– Я так понимаю, что я вам не нужен. Прощайте.
– Постойте, – сказал хор из четырех человек.
Вот, как я и думал. Герцогиня, святоша, шишка и маг. Они решают все.
– Мы согласны, – озвучил общую мысль Ронк.
Все, он бывший командир. Хватит, временные, слезай. Приходит более достойное руководство. Мы – не эсеры. Мы – анархисты.
– Контракт, – протянул я руку.
– Вот, – сунул мне лист бумаги маг Изар.
Я прочитал контракт – вроде все нормально. А с тобой, выкидыш ехидны, я позже потолкую. Я уже имею одну звездочку за сбитого повелителя на фюзеляже. Будешь ежика на «вы» называть, так добавлю и вторую. Ну, попробую добавить. Удары в спину получаются у меня хорошо.
– Поставьте подпись заказчика, – сказал я.
Ронк достал кинжал и приложил свою кровь. Бинго. Я вас всех поимел. Растеряны вы очень. А сейчас я внесу небольшие изменения.
– Подписываются все, – потребовал я. – Иначе я не подпишу.
– Это не по правилам, – взвился святоша.
– Правила устанавливаю я, – я улыбнулся. – Вы не согласны?
Нехотя и ворча, эту процедуру повторили все присутствующие. Вот так будет лучше. Повязаны все, а не один. Я не хочу никого из вас убивать. Алиана, ты – маг жизни, а не огня и не сможешь испепелить меня глазами. Успокойся. Я скажу тебе пару гадостей, ты мне скажешь десятка два, и мы снова найдем консенсус. Ты опять станешь нормальной девчонкой. Очень красивой девчонкой. Я приложил свою кровь к договору и спрятал его в напоясную сумку. Подошел к столу, просмотрел бумагу и оставил свою кровь на их экземпляре. Все. Контракт заключен.
– Цель? – спросил я у Ронка.
– Артефакт в Мертвой пустоши, – ответил он.
– Что? Где?
– Артефакт в Мертвой пустоши, – недоуменно повторил Ронк.
– Блин, какого хрена ты, сволочь, начал действовать раньше, – взорвался я, – а твой долбаный дух, да я эту… – непереводимая игра слов!!!
Все присутствующие немного удивились в плане полного охреневания. Вру, не все. Алиана задумалась. Полный северный лис. Я попал под раздачу.
– Нет. Это называется иначе. Просто полный!
Ты уже начал материться? Раньше не замечал такого.
– А что еще остается делать?
Отступление первое
– Значит, Хизар, отступника нигде нет?
– Да, мастер. Я прошел все сопряженные сферы. Никаких следов.
– Он умер?
– Похоже на то. Но ничего утверждать я не берусь. А что вы выяснили у наших «партнеров»?
– Ничего. После своего вмешательства они отступником больше не интересовались. Меня в этом заверила одна очень высокопоставленная персона.
– Что мне делать дальше, мастер?
– Занимайся своими прямыми обязанностями. Кстати, Хизар, если отступник жив, то тебе будет очень плохо. Не я тебя накажу: он тебя накажет. Отступник не умеет прощать, он не знает, что это такое, а ты его предал. Помни об этом.
– Я помню, мастер.
Через несколько часов неизвестно где
Море лениво посылало волны на пустынный берег. Чайки кружили над одиноким существом, которое бросало им куски хлеба.
– Да, никак вас не накормить, – засмеялся Хизар. – Ты ведь любил это делать, теперь и я люблю. Чайки, море – и никого вокруг нет.
Очередная волна накатилась на пустынный берег.
– Мастер, – подняв голову к темному небу, крикнул Хизар, – ты велик, ты знаешь почти все. Ты прав. Он не умеет прощать, он не знает, что это такое. Есть одна маленькая проблема, мастер. Я всегда защищал его спину, и я его не предавал!
Громкий смех разнесся по пустынному пляжу.
Глава 3
«Нормальные герои всегда идут…» в поход
Я уныло посмотрел на свою команду в последний раз и дал отмашку на выдвижение. Все, что можно было сделать, я сделал. Отговорить туристов от рейда оказалось невозможно. Надо – и все. Черт с ним. Рассказать спутникам, так слово мертвому – это железное слово. Я не хочу, чтобы меня назвали клятвопреступником. Я не хочу отвечать за нарушение слова. Никто этого не хочет.
