Страница 2 из 4
– Ну если «всё же», то я поссорилась с подружкой. Из‑за одного барана. – Она кривит личико, показывая, насколько он баран. Может, даже козёл. – Прикинь, он нас обеих… клеил! – явно подменяет она слово.
– И что? Она тебя за волосы из машины вытащила и умчалась прочь? – не верю я.
– Тут ещё вопрос, кто кого бы, если бы дело дошло до рукопашной. Нифига. Она вся такая: «Элис, какой он подонок! Как он мог!». Ля‑ля‑тополя. А когда я в кустики попросила остановить, она газ втопила и… – Алиса ребром ладони показывает, куда и с какой скоростью коварная приятельница смылась. Видимо, чтобы окончательно прибрать к рукам несознательного барана. – В общем, осталась я, как та старуха у разбитого корыта, одна и без средств. Транспортных, – быстро поправляется она, стреляя в меня лукавым взглядом.
– И стала ты испод… я, хотел сказать, «неводом», золотую рыбку ловить… – продолжаю я её легенду.
– У меня нога подвернулась! Знаешь, как болит? – жалуется Алиса и скользит наращенными ногтями к щиколотке.
Глаза непроизвольно следуют за ними по почти голому бедру к изящному голеностопу.
– А под Джокера ты размалевалась ещё до того, как тебя подружка кинула, или уже после, чтобы слабых духом водил отпугивать? – Возвращаю внимание на дорогу.
Глава 2. Роман
– Ты не в стендапе, случаем, выступаешь? – морщит хорошенький носик «фу‑у!» Элис и демонстрирует всем своим видом, что она выше этого. Просто потому что некоторые люди выше и всё.
– А куда ты едешь? – сворачивает тему Алиса.
– На работу.
– О! А откуда?
– С работы.
– Ничего себе у тебя жизнь разнообразная! – восхищённо восклицает Алиса. – А ты вообще отдыхаешь?
– Разумеется! Я же говорил: поспать, поесть, потрахаться…
– Сериал, железо под металл… Да, помню. А кем ты работаешь?
– Начальником.
– Ого! – снова восхищается Элис. – Целым начальником! А чего?
– Да ничего. Просто так! – теперь съезжаю с темы я и бросаю взгляд на девушку.
Она мычит тоном «вот оно что!» и с деловым видом кивает. Забавная. И фигурка у неё хороша. И симпатичная. А эти инопланетяские краски смываются обычным мылом. Так что можно не обращать внимания.
Бесконечные поля с вкраплениями деревень сменились реденьким леском, который становился всё гуще. Солнце скрылось в кронах деревьев, и вскоре лишь подсвеченное розовым небо указывало, где запад. Сумерки густели под наплывом темноты. Впереди замаячили фонари лучшего мотеля в здешней глухомани. Я включил поворотник.
– Роман, а ты на работу не опоздаешь? – внезапно напрягается Алиса.
Но я ей ничего не обязан.
– Я по ночам не работаю. А гонять по темноте сам себе не враг. Вот, даже гонщик‑имбецил это понимает. – Узнаю машину, которая обошла нас на первой космической. – Но если тебе нужно срочно, можешь поймать кого‑нибудь.
В конце концов, она мне тоже ничего не обязана.
– Нет‑нет, а как же благодарность? – Она выразительно поднимает бровь и скользит рукой по моему бедру от колена к паху.
Ловлю ладонь на полпути.
Она – не обязана.
Но я – не против.
Где‑то на окраине мозга вертится мысль, что у Элис с собой ничего нет: ни телефона, ни денег, ни вещей. Но у неё есть язык, в конце концов. Она могла бы попросить о помощи, если бы хотела. Я к благотворительности не особо склонен. Но и не законченный подонок. Придумал бы выход.
Но она не просит помощи.
Девушка жаждет меня отблагодарить.
Почему я должен ей отказывать?
– Благодарность – это правильно! – соглашаюсь я, выхожу, потягиваюсь и иду открывать ей дверцу.
В крохотном фойе мотеля тихо и пусто.
– Добрый вечер! – обращается к нам девушка на ресепшене. – Чего желаете?
– В туалет. Можно? – спрашивает Элис, будто я могу запретить.
Однако администратор тоже требовательно глядит на меня.
– Где барышня может припудрить носик? – повторяю вопрос, но взгляд регистраторши “питбуль перед миской” не смягчился. – Пока мы будем оформлять номер, – обозначаю я серьёзность намерений.
– По коридору направо крайняя дверь. – Работница мотеля показывает рукой для особо одарённых.
Впрочем, у девушек с направо‑налево вечные проблемы. Вот у мужиков проблемы только с «налево».
Что говорит о превосходстве мужского пола.
Интеллектуальном.
Алиса упархивает в указанном направлении, оставляя меня решать проблему поселения.
Без документов.
Но в придорожном мотеле такими глупостями никто не заморачивается.
– Двухместный люкс, будьте добры. – Улыбаюсь, показывая, что мои намерения серьёзней некуда.
Люкс в этих этой глуши не тянет и на одну звезду. Но с дамой, особенно если она вся из себя «сверху», хотелось бы внимать благодарности в условиях, близких к человеческим.
– Люкс занят. Могу предложить делюкс.
