Соблазнить недотрогу. Игра тьмы и пламени
Анна Алексеева
Деймон Краш
— Я слышал, ты запрещаешь любовь, поцелуи и даже мысли в сторону обоюдной, взаимной симпатии? – заметил этот наглый тип. – Неужели ты и правда думаешь, что чувства можно вот так запросто загнать под замок?
— Я считаю, что у каждого дракона есть два пути: самоконтроль или самоуничтожение. И ты, похоже, из тех, кто выбрал второй вариант.
— А ты из тех, кто выбрал одиночество?
— Ты не понимаешь, с чем играешь, – усмехнулась я, заглянув прямо в эти синие глаза. – Одна искра, и ты вспыхнешь.
— Что, если я хочу сгореть? – его шёпот опалил мне губы.
***
Я – глава сестринства «Сигма Астра».
Наш главный закон – никакой любви до диплома.
Но когда в Академии появляется Рейн Роган, мои внутренние барьеры трещат по швам, и хочется наплевать на все запреты. Только если это произойдет, рухнет не только то, что я возводила годами, но и, возможно, весь наш мир канет в бездну.
В тексте есть:
упрямая драконица
много эмоций
один поцелуй, который изменит все
обязательный ХЭ
Деймон Краш, Анна Алексеева
Соблазнить недотрогу. Игра тьмы и пламени
Глава 1
Катарина
Я почувствовала его до того, как он вошёл.
Что-то в воздухе как будто сдвинулось, в одно мгновение разрушив мою концентрацию. Это была не магия, нет. Просто у меня появилось ощущение чужого присутствия, прокатившееся волной холода между лопаток. А потом двери в зал медитаций распахнулись, и он вошёл так, будто имел на это полное право.
Высокий, широкоплечий, с тенью хищной улыбки на губах. И с наглостью, от которой кровь в моих венах буквально вскипела, потому что у меня был всего один свободный вечер в неделю для тренировок, и этого точно было недостаточно.
Незнакомец, кем бы он ни был, своим появлением едва не разрушил хрупкий зеркальный щит, на который я потратила целую прорву времени и сил. И мне стоило огромных усилий продолжать удерживать концентрацию, чтобы не потерять его окончательно.
— Так значит, это и есть та самая “Сигма-Астра”? – лениво бросил он, осматривая тренировочный зал. Его взгляд остановился на мне, и на одно мгновение я оцепенела. – Любопытное место. Здесь пахнет… – он нахмурился, подбирая слова. – Невинностью? Ханжеством? Дисциплиной такой строгой, что этому нет оправдания?
Злость взметнулась во мне, опалив изнутри.
Да кто он такой, чтобы являться сюда без приглашения, игнорируя запретительный знак на двери, и с порога оскорблять наше сестринство? Между прочим, лучшее в этом учебном заведении! Результаты девушек под моим началом восхищали даже преподавателей! И в немалой степени потому, что я не терпела подобного вмешательства в наши занятия.
— А ещё – вылетом из академии, – продолжила я спокойно, хотя всё внутри меня клокотало от ярости. – Особенно для тех, кто не умеет читать таблички “Вход воспрещен”.
Я не сдвинулась с места, только слегка усилила щит, который тренировала здесь в одиночестве. И незнакомец, определенно, почувствовал движение магии. Его зрачки на мгновение вытянулись, став практически вертикальными, но стоило ему моргнуть, и все вернулось в норму. Так, будто мне просто показалось.
И вместо того, чтобы внять предупреждению и убраться прочь, он шагнул ближе.
— Я прочитал табличку, – синие глаза опасно блеснули. – Но, знаешь, запреты – это не для меня.
Самовлюбленный ублюдок.
Я скрестила руки на груди. Моя защита трещала по швам, потому что с каждым мгновением концентрация становилась всё меньше. И всё же, что бы ни задумал этот незнакомец, я не собиралась демонстрировать ему ни грамма слабости.
— Это заблуждение, которое работает только в твоей голове. Для всех остальных здесь существует Устав. И ты либо соблюдаешь его, либо вылетаешь из академии так быстро, словно тебе дали пинка под зад.
Мысли лихорадочно метались в голове. Я отчаянно пыталась вспомнить это лицо с высокими скулами и такими правильными чертами, что его можно было добавить в специальное пособие. Но память молчала. Мы, определенно, никогда не сталкивались с этим типом раньше, поэтому вывод напрашивался только один: он в нашей академии новенький.
Новенький, о котором я, глава сестринства “Сигма-Астра”, по какой-то нелепой причине до сих пор ничего не знала. И как только я разберусь с этим недоумком, придёт время выяснить, кто не донёс до меня столь важную информацию.
