Не может быть...
Максим, как ты мог??
Ведь у нас всё было хорошо! Или нет?
Я пытаюсь вспомнить последние месяцы.
Ссор не было, разве что редко виделись из-за работы. Но разве этого достаточно для измены?!
Горькие слёзы застилают глаза. Я оседаю на пол, рыдая.
Вдруг чувствую влажное скольжение из носа...
Капли крови на руках.
Всё плывёт перед глазами.
Последнее, что слышу, стук собственного сердца.
А потом наступает темнота...
ГЛАВА 2
В себя прихожу от яркого света лампы над головой. Всё тело словно чужое — тяжёлое и вялое. Я моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд. Больничная палата, капельница, игла в вене на руке... Что произошло?
Жмурюсь от резкой головной боли. В голове смутные обрывки воспоминаний...
Наша с Максимом годовщина. Он пришёл уставший с работы, даже не вспомнил о дате. А потом... запах чужих духов на его пиджаке. Женские трусики в кармане и презервативы.
Сердце пронзает острая боль от этого воспоминания. Неужели это правда? Или мне всё приснилось?
Я оглядываю палату в поисках ответов. За окном свирепствует ураган, капли дождя барабанят по стеклу. Какая дурная погода... В точности как мое встревоженное состояние.
Вдруг дверь открывается, и входит женщина в белом халате — видимо, врач. Её лицо хмурое и сосредоточенное. Она садится рядом и говорит строгим, сочувствующим тоном:
— Очнулись? Простите, у меня плохие новости. Ваше заболевание прогрессировало из первой стадии во вторую. Всё меньше времени, чтобы начать лечение и спасти вашу жизнь...
Застываю в шоке от её слов. Этого не может быть... Я с трудом сдерживаю подступающие рыдания.
Значит, время уходит, а рядом нет человека, которому я могу доверять? Что мне теперь делать одной?
Я захлёбываюсь слезами в подушку.
Вдруг раздаются быстрые шаги в коридоре. Распахивается дверь — на пороге Максим! Лицо встревоженное, весь мокрый от дождя.
Он бросается ко мне, падает на колени у кровати. Хватает мои руки, целует, прижимаясь мокрым лбом.
— Алина! Слава богу, ты очнулась! Я так испугался, когда соседка сказала, что тебя увезли на скорой! Прости, это всё из-за меня... Но я всё исправлю, слышишь?! Сделаю всё, что угодно, только поправляйся...
Он смотрит так искренне и отчаянно. Но я отдёргиваю руки, отворачиваюсь к стене, сжимаюсь в комок под одеялом. Все чувства внутри бунтуют от его прикосновений.
— Уходи отсюда! Не хочу тебя видеть... — всхлипываю в подушку.
Максим замирает, его руки бессильно опускаются. Я жду, когда же хлопнет дверь…
Но Максим не двигается с места. Он осторожно касается моего плеча.
— Алина... Что случилось, милая? Я не понимаю.
Я резко сажусь на кровати, срываюсь на крик:
— Ты еще спрашиваешь?! Я всё знаю! Видела эти трусы в твоём пиджаке! А в карманах... — слёзы душат меня, — презервативы! Как ты мог?!
Максим отшатывается, его глаза широко распахнуты.
— Что?! Алина, ты всё неправильно поняла! Это дурацкое недоразумение... Это был пиджак Саши, мы их перепутали случайно! Ты же знаешь эти униформы в клубе, вечно одинаковые...
Меня переполняет бешенство от его нелепых оправданий.
— Да не смей врать мне, Максим! Не смей! Ты изменил мне, признай уже! И в тот вечер, на годовщину... Ты променял меня на какую-то шлюху! А теперь ещё пытаешься всё отрицать!
Максим вскакивает на ноги, его глаза полыхают гневом. Он кричит в ответ:
— Хватит орать на меня! Да, я виноват, я забыл про годовщину... Но измены не было! Ты должна мне поверить, или ты меня не уважаешь?
Он шумно выдыхает, потом бросает устало:
— Ладно... Выздоравливай. Я приду, когда ты остынешь.
И вылетает прочь, хлопнув дверью.
Я оседаю на кровать, рыдая в истерике.
Всё кончено... Он меня больше не любит.
***
Максим
Я вылетаю из больницы на улицу часто дыша.
