Страница 9 из 10
— А розовый и красный цвета в психологии что обозначают? — полюбопытствовал я.
— Восторг, нежность, влюблённость, — чуть покраснев, перечислила девушка. — А почему вы спрашиваете?
— Просто интересно, — улыбнулся я. Что ж, надо будет дополнительно изучить, какие цвета означают какое настроение. Это тоже может оказаться очень полезным навыком.
— Чем занимается ваша семья? — решила перевести тему Мария, тоже заметно смутившись.
— Мы владеем магазином алхимических препаратов, — коротко ответил я. — А ваша?
— Черновы владеют Петроградским и Василеостровским районами Санкт-Петербурга, — призналась София. — Даже эта академия, по сути, стоит на земле нашей семьи.
— Забавно, наверное, это осознавать? Что мы сейчас ходим по вашей земле.
— Вовсе нет, — вздохнула девушка. — Это скучно. Даже неизвестно, почему у нас с сестрой вообще оказался лекарский потенциал, в семье больше таких нет. И когда-нибудь мы просто унаследуем с сестрой по району и будем жить себе спокойно и скучно.
— Звучит не очень вдохновляюще, — подметил я. — Но вы ведь учитесь на лекарей, так что сможете работать в больнице и помогать людям.
— Девушек особо никуда не берут, — призналась Мария. — Психологи ещё могут заниматься частной практикой, а вот мне совсем не повезло. Ни одна больница не захочет, чтобы патологоанатомом работала девушка, да ещё и из такой богатой семьи. Так что наша судьба уже предопределена.
И она ведь права. Мало кто захочет принимать на работу женщину лекаря. Скорее всего, отец Черновых отправил своих дочерей, просто чтобы они получили достойное образование. Но сами девушки, кажется, хотят большего от жизни.
— А расскажите ещё про ваш семейный магазин, пожалуйста, — попросила София. — Что там продаётся?
— Алхимические препараты. Всё высшего качества, отец строго за этим следит.
— А товары для некромантов есть? — спросила вдруг Мария. — Во всём Санкт-Петербурге сложно найти магазин с нужными некроманту травами и предметами.
— Нет, такого нет, — задумчиво покачал я головой. — А разве это не в специализированных магазинах продаётся?
— Это нигде не продаётся, — вздохнула Мария. — А по идее должно в магазинах с алхимическими препаратами. Некромантам очень тяжело искать всё необходимое. И я даже не только про тех, кто работает патологоанатомами.
— Ещё успокаивающие настои и смеси бывают в таких магазинах редко, — подметила София. — Владельцы магазинов в основном под обычные болезни ассортимент выставляют, для лечебников. А остальные выкручиваются как могут.
А это очень интересные замечания! Действительно, весь ассортимент в нашем магазине ограничен чисто привычными болезнями. А оказывается, можно расширить ассортимент до стольких специализированных областей, и всё это будет востребовано.
— Учту на будущее, — задумчиво сказал я.
Мы ещё немного прогулялись, после чего решили вернуться в зал на праздник.
Остаток вечера я провёл в танцах, по очереди с каждой из сестёр Черновых. Затем проводил их обеих до общежития четвёртого курса и направился к себе.
Утром на завтраке появилась только половина из студентов. Остальные отсыпались после бурного вечера. Владимир, на удивление, на завтрак пришёл. Хотя его приём пищи ничто не заставит пропустить.
— Доброе утро, — поздоровался я, присаживаясь рядом. — Как самочувствие?
— Даже не спрашивай, — простонал друг. — В голове как будто молотком кто-то бьёт. Еле-еле с кровати поднялся. Переборщил я вчера с домашним вином.
— А я предупреждал, — усмехнулся я. — Ну сегодня алхимия тоже должна быть, попросишь у Сергея Станиславовича настой сока лайма и имбиря.
— Ага, он же дорогой, — буркнул друг. — И Сергею Станиславовичу, скорее всего, самому понадобится. Преподаватели вчера тоже отдыхали, не отставая от студентов.
Я подметил себе, что при заказе препаратов в наш семейный магазин стоит уделить внимание «Антипохмелину». Очень малое количество человек ходит с похмельем к лекарю, чтобы получить нужный рецепт. А значит, этот препарат тоже окажется востребованным.
