Я не стал спорить, кивнул. Улиана вернется домой и увидит, что меня нет, но что она сможет с этим поделать? Расстроится, только и всего. Ей бы в специальную лечебницу, вот только в Логерделе таких нет и не будет!
Главное, чтобы не выпустила свою тварюшку на охоту. И буду надеяться, что Абигейл не попадет ей под горячую руку.
Глава 6.1
Пит Гибор — мой давний друг и напарник, жил недалеко от места работы. Когда-то ему выделили крохотную квартирку в трехэтажном доме, с тех пор он оттуда не переезжал. Сначала — потому что от дома до больницы можно дойти пешком, а потом, потеряв слух и почти полностью зрение, в переездах он больше не видел смысла.
Бесполезно стучать в дверь его квартиры, так что я остался в подъезде, а Элизия просилась к соседям, чтобы те пустили ее на свой балкон, откуда она бы перебралась на балкон Пита. Тот увидит ее или хотя бы мельтешение за окном.
Ей удалось, и спустя несколько минут Пит пригласил меня войти. Я разулся, рухнул в продавленное кресло за обеденным столом. Пит на дрожащих ногах, шаркая по полу тапочками, искал в шкафу перевязочные материалы и иглу. Он только взглянул на рану, ему незачем было спрашивать: как, кто и зачем прокусил мое плечо. Да и ответить я бы не смог, Пит все равно не услышит. С каждым днем его слух становился все хуже.
Мне еще повезло. Меня туманная тварюшка слегка покусала, а его…. В ту ночь, когда случилось предпоследнее нападение тварей, Пит оказался не в то время, не в том месте. Чистая случайность, лишившая одного из лучших докторов королевства возможности помогать людям.
Элизия сделала мне горячего чаю. Пит жестом попросил меня отвернуться. Он держал в одной руке бутылек с антисептиком, в другой — ватный тампон. Маленькие дети закатывают истерики, увидев что-то подобное в руках доктора.
Пит посмеивался, я с улыбкой вскинул брови. Пит закатил глаза и присел передо мной на корточки. Не стану я отворачиваться, вот еще! Там ранка-то крошечная, да и обеззараживание — совсем не больно.
Друг обработал плечо, на всякий случай зашил каждый прокол. Их было всего два, но глубоких и гораздо более широких, чем укус, например, обычной кошки. Я видел клыки твари, они и правда крупнее. Все ее зубы выдаются вперед, словно ковш с зубцами для копки земли.
— Пей, — Элизия поставила передо мной чашку. — Ну, так расскажешь, что там приключилось?
Я вкратце поведал ей, что запомнил. Отпил чаю, поморщился — слишком горячий.
— Нам нужна эта тварюшка, — сказал я.
Элизия намекала как-то, что нам необходимо приготовить яд, которым можно вымазать клинок охотника. Поймать туманную тварь не так-то просто, а эта еще мелкая, справиться с ней — плевое дело.
Подруга непонимающе уставилась на меня. Я объяснил:
— Для яда почти все можно найти в Логерделе и горах, но главный ингредиент — измельченный в порошок клык туманной твари. Вся сила чернокнижника заключена в этих чудовищах, они что-то вроде…
— Фамильяров? — подсказала Элизия.
— Да, точно. Нам нужен ее клык, чего бы это ни стоило. Другого шанса встретить более-менее безобидную тварь, может и не представиться. Я вернусь к Улиане тогда, когда ее не будет дома, и вытащу эту ее «кису».
— А ты-то ей зачем? Почему она с тобой так поступила?
— Кису кормить нужно, не собой же она будет давать ей питаться. Заманила в квартиру того, кого проще заманить, опоила и связала. Она не давала тварюшке пить слишком много крови, иначе та высосала бы меня до капли. Улиана больна, не стоит придавать ее действиям какого-то смысла. Она увидела тварь, похожую на кошку, но злую, чтобы перевоспитать — засунула ее в сундук, и как-нибудь выяснила, что именно представляется едой в понимании нового питомца. Представления не имею, как именно она выясняла, но жертвой оказался я…
Я отвлекся от беседы. Пит закончил перевязку, писал мне на листочке рекомендации. Делал это скорее по привычке, как обычному пациенту. Сунул список рекомендаций мне в руки, я спрятал их в кармане брюк — не обижать ведь друга. Хотя я и без него знал, чем обрабатывать швы.
— Но мы должны ее забрать, — сказал я твердо. — Если ты все еще надеешься освободиться от проклятия, то киса сэйлы Ромм нам необходима.
Элизия потерла лоб, недовольно хмыкнув. Я понимал ее чувства, мне и самому не хотелось больше возвращаться в квартиру сумасшедшей, но какой у нас выбор?
— Я пойду одна. То есть, внутрь я войду одна, а ты останься на страже.
На такое предложение я согласился. Идти решили сейчас, и если Улиана все еще не дома, то мы стащим сундук с тварюшкой и затаимся неподалеку, чтобы отследить Абигейл. Заберем ее и отправимся в больницу.
