- Э… ну… а как насчет заклинаний? – спросил он. – Каких-нибудь специальных… против них?
- Скучная задача – найти такие, - гроблин задумчиво подвигал участками кожи над глазами. – Я, пожалуй, займусь ей. А вы пока ложитесь спать. Прямо здесь, у стенки. Никто не причинит вам вреда. Ну а к завтрашнему дню что-нибудь придумаем. Утро вечера не тупее, как говорят у вас, людей.
Смысл пословицы Мешок Пыль, по крайней мере, не переврал.
В двери мэрского кабинета ударили, судя по железному звону, тараном, и они открылись. Внутрь ввалился капитан стражи, двое его подчиненных с извивавшимся и сопевшим мешком в руках, и в арьергарде – Винтус Болт и Дубус Хром-Блестецкий.
Мосик Лужа, проснувшийся всего лишь полчаса назад и поэтому соображавший не очень хорошо, спросил:
- Что это?
- Причина всех наших проблем, - злобно буркнул Винтус Болт, а Дубус Хром-Блестецкий поддержал коллегу:
- Да-да!
Один из колдунов хранил золотые монеты в сундучке под кроватью, другой – в тайнике под печкой. Но оба вечером обнаружили, что их заначки постигла одинаковая судьба.
Золото исчезло, остался лишь рыжеватый «пепел».
- Вынимайте! – велел мэр.
- Есть! – рявкнул капитан и махнул рукой.
Стражники перевернули мешок, и из него на пол вывалился дородный и очень бородатый гном в длинной розовой ночной рубашке, расшитой молотами, секирами и чеканами.
- Апчхи! – сказал гном, отчего его борода встала дыбом.
- Поставить на ноги! – последовал новый приказ.
Он был исполнен мгновенно.
Мосик Лужа грозно воззрился на поставленного перед его столом гнома, но тот лишь нагло выпятил бороду.
- Так, - сказал мэр. – Капитан, кто это? И где ты его взял?
- Докладываю! – рявкнул капитан стражи так, что задрожали оконные стекла. – Согласно вашему приказу мы вторглись… точнее, проникли на территорию гномьего квартала, где и произвели задержание задержанного. Потерь среди личного состава нет. Задержанный опознан как старейшина клана Твердозадов!
- Твои воины нарушили нашу границу, разрушили двери моего дома и разбили кружку моего дедушки, - мрачно проговорил гном. – И за это ты ответишь, особенно за кружку. Таких сейчас уже не делают. Пиво в ней не скисало годами. И ты ответишь, это обещаю тебе я, Длинная Дубина! Похоже, что мэрия решила в открытую угнетать представителей нашего маленького, но гордого народа? Но ничего, она об этом еще пожалеет…
Лоскутный мир знал этнические конфликты, хотя еще не изобрел такого понятия.
Но разумные существа всегда и везде не любят тех, кто на них похож, но не совсем, и какие-то понятия им для этого не нужны. Ведь как приятно знать, что твой сосед много хуже тебя, несмотря на свои богатство и ум, и всего лишь из-за того, что кожа у него чуть темнее, нос с горбинкой или боги другие…
Осознание этого помогает пережить тяжелые времена.
А если они станут совсем уж тяжелыми, можно взять факел и сжечь дом соседа.
Это ведь куда проще, чем самому стать умным или богатым.
- Капитан немного погорячился, - сказал Мосик Лужа, вспомнив, что хуже гномов могут быть только злые гномы. – Он извинится. Потом. Всем известно, что мы э… этнически толерантны. А сейчас объяснитесь, - мэр перевел взгляд на магов, - что, вот этот мелкий бородатый пакостник виноват в том, что из наших подвалов исчезло золото?
Гном сердито запыхтел, но удивленно замолк, когда под нос ему сунули щепоть коричневого порошка.
- Пусть объяснит вот это! – заявил Винтус Болт тоном сыщика, предъявившего убийце труп с ножом в спине.
- Чего я должен объяснять? – спросил Длинная Дубина.
Рассказ о том, что произошло с золотом в городской казне и других, менее важных местах, не занял много времени.