Хотя эти препараты действительно довольно дорогие. Всё дело в том, что имбирь и лайм завозятся из-за границы, и это сильно влияет на их цену.
Возможно, мне удастся найти более доступный аналог этого препарата…
Мы доели завтрак и отправились на занятие по микробиологии. По пути мне пришло СМС-сообщение от отца. Он оповестил меня, что уже подал документы на патент, который обещали сделать к субботе. Отлично, оперативно они.
Микробиология началась у нас впервые. В аудитории нас уже ожидал высокий пожилой мужчина с пышными усами. Что-то все преподаватели на третьем курсе носят усы!
— Доброе утро, будущие светила лекарской науки! — бодро поприветствовал он студентов. — Меня зовут Василий Иванович, и я ваш преподаватель по микробиологии. Чувствую по аромату в классе, что вчера некоторые из вас очень уж бурно отметили начало учебного года, но учиться всё равно придётся.
Мне сразу понравился наш новый преподаватель, он говорил просто и по делу. Остальные однокурсники не блистали оптимизмом. Кое-кто, например, Максим Елисеев, вообще не соизволили явиться на занятие. Хотя уж кто-кто, а этот студент часто позволял себе подобные вольности.
— Бактерии повсюду, — с какой-то гордостью продолжил Василий Иванович. — Когда вы здороваетесь с другим человеком за руку или обнимаетесь, то сначала взаимодействует ваша микробиота. Микробиота — это совокупность микроорганизмов, населяющих тело человека. На этих занятиях мы изучим с вами, какие бывают микроорганизмы, какие из них полезные, а какие нет, и многое другое!
Занятие пролетело для меня в один миг. Для некоторых однокурсников тоже, но по другой причине. На задних партах они умудрились заснуть и проспать всю микробиологию.
А я, наоборот, ещё сильнее взбодрился. В голове роились новые планы, изучить, какие препараты помогают, при каких инфекциях, и использовать эти знания для нашего магазина. Ведь нужно точно знать, какие бактерии и вирусы более распространены и какие более опасны, чтобы составлять наш ассортимент.
Вообще, мои мысли всё чаще вертелись вокруг нашего магазина. Было много идей, как наладить его работу, как разнообразить ассортимент, и как увеличить поток клиентов. И уже не терпелось приступить к реализации всех этих планов.
После микробиологии было занятие по алхимии. Владимир ошибся, Сергей Станиславович выглядел удивительно бодрым и полным сил. Темой занятия стал отвар чаги. Я прописывал его Владимиру после перелома, так как он обладал противомикробным эффектом. Но как оказалось, этот отвар также оказывал благоприятное влияние и на желудок. Его можно было назначать при язвенной болезни и гастритах. Этого не было сказано в учебниках по алхимии, так что я пометил себе эту информацию отдельно.
После алхимии был обед и первое в этом году занятие по общей лекарской магии. На подобных занятиях мы учились управлять потоками, напитывать ими других лекарей. Первые два курса подобные занятия были теоретическими, а сейчас мы уже перешли к практике.
Вёл эти занятия теперь наш новый декан, Дмитрий Романович. В целом, они оказались довольно скучными. Весь материал я уже либо знал, либо понимал на интуитивном уровне из-за пришедших воспоминаний.
Правда, воспоминания из будущего до сих пор приходили ко мне урывками. Какие-то отдельные картинки о моей жизни. Я до сих пор не знал, что случилось, а точнее, случится в будущем.
В общем, вопросов больше, чем ответов. Возможно, позже придут остальные воспоминания, и всё станет более ясно. Пока что я интуитивно чувствовал, что всё идёт по плану.
После занятия был ужин, а вечер я провёл с учебником по микробиологии. Заинтересовал этот предмет, да и самообучение в лекарском деле никто не отменял.
Следующие несколько дней прошли в интенсивном учебном режиме. Вечера я проводил в общей библиотеке. Чаще всего за выполнением домашних заданий, но иногда за поиском материалов на интересующие темы. Правда, этих самых материалов, как я и предполагал, было очень мало. София больше за вечер смогла рассказать о способностях психологов, чем вся литература в нашем отделе.
Даже тот самый круг цветов, с объяснением какой цвет за какое настроение отвечает, найти в книгах я не смог.
Поэтому лучшим вариантом будет получать информацию от Софии. Хорошо бы ещё найти кого-нибудь с хирургического факультета, чтобы развивать и это направление моей магии. Тогда я смогу лечить большее количество патологий, причём различных по характеру.