Холодный ливень тут же обрушивается на меня нещадно, и я мокну до нитки.
Дрожащими руками достаю пачку сигарет, жадно затягиваюсь под козырьком крыльца. Выпускаю дым с тяжёлым выдохом.
Чёрт! Чёрт! Как же всё не вовремя! Алина меня ненавидит. А у неё, оказывается, всё настолько плохо. Врач сказал, ей нужна срочная операция! Иначе...
Я с силой пинаю бордюр, боль отдаётся в ноге. Но физическая боль ничто по сравнению с той болью внутри!
Прислоняюсь лбом к холодной стене, закрываю глаза. В висках пульсирует.
Вдруг раздаётся звук сообщения на телефоне. Как в тумане достаю его из кармана, открываю и замираю.
На весь экран Ванесса в прозрачном кружевном белье и тунике на высоких каблуках.
Она призывно улыбается, закидывает ногу высоко вверх, демонстрируя идеальную растяжку. Её алые губы беззвучно произносят: "Скучаю по тебе..."
Она танцует…
Страстный, эротический танец, который посвятила мне.
Ванесса двигается, будто змея, плавно виляя бёдрами. Медленно скользит руками по шее, груди, животу...
Её движения полны эротичности и страсти. Глаза прикрыты в сладостном удовольствии, алые губы, напротив, приоткрыты.
Она прогибается в спине, откидывая голову назад, и демонстрирует гибкость, закидывая ногу высоко вверх.
Мой взгляд скользит по её ногам в кружевных чулках, по округлым бёдрам...
Кажется, будто я ощущаю жар её тела. Она движется, как при самом интимном танце страсти.
Её взгляд манит к себе, обещает наслаждение...
ГЛАВА 3
С трудом сглатываю, не в силах оторвать глаз. Она опасна и прекрасна, как алая роза с шипами.
Смотрю на это зрелище, разрываясь на части изнутри. Ванесса — олицетворение запретности и разврата. С каждым движением она соблазняет и манит... Но в то же время я ощущаю омерзение к себе за свои действия и фантазии.
Алина там, в больничной палате, одна. Ей нужна моя помощь, а я торчу под дождём с похотливыми мыслями…
Б**ть, меня тошнит от самого себя!
Видео обрывается на самом пикантном моменте. Вслед за ним приходит сообщение от Ванессы:
"Максим, приезжай ко мне немедленно! Отец улетел по делам, дом в нашем полном распоряжении..."
Я замираю с телефоном в руках. Сердце бешено колотится от её предложения. Голова идёт кругом после увиденного...
Нет! Я не должен срываться! Только не сейчас, когда Алина в больнице.
Но Ванесса сказала, отец уехал и она дома одна. Такой шанс упускать нельзя.
Ноги сами несут к машине. Я завожу мотор дрожащими руками, потому что так надо.
В борьбе с собой, останавливаюсь у магазина — если уж еду, то не с пустыми руками. Покупаю бутылку хорошего вина, фрукты. Презервативы…
С сумкой в дрожащих руках подхожу к крыльцу особняка. Нажимаю на звонок.
Дверь открывается, на пороге Ванесса в полупрозрачном пеньюаре. Она притягивает меня за галстук в дом, дверь захлопывается...
***
Я чувствовал, как мой пульс учащённо забился от вида Ванессы в полупрозрачном пеньюаре, под которым, на этот раз, уже не было ничего.
Ванесса вплотную прижалась ко мне всем телом, закинула руки мне на шею и поцеловала.
Аромат её терпких духов, ощущение горячей кожи сквозь лёгкое кружево накаляли обстановку.
Но образ Алины, бледной и измождённой в больничной палате, вспыхнул в моём сознании, как удар ножом по сердцу.
Ванесса повела обнажённым плечом, скидывая с него тонкую лямочку, и моё тело предательски отозвалось, хотя разум отчаянно сопротивлялся.
Но я не мог её оттолкнуть.
— Максим, ты приехал! Твоя кошечка безумно соскучилась!
— Мы не виделись всего одну ночь…
Она томно вздохнула и прижалась щекой к моему плечу, поглаживая мои напряжённые руки.
Ей нравилась форма моего тела. Оно было накачанным, спортивным, практически доведённым до совершенства.
