– Здесь много отдыхающих, – проворчал Сергей, намекая молодому приятелю, что тот должен сбавить обороты. – На любой вкус красавицы. И многие приезжают, чтобы развлечься.
Денис осклабился, соглашаясь, почесал живот и отыскал взглядом вышедшую из кабинки Джину, переодевшуюся в тонюсенький чёрный купальник.
– Подружка твоя?
– Ты уже спрашивал, – ровным голосом произнёс Чащин.
– И что ты ответил?
Задав вопрос, парень перевёл взгляд на Феликса, и некоторое время они смотрели друг другу в глаза. Затем прозвучало спокойное:
– Ты помнишь, что я ответил. А если не помнишь – спроси у Сергея.
– Девчонки ветрены.
– Не она.
– Ты уверен?
– Иначе бы не сказал.
– Повезло тебе.
– Знаю. – Теперь Чащин смотрел на грузного: – Вы без меня справитесь с подключением фургона?
– Он открыт?
– Открою.
– Справимся.
– Тогда я буду на пляже. – Феликс достал из поясной сумки пачку сигарет и, не глядя на Дениса, добавил: – Меня там ждут.
Чтобы расставить точки над «i».
* * *
Спросите у любого москвича, когда он в последний раз был на Красной площади – и он, скорее всего, задумается. Спросите у крымчанина, как давно он купался в море, и, вероятно, в разговоре тоже возникнет пауза, во время которой собеседник попытается вспомнить, когда среди повседневных дел отыскалось время окунуться. Однако человек, достаточно хорошо известный в Крыму и за его пределами, под псевдонимом Читер, обязательно купался каждое утро, за исключением штормовых и совсем холодных дней, и проплывал при этом не менее четырёх километров. Иногда больше – по настроению, но почти никогда меньше. В этом Читер был скрупулёзен и точен. И плавал он превосходно, эффектно и эффективно, о чём ему всегда говорили друзья и подружки – те из них, которые находили в себе силы выйти ранним утром на пляж, чтобы понаблюдать за долгим заплывом известного человека.
Однако сегодня Читера никто не ждал. Выйдя из воды, он привычно растёрся полотенцем – до красноты, и минут десять стоял на берегу, молча разглядывая тихое море. Наслаждаясь тишиной и покоем. Утренние заплывы были временем, которое принадлежало только ему и никому больше, поэтому он не любил, если друзья или подружки выходили на пляж вместе с ним. Не любил, но и не запрещал.
Постояв, Читер неспешно поднялся в дом, что стоял на первой линии, проверил телефон, прищурился, увидев среди входящих интересующий его номер, и позвонил в ответ.
– Что не так?
– Почему ты решил, что что-то не так?
– А почему ты звонишь сегодня, а не вчера?
– Потому что Феликс приехал сегодня, а не вчера, – ответил Сергей.
– Объяснил?
– Нет. Но я не спрашивал.
– Почему? – удивился Читер.
– Это не моё дело.
По большому счёту, так оно и было, поэтому Читер промолчал. Кроме того, Феликс ещё вчера утром предупредил, что если не будет успевать – приедет на следующий день, и получается, не опоздал, а задержался. Хотя мог бы позвонить ещё раз. Но не стал.
– Это единственная странность?
– Феликс приехал не один, – доложил Сергей. – С ним девка.
– Прихватил попутчицу на море?
– Вроде того, но эта попутчица вызывает сомнения. Я о ней без телефона скажу.
– Проблемная?
– Не для нас.
– Хорошо, не по телефону, – согласился Читер. – Это всё?
– Феликс странно себя ведёт.
– Подробнее.
– Ну… Я не так хорошо говорю словами, как ты, Читер, поэтому просто: странно. Я это чую, но объяснить не могу. Как будто для него всё это в новинку, и он не совсем втыкает, что и как. – Сергей выдержал паузу. – Не похож он на курьера.
– Он не простой курьер. Об этом нас предупредили.
– Феликс – авторитет?
– Вроде того.
– Ну… – Сергей помялся. – Не знаю, Читер, ты сам решишь, когда на него посмотришь, но я считаю, что с Феликсом что-то не так.
– Спасибо. – Читер помолчал, обдумывая услышанное. Он знал, что Сергей к панике не склонен и без весомых сомнений не стал бы заострять внимание на странностях в поведении гостя. А значит, нужно отнестись к его словам серьёзно. – Когда Феликс приехал?
– С полчаса назад.
– Ни о чём не спрашивал?
– О встрече?
– Да.
– Нет. И в этом тоже странность.
