Даже не глянув в глазок, я нетерпеливо распахнула дверь и, обнаружив незваную гостью, поникла.
— Оксана? Привет. Какими судьбами? — понимая, что отвязаться не удастся, я отступила в сторону и, пропустив двоюродную сестру в квартиру, многозначительно добавила: — Я никого не ждала.
— М-да? А с первого взгляда так и не скажешь, — оглядев блистающее чистотой пространство, хмыкнула она и, скинув с плеч шикарную шубу, сунула её мне в руки.
Отшвырнув сумку в стоимость двух моих зарплат, одёрнула платье и, не разуваясь, протопала на кухню. Вот ведь су-у-у Тварюшка! Знает же, что я терпеть не могу непрошеное вторжение, а откровенное неуважение к моему труду тем более.
— Ксан, ты бы хоть разулась, — повесив её шубу, намекнула я и, заглянув на кухню, оторопела.
Кузина деловито и дотошно осматривала кухонный гарнитур, диванчик, стол, а потом открыла холодильник и, заглянув внутрь, сморщила нос.
— Технику поменять придётся, — пробормотала она задумчиво и, рассеянно оглядевшись, тихо добавила: — Гарнитур тоже устарел, да и обои не мешало бы сменить.
— Я тебе не мешаю? — замерев в дверном проёме, поинтересовалась я и, скрестив руки на груди, намекнула: — Меня всё устраивает, и в чужих советах я не нуждаюсь.
— Чужих? — переспросила Оксана и, вздохнув, устроилась на диванчике. Закинув ногу на ногу, посмотрела в упор и, пожав плечами, спокойно произнесла: — Я не чужая, да и советы бесплатно не раздаю. А что касается ремонта в моей квартире, это я не нуждаюсь в твоём мнении.
— Сдурела? — не сдержавшись, выдохнула я и, вздёрнув брови, повторила её слова, надеясь, что плохо расслышала, и она меня сейчас поправит: — Твоя квартира? Ремонт? Ты о чём вообще?
Мы и раньше не особо ладили, а в подростковом возрасте много раз сцеплялись не на шутку. Безвозвратный раскол произошёл, когда Ксанкина мать ну то есть моя тётя серьёзно заболела. Её любимой дочурке, пребывающей в вечном поиске богатого спонсора, было не до мамы, и проблемы пришлось разгребать мне.
Ну как пришлось?.. Не могла же я отвернуться от родной тётки, заменившей мне родную мать с тринадцати лет. Моё появление в родительском доме и в своей комнате Оксанка восприняла в штыки, но ей пришлось смириться, что никуда я не денусь, как минимум до совершеннолетия.
Я бесила её всем: внешностью, упорством, хорошими оценками, лёгким поступлением в универ. На почве ревности она цапалась не только со мной, но и с родной матерью, и много лет спустя, узнав о её болезни, просто слилась.
«— Разгребай сама», — ответила она тогда и, не уточняя деталей, бросила трубку.
А я что?.. Перевелась на вечернее обучение, устроилась на вторую работу, набрала кредитов и поставила тётю на ноги. А в благодарность она пустила меня в бабушкину квартиру, пообещав вскоре переписать её на меня. Так и не переписала, но я и не настаивала, доверяя и стесняясь лишний раз напоминать.
— Мы с Колей разводимся, — выдержав паузу, сообщила Оксана и, постукивая пальцами по столу, вздохнула: — Завёл себе молодую и ничем не обременённую. Представляешь?
— Вполне, — настороженно отозвалась я и, начиная понимать, к чему она клонит, усмехнулась: — И ты решила переехать сюда? А дети? Тоже сюда привезёшь?
— Нет, блин, с лупоглазой и сисястой мачехой оставлю, — поморщившись, огрызнулась Ксанка и, поправив причёску, проворчала: — Сюда, естественно. Они, конечно, не привыкли к такому кх-м убожеству, но что поделать.
— Но у меня всего две комнаты, — охнув, напомнила я и, разведя руками, дополнила: — В одной комнате массажный кабинет, а вторая слишком маленькая, чтобы
Сестра смерила меня снисходительным взглядом и, подавшись вперёд, усмехнулась:
— А кто сказал, что ты останешься? Кать, мозги включи. Здесь буду жить я и мои дети.
— А как же я? — похолодев, выдавила я, а Ксанка встала и, покачав головой, поставила жирную точку.
— А тебе, Катя, срок до Нового года. Ищи квартиру и съезжай вместе со всем своим скарбом.
Глава 4
Екатерина
— А морда не треснет?! — перейдя на привычный формат общения, рявкнула я и, уперев руки в бока, отчеканила: — Никуда я не съеду! У меня нет накоплений, а на массаж очередь расписана на три месяца вперёд. У меня кабинет оборудован! Ты хоть представляешь?..