Трава шелестит под копытами лошадей нашей группы и будет еще шелестеть дней пять, пока мы не прибудем на место. Потом – все. Потом нас будут убивать. Неторопливо и со вкусом пластать на части. Вот черт! Я и рассказать им ничего не могу. Дух, гад, взял слово, что только я один буду знать. Тогда я не видел в этом ничего страшного. Я знаю, и никто другой не курсе, ну и чего в этом криминального? До проявления интереса ко мне сволочи наверху оставалось несколько дней. Я ошибался. Вернее, я недооценил своего «подвига» с убийством королевы. Тогда я предполагал, что это расплата за Чейту, но не стал потом развивать свою мысль. Зря. Сволочь действительно проявляла ко мне серьезный интерес раз в год. Но он подкидывал задачи и в остальное время. Тот лич, которого я в первый раз встретил в погани и от которого я сбежал, – он наверняка был из этой обоймы. Из обоймы интереса ко мне. Гражданская война в Декаре – наверняка тоже из этого списка. Нет, ради меня он бы не стал устраивать это, но все остальное… Воспользовался ситуацией. Черт с ним.
Блин. Я не зря отправился в пограничье. Проф удивлялся, но он не знал полностью моей истории. Я же был разведчиком на Земле. Мотострелком, но разведчиком. Леса – это для меня не ново. То-то Конт удивлялся, как я быстро и точно понимаю его указания. Как я разбираюсь в тактике боя в лесу. Она, тактика, всегда одинакова. Ну, почти одинакова. Наработки немного разные, но суть одна. А вот бой в подземельях – это совершенно другая песня. Кое-кто оценил это во Вьетнаме, а потом оценили и другие. А Конт – как он удивлялся. Мол, и этому охотников учат? Не учат. Это домашние заготовки. Поэтому и была придумана эта легенда. Я – егерь с Драконьего хребта. Все в нее вписалось просто и невероятно удачно. Блин, вписалось, да так, что я совершенно этому не рад. Я был охотником-одиночкой. Я устраивал налеты для собственного самосовершенствования. А теперь что делать?
Я отвечаю за группу. В первый раз это со мной. Обычный бой – это другое. Там я боец, а не все остальное. Надо найти лазейку в клятве. Надо. А теперь я постараюсь довести группу до конечной точки маршрута. Я опять усмехнулся. Как там учил нас ротный? Главное – это правильная оценка обстановки. В ходе оценки обстановки командир группы изучает всю имеющуюся разведывательную и другую информацию о противнике и районе предстоящих действий группы. Я командир, и я давно это сделал.
Состав сил и средств противника на маршруте переброски и в районе выполнения группой боевой задачи. Ну что тут скажешь? На маршруте хрен его знает, а в конечной точке нам хватит выше крыши.
Возможность противника по вскрытию действий разведывательной группы и оказанию ей противодействия. Будет противодействие, еще какое будет, а потом нас начнут вскрывать. Неторопливо вскрывать, смакуя каждый момент этого действа.
Отношение местного населения к противнику и нашим войскам. К тварям, которые ждут нас, не знаю, а к нашей группе – сугубо положительное. Свежее мясо любят практически все местные жители.
Минная обстановка. Так под ноги смотри и не наступишь на свежую мину из определенной субстанции.
А что есть у нас? Несколько хороших воинов, группа огневой поддержки в лице мага и святоши и походный госпиталь. Алиана – не боевой маг. Про возможность заброски и эвакуации по воздуху можно и не говорить. Вертушек здесь нет. Хотя была бы под рукой пара драконов – тогда да. Садись – и вперед. Довезут туда и обратно без проблем. Одно плохо. Сначала их нужно найти. Драконов найти, и вместе с ними – неприятности на свою задницу. Потом суметь остаться в живых – и только потом попробовать договориться о сотрудничестве. Причем понятие сотрудничества предполагает наличие у тебя крупной суммы и горячего желания с ней немедленно расстаться, чтобы ты смог покинуть эту местность на своих двоих. Жадные, мелочные и склочные создания эти драконы. Уважаю. В этом мире по-другому нельзя. Мигом на шею сядут, ноги свесят, и будешь изображать из себя ездовую собаку. Так что придется по земельке и на лошадках. Вот и передвигаемся, как можем.
