Читать «Запускай по венам любовь» — Эмма Райц онлайн
Страница 2 из 6
Метрах в двухстах позади он то и дело замечал агрессивный чёрный внедорожник, но «Ауди» оказалась шустрой двухлитровой лошадкой со спорт-пакетом и послушно неслась по широким улицам, не давая преследователю сократить расстояние.
— Блядство. — Сатир хлопнул себя по карманам и понял, что телефон либо остался в массажном кабинете, либо выпал где-то по дороге.
Бегло осмотревшись, он заметил на пассажирском сиденье женскую сумочку, прикрытую голубой вельветовой рубашкой.
— Ага. — Майоров, глядя то вперёд, то по зеркалам, на ощупь проинспектировал находку и выудил из неё Террафон в красном чехле. Однако тот был заблокирован и не давал сделать чертовски важный звонок. — Да чтоб тебя. Хотя...
«Ауди» в последний момент перестроилась в крайний левый ряд и под загоревшийся красный унеслась вверх по Страстному бульвару, оказавшись отрезанной от внедорожника плотным перпендикулярным потоком машин.
Сатир шумно выдохнул и коснулся пальцами дисплея на приборной панели.
— Отлично. — Смартфон оказался подключён к бортовому компьютеру, и можно было позвонить прямо с панели.
Майоров нахмурился. В голове после внезапной беготни все цифры хаотично перемешались, не давая вспомнить ни один номер.
— Так, выдохнули и собрались. — Он жёстко ударил себя по лбу и наконец-то сосредоточился.
Вдалеке послышались еле различимые звуки сирен, но Сатира волновала только вероятность повторной встречи с чёрным внедорожником. Технично перестраиваясь из полосы в полосу, Константин вывел на дисплей кнопки набора и по памяти набрал нужный номер. На пятом гудке в динамиках раздался низкий мужской голос:
— Говорите.
Майоров успел открыть рот, но в следующую секунду боковое зеркало с его стороны разлетелось на мелкие осколки.
— Ах ты сука! — Сатир резко вильнул.
— Костян, это ты?
— Повиси!
«Ауди» резво прибавила скорость, обогнала поток автомобилей и проскочила очередной перекрёсток на красный свет, оставив за собой шлейф пронзительных сигналов.
— Майоров, какого хрена? — Спокойный бас забавно контрастировал с происходящим.
— Дэн, за мной гонятся, — процедил Сатир, буквально вслепую уходя от преследователей без бокового зеркала и обзора сзади из-за поднятой крышки багажника.
— Кто?
— Да хрен знает. И менты.
— Где ты?
— Петровский бульвар. А нет, уже Рождественский. Скоро буду на Сретенском.
— Ты там по кругу, что ли, катишься? — в динамиках раздался хриплый смех.
— Тебе весело, да?! Морозов, я тачку угнал!
Сатир услышал очередной выстрел, опасно вильнул и случайно подрезал ярко-зелёного «китайца». Седан затормозил, и в его задний бампер угодил сине-красный минивэн курьерской службы.
— У всех бывают плохие дни.
— Хорош там угорать!
— Ладно, тащи свою задницу к «Фениксу». На полицейской волне ваша погоня уже в приоритете.
— У меня ещё одна проблема.
— Говори.
— Тут на заднем сиденье спиногрыз оказался.
— Повтори?
Но ответить Сатир не успел. Разогнавшийся чёрный «Гелендваген» с рёвом ударил по заднему бамперу «Ауди». Майоров выматерился и вжал педаль газа в пол, автомобиль повело, но ему удалось выровнять ход. Впереди уже маячили перекрёсток со Сретенкой и мигающий зелёный, но Гелик уверенно шёл на повторный таран.
— Пацан, держись! — рыкнул Сатир, поняв, что не успевает уйти от удара.
Внедорожник атаковал «Ауди» в заднее левое крыло, и седан на полной скорости развернуло на девяносто градусов.
— Твою мать!
Время словно замедлилось, когда Майоров оказался нос к носу с водителем «Гелендвагена», чьё лицо частично закрывали угольно-чёрные стёкла очков-авиаторов. «Ауди» стремительно теряла скорость, но больше всего Сатир боялся, что из внедорожника метко выстрелит кто-то из пассажиров. Одновременно повышался риск вылететь на встречную полосу и попасть под удар другого автомобиля.
Позади раздался тихий жалобный всхлип, похожий на мяуканье котёнка. По позвоночнику Майорова пронеслась болезненная искра. Костяшки пальцев побелели от силы, с которой он сжал руль.
