Страница 9 из 11
— Ты нашел ее? — спрашиваю я.
Собственно, делаю я это больше для проформы. Потому что кое-какая информация у меня уже была и без Валсига. Он последнее время на удивление бестолковый.
— Да, Лар, — отвечает он, потом осекается. — Да, ор Файр. Я и мои люди побывали в Маргорде. К воротам действительно приходили нищенки, которых сегодня не должны были пускать. Но, кажется, нас сам Драконий бог за нос водит, потому что все три проникли на территорию города и затерялись.
— И ты считаешь, что это хорошие новости? Что ты справился с заданием?
Я поднимаюсь из-за стола и подхожу к бару, чтобы налить крепкий напиток с северных фьордов.
— Мы всех нашли. Но… — Валсиг ведет плечом и морщится. — Мы не смогли ни в одной из них узнать пришлую. Ее никто не рассматривал.
«К вашему же счастью», — хочется добавить мне.
Потому что внутри четкое осознание, что я не хочу, чтобы на мое зеркало кто-то пялился. Пришлая — моя. Даже в саже и со сбитыми коленками. Моя. Дракон одобрительно рычит, словно речь идет о Ней.
Что, так быстро поменял фаворитку?
— Так в чем проблема? — Я качаю бокал и смотрю, как жидкость смачивает стенки. — Просто доставьте всех сюда. Я определю, кто есть кто.
Валсиг молчит. Поднимаю на него тяжелый взгляд.
— Маргорд не подчиняется короне, Ларстор, — произносит он аккуратно, наблюдая за моей реакцией. — Консул отказал в запросе выдать девушек, потому что все они нашли себе работу. А по законам города они имеют право на консульскую защиту.
Ругрово пламя — это самое приличное, что сейчас вертится на языке.
— Что ж, Вал, — с ухмылкой выдаю я и залпом осушаю бокал. — Значит, ты мне завтра лично покажешь всех этих девушек. Распорядись на рассвете заложить экипаж.
Глава 22
— Аля, Аля!
Меня тормошат за плечо, а я с трудом разлепляю глаза.
— Рассвет уже. Эйну сказала, что пора и тестом заняться. К тому же сегодня у нас солдатский день. Они скоро за хлебом придут!
Я даже не сразу возвращаюсь в реальность. Перед глазами удаляющаяся светловолосая макушка мальчонки, и тут он… Нет, погодите…
Я зажмуриваюсь и трясу головой, а потом снова открываю глаза. Тут не он, а Лейт, конечно же. Поэтому пытаюсь скинуть это наваждение, но все равно на душе остается странное скребущее чувство.
Эти сны… Я каждый раз пытаюсь их хорошо запомнить, но каждый раз лица и конкретика как-то ускользают. Но остается ощущение, что это очень важно. Что стоит об этом подумать.
Только вот времени думать совсем нет.
Поднимаюсь с лавки и понимаю, что так и спала сидя. Теперь это отзывается болью в шее и пояснице, общей слабостью.
— Проснулась, полуношница? — Эйну кидает на меня через плечо взгляд. — Сходи за водой да там и умоешься. А то не хватает для теста немного.
Я беру два пустых ведра, на автомате иду к двери, а потом понимаю, что понятия не имею, откуда они тут воду берут.
— Проводи-ка, Лейт, да пошустрее! — подгоняет Эйну.
Мы с мальчуганом выходим в промозглые утренние сумерки.
Кроме нашей, только еще у пары лавок начинается какое-то движение. Проходим мимо сборища котов, которых вышла покормить сгорбленная старушка из лавки с овощами. Потом пересекаем уже известную мне площадь и только после этого, миновав широкий, но короткий переулок оказываемся у колодца.
Не у того, которым пользуется стража, а более скромного, сложенного из грубого камня. Тут уже очередь из нескольких человек, поэтому мы послушно встаем за последним и принимаемся ждать.
