— Только не говори, что рожать собралась, — он выпалил, как знал.
— Да.
— Что, да? Беременная? — он уже осознаёт уровень катастрофы, но не окончательно, в голосе нет бешеной злости, как он иногда умеет рычать в процессе работы.
— Беременная. И буду рожать!
— Так-так! Ну роды, с кем не бывает. Олега тогда поставлю главным, ты на подстраховке, остальная команда по своим обязанностям. Наймём няню, ты же понимаешь, что в декрет я тебя физически не могу отпустить.
— Я думала, вы меня выкинете с работы…
— Марина, я о тебе был лучшего мнения, ты мне можешь приносить доход в миллионы, и я из них не смогу найти сотку тысяч, чтобы нанять тебе круглосуточную няню? Это не тот вопрос, ведь настоящая проблема в тебе.
— Во мне? — на самом деле я понимаю, что его беспокоит, но мне нужно хоть немного времени найти правильный ответ на этот вопрос.
— Захочешь ли ты оставить ребёнка с няней, и пусть даже работать по шесть часов, а остальное время из дома?
— А, вы об этом. Мой муж мне изменил, причём очень жёстко, и у нас развод. Про мою беременность он знать не должен, но теперь я и за папу, и за маму малышке. Вариантов нет. Надо работать, я теперь вдвойне мотивированная, — говорю это вслух, и сама осознаю свою новую реальность. Я же мечтала, что Демид о нас позаботится, а я полностью отдам всю себя малышке. Эта правда так больно резанула по сознанию, и я снова всхлипнула, шмыгнула носом, и в тишине новой квартиры мои страдания какие-то слишком звонкие получились. Одиночество слишком давящее.
Николай Григорьевич слишком тяжело вздохнул, и в этом вздохе не жадность, не злость, что я его подставляю, а боль и сопереживание. Вот он мужчина, который во мне очень заинтересован и готов всё сделать, лишь бы я была в строю. И я очень рада, что директор именно так видит мою ситуацию.
И он тут же и выдал:
— Козлина, Демид, не ожидал от него! Ладно, бог ему судья. Спасибо, что позвонила, завтра приезжай на работу, всё детально обсудим, срок свой скажешь, и моя жена найдёт тебе лучшую няню, лучшую консультацию и роддом. У неё большой опыт, у нас же двое. Поможет тебе с радостью!
— Спасибо вам большое! Вы мне как семья!
— Обижаешь, почему КАК? Семья!
Мы простились, я выключила телефон и поняла, что не всё в моей жизни бесконечно ужасно. Не так, как наши бедные бабушки и мамы сдавали в ясли для грудничков ребёнка и на работу, вот был ужас, а теперь шесть часов, ребёнок с опытной няней, я не взмыленная и не загнанная в угол. Кажется паниковать пока рано!
Леся прислала сообщение, что уже едет домой, и спросила, что купить в супермаркете. Потом ещё одна знакомая поздравила с Рождеством.
И, наконец, Демид. Как я понимаю, мы теперь с ним как любовники, прячемся от следящего взгляда Насти?
«Любимая, как устроилась? В этой квартире тебе даже удобнее будет, скучаю по тебе, детка моя, увидимся, зацелую твою киску!»
Молча удаляю эту пошлость.
И в ежедневнике пишу: «Срочно найти риелтора и подходящую новую квартиру!» Эти коробки теперь даже разбирать не буду. Муж снял эту «тайную» квартиру не мне, а нам, он собрался жить на два фронта.
Повторяю диагноз директора:
— Козлина, Демид!
Глава 10.
— Леся, не спорь! Мне срочно надо новую квартиру найти, — во время лёгкого ужина у нас начался спор. Ожидаемо, Леся настаивает, что Демид сволочь и обязан платить за квартиру. А я не хотела ей говорить, что тест положительный. Хватит того, что об этом знаю я и директор.
— Я и не спорю, но твоя гордыня кому лучше сделает? Только этому козлу!
— Да, блин! Беременная я, а он на сто процентов уверен, что я буду сидеть и ждать его из годового загула с Настей! А узнает про ребёнка, вообще мне покоя не даст. Он уже адвокатов нанял и попытается доказать, что изнасилования не было и что она сама трусы сняла. Пройдёт несколько месяцев, и он снова свободен. А я его ненавижу.