- Хм, - часть лица гнома, что виднелась над бородой, стала озабоченной. – А ну дай-ка сюда…
Он взял щепоть коричневого порошка с ладони Дубуса Хром-Блестецкого и осторожно понюхал. В мэрском кабинете наступила такая тишина, что стало слышно сопение подслушивавшего за дверью Сарданапала.
По бороде гнома побежали искры, глаза его выпучились, точно два воздушных шара, в которые накачивают водород.
- Ур-ур-ур…. Апчхиии!!!! – громогласно чихнул Длинная Дубина, отлетел к стене и врезался в нее, как маленький метеор.
Стоявшая в углу статуя мэра угрожающе качнулась.
- И что это значит? – испуганным шепотом спросил Мосик Лужа.
- То, что я простудился, пока ваши придурки, - тут капитану и его воинам достался яростный взгляд, - несли меня по улицам. Так, дайте, я понюхаю это еще разок… хм, похоже на «след золота»…
- След золота? – спросил Винтус Болт.
- То, что появляется до золота и остается после него, - несколько туманно объяснил гном. – А исчезнуть золото может только в одном случае, если испугано Гномьим Эхом. Значит, Гномье Эхо пришло в Ква-Ква.
Если обычно лицо мэра напоминало помидор, то сейчас оно походило на помидор, обнаруживший, что его стебель едят гусеницы.
- Откуда? И что это такое?
- Согласно легендам, так называется старинное гномье заклинание. А… а… апчхи! Что, капитан, ваш панцирь больше не блестит? Ничего, сопли легко отмываются. Ха-ха. Так, о чем это я?
- О Гномьем Эхе, - в один голос напомнили оба мага.
- Да. Его создал один наш колдун, много тысяч лет назад, чтобы досадить врагам, - тут Длинная Дубина важно поднял указательный палец. – Но не рассчитал сил. Ну, пришлось это заклинание ловить и прятать в глубинах под необитаемыми горами…
- Необитаемыми горами… - Мосик Лужа нахмурился. – Дикие горы… Там, говорят, одна из вершин лопнула?
- Ну да, говорят, - гном отвел глаза.
- А значит, через дырку вырвалось это самое ваше проклятье. И набросилось на наш беззащитный город, точно разбойник на жертву. Эх, вы за это ответите! Ох, ответите!
- Эй, полегче на поворотах, - Длинная Дубина принял гордый и независимый вид, но все испортил очередной чих. – Ааапчхиии! Ой, уф… ух…хы. Извини, босс, слегка забрызгал твой стол. А отвечать мы не будем! Гномье Эхо действует только там, где собрано в кучу огромное количество золота. Разве мы виноваты, что вы, люди, такие жадные, и стащили в Ква-Ква столько всякого добра?
Мэр сердито засопел, голос его стал зловещим:
- Ох, смотри, люди в этом разбираться не станут! Возьмут дубье и…
- Ничего-ничего! – Длинная Дубина потряс кулаком. – У нас тоже не только кузнечные молоты есть! Мы привыкли к вековому угнетению!
- То-то ты выглядишь угнетенным, - пробормотал Винтус Болт, разглядывая выпиравшее через ночную рубаху брюшко. – Паутинный шелк, если не ошибаюсь? И пахнет от тебя не пивом, а дорогим вином…
Гном сделал вид, что ничего не слышал.
- Но угнетение может и не начаться, - вступил Дубус Хром-Блестецкий, - если ты скажешь, как бороться с этой напастью.
- Не знаю. В легендах про это ничего не говорится. Это вам надо колдуна какого спросить, желательно постарше.
- Так достань нам такого колдуна! – Мосик Лужа ударил кулаком по столу и мгновенно пожалел об этом.
Рука чуть не прилипла.
- Достать колдуна? – Длинная Дубина собрался было покрутить пальцем у виска, но вовремя вспомнил, с кем разговаривает. – Это колдун кого хочешь достанет. В городе наших чародеев нет. Мы, конечно, можем отправить гонца в горы, но никто не даст обещания, что маг согласится приехать. Что ему местные проблемы? А даже если и согласится, то прибудет через месяц-другой. Спешка, сам знаешь, неприличное дело.
- Так, - мэр неожиданно стал очень спокойным. – Капитан!
- Есть!
- Доставить старейшину обратно на место. Кружку склеить, двери починить.
