукловод, его голос дрожал. – Ты жалкий человечишка…
Боря лишь хмыкнул в ответ и приготовился к новому удару. Но Кукловод не стал дожидаться. Он поднял руку, и коридор затрясся с новой силой. Стены начали сжиматься, словно стараясь раздавить Борю в лепешку. Пол провалился, обнажая зияющую пропасть.
– Э, хорош выпендриваться, – проворчал Боря, уворачиваясь от падающих обломков. – Я тебе сейчас всю твою лавочку прикрою.
И Боря, с неожиданной для его габаритов ловкостью, прыгнул прямо в пропасть, ухватив Кукловода за подол балахона. Тот попытался вырваться, но Боря вцепился в него мертвой хваткой.
– Куда попер, фраер? – прорычал Боря, утягивая Кукловода за собой в бездну. – Сейчас я тебе устрою экскурсию по преисподней.
***
Я, очнувшись от своего оцепенения, подбежал к краю пропасти и заглянул вниз. Там, в кромешной тьме, шла ожесточенная борьба. Звуки ударов, ругань Бори и злобное шипение Кукловода эхом отдавались в коридоре.
«Ну, хоть развлекуха, – подумал я, пребывая в полном шоке, – А то совсем заскучал. Главное, чтобы Боря там ничего не сломал. Или себя не сломал…, а то как это я без него?»
Тут мой взгляд упал на Петрову и Лену, которые, наконец, пришли в себя и пытались наколдовать что-то вразумительное.
***
Тем временем внизу, в пропасти, разворачивалось поистине эпическое сражение. Боря и Кукловод катались по земле, на «минус первом» этаже склада, осыпая друг друга ударами и проклятиями. Тьма, казалось, пыталась помочь своему хозяину, обвивая Борю, сковывая его движения. Но Боря был неудержим. Он лупил тьму с яростью бульдозера, разнося ее в клочья.
Кукловод отбивался как мог, применяя какую-то странную магию. Он швырял в Борю молнии, пытался задушить его тьмой, но все было тщетно. Боря, казалось, был неуязвим для его колдовства.
Через мгновение, пол опять пошёл трещиной, и на сей раз, упасть вниз… означало реально – упасть вниз. В самое адское пекло. Боря это понимал, он хоть и был прямолинейным, но не был дураком.
– Не, туда нам не надо, – заявил Боря, влепив пощечину кукловоду. – Чё ты, сдохнешь уже, не?
– Да ты хоть знаешь, с кем связался? – кричал Кукловод, захлебываясь слюной. – Я повелитель этого места! Я контролирую саму реальность!
– А мне плевать, – отвечал Боря, смачно врезав Кукловоду по челюсти. – Вы меня вообще все задолбали!
После этих слов Боря сжал кулак и нанес решающий удар. Кулак врезался Кукловоду прямо в солнечное сплетение, и тот согнулся пополам, задыхаясь от боли.
– Ну все, утырок, – прорычал Боря, поднимая Кукловода над головой. – Допрыгался. Сейчас полетишь знакомиться с чертями.
И Боря со всей силы швырнул Кукловода в самую глубь пропасти. Раздался крик, который постепенно затих в кромешной тьме.
Боря отряхнулся, сплюнул и посмотрел вверх. Там, в коридоре, светились огни, которые колдовали Петрова и Лена.
– Эй, команда, ля, – крикнул Боря. – Вы там долго еще стоять будете? Мне бы обратно вылезти.
В ответ раздался голос Петровой:
– Сейчас, Боря, потерпи немного. Мы почти закончили. Только не шевелись, а то все испортишь.
Вскоре огни стали еще ярче, и из пропасти вырвался столб света. Он окутал Борю, поднимая его вверх, прямо в коридор. Боря, как ни в чем не бывало, приземлился на ноги, отряхнулся и поправил свою неизменную телогрейку.
– Ну вот, – сказал Боря довольным тоном. – А то я уж думал, там и останусь. Спасибо, девки.
Петрова и Лена, уставшие и бледные, улыбнулись в ответ.
– Не за что, Боря, – сказала Петрова. – Мы просто сделали то, что должны были.
