- Много кто у нас был…
Мадам Передур не любила утро и старалась проводить его в уютном логовище из одеял и подушек. Яркий и беспощадный солнечный свет что-то делал с ее внешностью такое, с чем не могли справиться лучшие притирания.
К вечеру внешность вновь становилась такой, как надо, и мадам Передур оживала.
Но сейчас, когда солнце еще не добралось до зенита, она чувствовала себя несколько мертвой.
- Он не совсем обычный де… - Ргов вовремя прикусил язык, - человек. Вы не могли его не запомнить.
- А почему я должна отвечать? – лениво поинтересовалась мадам Передур.
- Если ты промолчишь, я сообщу Большому Джиму, что ты отказалась ему помочь, - сказал лейтенант.
- Убедительный аргумент. Ну, был у нас вчера один тип, - мадам Передур украдкой вздохнула, - но он пропал так странно, что я решила, что он маг. Исчез из комнаты на втором этаже.
Что в этой комнате он находился не один, мадам решила не уточнять.
- Ты сможешь его описать?
Хозяйка веселого дома задумалась и через пару минут вынуждена была признать, что облик вчерашнего гостя в памяти не задержался.
- Высокий, черный, - сказала она. – Все.
- Может быть, твои девочки его запомнили? – сделал последнюю попытку Лахов.
- У них плохая память на лица.
- А давай их допросим! – предложил Ргов.
Мадам Передур смерила его взглядом, пройдясь от стоптанных сапог до слегка помятого на макушке шлема, и спросила:
- А ты точно выдержишь этот допрос, парень?
- Ну… это… я… - Ргов зарделся майской розой.
- Если что, мы сбегаем до речки, - пришел на помощь подчиненному лейтенант Лахов. – Тут недалеко. Понюхаем, чем от нее пахнет. Это здорово прочищает мозги и отбивает вожделение…
- Да уж, трудно вожделеть, когда тебе хочется блевать, - мадам Передур отступила, освобождая дверной проем. – Заходите.
Изнутри веселый дом напоминал кладбище старых вещей. Тут обитали запахи прогорклого жира, женских притираний и крови. Водились стада древних, продавленных диванов, под яркими обивками похожих на крашеных старух. Стены украшали слегка подранные гобелены.
Пыль плодилась и размножалась в огромных количествах.
- Садитесь, а я разбужу девочек, - сказала мадам Передур, пока Ргов героически сражался с приступом чихания.
- Ох, да помогут нам боги, - пробормотал Лахов, выискивая среди диванов такой, что выдержал бы тяжесть могучей задницы Калиса.
Первой в зал спустилась Большая Зизи, похожая на рельефный холм, закутанный в несколько сшитых вместе парусов. За ней появилась Неистовая Марта, одарившая стражников взглядом, от которого все трое покраснели, как угодившие в кипяток раки.
Допрос начался, а через полчаса Лахов осознал, что окончательно запутался.
Виной тому стали не только зазывно хихикавшие и строившие глазки девицы, а еще и их показания.
Одни говорили, что загадочно исчезнувший незнакомец был голубоглазым блондином, другие утверждали, что черноглазым брюнетом, третьи с пеной у рта доказывали, что волосы у него были рыжие.
Все сходились лишь в одном, что росту он был высокого.
Лейтенант почувствовал, что голова его готова закипеть, как поставленный на горн чайник.
- Так, - сказал он. – Хватит! Спасибо, дамы, вы оказали помощь закону, но нам пора идти…
- Заходи еще, красавчик, мы окажем такую помощь, что мало не покажется, - сладко промурлыкала Неистовая Марта.
Другие девицы захихикали. Лахов покраснел бы еще, не будь он и так краснее помидора.
- Мы идем, - сказал лейтенант, вставая с дивана и хватая за руку Ргова, по подбородку которого текли слюни, а взгляд был затуманенным, как у любителя опиума. – Калис, за мной, шагом марш!
Выбравшись на улицу, Лахов с наслаждением вдохнул отдававшего тухлятиной городского воздуха, и поволок подчиненных к реке – приводить в нормальное (насколько это возможно для стражника) состояние.