- Так точно! – усы капитана изобразили нечто вроде вопросительного знака.
Таких задач бравому стражнику решать еще не приходилось.
- И еще, капитан.
- Да?
- По дороге вылечить его от простуды!
- Так точно, - после этого возгласа усы и вовсе обвисли, точно хвост у нашкодившей собаки.
Капитан махнул рукой, гнома схватили и, прежде чем он сказал хотя бы слово, запихнули в мешок. Стражники отдали честь и удалились. Ну а Мосик Лужа кивнул и повернулся к Винтусу Болту и Дубусу Хром-Блестецкому.
- А вам, - сказал он, – нужно пойти и рассказать обо всем магам. Не таким, как вы, ленивым бездельникам. А настоящим, умным и мерзким колдунишкам, что обитают в университете!
- Позвольте… - проговорил Винтус Болт.
- Минуточку, - поддержал коллегу Хром-Блестецкий.
- Немедленно!! И чтобы к вечеру у меня был ответ! Иначе – на кол!!
С приказом, высказанным в такой форме, спорить будет только идиот.
***
Игг Мухомор ездил на работу в карете.
Во-первых, потому, что неприлично аристократу в семьдесят шестом поколении ходить пешком.
Во-вторых, потому что жил в некотором удалении от улицы Тридцатисемилетия Отрытия Канавы.
Ну а в-третьих, он просто ленился.
Этим утром Магучий Единственный Ночальник Торопливых, как обычно, влез в скрипучее сооружение, похожее на б/у гроб на колесах. Возница щелкнул кнутом, и они поехали.
Игг Мухомор знал наизусть все рытвины и ямы по дороге, и в перерывах между наиболее выдающимися препятствиями успевал подремать. Колеса монотонно скрипели, карета вторила им скрежетом и щелчками, наводившими на мысли об ораве безумных кузнечиков.
МЕНТ проснулся для того, чтобы пережить канаву после Белого моста, и почти заснул вновь, когда возница неожиданно выругался, и лошади понесли. Игга Мухомора бросило на стену, и он ударился затылком. Перед глазами засверкали вспышки, в ушах зачирикали птички.
Так же внезапно карета встала.
МЕНТа бросило вперед, и к синяку на затылке добавился точно такой же на лбу.
Если посмотреть сбоку, то командир Торопливых выглядел, скорее всего, довольно симметрично.
- Болван! – заорал он, толкая дверцу кареты. – Что ты себе позволяешь?! Не дрова везешь, а меня!
Дверь открылась, и Игг Мухомор выбрался в мозглую осеннюю морось. Возница обнаружился на передке, испуганный, дрожащий, с выпученными глазами и зажатыми в кулаке вожжами.
- Болван! – повторил МЕНТ. – Что случилось?
- Так лошадей кто-то напугал, - ответил возница, - сначала сзади. А потом спереди. Вот они и встали. Дальше не идут.
- Кто напугал?
- Кто-то серый, мохнатый. С зубами.
Игг Мухомор выругался и в очередной раз дал себе зарок не брать на работу алкоголиков.
Лошади и вправду выглядели странно. Застывшие неподвижно, они тряслись мелкой дрожью, а в остекленевших глазах замер истинно экзистенциальный конский ужас.
- Вольно! – рявкнул на них МЕНТ, пытаясь привести животных в чувство знакомыми методами. – Смирно! Вперед! Шагом марш!
Но лошади на вопли и капли слюны не отреагировали никак, даже ухом не повели и хвостом не дернули.
- Вот зараза! Что же мне, дальше пешком идти? – Игг Мухомор огляделся и обнаружил, что стоят они около кабачка «Потертое ухо», и что до здания стражи осталось с полсотни метров.
- Не могу знать, - откликнулась та часть сознания возницы, что отвечала за общение с начальством.
- А чего, и дойду? Давно пора показать, что я близок к народу. Что я такой же, как все, и только немного лучше.
Произнеся такую подготовительную речь, МЕНТ велел вознице позаботиться о лошадях и карете, а сам затопал в сторону штаб-квартиры. Но через несколько шагов наткнулся на живописно лежавшие тела.
Перегаром от них разило так, что неподалеку виднелась упавшая в обморок крыса.