Как же Дейна меня наверняка костерит! Бедная девушка, совсем одна с больными, и Малиры рядом нет. Отсутствие медперсонала угнетало меня все сильнее, но мысль «закрыть больницу совсем» я упорно отметал.
Глава 7
Мы приближались к дому Улианы, когда в мою голову пришла гениальная мысль.
— Вы ведь не здесь живете! — воскликнула я нарочито встревоженно. — Мы заплутали. Этот снег путает следы, дороги, дома выглядят все как один. Ну-ка, пойдемте скорее, пока не стемнело.
Утро только началось, до темноты еще много времени, но Улиана, я надеюсь, давно перестала следить за часами. В ее состоянии неудивительно путать день с ночью или, к моему счастью — здания.
— Неужели? — пробормотала она, замерев у сугроба. — А куда же нам теперь? Прости, старую, запамятовала… Хотя нет, вон же голуби!
Голубей я искала тщетно. Улиана в это время рвалась к ним, громко прося прощения у птиц за то, что не принесла им еды. «Голуби», видимые только сэйле Ромм, отвлекли ее надолго. Я скучающе ждала, пока она наиграется, наобщается, и сверлила взглядом вход в подъезд дома Улианы.
Впереди мелькнула тень. Две темные фигуры забрались на сугроб, по-очереди проникли в подъезд через окно. Я узнала цветастое пальто Элизии, и внутри все похолодело. Ясно ведь, ей не удалось достать Рэма самостоятельно, и пришлось искать мужчину в помощь. Значит, нужно еще время.
Я застыла каменной статуей, чтобы ни вздохом, ни действием не напомнить Улиане о себе, и о том, что нам пора домой. Не много времени понадобилось, чтобы начать замерзать: без движения мороз ледяным щупальцами пополз от ног к кончику носа.
— Гули, гули, гули, — ворковала Улиана.
Она набрала горсть снега, свободной рукой неторопливо разбросала его, как если бы это были хлебные крошки. Я наблюдала за женщиной с толикой грусти. Слабоумие может коснуться каждого, и нет от него лекарств. Ни обычных, ни магических, ни целительских. Человечество научилось справляться даже с такими ужасами, как проклятия чернокнижников, а сумасшедшим помочь не может.
— Тип, тип, тип!
«Так призывают куриц», — подумала я с усмешкой.
Элизия и мужчина появились в подъездном окне как раз в тот момент, когда Улиане надоело возиться с «голубями». Она отряхнула руки и зачем-то пальто, указала на здание бывшей школы, прищурившись.
— Вон там продают неплохие платья. Давай заглянем? Твое совершенно отвратительно, оно не подходит твоим глазам. Разве я не учила тебя подбирать наряды в тон к глазам и лицу?
— Учила, мама, — ответила я, неотрывно следя за Элизией.
Мужчиной при внимательном рассмотрении оказался Рэм. Я вскинула брови, ошарашенно проводила их взглядом, пока они не скрылись за поворотом. Что за сундук в их руках?
— Не пойдем, — я повернулась к Улиане. — Я замерзла, давай домой? Вот и он!
Сэйла Ромм поправила шляпу, подхватила меня под руку.
— Кису надо кормить, пора уже.
Меня ее состояние одновременно и пугало, и интересовало с точки зрения медицины — может быть, сумасшествие все-таки поддается лечению заклинаниями? А может, это проклятие?
Я постаралась незаметно прозондировать бедную женщину. Одной рукой поддерживала ее за спину, чтобы она не упала, другую положила ей на грудь. Через толстую ткань пальто и платья почувствовать что-либо было почти невозможно, но отголоски черной магии должны были меня «уколоть». Никакого проклятия на сэйле Ромм не было.
— Ты поднимайся, — сказала я, помогая Улиане забраться на уже протоптанную нами тропинку в сугробе. — Я сейчас заскочу в лавку за печеньем и сразу же вернусь.
— Да нет никакого печенья в лавках. Ничего уже почти нет, и не будет. Помрет город, вот увидишь.
— Что ты такое говоришь? — притворно ахнула я. Скорее бы от нее избавиться!
— Видишь ведь, что происходит? Засыпало нас смертью белой, продуктов нет и не привозят, а последний поезд всех шахтеров вывез. На моем веку еще ни разу золотодобывающие шахты без рабочих не оставляли.
— Зима просто холодная, ты посмотри какая. Снега по шею, морозы. Иди, мам, домой, я сейчас вернусь.
Я не стала дожидаться, скажет ли Улиана что-нибудь еще. Со всех ног припустила в больницу. Рэм спасся, и он цел! Судя по тому, как быстро передвигался мой начальник, он полностью здоров. Улиана не сумела ему навредить, или не захотела. Она слабая, старая женщина, в этом Рэму повезло.
У больницы копошились четверо мужиков с лопатами. Они активно раскидывали снег, чистя тропинку — даже не тропинку, а целую дорогу, — к входу.
— Доктор Вирзор, — один из них шутливо поклонился. — По делам все бегаете? Кто на этот раз?
