Мне было жарко. Очень жарко. Я будто в аду горела.
Всё время хотелось скинуть с себя ужасно жаркую шкуру, воняющую почему-то медведем.
«Какую ещё шкуру? Почему медведем?» – пытался пробиться ко мне разум, но я почти сразу уплывала в спасающий тёмный мрак.
В горле пекло от сухости, но когда мне давали выпить, становилось ещё хуже.
Горькая жидкость обжигала горло, проникая прямо в лёгкие.
И всё это сопровождалось постоянными бормотаниями.
Так плохо мне не было никогда!
А потом жар отступил. Стало легко и свободно. Будь во мне побольше сил, я бы порадовалась, а так меня хватило только на то, чтобы перевернуться на правый бок и погрузиться в глубокий сон.
Не знаю, сколько так проспала, но когда на моих веках заплясали солнечные зайчики, я открыла глаза.
Интерьер комнаты наводил на мысли об охотничьей сторожке. Одно несоответствие – чучел в домике не наблюдалось.
В углу трещала обычная печь, внутри которой медленно булькал мясной бульон в кастрюле.
Живот требовательно заворчал.
Дверь открылась, впуская на краткий миг холодный воздух с неотапливаемого коридора.
Бабушка быстро отсекла его, закрыв за собой единственный выход из комнаты.
– Проснулась… хорошо. Значит, болезнь отступила. Подняться сможешь?
– Да… – каркающий хрип, вырвавшийся из моего горла, смог бы напугать любого… но не эту странную бабульку. – Кто вы? Эээ… спасибо, что спасли меня.
Старушка усмехнулась и покивала, хватаясь за рогатый ухват, который использовали во времена столь давние, что не каждый даже знает его название.
– Пожалуйста, детка… Только поспешила ты благодарить меня. Когда узнаешь, что тебе на роду написано, ещё не раз помянешь меня недобрым словом.
Я насторожилась, подтянув медвежью шкуру до самого подбородка.
Бабуля разразилась каркающим хохотом.
– Не бойся. Я – не Баба Яга!
«Откуда она…»
– У тебя на лице всё написано, – старушка вытерла выступившие от смеха слёзы. – Но в одном ты права: я – ведьма.
По без того липкой спине побежал холодный пот. Но страха, как такового, не было от слова совсем. Скорей нездоровое любопытство.
Женщина вытащила из печи горшок с бульоном и поставила его на стол, на подставку.
– Да не трясись. Нет во мне злого умысла. Ты же чувствуешь. Верь себе… и поднимайся. Сначала банька, потом еда и долгий разговор.
Я отодвинула «медведя», и ноги коснулись холодного пола.
– Обувайся. Пошли.
Послушно накинув на себя длинный тулуп, поплелась за своей подозрительной спасительницей.
Глава 11. Табу
Русские бани – это что-то невероятное! Казалось, только минуту назад я напоминала вялый ноябрьский лист, изо всех сил цепляющийся за почерневшую от холода ветку, а стоило посидеть на лавке, подышать распаренным воздухом, получить по спине пару мягких ударов берёзовым веником – и вот я бодра, как никогда! Словно и не было никакой лихорадочной ночи после ледового купания в Томи.
– Садись, – велела старушка, как только мы вернулись обратно в сторожку. – Зови меня бабкой Агатой. Меня все так зовут. Бери ложку, хлеб… Ешь, а я буду рассказывать. Хм… с чего бы начать? Ну… раз ты сделала квадратные глаза, когда я призналась, что являюсь ведьмой, начать, видимо, придётся с самого начала. Только уточни – я не ошиблась? Ты ничего не знаешь о сверхах?
Я замотала головой, так как рот был забит едой. Подумать только! Я настолько проголодалась, что сейчас даже любопытство, мой вечный двигатель, отошло на второй план.
Бабка Агата усмехнулась.
– Всё верно. Твои настоящие родители сработали идеально! Скорей всего отдали тебя простым людям. Так сказать, помогли затеряться. Будь ты в окружении наших, так долго не прожила бы.
– Да в чём дело? – я проглотила ложку бульона и не сдержалась от возмущения. – Что такого я могла сделать сверхам?!
Женщина мрачно посмотрела на меня.
– Родиться.
– Что?!
– Не гони коней, ягодка. Дай начать объяснение путёво. Итак… Сверхи, то есть оборотни и ведьмы, всегда жили рядом с людьми. О нас многие знают, но мало кто в нас верит. Хах! Пока не столкнётся нос к носу, конечно, – женщина рассмеялась каркающим смехом, – да и после такого столкновения мозг прогрессивного человека пытается найти любое другое логическое объяснение правде, предпочитая не верить ни глазам, ни ушам. Это всегда было нам на руку. Человеческое внимание – самое неконтролируемое по последствиям явление. После резни в Европе наши оборотни и ведьмы перебрались в тайгу. Это было последнее совместное дело наших подвидов, ибо именно симбиоз оборотней и ведьм привёл на головы наших предков инквизицию.