Книга задергалась, Скрытный выругался и прижал ее коленом к полу.
Поняв, что сопротивление бесполезно, «Гремуар жесткого калдавства» издал зловещий скрежет и затих.
- Вот так-то лучше, - маг почти ласково огладил черную обложку, украшенную зубастыми мордами, и открыл книгу.
С первой же страницы ему в лицо прыгнуло что-то оскаленное, злобно верещащее.
- Но-но, не балуй, - проговорил Скрытный, отмахиваясь от видения. – А не то у меня туалетная бумага закончилась…
Магический фолиант в ужасе содрогнулся, и язычок закладки втянулся под защиту переплета.
Страницы шелестели, мелькали на них яркие картинки, изображавшие демонов в самых разных интересных позах. Скрытный хмурился, сердито бурчал что-то под нос, и продолжал терзать книгу.
Ночью, когда демон ушел, маг повторно изучил круг вызова, поскреб голову и полез в собственную библиотеку, надеясь отыскать способ подчинить Апполинария Матвеевича, не используя для этого заклинательные круги.
Сейчас в щель между маскировочных штор струился яркий полуденный свет, библиотека превратилась в раскиданные по полу фолианты, а новых идей так и не появилось.
- Что вы делаете, учитель? – спросил ухитрившийся войти бесшумно Тадеуш. – И кто разгромил наш дом? Там все перевернуто, печка разобрана по кирпичикам, а ворота выломаны.
- Один гость, - ответил Скрытный и раздраженно отшвырнул «Гремуар жесткого калдавства».
Тот затрепетал страницами и мягко приземлился на кучу собратьев.
- Приберись тут, книги в шкаф сложи, - проговорил маг, поднимаясь с пола. – А мне нужно нанести визит. Хотя нет. Сейчас для него слишком рано… Пойду лучше спать, разбудишь меня ближе к вечеру.
Даже великим черным магам нужно отдыхать, и Скрытный не собирался опровергать эту истину.
Зевая под нос, он удалился.
- Вот так всегда, - Тадеуш взглянул на книги, те посмотрели на него в ответ с явным злорадством. – Как отчет какой писать или мусор убирать – это мне, а вся слава ему достается…
И, вздохнув так жалостливо, как способен только ученик колдуна, он отправился за метлой.
Ей очень удобно загонять в шкаф магические книги.
Мили-Пили-Хлопс, бог войны, не пользовался в Ква-Ква особенным почетом, так как горожане открытому бою предпочитали обман, обвес, обсчет и другие бескровные способы победы.
Но верховный служитель Мили-Пили-Хлопса напоминал накачанный жиром дирижабль.
Доносившееся из недр его объемистого организма пыхтение создавало впечатление, что под громадной алой мантией работает насос.
- Да будет твоя рука тверда, а сердце отважно! – возгласил жрец бога войны. – Да падут твои враги!
«Если ты на них сядешь, они не то, что падут, а еще и в лепешку превратятся» - подумал Зубост Дерг.
- Да не оставит Носящий Оружие вас своими милостями, - проговорил он в ответ.
- Что привело тебя к нам… - тут служитель Мили-Пили-Хлопса осознал, что допустил бестактность, - э… ух… как приятно совершенно неожиданно встретить тебя!
- Вот именно, - кивнул Зубост Дерг, вспоминая, что для «неожиданной» встречи ему пришлось минут пятнадцать колотить в ворота, чтобы любящие подремать после обеда жрецы бога войны продрали глаза. - Дело есть.
- Э? – верховный служитель Мили-Пили-Хлопса попытался изобразить вопросительный знак, но от этого только стал еще больше похож на кляксу, поставленную красными чернилами.
- Есть шанс посрамить гнусных магов…
Пыхтение стало чуть более частым, показывая, что его источник заволновался.
Зубост Дерг мысленно воззвал к милости Отца Богов и заговорил, повторяя то, что сегодня произнес не раз.
- Ага, - сказал жрец бога войны, когда его собеседник замолчал, - всем объединиться? Это как?
Зубост Дерг почти видел, как в круглой голове ворочаются заплывшие жиром мозги.