– Ага, я понял. – Ещё одна пауза. – Сегодня пусть осваивается, а ты на него посмотри. Если придёт с вопросом, послушай, что спросит, и сообщи мне. А если не придёт, скажешь при случае, что к нему завтра приедут.
– Ты приедешь? – уточнил Сергей.
– Не говори кто, – приказал Читер. – Просто скажи, что приедут, и посмотри на реакцию.
– Думаешь, это подстава?
– Я пока не знаю, что думать, но ты не загоняйся, Серёга, ты со всех сторон чист. Так ведь?
– Так.
– Вот и хорошо, – одобрил Читер. – Поэтому смотрим на человека и ждём, как он себя поставит. Сам ничего не решай и от всего отказывайся. Договорились?
– Договорились.
– Увидимся. – Читер отключил телефон, положил трубку на стол и вновь посмотрел на море.
И улыбнулся. Потому что море всегда вызывало у него по-настоящему добрую улыбку.
Только оно.
* * *
– Как тебя приняли? – поинтересовалась Джина, жмурясь на солнце.
– Как долгожданного, но нелюбимого родственника, – усмехнулся в ответ Феликс.
– Может, ты не сказал пароль? – предположила девушка.
– Не смешно.
– Почему?
– Раз мне дали по башке там, то здесь могут и вовсе убить, если не найдут того, что им нужно.
– А ты уже выяснил, что им нужно?
– У Сергея и Дениса выяснять что-либо бесполезно, они «шестёрки».
– «Шестёрки» тоже могут что-то знать, – рассудительно заметила Джина.
– Но вряд ли расскажут.
– Зависит от того, насколько они глупы.
– И как их проинструктировали.
– Это верно. – Она помолчала, после чего улыбнулась. – Зато они подключили фургон к электричеству и воде. А значит, мы здесь надолго.
И судя по всему, девушке это нравилось. Во всяком случае, пребывание на южном пляже не вызывало у неё отторжения. Ждать Чащина на берегу Джина, естественно, не стала – сразу бросилась в тёплое море и заплыла довольно далеко, благо буйки на полудиком пляже отсутствовали. Из воды выбралась уставшая, но радостная, улеглась на горячие камни, пробормотав: «Великолепно», и несколько минут молча грелась – или загорала, пока Феликс наблюдал за копошащимися у фургона мужчинами. Затем перевернулась на спину и завела разговор.
– Я не знаю, сколько времени мы здесь проведём, – честно сказал Чащин.
– Потому что понятия не имеешь, на кой ляд ты вообще сюда явился, – закончила за него девушка. – Я помню. – Поправила купальник и добавила: – А ты – нет.
– Ты не хочешь уехать? – поинтересовался в ответ Феликс.
– Потому что я тебе надоела?
– Потому что есть ощущение, что так для тебя будет безопаснее.
Джина помолчала – Чащин надеялся, что она потратила время на обдумывание его предложения, затем приподнялась, потянулась и поцеловала Феликса в щёку.
– Один раз я уже хотела тебя бросить, и видишь, чем всё закончилось? Тебе дали по башке и почти ограбили.
– Я серьёзно.
– Я тоже. – Она посмотрела Чащину в глаза. – И пожалуйста, не возвращайся больше к этому вопросу. Договор?
Он улыбнулся и кивнул:
– Договор.
– Ты пообещал. – Джина вновь потянулась, явно намереваясь снова поцеловать Феликса, и столь же явно передумала. – И не волнуйся, если мне станет страшно, даже чучуть страшно – я сбегу. Но мне кажется, что с тобой мне страшно не станет.
– Почему?
– Понятия не имею, мне просто так кажется.
Она тихонько рассмеялась и потянулась, выгнув спину. Примерно так же, как тянулась, сидя в автомобильном кресле, и с теми же последствиями: собрав на себе заинтересованные мужские взгляды. Во-первых, трудно оставаться равнодушным, когда красивая девушка, облачённая в едва заметный купальник, принимает столько провокационную позу, пусть даже у девушки есть спутник. Во-вторых, на всех пляжах мира новенькие женщины не остаются незамеченными. Джину «срисовали», едва она вышла на берег, однако завязать знакомство с ней не успели: к огромному разочарованию местных ловеласов, вслед за девушкой явился Феликс.
– Как думаешь, что должно было быть в фургоне?
– Скорее всего, наркотики, – медленно ответил Чащин.
– То есть ты дилер?
– Думаю, курьер.
– Ты не похож на курьера.
– Почему?
– Сейчас… – Она достала из пакета флакон, сунула его Феликсу в руку и перевернулась на живот. – Намажь мне спину.
