Он шумно выдыхает, потом бросает устало:
— Ладно... Выздоравливай. Я приду, когда ты остынешь.
И вылетает прочь, хлопнув дверью.
Я оседаю на кровать, рыдая в истерике.
Всё кончено... Он меня больше не любит.
***
Максим
Я вылетаю из больницы на улицу часто дыша.
Холодный ливень тут же обрушивается на меня нещадно, и я мокну до нитки.
Дрожащими руками достаю пачку сигарет, жадно затягиваюсь под козырьком крыльца. Выпускаю дым с тяжёлым выдохом.
Чёрт! Чёрт! Как же всё не вовремя! Алина меня ненавидит. А у неё, оказывается, всё настолько плохо. Врач сказал, ей нужна срочная операция! Иначе...
Я с силой пинаю бордюр, боль отдаётся в ноге. Но физическая боль ничто по сравнению с той болью внутри!
Прислоняюсь лбом к холодной стене, закрываю глаза. В висках пульсирует.
Вдруг раздаётся звук сообщения на телефоне. Как в тумане достаю его из кармана, открываю и замираю.
На весь экран Ванесса в прозрачном кружевном белье и тунике на высоких каблуках.
Она призывно улыбается, закидывает ногу высоко вверх, демонстрируя идеальную растяжку. Её алые губы беззвучно произносят: "Скучаю по тебе..."
Она танцует…
Страстный, эротический танец, который посвятила мне.
Ванесса двигается, будто змея, плавно виляя бёдрами. Медленно скользит руками по шее, груди, животу...
Её движения полны эротичности и страсти. Глаза прикрыты в сладостном удовольствии, алые губы, напротив, приоткрыты.
Она прогибается в спине, откидывая голову назад, и демонстрирует гибкость, закидывая ногу высоко вверх.
Мой взгляд скользит по её ногам в кружевных чулках, по округлым бёдрам...
Кажется, будто я ощущаю жар её тела. Она движется, как при самом интимном танце страсти.
Её взгляд манит к себе, обещает наслаждение...
ГЛАВА 3
С трудом сглатываю, не в силах оторвать глаз. Она опасна и прекрасна, как алая роза с шипами.
Смотрю на это зрелище, разрываясь на части изнутри. Ванесса — олицетворение запретности и разврата. С каждым движением она соблазняет и манит... Но в то же время я ощущаю омерзение к себе за свои действия и фантазии.
Алина там, в больничной палате, одна. Ей нужна моя помощь, а я торчу под дождём с похотливыми мыслями…
Б**ть, меня тошнит от самого себя!
Видео обрывается на самом пикантном моменте. Вслед за ним приходит сообщение от Ванессы:
"Максим, приезжай ко мне немедленно! Отец улетел по делам, дом в нашем полном распоряжении..."
Я замираю с телефоном в руках. Сердце бешено колотится от её предложения. Голова идёт кругом после увиденного...
Нет! Я не должен срываться! Только не сейчас, когда Алина в больнице.
Но Ванесса сказала, отец уехал и она дома одна. Такой шанс упускать нельзя.
Ноги сами несут к машине. Я завожу мотор дрожащими руками, потому что так надо.
В борьбе с собой, останавливаюсь у магазина — если уж еду, то не с пустыми руками. Покупаю бутылку хорошего вина, фрукты. Презервативы…
С сумкой в дрожащих руках подхожу к крыльцу особняка. Нажимаю на звонок.
Дверь открывается, на пороге Ванесса в полупрозрачном пеньюаре. Она притягивает меня за галстук в дом, дверь захлопывается...
***
Я чувствовал, как мой пульс учащённо забился от вида Ванессы в полупрозрачном пеньюаре, под которым, на этот раз, уже не было ничего.
Ванесса вплотную прижалась ко мне всем телом, закинула руки мне на шею и поцеловала.
Аромат её терпких духов, ощущение горячей кожи сквозь лёгкое кружево накаляли обстановку.
Но образ Алины, бледной и измождённой в больничной палате, вспыхнул в моём сознании, как удар ножом по сердцу.
Ванесса повела обнажённым плечом, скидывая с него тонкую лямочку, и моё тело предательски отозвалось, хотя разум отчаянно сопротивлялся.
Но я не мог её оттолкнуть.
— Максим, ты приехал! Твоя кошечка безумно соскучилась!
— Мы не виделись всего одну ночь…
Она томно вздохнула и прижалась щекой к моему плечу, поглаживая мои напряжённые руки.
Ей нравилась форма моего тела. Оно было накачанным, спортивным, практически доведённым до совершенства.
Спорт — неотъемлемая часть моей жизни. Я через день посещаю спортзал, иногда бегаю по вечерам, слежу за питанием.
— Отец опять улетел по своим делам, я вынуждена сидеть в этом огромном особняке одна-одинешенька! Так скучно и грустно без тебя.
Ванесса сладко потерлась о меня большой, пышной грудью и надула губки:
— Мурррр, как я устала быть дочкой богатого папочки! Все эти олигархи, их разборки, контракты на миллионы... Я этого не выношу! Хочу уехать с тобой на необитаемый остров, где только пальмы, белый песок и лазурное море. Чтобы видеть только тебя! Обещай, что мы так и сделаем — сбежим отсюда вдвоём навсегда?
— Твой отец слишком суров, он этого не допустит.
— Мне плевать! Я хочу только тебя…
Мы поднялись на верх. Она поманила меня за собой пальчиком, на ходу сдёргивая с меня рубашку.
Дальше мы разделись и легли в кровать…
***
Ванесса полулежала на мягком ковре перед камином, опираясь на локоть.
Пламя очерчивало её силуэт теплым светом, отражалось бликами в хрустальном бокале с вином. Я невольно залюбовался её изяществом, томным взглядом тёмных глаз.
Она лениво протянула руку к вазе с фруктами, взяла виноградину и медленно положила себе в рот, не сводя с меня глаз.
— Максим... — её голос был наполнен лёгким хрипловатым оттенком. — Мне так невообразимо хорошо с тобой. Я словно заново открыла для себя целый мир.
Ванесса положила голову мне на плечо и томно вздохнула, прикрыв глаза. Я ощутил терпкий аромат духов, почувствовал тепло обнажённой кожи.
— Нам нужно поговорить.
— О чём?
— О твоей жене.
Посмотрел на неё недовольно, до последнего надеялся, что мы не будем обсуждать Алину и вообще тему моей семьи.
Но Ванесса презрительно фыркнула:
— Эта твоя Алина... Да что в ней особенного? Худая, бледная, теперь еще и больная. Какая из неё жена? Она не сможет родить тебе детей, Максим, запомни мои слова!
Я молча опустил голову. Жестокая истина ранила меня, но в глубине души я понимал их справедливость.
— Ты ещё молод и полон сил, зачем тебе такая обуза? — продолжала Ванесса. — Ты достоин настоящей женщины! Я подарю тебе крепких наследников, красавцев-сыновей. А в постели буду щедро одаривать тебя удовольствиями... не как эта бледная тень прошлого!
Она многообещающе погладила меня по груди. Я чувствовал, что моё сопротивление слабеет. Алина действительно казалась блёклым отблеском прошлого на фоне этой яркой, страстной красавицы...
— Ладно, не будем о дурном, давай ещё разок?
Ванесса забрала у меня бокал, поставила его на столик. Толкнула на шкуры у камина и забралась на меня сверху. Оседлала…
Она начала страстно двигаться на мне и стонать, поглаживая мои плечи, руки, пресс.
Поймала мой подбородок и поцеловала глубоко, с языком.
В такие минуты я готов был забыть обо всём на свете, но всё равно не мог бросить свою жену.
ГЛАВА 4
Алина
За окном продолжал моросить мелкий осенний дождь.
Капли стекали по стеклу, тени от голых деревьев устрашающе раскачивались на стенах больничной палаты, а ветер завывал в щели.
Я лежала на кровати и смотрела в потолок. Мысленно я вновь и вновь прокручивала нашу ссору с Максимом и до меня дошло осознание — наверно я погорячилась.
Может он действительно не виноват? Я вспылила на эмоциях в такой и без того непростой период времени.
Вспоминаю сцену ревности, как кричала, плакала, требовала признаться в измене — вела себя просто ужасно!
Наверное, довела Макса до ручки своей истерикой. А ведь сама понимаю, нам сейчас как никогда нужно держаться вместе. Моя болезнь, долги, нехватка денег — и так испытаний предостаточно.
От отчаяния на глаза наворачиваются слёзы. Как же я скучаю по нему!
Без его смеха, шуток и нежных прикосновений эта палата кажется такой унылой, а дождь за окном добавляет ещё больше грусти в моё сердце.
Я дорожу каждой минутой, проведённой рядом с Максимом. Ведь с тех пор, как врачи поставили мне страшный диагноз, я как бы вишу над пропастью на тоненькой ниточке.
Кажется, я совсем одна против всего жестокого мира.
Странное поведение Макса, его ночные отлучки, загадочные звонки — всё это так настораживает. Хоть я и стараюсь гнать от себя дурацкие мысли, но предположения всё равно гложут изнутри.
Вдруг он разлюбил меня? Нашёл другую, здоровую и весёлую!
Дежурство без отдыха, запах чужой женщины на одежде, находка в его кармане — всё указывает на это.
Но глубоко в душе я не могу и не хочу в это верить.
Когда врачи огласили диагноз, первое, о чём я подумала — как же я хочу сейчас оказаться в сильных, надёжных объятиях Максима. Чтобы он прижал меня к груди, погладил по голове и прошептал, что всё будет хорошо.
Но вместо этого мы в очередной раз поссорились. Я устроила ему сцену ревности, обвинила в измене, а в ответ услышала лишь холодную отповедь и громкий стук закрывшейся двери.
Теперь меня не покидает чувство вины.
А если Максим и правда нашёл утешение на стороне?
В конце концов, рядом с ним больная и слабая женщина, а не сияющая здоровьем красавица.
Я бы тоже выбрала здоровье и силу, будь у меня такая возможность…
У меня нет никого роднее и ближе Максима в этом мире. Я так боюсь его потерять!