С егерями я сразу нашел общий язык. Старые и опытные вояки. Приятно иметь с ними дело. Минимум вопросов. Все необходимое снаряжение для группы у них было с собой – начиная от палаток, заканчивая местным вариантом гигиенических полотенец для ежедневного протирания тела. Эх, была бы на Земле у меня такая снаряга, когда нас гоняли по лесам. Класс, а не снаряжение. Магия форевер. Ладно, проехали. С егерями я сразу обсудил наши всевозможные телодвижения на маршруте. Начиная от боевого порядка группы в ходе рейда до расположения ям для оправления естественных потребностей организма. Вот и сейчас мы передвигаемся трилистником, или буквой «Y», углом вперед. Впереди головной дозор в составе меня любимого, егеря и мага. Стандартная тройка. Я с егерем впереди, а за нами огневик. Метрах в двадцати передвигается группа управления, чтобы ее черти взяли. Ядро отряда, мать его: Алиана, шишка и святоша. Дождешься от них поддержки, как же. Сам вбивал в их головы, чтобы при стычке не лезли вперед. По-другому нельзя. Без Алианы рейд теряет смысл. Я не ошибся – только она может взять цель в руки и вынести ее на свежий воздух. Будь прокляты эти старые артефакты, из-за которых молодая девчонка вынуждена совать свою голову черт знает куда. Алиана должна жить. Справа и слева от группы управления, чуть отстав от нее, передвигаются боковые дозоры из двух егерей в каждом. Стандартный боевой порядок при передвижении в районе особого внимания. По-другому пограничье не назовешь. В любой момент жди бяки отовсюду. Мы и ждем. Мы готовы к атаке на группу с любой стороны. Алиана прикрыта со всех направлений.
Жаль, что скоро редколесье закончится и мы вынуждены будем передвигаться колонной по одному, дыша в затылок друг другу. Ну, почти дыша. В особо сложные для передвижения места нет смысла лезть. На чем тащить снаряжение – на собственном горбу? А как иначе, если лошадей придется оставить? Хрен вам. Я Пушка не оставлю, а лошадей – тем более. Нечего местных жителей баловать большим количеством халявного мяса. Это я о лошадях. А Пушок сам из кого хочешь обед себе приготовит. А мой мешок путника не резиновый. Все снаряжение туда не влезет. Набрали с собой много. Набрали на месяц автономного плавания. Одни продукты сколько места занимают! А ресторанов быстрого обслуживания я здесь не видел. Нет, может, они и есть, но только не для нас. Рылом, понимаешь, мы не вышли.
Перед выходом группы я проверил все. Старался предусмотреть каждую мелочь. Я не один. Я отвечаю за всех. Я учел все. Хотя вру: я не обеспечил разведгруппе связь с центром. Не смог по причине отсутствия центра, который может немедленно выслать подмогу и обеспечить эвакуацию группы. А если посмотреть с другой стороны, как же без связи? Будет связь. Как убьют, так сразу и получишь возможность лично пообщаться, а то и поручкаться с верховным главнокомандующим. Я к нему на прием вряд ли сразу попаду: пара сотен лет в чистилище мне обеспечена.
– Хватит ныть.
А есть другие предложения? А? Не слышу ответа. Хотя ты прав. Хватит. Что бы ни произошло, Алиана должна выжить и вернуться. Егеря – отличные парни. Да и маг оказался толковым мужиком. Слишком долго он ощущал сознание собственной важности. Как я сбил с него спесь, так все пришло в норму: накипь последних двух лет с него слетела. Два года назад он стал повелителем огня, вот до сих пор и переживает это чудное мгновение. Вернее, переживал. Вообще интересная история. Ладно, проехали. Шишка – тоже неплохой мужик. Один святоша не шел со мной на контакт и предпочитал отмалчиваться. Я так и не смог его просчитать. Но всеми этими людьми при необходимости я пожертвую. И собой могу пожертвовать. Алиана должна выжить. Вот сволочь. Вот как подстроил удар. Я его совсем не ожидал: я почти забыл о ней.
Стоп. Твою тещу! Я еще забыл кое о чем! Ребенок Лаэры. Блин. Я совсем о нем забыл. Хотя это ребенок Лаэры и Кенора. Это их ребенок. Кто там говорил, что князь бесплоден? Выйди из строя и посмотри. Кто сказал, что нужен маг крови для проверки отцовства? ПАЛАЧ!!! Где ты шляешься?! У тебя работы полно! Да и наверняка ребенок под такой охраной, что мало не покажется никому. Хм. Интересно было бы на него или на нее посмотреть. Издали, конечно. Я не чувствую и не должен чувствовать ничего, кроме интереса к этому комочку жизни.
– А если его убь…
– Порву! – вырвался крик из моего горла.
Пушок заревел и завертелся на месте, ища не замеченного им врага. Егерь и маг шарахнулись в стороны.
– К бою, – закричал Ронк.
Блин. Вырвалось. Спокойно, Пушок.
– Отставить, – остановил я шевеление личного состава. – Так, и что тут у нас есть? – спросил я у народа.