— Да ебись оно конём.
Он до боли ударил босой ступнёй по педали газа. Подбитая «Ауди», отчаянно шлифуя сухой асфальт, прочертила передним бампером по левому боку «Гелендвагена» и под аккомпанемент дюжины полицейских сирен и ревущих громкоговорителей метнулась вправо. Сатир мчался по Большой Лубянке по встречной полосе общественного транспорта в надежде на резвость стражей порядка. Если полиция задержит напавших на него людей, всё остальное не будет иметь особого значения. Работодатель Майорова легко решит вопрос и с угоном, и с опасной ездой.
— Ну?! Я же говорил! — он ухмыльнулся в зеркало заднего вида, ища глазами перепуганного мальчишку, но в небольшом пространстве между крышкой багажника и крышей «Ауди» снова мелькнул чёрный внедорожник. — Ах ты сучий потрох! Ни на кого надежды нет. Всё надо делать самому!
— Сатир, я всё ещё на связи, — напомнил о себе Денис Морозов.
Решение созрело мгновенно. Приблизившись к Т-образному перекрёстку, Майоров нажал на тормоз, крутанул рулём вправо, потом сразу влево, и «Ауди», рискованно накренившись, встала перпендикулярно основному потоку.
— Дэн, мчи на Лубянку. Желательно сразу с адвокатом. — Сатир ударил по стеклоподъёмнику и одновременно вскинул Глок. — Сдохни, тварь.
Лобовое стекло «Гелендвагена» треснуло под градом пуль, окрасившись изнутри тёмно-алыми разводами. Тяжёлый внедорожник резко ушёл влево, вскользь задел проезжавший по встречной фургон, опасно покачнулся и, ударившись передними колёсами в высокий бордюр, по инерции перевернулся. «Гелендваген» только чудом не задел никого из прохожих, приземлившись на бок поперёк тротуара, и упёрся крышей в укреплённые ворота здания Управления ФСБ.
— Тук-тук, — хмыкнул Сатир и потуже затянул на поясе полотенце.
Глава 3. Мистер Икс
Пространство перед Управлением ФСБ по чьему-то беззвучному приказу заполнилось бойцами в чёрной экипировке с оружием наперевес. Не дожидаясь особого приглашения, Сатир плавно открыл водительскую дверь и вышел из машины, успев напоследок ещё раз поправить сползавшее полотенце.
— Пацаны, я всё. — Он поднял вверх руки и зажмурился, приготовившись быть жёстко опрокинутым на асфальт. — Там мальчонка сзади.
— Руки за голову!
Трое плечистых мужчин в балаклавах грубо скрутили Майорова, кто-то ударил под колени, и он рухнул на землю, болезненно царапнув щёку и висок. Сопротивляться и что-то объяснять не было смысла. Впереди его ждали задержание, допрос и предъявление обвинений. Вся надежда оставалась только на своевременное появление Дениса Морозова и адвокатов «Феникса».
Всё ещё упираясь частью лица в асфальт, Сатир еле слышно зашипел от боли в запястьях, скованных холодным металлом наручников, и заметил, как кто-то из бойцов спецназа вытащил из «Ауди» худенького мальчика с мертвенно-бледным лицом и взъерошенными тёмными волосами и унёс в направлении уже подъехавшей «Скорой».
Майорову кто-то что-то говорил, зачитывал права и инструкции, немилосердно давя коленом в поясницу, но он облегчённо выдохнул и иронично усмехнулся, подумав: «Зашибись я на массажик сгонял. Самая убойная пятница года...»
* * *
— Полотенчик верните, — Сатир жалобно улыбнулся бойцу, втолкнувшему его в камеру изолятора. — У вас тут прохладненько. А я уже не мальчик: здоровье берегу.
— А штанишки ты где потерял, дедуль? — Лица спецназовца не было видно, но въедливые тёмные глаза в прорезях балаклавы искрились сарказмом.
— У массажистки забыл. Адресок нужен? Мнёт на совесть.
— Заметно, — хмыкнул боец и, сжалившись над задержанным, просунул полотенце в узкое пространство между прутьями решётки.