— И не собираюсь, — перебив, отрезала она и, закатив глаза, фыркнула: — Не мои проблемы. Ищи квартиру, перевози свой скарб вместе с массажными штучками и оповещай клиентов о смене адреса.
Что ей плевать на мои проблемы, я даже не сомневалась, но, прежде чем разругаться в пух и прах, я честно попыталась войти в её положение. Развод — дело нервное и непредсказуемое, сама проходила и понимала её состояние и страх перед будущим.
Двое детей, отсутствие профессии и хоть какого-то опыта или стажа Окажись я на её месте, тоже наверняка на людей бросаться начала бы. Но одно дело попросить о помощи, а другое — ставить перед фактом.
— Когда суд? — пытаясь успокоиться, поинтересовалась я и, сделав глубокий вдох, участливо спросила: — Зачем торопиться? После развода ты получишь внушительную долю от семейной квартиры и бизнеса, плюс алименты и
— Долю, говоришь?! Дырку от бублика я получу! — перебив, заорала Ксанка и, всхлипнув, пожаловалась: — Этот расчётливый гад за неделю до свадьбы заставил меня подписать брачный контракт! Квартира, машина, бизнес, счета и активы, — всё это неприкосновенно, а я остаюсь, с чем пришла. То есть с голой жо
— Вот ведь сволочь! — поймав нужную волну, подхватила я и, вскинув руки, протараторила: — Только не реви. Мы что-нибудь придумаем. Он ещё пожалеет, вот увидишь.
Услышав волшебное «не реви», Оксанка, естественно, разрыдалась и, закусив нижнюю губу, зажмурилась. По её щекам потекли слёзы, смешиваясь с тонной косметики и оставляя грязные дорожки. Надеясь на её благоразумие и совесть, я метнулась к буфету, потом к холодильнику и, соорудив нехитрую закуску, откупорила бутылку вина, припасённую к Новому году.
Свой бокал Ксанка вылакала залпом и, протянув опустевшую тару, всхлипнула. Подлив ей щедрую порцию проверенного средства от всех стрессов, я плеснула чуток и себе и, устроившись напротив, придвинула кузине блюдо с нехитрой закуской.
— А алименты?.. — влив в себя ещё вина, икнула она и, шмыгнув носом, пожаловалась: — Колька заявил, что будет платить определённую сумму, а если я подам в суд на пересмотр, заберёт детей.
— Паразит, — прорычала я и, откусив бутерброд, вздохнула: — Все они такие. Обещают златые горы, а по факту приносят только проблемы.
— Ой, кто бы говорил, — покосившись на меня, передразнила Ксанка и, схватив салфетку, шумно высморкалась и прогундосила: — Ни мужа, ни детей У тебя даже любовника постоянного нет. Тоже мне, советчица нашлась.
Выплеснув боль и обиду, кузина нацепила привычную маску высокомерной выскочки, и мои попытки поддержать и смягчить эту стерву мигом сошли на нет. Зараза! Сморщив нос, я медленно сосчитала про себя до десяти и, выпив вино, пришпилила Ксанку убийственным взглядом.
— А чего ты так на меня смотришь? — фыркнула она и, не спрашивая разрешения, налила себе ещё бокал и пробурчала: — Правда глаза колет, да? Неудачница.
— Тебе пора, — отобрав бутылку, процедила я, но Ксанка хмыкнула и, устроившись поудобнее, взяла бутерброд.
— Не дождёшься, — деловито жуя, буркнула она и, подумав, невозмутимо произнесла: — А вообще, до Нового года ждать слишком долго. Хочу переехать сюда ещё до праздников, но перед этим сделаю здесь косметический ремонт и заменю мебель и технику.
— Я никуда не съеду, — повторила я, но она будто не услышала.
— Неделя тебе на поиск жилья и переезд. Ну или к любовнику напросись, если такой имеется.
— Эта квартира принадлежит мне, — отчеканила я, а Ксанка вздёрнула брови и усмехнулась.
— Да ну? Покажи документы, — потребовала она и, не дожидаясь ответа, напомнила: — Квартира не твоя, так что не упирайся.
— Кажется, ты забыла. Тётя обещала
— Моя мать явно была не в себе, когда пообещала тебе эту квартиру, — недослушав, рявкнула кузина и, покрутив пальцем у виска, заворчала: — Совсем с катушек слетела или ты её обработала. Учти, я ведь и в суд могу пойти, а мама всегда встанет на мою сторону.
— Ну ты тварь, — зашипела я, но она снова проигнорировала мои слова.