Книг про общее расширение магического центра было уже побольше. Из них выходило, что магический центр можно натренировать, помогая людям. Это было логично и понятно, я догадывался об этом. Даже какой-то замкнутый круг получался, я хочу увеличить свой магический центр, чтобы больше помогать людям, и я должен больше помогать людям, чтобы увеличить свой магический центр.
Моей проблемой всё ещё оставалась угроза отчисления. Я планировал перезаключить целевой договор с Гатчинской больницей, но если его разорвали по чьей-то указке, восстановить его будет сложно. Однако у меня был один знакомый человек, который мог помочь с этим вопросом. Аристарх Александрович Панов. Аристократ, чью дочь Светлану я спас в парке.
В пятницу вечером я нашёл нужную визитку и договорился о встрече с Пановым в субботу.
Так что в субботу утром, пока большинство однокурсников отсыпались после тяжёлой первой учебной недели, я направился в Гатчину.
С Аристархом Александровичем мы встретились в одном из ресторанов.
— Доброе утро, Николай, — поприветствовал он меня, когда я подошёл к столику. — Что случилось?
Я вкратце рассказал Панову про разорванный целевой договор. Никакие фамилии упоминать не стал, только уточнил, что произошло это по желанию одного из меценатов академии.
— И они так просто разорвали целевой договор? — рассерженно переспросил Аристарх Александрович. — Я являюсь одним из спонсоров нашей больницы, и главной жалобой у них всегда была нехватка кадров. И вместе с тем они так легко разрывают договор с отличным студентом! Предлагаю доехать до главного лекаря и разобраться на месте.
Подобного решения я не ожидал… Надеялся лишь, что Панов, как один из знающих людей подскажет, что делать. Но… раз он решил поступить именно так, у меня появился козырь.
Тем более Аристарх Александрович и сам был рад помочь за спасение дочери. Не хотел чувствовать себя обязанным мне, это чувствовалось при нашей прошлой встрече.
Поэтому ситуация с целевым договором будет выгодна нам обоим. И он спокоен, и меня не отчислят… Если всё пройдёт гладко.
Мы приехали в больницу и сразу же отправились к главному лекарю, Пешкову Ростиславу Сергеевичу. Когда я заключал с ним целевой договор, он показался мне приятным и честным человеком. Что же заставило его за моей спиной разорвать договор о целевом обучении?
— Доброе утро, Ростислав Сергеевич, — поздоровался Панов. — Меня интересует вопрос насчёт расторжения целевого договора с этим молодым будущим лекарем, Авериным Николаем Владимировичем.
— Доброе утро, — кивнул главный лекарь. — А мы сможем это обсудить наедине?
— Это касается меня в первую очередь, так что я намерен присутствовать на разговоре, — спокойно подметил я.
— Хорошо, — вздохнул Ростислав Сергеевич. — Договор был расторгнут по специальной просьбе от одного из меценатов академии. Он предоставил данные о систематическом пропуске занятий студентом и о несданных экзаменах.
— Ростислав Сергеевич, это абсолютный бред, — отметил я. — Я ходил на все занятия, и более того, аттестован по всем предметам на «отлично».
— И на основании каких-то непроверенных данных вы решили разорвать целевой договор? — возмутился Панов. — Хоть и регулярно говорите мне о дефиците молодых кадров!
— Поймите, на меня сильно надавали, — начал оправдываться Ростислав Сергеевич. — Мне пришлось это сделать.
— А сейчас вы говорите со мной, — отрезал Панов. — И я утверждаю, что Аверин прекрасный молодой лекарь, и с ним нужно повторно заключить договор!
— Я доверяю вашему мнению, — задумчиво проговорил главный лекарь, перечить главному спонсору он не решался. — Но вы всё-таки не можете утверждать о лекарских способностях этого студента.
— Тогда я предлагаю провести мне экзамен, — предложил я. — Чтобы вы лично убедились, что данные о моей неуспеваемости — это ложь.
— Что ж, это достойное предложение, — кивнул Ростислав Сергеевич. — Если вы сдадите мой экзамен, то, учитывая поддержку спонсора нашей больницы, я возобновлю с вами целевой договор. Аристарх Александрович, вас устраивает такой расклад?