— Вот спасибо. — Майоров проводил взглядом удалявшегося спецназовца и беспомощно уставился на полотенце. — Юморист... — Руки всё ещё были скованы наручниками за спиной, и заново обернуть себя, на первый взгляд, не представлялось возможным. Сатир устало хрустнул шеей, откашлялся и, сплюнув горькую слюну в угол камеры, присел на край холодной узкой лавки. — Кавээнщики хреновы. — Он сгорбился и, приподняв ягодицы, подтащил под ними запястья. Потом согнулся ещё сильнее и подтянул к себе колени. — Твою мать. — Что-то хрустнуло в районе правой лопатки, но Майоров всё-таки умудрился просунуть поочерёдно обе ступни в кольцо рук и теперь мог хотя бы спереди прикрыть «хозяйство» посеревшим от асфальтовой пыли полотенцем. — Лучше, чем ничего.
Ждать пришлось недолго. Спустя всего полчаса Сатира привели в просторный кабинет следователя на первый допрос.
— Запястье, — буркнул хмурый мужчина лет тридцати пяти.
— Пожалуйста. — Константин уселся напротив него, основательно уложил полотенце на коленях и протянул следователю скованные ладони.
Тот никак не прокомментировал странный внешний вид Сатира, молча сдвинул кольцо наручников и провёл сканером по куар-коду. Майоров откашлялся и уселся поудобнее, откинувшись на спинку стула. Потом глянул на квадратные настенные часы и прикинул, как скоро здесь появится Морозов или кто-то из боссов «Феникса».
По истечении минуты следователь нахмурился ещё сильнее и, бросив короткий взгляд на задержанного, поднёс к уху смартфон.
— Зотов, зайди ко мне.
Дверь в кабинет с тихим скрипом приоткрылась, и внутрь шагнул молодой парень в чёрной футболке с взлохмаченными светлыми волосами.
— Сергей Петрович?
— Глянь, что со связью у нас.
— А что такое? — Парень подошёл к рабочему столу следователя и согнулся, всматриваясь в монитор рабочего компьютера.
— Данные не грузятся.
Сатир молча улыбнулся, с иронией рассматривая грязные после пробежки по городу ноги.
— Хм... — Зотов придвинул к себе клавиатуру, резво прошёлся подушечками пальцев по кнопкам и выдал: — С Интернетом всё в порядке. Может, база подвисает? Дайте-ка... — Он взял со стола сканер и поднёс его к своему запястью. — Вроде нет. Не понимаю.
— Моё попробуй. — Следователь недовольно вздохнул и задрал рукав.
Данные его куар-кода тоже загрузились мгновенно.
— Какой-то глюк, Сергей Петрович.
— Стопудово, — хмыкнул под нос Майоров.
— Руку, — процедил следователь.
— Пожалуйста, Сергей Петрович. — Сатир расплылся в издевательской ухмылке и снова продемонстрировал запястье.
— Хрень какая-то...
Системный администратор задержал взгляд на Майорове на несколько секунд, но потом его светлые брови резко приподнялись, и он снова уставился на монитор.
— Сергей Петрович, это не глюк. Вот. — Он ткнул указательным пальцем куда-то в нижний угол, и следователь еле слышно выматерился. — Тут отдельный запрос нужен. Наверх.
— Ладно, проваливай.
— Ну что там? — Константин с наигранным любопытством подался вперёд и облокотился на разведённые в стороны колени.
— Фамилия, имя, отчество, — буркнул следователь, игнорируя провокацию.
— Майоров Константин Викторович. Разве у вас там не написано?
— На заборе и то больше написано.
Сатир прыснул:
— Это не я. Это, — он задорно вскинул указательный палец вверх, — сверху распорядились.
Сергей Петрович сдвинул клавиатуру в сторону и повернулся к задержанному юмористу:
— Зачем ребёнка украли?
— Вообще-то я машину угнал. Правда хотел вернуть потом. А ребёнок там случайно оказался.
— И вы его не заметили?
— А можно мне адвоката дождаться?
— А вы его, Константин Викторович, уже вызвали?
— Разумеется. Как только рядом с вами припарковался, так сразу и вызвал.
Следователь устало растёр виски и сжал пальцами напряжённую переносицу, неспешно поднялся из-за стола и, прихватив большую чёрную кружку, подошёл к металлическому стеллажу, где помигивал жёлто-зелёным диодом термопот. По кабинету растёкся горьковатый запах растворимого кофе. Тихое позвякивание чайной ложки по стенкам кружки нарушило тишину. Сергей Петрович вернулся на рабочее место и уставился в смартфон, недовольно бросив:
— У меня вообще-то последний рабочий день перед отпуском.
— Везёт вам! — восхитился Сатир. — Я вот без выходных и праздников пашу. В поте лица.
— И чем же вы занимаетесь?
— Мир спасаю.