— Погоди, если он так тебя любит, на фига было на эту шлюху зариться? Он прям так без секса неделю прожить не мог, ну подрочил бы! — он в шоке от наших новостей и событий, всё ещё не может привыкнуть. Сидит, смотрит на меня с непередаваемым удивлением.
А я, кажется, даже удивляться перестала, но улыбнулась, и то, правда, уж мог бы и правой рукой, всё проблем меньше. Но понимаю, что тут другое.
— Фу, Леся, грубая ты! Не в сексе дело. Я для него слишком серьёзная и порядочная, он сам признался, что всегда считал, что жена должна быть эталоном порядочности. Потому меня и добивался, я ж на работе строгая, как учительница.
Намазываю вкусный творожный сыр на булочку, его нежный вкус отвлекает меня от печальных мыслей. Леся тоже жуёт и смотрит в одну точку отрешённо, ситуация даже для неё кажется тупиковой.
— Значит, теория, что мужиков на разврат тянет, оказалась не теорией, а практикой. Жена должна быть порядочной днём, а ночью шлюхой?
— Да нормально у нас всё было. Ну, может быть, ему захотелось чего-то слишком запредельного и постыдного, но я не верю, что Настя что-то такое запредельное умеет в постели. Стонать громко, позволять всё что он хочет, неинтересно мне всё это. Потому что любви там нет, а только тупой трах. И он уже это понимает. Именно поэтому я хочу съехать тихо с этой квартиры и начать жить спокойно. Сразу после развода и сбегу.
— Наверное, ты права! Горбатого могила исправит. Сейчас Настя, потом какая-то Фекла-Дульсинея и прочие экзотические вариации. Не успокоится он. А если ещё и вернуть тебя сможет, то вообще будет уверен, что можно трахать всё, что шевелится, а потом как ни в чём не бывало возвращаться домой. Признаю, ты права. Ладно, завтра первый рабочий день, разгребу накопившиеся дела и позвоню Алле, она найдёт квартиру за месяц. Но я хотела попросить.
— Хочешь со мной? Лесь, а оно тебе надо? У меня ребёнок будет, ночи бессонные, няня, с твоей работой только этого не хватало.
— Я недолго, свою сдам, а нам найдём трёшку, надоело одной. Я так снова вляпаюсь в отношения с очередным козлом, потому что надоест возвращаться в пустую квартиру. Хочу дать себе время, можно я с тобой?
Она смотрит на меня, как бассет-хаунд на тортик. Улыбаюсь, что тут сказать. Никто из нас не хочет оставаться в одиночестве. Это тяжело и неприятно.
— Хорошо, давай дадим себе время без мужиков, чуть привести нервы в порядок. Мне они вообще в ближайшие годы не светят. Кому нужна женщина с малышом, — резюмирую наши рассуждения, неприятный, конечно, вывод получился в итоге.
Вздыхаю, но понимаю, иного варианта нет, буду матерью-одиночкой. Не я первая и, к сожалению, не я последняя.
— Знаешь, вот на это Демид и рассчитывает, что ты вот так о себе начнёшь думать. Пусть годик продержишься, а потом сама к нему побежишь. Но это не мои мысли, а так почти все мужчины и думают. Особенно в отношении своих жён с детьми. Куда ей деваться с подводной лодки? Некуда! Вот и терпим. Давай, Маринка, менять тенденцию. Найдём тебе мужа хорошего, и пусть Дёма кусает локти!
Леся протягивает мне кружку с йогуртом, и мы чокаемся, только вот как-то печально. Понимаю, что она права, но и Демид просто так не отстанет. И придётся мне ещё от него много раз наезды терпеть.
Новогодние каникулы завершились, и началась обычная рутина. И она спасла меня от ужасных мыслей, страхов. Пока!
А через несколько дней ожидания к нам в офис приехали представители того самого «жирного» клиента, долго вели переговоры в кабинете генерального. И наконец, пригласили нас, команду, которая должна будет вывозить всю сложную работу.
Вхожу в кабинет, сажусь и сразу слышу вопрос от незнакомого джентльмена в дорогом костюме.
