Тебя услышат. Том 2
Дмитрий Ромов
Мир перевернулся за одну ночь. Большинство людей стали «молчунами». Военный инженер Михаил Нордов, попавший в эпицентр событий, имеет богатый боевой опыт, он бывал в горячих точках и умеет выживать.
Но сейчас задача гораздо сложнее. Ему надо найти секретный объект. Найти и узнать, он ли является причиной разразившегося конца света.
Только сделать это непросто. Нужно пройти через всю страну и защитить тех, кто доверил ему свои жизни. А путь предстоит очень непростой. Им придётся вырывать свои жизни в битвах с молчунами, бандитами, бывшими военными. Рискнуть всем, чтобы остановить то, началось практически тридцать лет назад.
Дмитрий Ромов
Тебя услышат. Том 2
Глава 1. Эвакуация
Низкий вибрирующий гул пробирал насквозь, заставлял вибрировать всё тело, заполнял мощью и силой. Два вертолёта опустились на полигон. А один, судя по всему, ушёл к штабному корпусу, там была вертолётная площадка, и мы видели её раньше. Сразу начали выскакивать люди в форме, но разглядеть её отсюда не получалось.
— Пойдёмте к ним, — воскликнула Юля. — Это же военные, это же наши.
— Это же наши? — переспросил Шершень и покачал головой. — Я чёт наверно поостерегусь. Не из тех, кто дважды на одни грабли наступает.
— Надо предупредить людей, — сказал я. — Пойдём. Только не по центральной аллее. Аккуратненько. Мимо склада.
— Да почему? — не поняла Юля. — Это же помощь!
— Потом расскажем, — кивнул Шершень и направился следом за мной.
Мы подбежали к складу и я завёл фургон.
— Ты чё, спалимся, — покачал головой Шершень.
— Садитесь, машина может пригодиться, — кивнул я. — Быстренько, быстренько.
Все забрались внутрь. Я газанул. Фонари не включал. Подъехали к санчасти, и я поставил машину с задней стороны, между деревьями, так чтобы её не было видно с центральной аллеи. Из спального корпуса высыпались люди. Крутили головами. Увидев нас, подбежали.
— Так, тихо, народ, — начал Шершень. — Будем отходить. Давайте только быстро, чётко и без суеты.
Но люди разбредались, задавали вопросы, уходили, возвращались. В общем, без суеты не удалось. Если бы мы были одни, успели бы уйти однозначно. Рванули бы не к центральному выезду и свинтили бы. Но сейчас, когда с нами были люди, я не мог просто так их бросить. Мы забежали в санчасть.
— Кум, бросаем этих баранов! — воскликнул Шершень. — Им хоть в лоб, хоть по лбу. Пусть сами выкручиваются, если не соображают. Мы уходим. Народ, давай, погнали!
Он разгорячился, но вдруг оборвал сам себя на полуслове, встретившись взглядом с Любой.
— Ладно, я понял, — кивнул он, нахмурившись и подошёл к окну. — Если назвался паханом, не можешь чисто соскочить и братву кинуть. Пошли тогда, Кум, будем рамсить с захватчиками…
Мы вышли из санчасти как раз в тот момент, когда перед крыльцом собралась группа наших мирных. С двух сторон подтянулись пришельцы. Экипировка у них была хорошая, но знаки различия отсутствовали. Небольшие колонны подошли с двух сторон — с полигона и с вертолётной площадки.
— Внимание! — заговорил высокий крепкий мужик, вероятно, командир. — Я полковник Крамской. В государстве организован «Чрезвычайный Комитет» для устранения последствий катастрофы. Сейчас по всей стране разворачиваются лагеря временного содержания для обеспечения выживших, в том числе, для оказания первой помощи. В них есть тепло, вода, еда, врачи. Пока по стране идёт локализация последствий, все выжившие приглашаются для размещения в эти центры. У нас есть видео, если захотите, сможете посмотреть.
Он кивнул на человека с планшетом.
— Это капитан Курзанцев. У него вы можете посмотреть обращение руководства страны и съёмки из реальных лагерей размещения. Всё делается в интересах граждан! Вы не одни, мы пришли, чтобы помочь! Данный объект переходит под контроль «Чрезвычайного Комитета». Завтра утром сюда прибудет Ми-8 с личным составом, который будет нести службу на территории объекта. Все мирные граждане приглашаются для эвакуации. Ориентировочное время отбытия — семь утра.
— А мы все войдём? — крикнул кто-то.
— Вертолёт большой, берём тридцать человек, максимум сорок. Если не войдут все — будут дополнительные борта. Не переживайте. Сколько вас?
— Все здесь!
— Тогда и говорить не о чем, — кивнул полковник.
— А у нас на ферме здесь неподалёку ещё несколько человек, — сказала одна из женщин. — Их тоже нужно забрать.
— Подойдите к Курзанцеву, объясните ситуацию. Будем решать. Но возможности собирать всех по деревням у нас нет. Пускай приезжают сюда. Или направляются самостоятельно в ближайший центр размещения. Он находится в трёхстах километрах, в Новосибирской области. Там есть аэродром, гидроэлектростанция, рыбное хозяйство, больницы. Там есть энергия, канализация, созданы все возможные условия, чтобы переждать тяжёлые времена.
— Переждать? — воскликнул Шершень. — Походу, гражданин начальник, это нифига не временная катастрофа. Переждать её, пересидеть где-то не проканает.