Я похлопал по шее успокоившегося Пушка и начал рассматривать группу. Егерь из моей тройки остановил коня и направил арбалет с хитрым болтом на ближайшие кусты. Вру: все егеря приготовились к отражению нападения. Это понятно. Опытнейшие вояки. А вот остальные? М-да. Изар, который маг, кряхтя поднимался на ноги. Не умеет падать с испуганной и вставшей на дыбы лошади. Святоша Пат, читавший на скаку местный вариант библии, не остановил своего коня, а наоборот – дал ему посыл вперед. Животина прилежно выполнила ценное указание и врезалась грудью в круп остановившегося коня Ронка. После чего последний доблестно кувырнулся на землю. Как шишка не напоролся на собственный меч, который он ловко выдернул из ножен при моем вопле? Молодец. Паркетная жизнь с него быстро слетела, и Ронк опять стал лихим гвардейцем. Алиана перестала в панике оглядываться по сторонам. Вот сейчас я и буду строить ядро нашей группы. Командир не ошибается. Все, что он делает, абсолютно верно и правильно. Я тут, понимаешь, учение устраиваю, а личный состав наполовину деморализован.
– И что это было? – громко поинтересовался я. – Мы уже в десятке километров от седьмого поселка. Мы в пограничье, мать вашу. Что тут вы мне показываете? Что? К егерям претензий нет. А вот к остальным – целая куча. Ронк, какого хрена ты отдал приказ к бою? Ты командир или я?
Ронк перестал материть святошу и начал осматривать окрестности, ища существо, которое можно убить. М-да. Работать и работать. В группе один командир, и мне плевать на его привычки.
– Изар, а ты что нам продемонстрировал? Ты поясни, а то я не понял.
Маг глухо выругался и угрюмо уставился на предателя-коня. Тот ответил ему невинным взором. Мол, это не я. Это драк, и вообще разве нормальный жеребец может чувствовать себя спокойно, находясь рядом с этим исчадием ада?
– Пат, а к тебе один вопрос. Ты на чьей стороне играешь? Мало того, что ты при учебной тревоге не предпринял мер по защите соратников, так и вывел из строя боевую единицу. С такими друзьями и враги не нужны.
Ронк, смотря на смущенного святошу, злорадно засмеялся. Егеря улыбнулись. Им не по чину. Да, я вот такой. Постоянно забочусь о своих подчиненных непрерывными учебными тревогами.
– Проехали, – махнул я рукой. – Кое-кто забыл, что он находится в пограничье, а не во дворце. Я заметил это и напомнил. Продолжаем движение.
Во взглядах егерей, обращенных на меня, я прочел уважение. Даже шишка одобрительно похлопал меня по плечу. Мысленно похлопал. Мол, так и надо с этими штафирками. Вечно от них головная боль и полное смущение строя. Команд не понимают, а все туда же – жизни учат. Ломоносовы неотменделеенные.
– Далв, – прозвенел мне в спину голосок Алианы, – а мне ты ничего не хочешь сказать?
Я ухмыльнулся. А счет после объявления учебной тревоги сравнялся. За сутки, что мы готовились к рейду, девчонка пару раз успела сказать мне гадость и остановилась, только заметив недоуменные взгляды спутников. Перестала, но глазами мне пообещала такой интим, что я обрадовался и удивился. Я все понимаю: прошлая встреча в будуаре с кроватью осталась незавершенной, и Алиана хочет довести ее до логического конца. Но что королевская дочка имеет такие пристрастия сексуального характера, я не ожидал. В принципе все понятно. Я голый лежу на топчане, а она рядом. Хорошо, но почему топчан без матраса? Почему мои руки и ноги прикованы цепями? Почему она вся в коже и перебирает набор пыточных инструментов? Такими играми я никогда не увлекался.
– Далв? – напомнила о себе Алиана.
– А что я могу сказать? – удивился я. – Мы в походе и называем друг друга по именам. Так есть шанс подольше пожить. Что я могу сказать Эле? А вот если бы мы находились в поместье твоего папеньки, то я бы сказал следующее. Леди Эла Как Вас Там, я понимаю, что магия жизни – это то, что очень необходимо женщине. Уход за кожей, сохранение молодости лица и тела и так далее, но есть и иные аспекты этой силы. Жаль, что магиня Эла об этом не помнит.
По мере моего монолога девчонка наливалась бешенством, а ее спутники тщательно скрывали растущие улыбки. Нет, счет стал не просто в мою пользу – я сильно вырвался вперед.