— Скажи спасибо, что жила здесь столько лет на халяву, — произнесла она, а моя сдержанность помахала ручкой.
— На халяву?! Да я стольким пожертвовала, чтобы твоя мама встала на ноги! А где была ты, когда она боролась за жизнь, а я вкалывала по ночам?!
— Кать, вот только не надо, а, — нараспев протянула Ксанка и, встав, направилась к выходу.
Провожая кузину прищуренным взглядом, я зависла, борясь с желанием, швырнуть в её наглую башку опустевшую бутылку. Прекрасно понимала, что спорить и что-то доказывать бесполезно. Не в её правилах менять мнение или признавать вину, а вот за трёпку навредит с удовольствием.
— Можешь не провожать, — раздалось из прихожей, а я подорвалась с места и, выйдя в коридор, скрестила руки на груди.
— И не собиралась, но вдруг ты что-нибудь сопрёшь, — проворчала я, а Ксанка застегнула шубу и, прихватив сумку, послала мне воздушный поцелуй.
— Удачных поисков, — пожелала напоследок и, выйдя из квартиры, хлобыстнула дверью.
Несколько минут я стояла, не шелохнувшись и, глядя в одну точку, напряжённо думала. Кузина знала, чем ужалить, и противопоставить мне было нечего. Разве что
Отмерев, я нашла свой телефон и, набрав тёткин номер, прерывисто выдохнула. Не всё потеряно!
— Привет, Катюша, — поздоровалась тётя и, вздохнув, поинтересовалась: — Давно не звонила, моя хорошая. Как дела? Как на работе?
— Да всё нормально, — соврала я и, помявшись, сбивчиво пожаловалась: — Оксана приходила Говорит, что разводится с Николаем и собирается переехать сюда.
Я до последнего надеялась, что тётя удивится, возмутится и успокоит меня, потом скажет, что её непутёвая дочь просто перегнула палку. Но всё оказалось иначе
— Доча, ну ты же понимаешь, как ей сейчас нелегко, — виноватым голосом протянула тётя и, помолчав, попыталась компенсировать несправедливость пустыми комплементами: — Ты у нас девочка самостоятельная, умная, рукастая Прорвёшься.
— Но вы же обещали, — едва слышно произнесла я, а тётка добила меня новым откровением.
— Катюша, в жизни всякое бывает. Не могу же я оставить на улице собственную дочь и внуков. Не злись, моя хорошая, а лучше наладь отношения с Ромой. Хороший же мужик, хваткий, деловой, предприимчивый, и в тебе души не чает. Чего добру пропадать?
— Ах вот оно что, — разочарованно протянула я и, хохотнув в голос, завершила звонок.
Глава 5
Екатерина
Поняв, что всё происходящее было коварным планом Ромы, я почти не удивилась. Вот гадёныш!
Значит, он изначально предполагал, что я пошлю его куда подальше, и заранее подстраховался. Поступок кузины тоже был вполне в её репертуаре, а вот решение тёти меня обидело.
Поэтому я и бросила трубку, чтобы в запале не наговорить ей лишнего. Портить отношения с единственным близким мне человеком не хотелось, а в текущем состоянии вернее, шоке, я могла ляпнуть такое, за что потом грызла бы себя не один день.
Собиралась ли Оксана разводиться и переезжать, или просто сыграла заготовленную роль, кто знает, но противопоставить мне было нечего.
В любом случае по документам квартира всё ещё принадлежала тёте, и она могла распоряжаться ей на своё усмотрение. Отдать дочери, переписать на внуков, продать, да хоть спалить.
Я действительно жила здесь много лет, оплачивая лишь налоги и коммунальные услуги. Если посчитать затраты на аренду аналогичной двушки в центре столицы, тётя с лихвой рассчиталась за моё участие в её выздоровлении. Но она же обещала!
Считая квартиру своей, я много лет вкладывалась в её улучшение: косметический ремонт, замена сантехники, проводки Да мало ли. Я обживала своё пространство и такой подставы не ожидала.
Сбережения у меня, конечно же, были, но по давней привычке я копила лишь на очередной отпуск, а в остальном ни в чём себе не отказывала. Выходит, что зря
Найти квартиру и переехать — не проблема, вот перелопатить списки клиентов, записанных на массаж у меня на дому, обзвонить их и уведомить о смене адреса, — вот это было намного сложнее. С моим плотным графиком и занятостью практически нереально.
Оправдывая свою фамилию, Ромка в очередной раз бесцеремонно рушил мою жизнь, привычный уклад и важные планы. Сволочь! Оставшись с ним друзьями, я совершила наивысшую глупость, а соглашаясь на редкие свидания ради «секса по дружбе», дала повод для вседозволенности.