— Добрый вечер. А Марина Васильевна кто? — он даже не дождался, когда все рассядутся по своим местам, сразу к делу?
— Добрый вечер. Я Марина Васильевна.
— Наш генеральный хотел с вами лично пообщаться, сказал, что выбрал ваш логистический центр только из-за вас.
Мои глаза округляются, рот от удивления открывается. Это приятно, но когда вот так кто-то настойчиво чего-то хочет – жди проблем.
Мы с Николаем Григорьевичем переглядываемся, не в силах предвидеть, какой подвох нас ожидает.
— Руководить проектом должны вы Марина Васильевна, мне уже сказали, что хотят главным поставить Олега Михайловича, но так не пойдёт. Если вы отказываетесь, то контракта не будет.
Наше удивление кратно увеличилось.
— Простите, но я сейчас не смогу тянуть руководящую должность, но на вторых позициях, буду работать на всю катушку. Не загоняйте меня в угол. Олег отличный специалист, у него все лицензии есть мы вообще с ним постоянно в паре работали. Другими словами, вы нам даёте задание, а как мы его выполняем, это уже наше дело, ладно?
Начинаю плавно наезжать на представителя клиента, не говорить же ему, что я в положении, так он и вовсе откажется.
Нервы Николая Григорьевича сдали, и он простонал:
— Хорошо! Марина будет ведущим специалистом, а Олег её замом. Справимся, а когда ты на больничный уйдёшь, я сам подстрахую. Все будет нормально.
— Больничный? — настойчивый какой представитель, и директор хорош, всё сдал.
— Это мы перестраховываемся, на всякий случай. Раз вам так важно, чтобы я была главной, то соглашусь, но с женщинами всякое же бывает, семья, дети, муж…
— Хорошо, я вас понял. В любом случае наш генеральный решает все вопросы. Он позже с вами проведёт переговоры лично. Моя задача информировать о его требовании.
В этот момент у меня в голове промелькнула мысль, а не подставить ли меня кто-то хочет. В нашем деле такое запросто. Подсунут в груз какой-то запрещённый контейнер, и все. Но такая уж у меня работа. Обсудили все деловые моменты, и назначили личную встречу с генеральным директором клиентской организации. Странно, никогда такого не было, а тут вдруг внимание к моей персоне такое, что как бы за полиграф не посадили, выяснять кристальную честность меня, как логистика.
Ну, у богатых свои причуды, хочется ему посмотреть на меня, проведу презентацию.
Недопонимание ситуации так и осталось, но я уже привыкла к неадекватности людей.
А дома меня ждёт сюрприз. Демид собственной персоной, хозяйничает на кухне и встречает меня с ужином. Он вообще ничего не понимает?
— Что ты тут забыл?
— Тебя, детка! Соскучился. Настя про эту квартиру не знает. Так что не заявится. Вот документы, подпиши на развод. А потом я тебя поласкаю, сладкая моя, то бельё для меня наденешь? Ну, что упрямишься, грубой силы не хочешь, ласку тоже отвергаешь, тогда мою заботу прими, ну и секс-шмекс. Реально скучаю по тебе, по твоему запаху, нежности…
Из моих рук выпала сумка…
Я всего ожидала, но такой наглости, нет!
Глава 11.
— Будь добр, уходи, пока я не вызвала полицию! — делаю шаг назад, сбежать не смогу, и от него можно ожидать всего чего угодно, зажимаю в руке большой ключ, я уже готова его острой ребристой поверхностью садануть по его лицу. Но просто так не сдамся!
— Тс-с-с-с! Не горячись! Первое, надо подписать документы на развод, пока я накрываю нам романтический ужин, пролистай и подпиши, а потом обсудим нашу свадьбу! — раньше его ласковый голос заводил, заставлял приятно вздрагивать, а теперь раздражает как звук бормашины у дантиста. Нервно дёргаюсь в ответ, но слово «СВАДЬБА»? Я не ослышалась?
— Что обсудим? Свадьбу? — вот именно сейчас мне показалось, что мой муж нуждается в помощи. Срочной психиатрической помощи. А я нуждаюсь в настоящем оружии, потому что хочется его уже убрать из моей жизни навсегда.