— Да, — кивнул Панов. — Но я тоже желаю присутствовать на экзамене. Для чистоты эксперимента.
— Идёт, — кивнул Ростислав Сергеевич. — Сейчас вам, Николай, предстоит осмотреть трёх пациентов. Можете опрашивать их, можете пробовать сканировать их магией. Ваша задача — поставить им диагнозы. Экзамен сложный, особенно для третьекурсника. Но я хочу убедиться, что не ошибаюсь в вас.
— Хорошо, — ответил я. — Давайте приступим.
Втроём мы вышли из кабинета главного лекаря и направились к палатам больных.
И в этот момент в голову мне пришло новое воспоминание…
Я должен поспешить к одному из трёх этих пациентов.
В моём воспоминании, в прошлый раз мы отправились не к тому пациенту. И в итоге больной умер!
Глава 8
Я не могу допустить смерти пациента! Если уж я попал из будущего в прошлое, то значит, должен исправить все ошибки.
В работе лекаря нередко умирают пациенты… это горькая правда нашей работы. Пока я не помню остальных людей, которым не смог помочь будущий я, но теперь уверен: когда появится подходящий момент, память разблокирует эти воспоминания. Как это произошло и сейчас. Поэтому…
Осталось вспомнить, к какому именно пациенту надо отправиться сначала.
— У вас будут три пациента, с болезнями трёх разных систем, — тем временем сказал Ростислав Сергеевич. — Сердечно-сосудистая, лёгочная и пищеварительная. Говорю вам это сразу как подсказку, учитывая то, что вы ещё студент. С какой хотите начать?
Надо вспомнить. В голове снова лишь обрывочные картинки. Так, сосредоточиться. Мне нужен пациент с фамилией Творогов!
— А какие фамилии у моих пациентов? — быстро спросил я, не особо заботясь о странности моего вопроса. Пусть главный лекарь думает, что я выбираю пациента по фамилии.
— Рябиков, Скрябин, Творогов, — удивлённо ответил Ростислав Сергеевич.
— Начну с Творогова, — тут же сказал я. — Пойдёмте!
Нужно успеть, времени совсем мало. К счастью, я чётко знал, как мне нужно действовать.
Мы дошли до нужной палаты, и я остановил своих сопровождающих в коридоре.
— Разрешите, я сначала сам поговорю и осмотрю пациента, — попросил я.
Главный лекарь кивнул, и я отправился спасать пациента.
У Творогова была частная одноместная палата, так как пациент был аристократом. Но в данном случае отсутствие соседей по палате сыграло злую шутку — никто не заметил стремительного ухудшения состояния.
Он был практически без сознания. Лежал на кровати на боку, а на полу виднелась лужа рвоты характерного цвета «кофейной гущи». Сам пациент был бледным, кожа была покрыта липким потом.
— Желудочно-кишечное кровотечение, — шёпотом произнёс я.
Если бы здесь был главный лекарь, он бы распорядился позвать хирурга.
Это было бы самое логичное решение, но заняло бы слишком много времени. Скорее всего, причиной желудочного кровотечения стала язва желудка. Не знаю, по какой причине её не залечили у хирургов сразу, возможно, не сочли столь опасной для пациента. И значит, лечили препаратами и лечебной магией. Но ни один лекарь-лечебник не в состоянии залечить язву желудка, это особенность только хирургической магии.
Ни один, кроме меня.
Я смогу вылечить Творогова, так как у меня открыты и хирургические навыки. Придётся выполнять это прямо тут, чтобы не терять времени.
Активировав хирургическое направление магии, я аккуратно провёл правой рукой по животу. Использовал разделяющую магию, чтобы был доступ к желудку.
Затем нашёл саму язву. Направил лекарскую соединительную магию на дефект, заставляя его срастись. И снова провёл рукой по животу, чтобы срастить назад ткани и кожу. Готово!
На весь этот манёвр ушло больше половины моих магических запасов. Но всё было сделано правильно. Это был единственный способ спасти пациента, и он себя оправдал.
Ещё некоторое время я потратил на уборку пола. Повезло, что в номере у Творогова была личная ванная, где нашлось ведро и тряпка. Не хотел, чтобы главный лекарь оказался в курсе только что произошедшей ситуации. Всё-таки пока что я продолжаю скрывать наличие других ветвей лекарской магии.