— Ты Кэт, да? – продолжил этот ненормальный, разглядывая меня так, будто уже планировал нашу совместную ночь. И это взбесило меня особенно сильно, потому что определённая часть меня не могла остаться равнодушной к столь явным сигналам.
От движения красивых губ незнакомца, когда они растянулись в медленной, издевательской усмешке, у меня невольно подогнулись пальцы ног, а к низу живота прокатилась теплая волна. Но последнее, в чем я собиралась признаться этому мудаку, так это в том, что он сильно пошатнул мое внутреннее равновесие.
— А кто спрашивает? – добавив в голос еще больше льда, поинтересовалась я.
— Я слышал, ты запрещаешь любовь, поцелуи и даже мысли в сторону обоюдной, взаимной симпатии? – проигнорировав мой вопрос, заметил этот наглый тип. – Неужели ты и правда думаешь, что чувства можно вот так запросто загнать под замок?
Да, я действительно так думала, а он, похоже, был неплохо об этом осведомлен.
— Я считаю, что у каждого дракона есть два пути: самоконтроль или самоуничтожение. И ты, похоже, из тех, кто выбрал второй вариант.
Он усмехнулся.
— А ты из тех, кто выбрал одиночество?
Именно так. Потому что только одиночество помогало мне удерживать контроль над внутренним огнем. И дело было не в том, что я боялась собственного пламени. Я опасалась, что в нём сгорит кто-то ещё. Какой-нибудь самоуверенный идиот типа этого незнакомца.
Я шагнула к нему. Один шаг, второй. Пока между нами не осталось ничего, кроме магии и такого густого напряжения, что его можно было потрогать руками.
— Ты не понимаешь, с чем играешь, – усмехнулась я, заглянув прямо в эти искрящиеся синие глаза. – Одна искра, и ты вспыхнешь.
Он не отступил, только глаза его чуть сузились, и в них промелькнул… Голод? Вызов?
— Что, если я хочу сгореть? – его шёпот опалил мне губы, и я не знаю, что могло бы произойти дальше, если бы моя магия не сорвалась с контроля. Огненная вспышка разрезала воздух, как удар плети. Мой зеркальный щит лопнул и осыпался на пол миллионами искр. В нос ударил запах грозы, и я невольно отшатнулась, потому что дракон, который был чистым, концентрированным соблазном, стоял слишком близко.
Я рвано выдохнула, пытаясь взять себя в руки. И сказала то, что должна была произнести с самого начала:
— Убирайся отсюда. Немедленно.
Ты опасен для меня.
Он наклонился ближе, совсем чуть-чуть.
— Как скажешь, Кэт, – выдохнул незнакомец мне в губы и, развернувшись, действительно покинул зал, оставив после себя едва уловимый запах цитрусов и древесины.
Проклятие!
— Катарина! – голос Лили, одной из участниц нашего сестринства, едва не заставил меня вздрогнуть. – Что здесь произошло? Мне показалось, я слышала взрыв.
Вовремя же она появилась. Должно быть, её привлекла магическая волна, которая прокатилась в пространстве в момент, когда мой щит всё-таки лопнул.
— Кто это был? – спросила я, кивнув на дверь. Лили наверняка должна столкнуться с парнем, который только что покинул помещение.
— Это новенький, – немного озадаченно ответила девушка, проследив за моим взглядом. – Он здесь уже неделю. Я думала, вы знакомы.
Не знакомы. И это странно. Неужели я настолько погрязла в делах и учёбе, что перестала получать важную информацию?
— Имя, – потребовала я.
— Рейн, – отозвалась Лили. – Рейн Роган. И всё, что нам о нём известно, – это то, что его выгнали с предыдущего места учебы. Мы с сёстрами думаем, что он опасен. И что от него следует держаться подальше. Что он делал здесь?
Хотелось бы и мне самой это знать.
Но ответа не было, как и сил продолжить тренировку. Поэтому, стараясь не сорваться на Лили, я покинула зал и отправилась в общежитие, надеясь, что утро внесёт хоть немного ясности в то, что здесь произошло.
Вечером я не стала устраивать общее собрание, чтобы разобраться, почему никто не сообщил мне об этом новеньком. Хотелось просто смыть с себя усталость прошедшего дня и завалиться спать, что я и сделала. Но даже ночью это наглый тип не оставил меня в покое, явившись мне в таком жарком и откровенном сне, что, проснувшись, я некоторое время просто лежала, выравнивая дыхание и дожидаясь, когда сердце перестанет грохотать в груди.