– Ага, – поддержала ее Лена. – И слава богам, что все закончилось.
«Мясной Фарш», наконец, очнулись и непонимающе огляделись по сторонам.
– А что, уже все? – спросил один из них сонным голосом. – А мы где?
– Да тут мы, тут, – ответил Боря, похлопав паренька по плечу. – Просто слегка протрясло. Ничего страшного.
Глава 5
Боря устало потер переносицу, разглядывая довольные лица Петровой и Лены. После битвы с Кукловодом группа продвинулась еще на четыре точки, обозначенные на потрепанной карте, но нигде не было и следа пропавших студентов.
В каждом новом месте их ждали лишь парочка одержимых, несколько групп «зомби», людей, которых непонятно чем контролировали и… ничего больше.
В какой-то момент, Катя Петрова решила забрать у Бори карту, чтобы попробовать удачу. Ткнуть на точку, которая, возможно, будет последней. Ибо за последние четыре часа группа заметно устала. Плюс ко всему, все были голодными. Но, как назло, все отмеченные на карте точки были на окраине города.
– Может не париться? – Боря задумчиво пялился на Катю, которая поправляла свои косы. – И просто реально, вызвать такси да сгонять пожрать?
На него уставились сразу четыре пар глаз. Даже я пялился ему в затылок не понимая, откуда такая гениальная идея.
– Ты сейчас серьезно? – медленно процедила Лена, прожигая Борю взглядом, способным испепелить небольшое дерево. – Мы тут, понимаешь, жизнью рискуем, студентов ищем, а он жрать предлагает! Может, еще кальян закажем и в нарды поиграем, пока одержимые не решили к нам присоединиться?
Боря пожал плечами, демонстрируя абсолютное спокойствие человека, которому плевать на все, кроме наполненного желудка.
– Ну а что? У нас ведь все равно глухо. Может, хоть поедим нормально. Вон, в «Шаурме у Ашота» такая шаурма… пальчики оближешь! И остро, как я люблю. Эх… – он мечтательно прикрыл глаза.
Я же, сосредоточился на его затылки и увидел его мысли. Мой тиран представлял сочную шаурму с хрустящей корочкой. Я закатил глаза. Боря, как всегда, в своем репертуаре. В самый напряженный момент ему обязательно нужно было вставить свои пять копеек. И обычно эти копейки были про еду.
– Боря, – устало вздохнула Катя, отрываясь от карты, – мы сейчас не в ресторане. И вообще, я не уверена, что «Шаурма у Ашота» работает в такое время. Да и безопасна ли она вообще, учитывая обстановку? Вдруг там тоже одержимые шаурму крутят?
– Кать, ну ты чего? – Боря распахнул глаза, словно его оскорбили в лучших чувствах. – Ашот – он проверенный! Он еще до Кукловода шаурму крутил, и ничего, все живы остались. И потом, кто сказал, что одержимые не могут крутить шаурму? Может, это их новый способ распространять заразу – через соус? Тогда нам тем более надо поесть у Ашота, чтобы выработать иммунитет!
Лена застонала и прикрыла лицо руками. Я подозревал, что сейчас услышу очередной монолог о том, что Боря – безответственный идиот, который думает только о себе. Но Лена лишь пробормотала что-то нечленораздельное и отвернулась. Видимо, даже у нее запас ругательств иссяк.
– Пойдём дальше? – предложила Петрова, поглядывая то на «мясных», то на Лену. – У нас ещё три места, по идее…
Лена молча кивнула, поправляя выпавшую из прически прядь волос. Ее обычно светлое лицо теперь казалось болезненно-серым, а в глазах плескалась усталость, выдававшая пережитое напряжение.
Мясной Фарш, как всегда, вяло плелись в хвосте, периодически спотыкаясь и бормоча что-то невнятное. Казалось, их даже не особо заботило происходящее вокруг. Главное, чтобы рядом был кто-то, кто скажет куда идти и что делать. Боря же, наоборот, казался бодрым и полным энергии. Видимо, идея с шаурмой придала ему сил.