Больше всего меня злило, что Ромка, планируя мерзкую пакость и моё порабощение, припёрся как истинный рыцарь. Цветочки принёс, на колено встал, кольцо приготовил. Кстати!..
Соседствуя с перечницей и солонкой, злополучная бархатная коробочка в виде сердца так и стояла на кухонном столе, напоминая о непрошенном вмешательстве. Зря сразу не отдала. А ещё лучше, стоило бы засунуть её Ромке прямо в задницу и нажать кнопочку, открывающую крышку.
Буравя взглядом раздражающее напоминание об утреннем разговоре, я подошла ближе и, взяв коробочку в руки, нажала на мизерную кнопочку. Крышка открылась, а я уставилась на пустую подушечку с выемкой для кольца.
— Что за чёрт? — пробормотала шокировано и, оглядев стол, присела и поискала пропажу ещё и на полу.
Точно помнила, что после ухода Ромки кольцо не доставала. Потом психовала Потом убиралась, а потом Ища пропажу, я даже пошарила по полу руками, но списать всё на плохое зрение, увы, не вышло. Без очков я видела не очень хорошо, но не до такой же степени!..
— Ксанка! Сучка крашенная! — сообразив, кто спёр кольцо, пока я хлопотала, организовывая ей закуску, я села на стул и, закусив губу, прерывисто выдохнула.
Дверной звонок сообщил о новом госте, а я чертыхнулась и, встав, поковыляла открывать.
— Проходной двор, честное слово, — пробормотала со злостью и, оглядевшись, схватила швабру, забытую в углу прихожей.
Почему-то абсолютно не сомневалась, что следом за Ксанкой, качественно отыгравшей свою роль, припрётся Рома, и собиралась встретить его как следует. Вдарить черенком швабры промеж глаз и спустить с лестницы, как минимум.
Глянув в настенное зеркало, я взъерошила волосы, чтобы выглядеть максимально воинственно и, дождавшись очередной настойчивой трели, распахнула дверь и замахнулась заготовленным оружием.
— Ваша доставка — отшатнувшись, промямлил худощавый парнишка, а я охнула.
Спрятав злополучную швабру за спиной, изобразила приветливый оскал и, выхватив объёмный пакет, захлопнула дверь. Привалившись к косяку, закрыла глаза и, покачав головой, прерывисто выдохнула. Позорище!.. Теперь ещё и курьера напугала.
В дверь осторожно постучали, а я, наученная горьким опытом, отставила пакет на тумбу и, затаив дыхание, посмотрела в глазок. Разглядев курьера, вспомнила, что так и не оплатила заказ, и, выругавшись, полезла в сумку, висящую на крючке в прихожей.
— Девушка-а-а, — тихо протянул паренёк и, постучав ещё раз, жалобно напомнил: — А деньги?
Выудив из кошелька крупную купюру, я распахнула дверь и, сунув деньги курьеру, протараторила:
— Извините. Вот Спасибо! Сдачи не надо.
Получив оплату и весьма щедрые чаевые, курьер поспешил свинтить, а то мало ли, — догоню, сидя верхом на швабре, и отберу честно выстраданные бабосики. А ему ещё нервный тик лечить
Проводив его рассеянным взглядом, я вернулась в квартиру и, глянув на кошелёк, округлила глаза. Доставая деньги, впопыхах не особо задумывалась, почему купюр стало сильно меньше, а, проверив, чуть не села на пол.
Одеваясь без моего присутствия, Ксанка успела вытащить ещё и наличку! Вот ведь тварь!
Пакет с доставленной едой источал аппетитные запахи, но желудок благоразумно заткнулся, давая мне время осознать всю степень подставы. Денег пропало не так уж и много, но они были заготовлены на закупку расходных средств для моего домашнего кабинета, и на дополнительные траты я не рассчитывала.
Телефон, лежащий на кухонном столе, настойчиво запиликал, выдёргивая меня из процесса кипения, а я вздохнула и, прихватив еду, пошла отвечать. Почти не удивилась, когда на экране высветилось знакомое имя, но игнорировать вызов не стала.
— Да, Ром. Ты что-то забыл? — ответила сухим тоном и, глянув на пустую коробочку, решила опередить бывшего и поломать его гениальный план: — Ром, замуж я за тебя не пойду. Даже не надейся.
— Кать, ты даже подумать не успела, — игриво проурчал Ромка и, помолчав, предложил: — Давай где-нибудь поужинаем, а? Заеду за тобой через пару часов. Успеешь красоту навести?
— Нет, — не раздумывая, отрезала я и, пытаясь не сорваться на отборный мат, отчеканила: — Никаких ужинов и встреч! Забудь!