— Не волнуйтесь, если нужно будет, новую жизнь отстроит. С момента начала катастрофы прошло несколько дней. Уже проведена огромная работа. Руководство страны ночами не спит и работает в кооперации с руководителями других государств.
— А кто из руководства выжил? — спросил кто-то.
— Когда разместитесь в пункте, получите доступ к новостям, и к политинформациям. Будете знать, что творится в мире и в стране.
— А интернет там есть?
— Там есть всё. Вы, конечно, и здесь неплохо устроились, — как бы дружески усмехнулся он. — Но другим людям повезло меньше. Тем не менее, все выжившие приглашаются в лагеря содержания. Организовывается целая сеть лагерей по всей стране, у крупных населённых пунктов. Кто у вас старший?
Все головы повернулись ко мне. Я вышел вперёд.
— Нордов Михаил, — представился я и, подумав, соврал. — Майор инженерных войск.
По лицу полковника пробежала тень недовольства.
— Курзанцев, ответь на вопросы гражданским. — Кивнул он и добавил мне. — Отойдём, майор.
Я услышал краем уха как Курзанцева начал пытать Шершень.
— Мы вот тут были уже в одном лагере, в Ленинске. Это такой же? Там военные отстреливали мирных граждан. Это как вообще-то понимать?
— Мы не армия. Полковник вам объяснил. Мы «Чрезвычайный Комитет», наделённый всей полнотой власти в переходное время.
— А чёт в Конституции ни о каком «Чрезвычайном Комитете» ничё не сказано, — не унимался Шершень.
Дальнейшего я уже не слышал, мы отошли с полковником в сторону и остановились под фонарём. Лицо у него было холодным, с тонкими чертами.
— Майор, ты молодец, — сказал он. — Собрал людей, не растерялся. Военный подход. Это хорошо, ведь ситуация требует чётких действий. Скажу прямо, не для передачи остальным, ситуация пока постоянно ухудшается, появляется огромное количество свежезаражённых.
— У нас есть практически подтверждённая гипотеза о том, как происходит заражение, — сказал я.
— Отлично. Прибудете в центр размещения, доложите медицинскому начальству. Там вас сразу выслушают.
— Погодите, товарищ полковник, мне нужно именно с вами поговорить. Не про лагерь, а про этот объект.
— Некогда разводить говорильню, майор. Мне надо принимать объект под контроль.
— Я могу помочь сориентироваться, — предложил я.
— Хорошо, — поморщился он, будто говорил с малым ребёнком. — Где штаб?
— Штабное здание, — сказал я, — полностью занято молчунами.
— Это ещё кто?
— Заражённые. Это тот корпус, — я кивнул в сторону здания похожего на элеватор. — Учитывая предполагаемую специфику данного научного центра, автономные системы, средства связи, РЭБ, машинное управление — там может быть оборудование, которое поможет установить наличие слабого стабилизирующего сигнала в низкочастотном атмосферном диапазоне.
— Что это за хрень? — нахмурился он.
Я вкратце обрисовал ситуацию, описав её, как гипотезу, не упоминая операцию в Югославии в девяносто девятом, резонансную установку, сбитый самолёт и перенос во времени. Сказал только, что занимаюсь проблематикой фазовых скачков.
Он уставился на меня тяжёлым взглядом. Недоверие и недовольство видно было даже в неярком свете фонаря.
— То есть, майор, ты хочешь мне сказать, что я сейчас должен всё бросить и начать вникать в твою белиберду?
— Смотрите… Как вам объяснить. Мне нужно определить источник излучения, который был перемещён… э-э-э… примерно тридцать лет назад. Он мог дать толчок для…
— Мог дать? — перебил полковник. — Где он сейчас твой источник?
— В Сербии. Если не был перемещён, выключен или остановлен, то до сих пор находится на территории Сербии.
— Румянцев! — крикнул полковник.
К нам тут же подбежал усатый здоровяк.
— Быстро заканчиваем с вопросами мирных, и идём по плану. Личный состав приготовить к инспекции объекта! — скомандовал он и снова повернулся ко мне. — Майор, можешь показать, что здесь к чему?
— Так точно, показать и рассказать всё могу. Но вы послушайте по поводу установки, это важно.
— Я понял, будешь рассказывать по ходу дела. Это что?
— Это столовая. Там чисто.
— Какие запасы продовольствия?
— Вы понимаете важность того, что я говорю? — спросил я, немного раздражаясь.
— Сколько раненых в санчасти?
Я ответил.
— Это ты код доступа передавал? Что значить девятьсот семнадцать?
— У меня протокол. Просто обозначение... В общем, что я готов к получению команды.
— А кому-то это важно? — с сожалением посмотрел он на меня. — Ты Рэмбо, может быть? Или секретный агент?
— Штабной корпус — это вон тот, похожий на элеватор, — вздохнул я. — В нём, учитывая специфику исследовательского центра, может быть оборудование, которое поможет установить, включён ли источник. Но для этого нужно зачистить здание. И мне нужно ваше разрешение для проведения работ в соответствующей лаборатории.
Он снова посмотрел на меня уже без всякого интереса.
— Зачистим, — кивнул он. — Завтра прибудет личный состав, и сразу начнём этим заниматься.
— Товарищ полковник...
— Слышь, майор, — перебил он. — Инженерные войска, да? Ну-ну. Не надо из меня лоха делать. Короче, у меня есть задача. Твои предположения и гипотезы не ко мне. У меня своё начальство, у тебя своё. Обратись по команде. Ты будешь рассказывать что здесь к чему или нам самим разбираться?
***