— Что? — выдохнула я на бегу. Остановилась, согнулась пополам, восстанавливая дыхание.
— Ну, помер кто? Чего заполошная такая?
— Никто не помер. Доктор Бэйтон на месте, не знаете?
— С журналисточкой, — кивнул другой мужчина. — Ох не к добру это. Журналисты как ни придут, так на следующий день в газете всякую ересь читаю. То полы у вас черные от грязи, то в палатах воняет тухлятиной. Жалобы сплошные, а что толку? Я вот чо скажу: сам лежал тут дважды, и никаких жалоб у меня не было!
Я отмахнулась, пожелала хорошей работы и нырнула в дверной проем. В приемном покое ни души — снова! Вспомнились записки от посыльных, которые я с раннего утра таскаю в кармане, но сейчас не до них. Без Рэма я никому не смогу помочь, а он сам не пойми как себя чувствует.
В кабинете я его не обнаружила. Заглянула в стационар — там находилась только недовольная, уставшая Дейна. На мой вопрос «Где доктор Бэйтон», она зло выплюнула, что завтра уволится, и ей все равно где доктор Бэйтон.
Я сбегала в комнату для практикантов, поздоровалась с больными. Потом заглянула в кладовую, и уже там нашла Рэма и Элизию. Доктор и журналистка склонились над небольшим, обитым железом кованым сундуком, из которого кто-то яростно вопил.
Глава 7.1
— Дверь захлопни, — попросила Элизия.
Я выполнила просьбу, с подозрением косясь на сундук.
— Вы его у сэйлы Ромм стащили? — спросила я, хоть и знала ответ.
Рэм возился с замком. Ключа, конечно, не было, поэтому он использовал инструмент, названия которому я не знала. Плоскогубцы?.. Пила?.. Представления не имею.
— У нее, — коротко бросил Рэм.
— А что орет изнутри?
— Как бы тебе сказать, — начальник вытер пот со лба, обратил взор ко мне. — Тварь туманная. Детеныш совсем, еще не имеет ярко выраженных охотничьих инстинктов, но погрыз меня прилично.
— Погрыз?!
— Все в порядке, доктор Гибор меня залатал.
— А зачем вы тварь сюда принесли? Погодите… что значит, туманная тварь?! Откуда она у сэйлы Ромм?
Начальник вкратце поведал мне душещипательную историю о прибившейся к дому кошке. Улиана ему ездила по ушам, а он поверил!
— Сама она считает ее обычной кошкой, — проговорила Элизия. — Ну, я так думаю. Улиана больна, так что ничего удивительного в ее действиях нет. Разве что мы так и не поняли, почему эта тварюшка саму Улиану не кусала. Вполне возможно, что пыталась укусить, поэтому сэйла Ромм запихала ее в сундук. Здесь, кстати, ни одной дырки для воздуха, и как тварь не задохнулась…
Рэм вскинул голову, пристально посмотрел на журналистку.
— А ведь и правда… ни одного отверстия.
— Так принесли-то вы ее зачем?! — я не выдержала и зло топнула ногой. Туманная тварь в больнице! Да они сами сумасшедшие!
— Абигейл, сядь. — Рэм указал на перевернутое дном вверх ведро рядом с сундуком. — Нам нужен клык этого существа. Элизия просила у меня рецепт яда, а среди прочих ингредиентов там — порошок из клыка туманной твари. Если бы Улиана не приютила у себя это создание, то никакого яда у нас бы не вышло. Твари по городу как-то не часто бродят, а те, что бывает, приходят, в руки не дадутся. Взрослые слишком.
Я подобралась вся. Рецепт яда? Значит, это правда. У Рэма он есть!
— Смертельный яд?.. — осторожно поинтересовалась я.
— Да. Кинжал, который находится у Элизии, зачарован так, что ранив им черного мага, можно его обездвижить. Парализует мгновенно. А яд проникает в кровь, и пока чернокнижник парализован и не в состоянии колдовать, медленно его убивает. Я никогда им не пользовался, не приходилось, к счастью.
Лязгнул металл, крышка сундука тут же подпрыгнула, но Рэм удержал ее.
— Сильная, зараза.
— Постой… Ты прямо сейчас собираешься у нее зуб выдирать?
— Хотелось бы поскорее избавиться от тварюшки.
— И как ты это сделаешь? — Я похолодела внутри. Внезапно стало жалко маленькое существо. Нелогичное чувство, но оно было сильным.
— Обездвижу, проведу операцию. Потом Элизия отнесет тварь за ворота.
— То есть, не убьешь?
Рэм промолчал, многозначительно поджав губы. Раз Элизия отнесет это создание за ворота, значит оно будет живым. Но как знать…
— Принеси новый замок, — попросил Рэм Элизию. — В кабинете в ящике того стола, который стоит по центру.
Журналистка оставила нас, помчалась за замком.
— Абигейл, я не хочу, чтобы ты шла с ними.
Я вскинула брови. Рэм покачал головой.