Могу поспорить, что его занял чёрт из тёмной иномарки. Вот, оказывается, куда он гнал!
– Ладно. Давайте делюкс. – Подаю документы.
– Останавливались у нас раньше? – Девушка старательно стучит по клавишам.
Киваю.
– Значит, знаете: в номерах не курить, спиртные напитки не распивать. Вход в кафе… – Она отрывается от монитора и показывает рукой направление, – с противоположной стороны здания.
Расписываюсь, получаю ключи. Жду.
Алиса похоже застряла.
Или у неё застряло.
Иду к туалету.
– Элис, мы в третьем номере, – сообщаю я закрытой двери.
– О, и я как раз закончила! – Дверь распахивается. За нею обнаруживается довольная Элис, которая энергично стряхивает воду с влажных рук. Уровень сервиса сушки не предусматривает.
Номер с гордым название «делюкс» – вполне себе банальный клоповник с широкой двуспальной кроватью, столом и персональным санузлом. В общем‑то, больше ничего от номера в мотеле и не требуется.
Бросаю сумку на вешалку в прихожей.
– Ну что, дорогая моя Алиса, пойдём‑ка ужинать, – щедро предлагаю ей.
Глаза спутницы вспыхивают таинственным огнём, и она делает шаг ко мне.
– Может… – Она прижимается и трется лобком о член, – поужинаем, – опускается на колени и продолжает тереться, но теперь щекой, – в номере?
И улыбается загадочно, Мона Лиза придорожная.
– Ну тебе‑то понятно, после шести есть не полагается. – Я гляжу на неё сверху вниз. – А мне‑то нужно к процессу благодарности материально подготовиться. Чтобы он получился долгим и полным.
– Нет, я не против поесть, – признаётся Элис. – Просто давай здесь. Сюда же можно еду принести?
– Элис, мне кажется, ты немного… ого! – Она расстёгивает молнию на джинсах и ныряет рукой к боксёрам, по‑хозяйски ощупывая не до конца взведённый боекомплект. – Ты ещё предложи сделать у них на сайте заказ с доставкой.
– А что, у них есть сайт? – Она поглаживает отяжелевший ствол и трётся носом о яйца.
– В том‑то и дело, что интернет никогда не слышал об этом месте. А это место – об интернете. Они незнакомы!
– Ром, но ведь ты же можешь? Придумай что‑нибудь! Ненавижу рыгаловки! – Она морщится.
Ути‑господи, какие мы нежные!
– Ладно. Что тебе взять?
– Салатик, напиток, пирожное.
– Вафлю?
– Очень смешно! А я пока в душ схожу. Ты закройся сам снаружи, ладно?
Глава 3. Роман
Ненавязчивый российский сервис сопротивлялся желаниями клиентов, но перед обаянием денег не устоял.
Я возвращался в номер и думал о том, что Элис и правда умеет быть сверху.
Даже когда находится снизу.
– Я заказал, – отчитываюсь я.
– Мой герой! – восклицает Алиса.
Сама она лежит на кровати. Нагишом. На животе. Приподняв верхнюю часть туловища на локтях, демонстрируя незагорелую грудь приятной формы и задорно скрестив задранные голени. Весь вид её бодр и свеж и обещает много приятных благодарственных минут. Может, даже часов.
Лицо умыто, и теперь девушка кажется моложе.
– Моя героиня, тебе восемнадцать‑то есть? – уточняю я, разуваясь.
Не хватало ещё с малолеткой впухнуть.
– С радостью бы показала тебе свои документы, но… – Она разводит руками, удерживая вес на тех же локтях. – Могу показать только это. Больше ничего нет.
– Не, чисто с эстетической точки зрения, это – лучше документов, – признаю я.
– Да есть мне восемнадцать. Есть. К тому же, если я вдруг захочу подать на тебя заяву за изнасилование, тебе и так вкатят нехило, – легко сообщает она любопытные детали. – Но если хочешь, расписку напишу, что я добровольно и с благодарностью, – щедро предлагает она.
– Идея дельная. – Стягиваю футболку, по ходу ощущая носом, что пора бы её сменить. – Но как потом доказать, что писала ты, если у меня нет никакой уверенности в том, что тебя в самом деле зовут Алисой?
– По экспертизе почерка, – предлагает она. – Можно, правда, сыграть на том, что записка написана под давлением. Тут по почерку однозначной картины не будет. Но зато если я назовусь ненастоящим именем, можно обвинить меня в наличии злого умысла.
– Ого! – Расстегиваю брюки и спускаю их. – Да ты, я смотрю, любительница детективов!
– Не совсем чтобы… – признаётся она, с интересом наблюдая за моими манипуляциями. – А у тебя зачётное тело. Сразу видно, что про железо не наврал.
– Что доказывает, что я, как агнец, чист в своих намерениях, – говорю, открывая сумку с вещами и доставая оттуда пакет с умывальными набором. – А вот телом – нет. Скоро вернусь.
– Когда нужно будет потереть спинку, позови! – кричит мне вслед Алиса.
Это интересная мысль, кстати.
На скорую руку сделав дела, требующие отсутствия посторонних, выглядываю в комнату:
– Ну что, еду не приносили? – уточняю, не в силах отлепить взгляд от аппетитной попки.
Алиса так и не поменяла положение.