— Да! Свадьбу, я же сказал, что сейчас женюсь на Насте, раз так вышло, мой юрист делает документы так, что она ничего не получит, после нашего с ней развода. И мы с тобой запланируем свадьбу, уже без долбанутых родственников, которые постоянно тебя унижают. Поедем на острова Мальдивы, Бали, Занзибар, всё для тебя. Представь какая красота, ты в белом платье и океан.
Обхватываю себя руками, закрываюсь от его бреда, потому что это реально бред. После всего, что он совершил и собирается совершить с Настей, планирует нашу свадьбу?
— Демид, ты ненормальный! — выдыхаю и шепчу, голос выдаёт мои эмоции.
— Нет! Я нормальный мужик, которому не повезло с любовницей, но повезло с женой! Слушай, не усложняй всё, и так тошно от этой сучки. Мысли о нашем будущем мне тоже помогают пережить этот кризис. Не лишай меня опоры!
Он говорит тихо, смотрит в глаза, немного опустив голову, но это не виноватый взгляд, нет! Демид пытается манипулировать и отжать у меня то, что считает своим. Он меня считает своей!
— Я подпишу бумаги с одним условием, что ты сейчас выйдешь из этой квартиры и больше не покажешься мне на глаза. Понятно?
— Нет, этого я тебе обещать не могу и не хочу. От своего так просто я не отказываюсь! — вот теперь в его голосе настоящий характер Демида. Настойчивый, злой и упрямый.
— Надо было думать в тот момент, когда ты вставлял свой член моей сестре вместо вибратора.
Взяла у него бумаги, быстро пролистала и подписала три экземпляра, себе, ему и в суд.
— Поздравляю! Ты свободен! И себя поздравляю ещё больше, потому что я тоже свободная!
Демид взял бумаги, убрал в папку. Несколько мгновений постоял рядом, а потом не выдержал:
— Какого чёрта! Маринка, я люблю тебя! Иди сюда!
Не успеваю отбежать, бывший муж ловит меня за руку и рывком притягивает, прижимает крепко к себе, заведя мои руки за спину. Больно, и я не могу его ударить, не могу освободиться, только кручу головой, но это бесполезно. Его губы жадно касаются моего рта и язык проникает, лаская и требуя ответа.
Через одежду ощущаю его дикое возбуждение, но каждый мой рывок, заставляет Демида действовать агрессивнее, объятия еще крепче, поцелуй скоро меня задушит. Он присасывает мои губы, ещё и ещё, надеясь на ответ. И я отвечаю!
Со всей своей ненависти кусаю его губу.
Меня трясёт так, что, кажется, сейчас случится непоправимое. Внизу живота спазм, а в ушах шум. Давление сейчас подскочит.
— От-пус-ти! — хриплю ему в лицо, задыхаясь, боясь, что ему снесёт крышу и он меня ударит, теперь я уже понимаю, этот мужчина совсем не тот, за которого я вышла замуж. Я его боюсь…
— Любишь кусаться, Маринка, смирись! Ты моя! И наши с тобой тёрки только заводят. У меня на тебя большие планы, не отпущу, через несколько дней всё начнём сначала! У нас нет другого варианта. Пока не могу ничего сказать, но ты заскулишь от восторга, когда услышишь моё предложение. Обещаю!
— Демид, ты абьюзер, я не хочу ничего продолжать между нами! И уже дико рада, что Настя тебя забрала, вы стоите друг друга! Уходи!
Он резко отпустил меня, вытер кровь с губы и улыбнулся.
— Значит, Мальдивы! Я запланирую нашу свадьбу или поездку. Без разницы выйдешь ты за меня снова или нет, но трахать я тебя буду и это не обсуждается.
Хватаю подушку и кидаю в него, но промахнулась. Он как победитель вышел из квартиры, пообещав вернуться на днях!
А я в туалет, обниматься с унитазом.
Через полчаса нервных рыданий в туалете, попыток себя успокоить и заставить думать, мне вдруг пришла в голову гениальная и такая простая мысль, что я даже улыбнулась «злодейской» улыбкой.
Почему я забыла про Настю?
Пока самочувствие хоть немного позволило, быстро беру телефон, набираю сестру и признаюсь ей в содеянном:
