— Ты опять отвлекаешься. — Тетушка помогла мне надеть платье, после чего туго затянула корсет. — Теперь укутаем тебя этой льдистой красотой – и все, ты готова.
— А ты — нет.
— Мне недолго, — отмахнулась Лукреция.
И она действительно переоделась за считаные минуты. Ее синее платье было мне уже знакомо: тетушка надевала его в дни, когда скорбела по мужу. Лорд Тавиш больше всего на свете любил, когда его возлюбленная «надевала на себя синеву небес». Маг-воздушник и огненная колдунья — идеальная пара, способная спалить все вокруг себя.
— Свекор будет там, — она провела ладонью по гладкому атласу, — пусть не рискует подходить ко мне.
Протянув руку, я сжала ее тонкие пальцы.
— Я буду рядом.
— О, поверь, это я буду рядом, — усмехнулась Лукреция. — Старый мерзавец не подойдет, он слишком блюдет свое реноме. И знает, что сдерживаться я не стану. А вот юные змеи… Юные змеи рискнут натворить глупостей.
— Но мы к этому готовы, — усмехнулась я. — Опыт есть.
Когда мы с тетушкой спустились, Хайлен ненадолго застыл. Он словно провалился внутрь своих мыслей, словно заблудился и никак не мог найти выход.
— Переживаете за свое сокровище? — поддела его тетушка.
— Как и положено супругу, — склонил он голову.
Я же только сердито фыркнула. И позднее, на улице, поднялась в карету без помощи супруга. Лукреция, виновато на меня посмотрев, все же приняла руку Хайлена, а после шепнула:
— Прости, возраст.
— Ты дороже гордости, — серьезно ответила я.
Хайлен, сидевший напротив нас, бросил на меня острый взгляд. И мне захотелось спросить: откуда у снежного мага столько эмоций? До нас с тетушкой райн-Торланд, конечно, недотягивает. Но в целом он слишком сильно похож на нормального человека, что, согласитесь, крайне подозрительно!
Глава 3
Карета остановилась у парадной лестницы. И в этот раз я приняла руку Хайлена, ведь сейчас мы прекрасная респектабельная супружеская пара.
— Госпожа моя, надеюсь, что этот вечер вас не разочарует, — негромко проговорил он, пока мы поднимались по ступеням.
Тетушка, ступавшая следом за нами, отчетливо фыркнула, и я с трудом сдержала усмешку.
— Я больше переживаю, что вы разочаруетесь в своем выборе, господин. Вам на дом привозили прекраснейших леди, — я бросила на него ехидный взгляд, — все они сейчас здесь, вы сможете сравнить.
— Никогда не позволю себе оскорбить свою госпожу сравнениями.
Что ж, такой ответ парировать сложно, но возможно:
— Вы властны над словами и делами, но мысли и чувства… Не зарекайтесь, господин.
Я ткнула его пальцем в грудь, после чего устремила свой взгляд вперед. В конце концов, с настолько парадной стороны я зимний королевский дворец еще не видела.
А там было на что посмотреть!
Сквозь тяжеловесную мраморную роскошь просвечивало тончайшее кружево охранных чар. Ох, этой работой занимался истинный гений — вся паутинка повторяла собой прожилки в камне, из-за чего обнаружить сигнальные и защитные заклинания было почти невозможно!
«А основные узлы скрыты за золотой поталью, чуть тронь – и тут же повредишь тончайший слой, – с восторгом отметила я. – И пусть чувствуется, что узлы просты и незатейливы, вскрыть их незаметно невозможно. Не удивлюсь, если есть специальные люди, в чью задачу входит отслеживать целостность золотой потали».
— Вы восхищены дворцом, — с легкой прохладцей заметил Хайлен.
— Неимоверно, — с достоинством согласилась я. — Потрясающая архитектура, превосходно подобранные цвета и, разумеется, великолепный вид.
Я люблю Эрандар. Сложно не любить город, в котором прожила всю свою жизнь. Быть может, какое-то место мне понравится больше, но… Пока что именно столице принадлежит мое сердце.
Тетушка вот предпочитает Ламарр, они с мужем были счастливы только там, подальше от старого Тавиша.
— Герцог Хайлен райн-Торланд, владетель Вейарны, хранитель Предела Торланд, с супругой!
Мне с трудом удалось удержать лицо. С супругой. С безликой тенью, не имеющей ни имени, ни статуса. Приложение к блистательному мужу.
Мы вступили в бальный зал, и за моей спиной раздалось:
— Леди Лукреция райн-Рейвис, сопровождающая дама.
Хайлен вел меня по кругу, раскланивался со знакомыми, но ни с кем не перемолвился и полусловом. Вскоре нам предстоит занять свое место, и вот тогда пойдут разговоры и поздравления.
— Весь цвет, — задумчиво проронила тетушка. — Многие подурнели и постарели, но, к сожалению, не все.
— А хотелось бы, — хмыкнула я, поймав взгляд ректрисы пансиона благородных магесс.
Именно она поспешила подойти к нам, как только мы остановились, чтобы проследить за прибытием остальных гостей.
Перед герцогом змея присела в глубоком реверансе, мне же достался лишь небрежный полупоклон. Она встала рядом, распахнула свой чрезмерно надушенный веер и негромко нежно проворковала:
— Стоило ли столько учиться, чтобы в итоге отражать чужой свет?
Герцог в это время общался с другим мужчиной, который подарил мне довольно глубокий и уважительный поклон. Я ответила ему малым реверансом, а затем повернулась к ректрисе.
Глубокий вдох и медленный выдох. Пламя под контроль. Нельзя переиграть змею на ее же поле, но можно наступить ей на хвост.
— В трудную минуту нас всегда одолевают сомнения, госпожа Эрмари. Вы никогда не жалели, что выбрали карьеру?
Удар слишком легкий, про интрижку ректрисы пансиона благородных магесс и лорда Вильсона не поговорил только ленивый.
— Ты так и не подточила зубы, Элиша, — усмехнулась ректриса.
От такой фамильярности я немного опешила. Она никогда не позволяла себе так ко мне обращаться. Так с чего же сейчас решила отринуть свое воспитание? Ждет, что я вспылю и буду кричать о своем новом статусе?
— Вам стоило бы посетить уроки профессора Алур, — снисходительно бросила я, — она очень достойно и доходчиво объясняет правила титулования высоких леди.
— Соблюдайте почтительность с моей леди, — добавила тетушка, — не роняйте в грязь свои и без того грязные перчатки.
В этот момент ректриса Эрмари бросила взгляд на мои руки – и ее густо накрашенные губы сложились в идеальную букву «о». Возможно, она бы продолжила наш неприятный и бессодержательный разговор, но у нее появились новости горячее…
К герцогу меж тем подошел другой лорд. Он небрежно кивнул мне и, не дожидаясь моей реакции, заговорил с Хайленом.
— Так ли тебя учили приветствовать высоких леди, Миррис? — холодно бросил герцог. — Склонись перед моей госпожой.
На скулах Мирриса вздулись желваки. Он смотрел прямо на меня и будто бы ждал, что я буду протестовать. Но с чего бы? Пусть и не по своей воле, но я герцогиня. Не урожденная, всего лишь супруга.
Не найдя во мне сочувствия, он низко поклонился, а после выпрямился и вновь посмотрел мне в глаза. Я же, окинув его взглядом с головы до ног, медленно и плавно отвернулась. Ни кивка, ни улыбки.
— Твоей жене не помешало бы поучиться смирению, — услышала я краем уха.
— Она прекрасна в своей первозданной искренности, — ровно проговорил Хайлен.
Мы с Лукрецией переглянулись и синхронно вздрогнули. Райн-Торланд, должно быть, задумал нечто невероятное, иначе непонятно, отчего он так старается задобрить меня комплиментами.
С другой стороны, к нам приближаются мои бывшие сокурсницы, так что у меня есть повод проявить всю свою «первозданную искренность»…
Хотя если быть честной, то из всех моих соперниц Летиша единственная била больно. И я сама вручила ей список своих слабых мест.
— Тетушка, только не вмешивайся, — выдохнула я.
Полноценный скандал лишь потешит самолюбие леди Тонсер. Именно после ссоры с ней я научилась молча и незаметно давиться слезами. Мне до сих пор не ясно, почему она повернулась против меня, но… Но теперь это уже и неважно.
— Магистр райн-Рейвис? — позвала меня Летиша Тонсер.
— Нет-нет, милая, — поперхнулась смешком ее подружка, Майона, если я правильно помню, — это супруга герцога райн-Торланда.
— Герольд даже не знает ее имя, — подхватила третья, которую я раньше не встречала.
Пламя в груди нехорошо заворочалось. Неужели я все же не удержала лицо на входе в зал? Неужели мое раздражение было столь заметно?
— Слышала, лорд Саймиш купил супруге новый конный выезд. — Летиша искоса посмотрела на Хайлена, стоявшего чуть в стороне и общавшегося с очередным лордом.
— И оплатил сыну учебу в военной академии, заранее, — подхватила Майона. — А ведь Саймиши были почти разорены. Откуда же такие средства?
— Мой муж ухаживал за мной три года, — Летиша ненавязчиво продемонстрировала яркую брачную вязь и нежное колечко, — заказал кольцо у Дишана.
Дишан Лойар – один из лучших артефакторов. Человек, способный остановить смерть, он создавал потрясающие защитные артефакты. Я много лет мечтала поработать с ним, ведь мои барьеры действительно хороши.
"Глупая, на что только надеялась", – пронеслось у меня в голове.
— Летти, не будь жестока, — укорила ее безымянная подружка, — не у всех есть надежная семья и любящий мужчина. Кого-то покупают, как скот. И ради чего?
Тут все три покосились на мой живот, а после Летиша добавила:
— Я была невероятно глупа, когда соревновалась с тобой. Ты рвалась вперед, и мы задыхались в дыму твоего пламени. Но... Сейчас все изменилось, не так ли? Я продолжаю учиться, а ты... Ты уже закончила, не так ли?
Я задумчиво посмотрела на Хайлена, затем на Летишу и равнодушно пожала плечами:
— Есть вещи, которые мы не можем контролировать.
Внутри все кипело и клокотало, но снаружи... Снаружи я оставалась равнодушна. Да, у меня не было красивой истории любви. Никто не раскрашивал для меня облака, не присылал ежедневно цветы и не пел под окнами общежития. И я совру, если скажу, что не хотела бы... Что ж я, не живая, что ли?
Но…
— У всех разные судьбы, — усмехнувшись, я вновь посмотрела на Хайлена, — кому-то достаются любящие родители и прекрасный муж, а кому-то достаточно мощного колдовского дара и веселой тетушки.
Лукреция, сдерживавшаяся из последних сил, согласно хмыкнула.
— Хочешь сказать, что тебя все устраивает? — недоверчиво сощурилась леди Тонсер.
— Хочу сказать, что не сдалась, — усмехнулась я. — Увидимся через год, Летти. И...
Я разожгла на пальцах пушистое голубовато-белое пламя.
— Только я решаю, когда это тело станет материнским. Скот или не скот, купили или продали — контроль все еще в моих руках.
На скулах Летиши расцвели алые пятна.
— Как ты смеешь призывать пламя Полудня?
— А что, у тебя с этим какие-то проблемы? — я вскинула бровь. — Невинная дева славит Богов Полудня своим чистым пламенем. Зрелая замужняя женщина дарит им багровые отблески. Как давно ты не славишь Богов, леди Тонсер, в девичестве Орран?
Летиша гневно фыркнула и, изобразив подобие реверанса, отошла в сторону.
— Она тебя ненавидит. — Тетушка не сводила взгляда с Тонсер, которая уже присоединилась к другим леди.
— Искренне и от души, — согласилась я. — Ее пламя не разгорелось. Какая-то мутная история, в которой я не успела поучаствовать. До того происшествия мы дружили. Знаешь, я правда верила, что у меня наконец-то появилась подруга. Но между нами встал мой дар.
— Думаю, там было нечто большее, — задумчиво проговорила Лукреция.
— Может быть, — я пожала плечами, — но мне это уже не интересно. Никто не смог сделать мне так больно, как она. Такое не прощают.
Если честно, то я с нетерпением ожидала начала танцев. Как супруга герцога, я была обязана обмениваться любезностями со всеми желающими. А их было немало.
— Я ее помню, — Лукреция кивнула на приближавшуюся к нам леди, — вы учились в пансионе вместе.
— Тиссали Трой, урожденная райн-Ольсен, — кивнула я. — Она отреклась от рода и вышла замуж.
— За богатого? — заинтересовалась тетушка.
На что я неуверенно ответила:
— Да вроде бы не очень.
В этот момент Тисса поравнялась с нами, присела в глубоком реверансе и, выпрямившись, пропела:
— Кто бы мог подумать, что мы здесь встретимся.