Бульон утолил первый голод, и любопытство усилилось.
– Как?
– Гибриды, – просто ответила старушка, пожав плечами, будто бы мне сразу всё должно стать ясно. – Полукровки прекрасно могли сосуществовать с людьми рядом.
– Полукровки?
– Дети оборотней и ведьм. Одно не учли былые. То, что «мочь» и «быть» – два разных определения. Как бы гибриды не старались косить под людей, их двойственная натура могла в любой самый неподходящий момент явить себя миру. Именно так страх людской активировался, явив святую инквизицию миру.
Я будто бы в сказку попала. Однако произошедшее добавило себе мрачной реальности, этим только ещё больше запутывая всё.
– Когда мы пришли на новое место, стаи и кланы решили издать табу. Оборотням запретили создавать пары с ведьмами. А чтобы не смущать зверя оборотней, всех маленьких ведьм и ведьмаков лишали запаха. Обряд не сложный… чем-то похож на крещение, поэтому перед нечаянно зашедшими в клан людьми получилось представить всё, как староверский ритуал.
– Не пойму, чем гибриды так опасны? И почему вы… я что? Гибрид?
– Вот торопыга! – буркнула старушка недовольно. – Поспешишь, людей насмешишь! Слыхала?
– Я хочу понять…
– Да. Ты – гибрид. И довольно дикий, а значит, опасный.
– А вы ведьма… – я скорей не спрашивала, а подчёркивала, расставляя акценты. – И что же? Меня убьют за… за дикость? Или что? Вы… Выдадите меня?
Бабка Агата громко цокнула языком, сдаваясь. Не получилось у неё закошмарить меня длинной сказочкой.
– Не выдам, – ответила старушка и сразу помрачнела на глазах, – хоть я и «Карающая».
– М?
– Дикое ты создание, – женщина возвела очи, выцветшие от прожитых лет, к побеленному потолку сторожки. – Но я тебе помогу. Мой дар позволил искупить страшную вину, направив меня к тебе, и я не упущу этого шанса!
– Сейчас вы меня немножко пугаете, – призналась я дрогнувшим голосом.
– Не бойся, дитя. Я тебя не подведу… – Агата мотнула головой, смахивая с уголков глаз непрошенные слёзы. – Свою Злату не подведу!
Дальше последовал долгий рассказ о личной драме старушки-отшельницы, наказавшей себя одиночеством за следование правилам. История оказалась банальна. Хоть ведьмы и оборотни росли со знанием табу, тайная любовь случалась! Запретный плод – сладок! Не зря это сказали! Это и случилось у красавицы Златы и оборотня Влада.
Агата, когда узнала, что её дочь путается с оборотнем, сразу же бросилась к ковену. Она играла в иерархии ведьм не последнюю роль, но даже должность не смогла повернуть время вспять, когда последствия оказались неизбежны.
Оборотня отправили в северную Америку. Влад был молод… и видимо не сильно против разлуки с юной ведьмочкой. Она была тем самым запретным плодом, которое и надкусить успел, и осознать, что не настолько он «сладок», насколько представлялось.
А вот для Златы всё было куда серьёзнее. Она и любила… и последствий хлебнула огромным половником, а не ложкой. Дочь Агаты оказалась беременной. Совет вынес вердикт – избавиться от ребёнка. Будь Злата такой дикой, как я, возможно решилась бы сбежать, но семнадцатилетняя ведьмочка была воспитана в традициях ковена, поэтому стайный инстинкт сверхов сломал девушку. Но и убить ребёнка она не могла… в общем, утром Злату нашли мёртвой.
– Это ужасно, – выдохнула я, выпивая из большой чашки отвар.
Агата скупо кивнула, проглатывая застарелую боль.
А я, получив крепкий мотив, решила перевести тему.
– Но вы так и не сказали, чем конкретно гибриды опасны.
Мне был подарен выразительный взгляд, и я сразу поняла, что здесь всё неоднозначно.
Ведьма тяжко вздохнула.
– Официально причина в отсутствии контроля. У гибридов сила распределяется сразу и на ипостась и на ведьмовской резерв – а это слишком. В критические минуты, какими является всплеск любых мало-мальски сильных эмоций, ипостась рвётся наружу, а дар выливается в сглаз или порчу.
– Это так?