Мне казалось, я чувствовала его запах, древесно-цитрусовый, он остался у меня под кожей, как заноза, которую невозможно было вытащить. Я словно бы вновь слышала его голос. Низкий, хриплый, обволакивающий. Он снова говорил мне про пламя, про запреты, про истинные желания, и это воспламеняло меня так сильно, что кожа пылала.
И это бесило меня больше всего, потому что я не привыкла терять равновесия из-за общения с кем бы то ни было. Потому что я Катарина Аркелон, глава сестринства “Сигма-Астра”, наследница древнего драконьего рода с идеальной дисциплиной и железной выдержкой. Я слишком боялась потерять контроль, ведь он был едва ли не основой моей сущности. И я точно никогда не испытывала ничего подобного: не дрожала от чужого, слишком пристального взгляда и уж точно не жаждала чего-то большего.
Но все, что я испытала утром, было не более, чем краткосрочный момент слабости наедине с собой. Приняв душ, я облачилась в форму академии, словно в броню, и когда вошла в зал собраний “Сигма-Астра”, на моем лице отражались лишь те эмоции, которые я могла позволить себе испытывать.
При моём появлении разговоры стихли. Я почувствовала на себе взгляды сестёр, любопытные, горящие, но не осуждающие.
— Это правда? – первой не выдержала Лейла, одна из самых младших дракониц в нашем обществе. – Во время тренировки твой щит был разрушен каким-то нарушителем?
— Нет, – отрезала я, возможно, излишне резко, и бросила быстрый, осуждающий взгляд на Лили. Вот болтушка! – Это была просто вспышка магии. Всплеск. И я всего на одно мгновение утратила контроль, из-за чего щит разлетелся. В этом нет ничего такого.
Ничего такого, да.
И всё же я заметила, как сестры начали переглядываться, словно не верили ни единому моему слову.
Именно этого я и опасалась: одно столкновение, один случай потери контроля над собой – и железная дисциплина, которую я с таким трудом выстраивала, дала трещину. У этих дракониц, каждую из которых жгло внутреннее пламя, появилась надежда на то, что я проявлю слабость, и правила изменятся.
В “Сигма-Астре” все держалось на Кодексе. На том, что каждая из нас неукоснительно его соблюдала. Но стоило мне оступиться, и каждая сестра увидела для себя возможность.
Я усмехнулась, глядя поверх их голов. Возможно, появление этого новичка на моей тренировке было не более, чем провокацией. Те, кто хорошо меня знал, должны были понимать, что он полностью в моем вкусе. Красивый, сильный, дерзкий. Но даже будь он хоть божеством, сошедшим на землю, я не могла позволить себе даже думать о нём, потому что это означало бы предать всё, во что я верила.
Я просто не могла допустить, чтобы Рейн Роган своим появлением разрушил то, что я строила, даже если при воспоминании о его голосе меня охватывала дрожь.
— Чем я действительно недовольна, – произнесла я, скрестив руки на груди и сдвинув брови. – Так это тем, что никто не сообщил мне о появлении в академии новенького. Кто он, откуда взялся, почему начал учиться не с начала года?
В зале собраний повисла напряженная тишина.
— Я вчера рассказала о нём всё, что нам известно, – сказала Лили, которую я, с большой натяжкой, могла назвать своей подругой. Она единственная не боялась говорить мне правду в лицо. – Больше ничего узнать не удалось. Он ни с кем не дружит, с другими парнями практически не общается, никто не смог выведать у него никаких подробностей.
— Наймите частного детектива, – раздраженно бросила я. – Задействуйте свои связи. К сегодняшнему вечеру я хочу иметь полное досье на этого Рейна Рогана. Это понятно?
— Да, Катарина, – ответили мне нестройным хором, и я позволила себе перевести дух. Кажется, нерушимости правил нашего сестринства ничто не угрожало, и можно было немного ослабить хватку. Но меня не отпускала мысль, что нашу встречу с новичком подстроил кто-то из сестёр. Кто-то, кто хотел начать отношения с противоположным полом, но при этом не потерять своё место в нашем сестринстве. И таких, я была уверена, здесь было большинство.
Девиз “Сигма-Астра” звучал так: “Учись. Побеждай. Не влюбляйся”. Потому что для магов не существовало ничего, важнее контроля над собственной силой. Мы шли по тропе обучения, не позволяя себе и шага в сторону, и в этом было наше главное преимущество.
Наш главный закон – никакой любви до диплома. И я не позволяла сёстрам даже задуматься о том, чтобы завести роман до выпускных экзаменов. И всё же многим из них было сложно контролировать собственные порывы. К тому же, в “Сигма-Астра” существовало негласное правило: если я, глава общества, Катарина Аркелон, позволю себе влюбиться, все остальные тут же пустятся во все тяжкие.