– Эла, у тебя еще есть вопросы к твоему командиру? – выделяя каждое слово, поинтересовался я.
– Я – магиня Эла, – прошипела девчонка.
– Да? – удивился я. – Не заметил. Едем дальше.
Не обращая внимания на остальных, я послал Пушка вперед. В глазах у Алианы я прочитал, что к набору интересных инструментов добавилась и дыба. Нет, так дальше не пойдет. Надо с ней поцапаться наедине, и тогда у нас будет мир и согласие. Девчонка спустит пар и успокоится. Так, планы корректируются. Выжить должна не только Алиана. Выжить должен и я. Жаль остальных, но мы должны выжить. Я поинтересуюсь, как там дела у княжеской четы, и только после этого буду спокоен и готов к упокоению. Я быть призраком не хочу. Оно мне надо? Кстати о птичках. Надо вспомнить все подробности.
– Далв, – продолжил уговаривать меня призрак, – ты пойми, никто, кроме тебя, не должен знать об этом. Никто.
– Дядя, ну сколько можно тебе повторять. Я объявление повешу об этом? Мол, люди добрые, около Мертвой пустоши есть один интересный клад. Я ничего вам не скажу, а вы ничего не слышали. Так, что ли?
– Далв, ты должен об этом знать один. Клянись мне – и все узнаешь.
– Слушай, герцог, – ответил я. – А зачем тебе моя клятва?
– Зачем? – усмехнулся дух. – А затем, чтобы ты никому и ничего не сказал. Это только твой клад, а не чей-либо еще.
Так, наш разговор зашел в тупик. Уже раз третий зашел. До активизации сволочи у меня есть еще несколько дней. Значит, я могу поклясться. А почему бы и нет? Я не собираюсь рассказывать каждому встречному об интереснейшей захоронке.
– Герцог, – начал я, – повтори еще раз, что там лежит.
– Я тебе уже говорил, – возмутился призрак.
– А я еще раз хочу послушать, – зевнул я. – Мне так будет легче принимать решение.
– Далв, ты наглец, – заявил призрак.
Как все привычно. Не хватает вина и собутыльника. Герцог, при всем его желании, не пьет. Закодированный насмерть индивидуум. Может, поэтому он такой злой. Как представишь себе столетия без вина и пива, так сразу на весь мир обидишься. Как я его понимаю, но клятва мертвому – это серьезно. Надо все осмотреть со всех сторон.
– Я знаю, что я наглец. Ты расскажи, а я послушаю.
Я устроился на полу поудобнее и приготовился окунуться в фантазии.
– Там есть три артефакта, – опять начал рассказывать герцог. – Первый – это артефакт контроля над стихиями. Четыре кольца элементалей. Четыре кольца, позволяющие вызвать четырех духов стихий. Не надо быть сильным магом, чтобы овладеть этим артефактом. Маг вызывает их, и они полностью в его воле. Полностью. Эти кольца соединены в одну цепь. Они не конфликтуют друг с другом. Века заточения сделали их терпимыми, да и не могут вырваться они из своей тюрьмы. Покинуть на время – да, но не навсегда. Они полностью покорны воле владельца. Стихии не могут разрушить свою тюрьму. Металл звезд не позволяет им сделать это. Стихии покорны и послушны. Таких артефактов было сделано всего несколько штук. Изготовлены они были до Смуты. Каждый артефакт стоил королевства. Я овладел этой цепью, но и приобрел могущественных врагов, когда просочились слухи об этом. Я был сильным магом, но мне даже с помощью цепи не удалось бы справиться с ними. Как только внутренняя сила мага заканчивается, стихии возвращаются в свою тюрьму. Жаль, но такова жизнь. Никто не может обойти законов Создателя.
Дух прервался и погрузился в свои фантазии. Понятно. Там он на коне, а все враги – пыль и навоз. Ясен пень, что за такую игрушку герцога и убили. Это же какая сила?! Вызываешь, и все. Пипец врагам и их отчизне. Хотя когда твоя сила заканчивается, то северный лис приходит к тебе. А дядя преувеличивает. Никаким он сильным магом не был. Максимум – магистр. Все, на что его хватило, – это сопротивление пыткам и возрождение после смерти.
– Второй артефакт, – продолжил призрак, – это кольцо жизни. Каждый, кто его носит, способен регенерировать самые ужасные раны. Владельца этого кольца очень трудно убить. Он почти бессмертен в рамках отведенной ему Создателем жизни. Но тоже есть ограничения. Если владелец кольца получил несколько смертельных ран одновременно, то он умрет.