Старушка поморщилась.
– Так. Однако порча может сорваться у любой ведьмы, коли та пренебрегает занятиями и тренировкой силы. То же самое касается оборотней. Мало, что ли, молодняка у этого зверья срывается после первого оборота?! Стали бы они прятаться по лесам! Они такое же староверы, как моя кошка! Ха! Блюстители первозданного!
Под кожу закрались здоровенные мурахи.
– Что же тогда заставило придумать табу?
Агата горько усмехнулась, устремляя взгляд в окно на заснеженный дворик.
– Будешь смеяться… хотя нет. Не будешь, ведь сейчас ты выступаешь в главных ролях.
– Я поняла уже: мои родители нарушили табу, позволили мне родиться. Не мучайте меня ещё больше. Говорите, как есть.
Агата согласно кивнула, продолжая изучать подворье.
– Когда остаткам ведьм и оборотней удалось покинуть Европу, Велине, верховной ведьме ковена, пришло видение. Когда Велина вернулась из-за грани, напуганы были все. Верховная дала пророчество. Точную трактовку уже никто не даст. Слишком много лет прошло с того времени. Но основную строчку передают из уст в уста: «Как только белый гибрид придёт, чистокровных оборотней, и ведьм не станет боле…»
Я нахмурилась. Понимаю, что после встречи с оборотнем, самоличного преображения в подобие животного, опять же призрак, который вытащил меня непонятно как… после всего этого не верить в пророчества странно. Но ещё более странно в него верить! Мой разум противился этому, как только мог! Однако даже он оказался бессилен против простых доводов: чистокровные живут с этим знанием, бояться и верят в пророчество спасшей их от вымирания ведьмы. А то, что она жила в средневековье, и ход событий мог давно поменять любое течение будущего – вряд ли способно прийти им в голову.
«Белый гибрид… но я не белый. Я – так-то рыжая. Эх! Жаль, я не могла посмотреть на своё пусть и не полное обращение. Может, смогла бы понять, какого цвета моя ипостась?»
– А вы точно не знаете, кем были мои родители?
– Точно, деточка. Я здесь очень давно живу. А видение о твоём скором появлении начало приходить около десяти лет назад. Но ты вот что… узнать, кто они всё-таки надо. Ты… – старушка пытливо посмотрела на меня, осторожно погладив по руке, – ты подумай хорошенько. Даже если родители тебя оставили у людей, должны всё-таки присматривать за тобой. Северск – не тот городок, где можно такую взрослую девку укрыть от оборотней. Тут их кишмя кишит.
Сразу вспомнилась Саша с её духами.
– Крёстная, – выдохнула вслух свою первоначальную догадку. Она всегда была рядом со мной. Сколько себя помню, хоть и живёт в другом городе. Могла она с помощью косметических средств спрятать меня?
– Коли ведьма, так запросто! Среди нас самые лучшие травницы и зельевары. Ты вот что… есть у меня мобильный телефон на экстренный случай. Он защищён от прослушивания. Не смотри так. Я дожила до своих лет только потому, что не устаю развиваться по всем направлениям. Да и какой смышлёный хакер откажет в услуге безобидной старушке?
Я улыбнулась, хотя настроения не было. Мне было слишком страшно, чтобы радоваться тому, что я попала под прицелы застарелого табу двух видов рас, которые существуют только в сказках… преобладающих исключительно в ужасах.
– В общем, звони своей крёстной. Или давай я позвоню, чтобы тебя не выдать. Оборотни снуют вокруг сторожки больше суток. Я уже устала полынь палить. Надо что-то придумать с твоим утоплением. Если это Саша так долго тебя прятала, то надо дать ей понять, что снова требуется её виртуозная находчивость. Не готова ты сейчас дать бой совету ковенов и стай. Хотя, признаю, ведьмачества в тебе почти не чую. Да и духи мои еле пробились к тебе. А ну, подымись!
Я послушно встала, позволяя бабушке обойти меня несколько раз по кругу.
– Мдааа… Так и думала. Печать на тебе. Посмертная… – Агата подарила мне загадочный взгляд. Как будто не по себе старушке стало. – Ну, ладно. Согласиться твоя Саша, приведу её сюда… вместе снимем. А потом я научу тебя выживать. Согласна на такой расклад?
– А у меня есть выбор?
– Нет, коли унюхал тебя один из сверхов, коли признал парой своей. Если не хочешь ему и себе смерти, будешь учиться выживать!
Мне оставалось только согласно кивнуть.
– Буду.
Глава 12. Гости в сторожке
Бабка Агата со звонком тянуть не стала. Как только я назвала ей номер Саши, случился достаточно занятный разговор.