Он шел впереди, размахивая своими кулаками, и осматривал окрестности. Иногда он даже пытался шутить, но его юмор, как всегда, был специфическим и понятным далеко не всем.
В итоге, дошли до последней точки на карте, и это оказался заброшенный склад йогуртовой продукции на окраине города. Здание выглядело мрачно и неухоженно. Окна были выбиты, стены исписаны граффити, а вокруг валялся мусор. Даже днем это место выглядело зловеще, а уж ночью и подавно.
Петрова, казалось, занервничала. Она остановилась перед входом и несколько раз глубоко вздохнула. По ее лицу было видно, что она сомневается, стоит ли им вообще сюда заходить. Лена молча стояла рядом, глядя на кинотеатр с каким-то мрачным любопытством. Мясной Фарш просто замерли на месте, ожидая дальнейших указаний. Боря же, как всегда, был невозмутим.
Ну вот, а я…
Прищурившись, начал осматривать само здание. Не знаю, что именно мне не понравилось в этой местности, но чувство «дежавю», было уж каким-то слишком сильным. И вскоре я понял, что именно привлекло моё внимание. Чернота. Она была повсюду.
В некотором роде такая же, какую я видел в больнице, когда болела мама Бориса.
«Боря, – обратился мысленно к своему тирану. – Здесь что-то большое и темное».
Истязатель только было, вспомнил про какой-то «мем» про черного властелина, знал бы я ещё что это такое, но быстро реабилитировался и начал задавать правильные вопросы.
«В смысле, темное? – мысленно отозвался Боря, нахмурив брови. – В смысле, как негр в темной комнате?»
Я закатил глаза. Ну вот, опять началось. Даже в такой момент он найдет способ пошутить.
«Нет, Боря, – постарался я сохранять спокойствие. – Темное в смысле… злое. Как будто здесь сконцентрировалось много негативной энергии. Как будто здесь кто-то умер. Или… что-то намного хуже. Ты чувствуешь это?»
Боря на секунду замолчал, а потом медленно помотал головой.
«Как я могу хоть что-то почувствовать, если я и не маг вовсе? – признался он. – Я если честно, малой, вообще не понимаю, почему я не попадаю под контроль кукловодов. Ты ведь не всегда держишь на мне свой „фокус-покус“. Или как эта херня называется?»
«Для меня это тоже остается загадкой, – спокойно ответил я. – В общем, в этом здание что-то не так. Повсюду энергия, как та, которую я видел в больнице. Когда из людей высасывали жизнь. Только она больше, раз в сто».
Боря нахмурился, глядя на заброшенный склад. Хоть он и не чувствовал того, что чувствовал я, однако моё беспокойство заставило его задуматься. Он никогда не игнорировал мои предупреждения, даже если и не понимал их до конца. В конце концов, именно благодаря мне он столько раз выходил сухим из воды.
– Ладно, ребят, – сказал Боря, обводя взглядом остальных. – Тут такое дело… я чувствую…
Тут он врал. Я велел ему сказать, что это он чувствует, мол, тут дело гиблое, но идти туда придётся. А то если он укажет на фамильяра… то быть беде. Ещё подумают, что не нужно, а мне потом расхлёбывать последствия.
– Что-то типа… очень плохой энергии. Так что предлагаю быть предельно осторожными. Мясной Фарш, вы как всегда сзади, если что – прикроете. Петрова, Лена, вы со мной. И никаких геройств, договорились?
Петрова и Лена кивнули, обменявшись взглядами. Было видно, что они тоже чувствуют напряжение, которое висело в воздухе. Даже Мясной Фарш казались более собранными, чем обычно.
Боря осторожно толкнул покосившуюся дверь склада, и та со скрипом отворилась, впуская их внутрь. В нос сразу ударил запах гнили, плесени и какой-то странной химической примеси. В полумраке склада едва можно было что-то разглядеть. Сквозь разбитые окна пробивались редкие лучи солнца, освещая лишь небольшие участки пола, усыпанного мусором и осколками стекла.
– Аккуратнее под ноги, – предупредил Боря, продвигаясь вглубь склада. – Тут можно легко подвернуть ногу или что-нибудь похуже.