- Как в те времена, когда нам грозили поклонники сетевого мракетинга, - пояснил он. – Так ты придешь?
- После заката в «Священную корову». Хорошо, - пропыхтел верховный служитель Мили-Пили-Хлопса.
- Вот и договорились.
- До встречи.
Зубост Дерг вычеркнул еще один пункт из длинного списка храмов, которые нужно посетить, и зашагал дальше, туда, где клубы дыма окружали похожее на цех святилище Свауха, бога-творца.
Подвал был настолько велик, что тут с комфортом разместился бы целый клан носящих юбки обитателей Лоскута Низкие горы. Еще он мог похвастаться сухим полом, отсутствием грязи и крыс.
Аккуратными рядами стояли открытые ящики, в которых поблескивали всякие металлические штуковины. Около прочной двери, надежно запертой с другой стороны, виднелись две бочки.
Если бы демон чуточку лучше разбирался в подвалах, он бы догадался, что попал в необычное место.
Но беглеца из Нижнего мира занимали совсем иные проблемы.
Демоны, как и любые живые существа, должны спать, пусть не так много и часто, как люди.
Прошедшая ночь, проведенная в обществе любвеобильных девиц и нечестного колдуна, утомила Апполинария Матвеевича. Слегка покрушив дом Скрытного, демон обнаружил, что скоро рассвет, и принялся искать убежище на день.
Забравшись в прекрасный темный подвал, он собрался выспаться, но…
Едва солнце поднялось над горизонтом, сверху донеслись гортанные выкрики и бодрый топот. Вскоре к ним присоединился лязг, прерываемый шипением, ударами и жужжанием.
Отрастив зубы, демон слегка поскрипел ими, а затем принялся ждать, надеясь, что хозяева дома угомонятся.
Но шум наверху становился только громче.
Когда за дверью, ведущей в подвал, послышались шаги, бренчание ключей и невнятное бурчание, демон позволил себе злобную улыбку и торопливо выбрался из уютного угла.
Когда скрипнули дверные петли, укрывшийся за одной из бочек Апполинарий Матвеевич аккуратно вытянул руки, готовясь схватить вошедшего в подвал человека за горло.
Но когтистые лапы ухватили пустоту. Существо, похожее на лохматую кочку в сапогах, пробежало под руками демона, не заметив их, а уроженец Нижнего мира, спасаясь от причиняющего боль дневного света, вынужден был дематериализоваться до максимально разреженного состояния.
Гном Стамеска, которому почудилась за бочкой какая-то тень, поднял факел повыше и на всякий случай ухватился за висевший на поясе топор.
- Привидится же пакость всякая, - пробормотал он и полез в ящик под номером семь, где, если верить бригадиру, лежали запасные части к малым тискам.
Запчастей на месте не оказалось и пришлось шарить по всем ящикам, помогая себе проклятиями.
- Эй, ты скоро? – в подвал опасливо заглянул Битый Горшок, за двадцать лет работы в «Зноменитой Мастирской па Мяталлу» не продвинувшийся дальше посыльного. – А то эта… бригадир требует!
- Иду, - Стамеска сунул в карман крепежный хомутик и зашагал к выходу. – Надо бы колдуна позвать, а то завелся у нас тут кто-то…
Когда дверь закрылась, около нее осторожно материализовался демон. Повисев на месте, он на цыпочках двинулся к облюбованному углу.
***
Боевой порядок выглядел довольно просто – впереди шагал Рыггантропов, а за его широкой спиной прятались остальные.
К удивлению студентов, почти двести метров прошагавших по гномьему кварталу, никто не попытался разрубить чужаков на части или хотя бы обозвать «безбородыми верзилами».
Хотя пока они не встретили ни одного гнома.
- А тут это, спокойно, - рискнул высказаться Нил Прыгскокк, выглянувший из-за плеча Рыггантропова.
Улочка выглядела вполне обычно для Ква-Ква, как и стоявшие вдоль нее добротные одноэтажные дома. Но имелось обстоятельство, заставлявшее истинного горожанина морщиться и нервно оглядываться.