— А зачем нам все то, что ты взяла в лавке Фридо? Этого же не нужно для хлеба, — наконец задает явно волнующий его вопрос Лейт.
— Нет. Но у меня есть другая очень интересная идея, — заговорщицки улыбаюсь я. — И если она выгорит, то нам не придется ни о чем переживать.
Кажется, Лейта эта новость воодушевляет, и он, как и многие дети, от избытка эмоций начинает скакать и болтать о том, что тогда можно будет отремонтировать лавку тетки Эйну. Потому что он слышал, как рассказывали о том, что ее лавка была самая известная в их квартале, что у нее самые богатые гости города закупались, а хлеб отвозили аж в консульскую башню — к самому консулу!
Надо же… Вот что имел в виду тот свинопас, которого я вчера встретила. Эйну была известна… В чем же причина ее положения сейчас?
Неважно! У меня есть шанс и желание не только вернуть ее лавке былую славу, но и превратить в уникальное место! Осталось только, чтобы этот странный Драконий бог отсыпал нам чуть-чуть удачи.
Подходит наша очередь, мы наполняем ведра и идем обратно. И тут меня осеняет!
— Блин! Я про орехи совсем забыла! — восклицаю я, привлекая внимание Лейта.
— Блин? — переспрашивает он и хмурится. — Ты знаешь, что это?
Ой, бли-и-ин… Мне же Эйну намекала, что никто не должен знать о моем происхождении. Пока я подбираю слова, чтобы как-то оправдаться, Лейт задумчиво смотрит в небо, шмыгает носом и выдает:
— У меня мама так говорила. А теперь она на небе. — Он молчит немного, а потом как будто специально переводит тему: — А тебе какие орехи надо? Я знаю, где достать.
Я ему пытаюсь объяснить, отчаянно надеясь, что в этом мире есть что-то похожее. Ведь, в общем-то, по моим наблюдениям флора и фауна тут не сильно отличаются. Лейт кивает и убегает, будто хочет сейчас побыть один. Впрочем, немудрено: потеря мамы всегда глубоко ранит.
Возвращаюсь в лавку, когда первые лучи солнца уже растекаются по крышам домов. У лавки Эн Сайки замечаю фигуру в темном плаще с капюшоном. Отвлекаюсь буквально на мгновение, когда дверь лавки, мимо которой я прохожу, с грохотом распахивается, а когда поворачиваюсь обратно, там уже никого нет.
Холодок пробегает по спине, но по возвращении Эйну не дает мне сконцентрироваться на этой мысли и тут же берет меня в оборот, приобщая к выпеканию хлеба. Мне интересно настолько, что я совершенно не замечаю, как проходит время, и вот уже готовые воздушные и до урчания в животе ароматные булки уже на столе.
Охранники действительно приходят почти сразу, после того как мы вытаскиваем хлеб из печи. Эйну отправляет меня, чтобы я лишний раз не попадалась на глаза страже, но я нахожу чем заняться.
Мне нужна сахарная пудра, которую на блюдечке с голубой каемочкой мне тут никто не даст. Так что я беру сахар, его накануне мне достал молочник, ступку с пестиком и иду заниматься самым что ни на есть ручным трудом.
Когда стража уходит, мы открываем лавку, а у меня начинается кутерьма. В первую очередь я спускаюсь в погреб проверить сыр и, праздную свою первую маленькую победу, обнаружив мягкую сливочную субстанцию и как бонус сыворотку. Похоже, можно будет порадовать Лейта блинами.
Потом замешиваю тесто для печенья и ставлю в печь. Стараюсь не тратить времени впустую, поэтому сразу же приступаю к соленой карамели. Честно говоря, сейчас бы мне пригодилось хоть немного магии: чтобы хотя бы помешивать можно было.
Хм… Привнести в этот мир идею о миксере?
Подумаю об этом позже. После того как выиграю это маленькое соревнование.
Эйну несколько раз проходит мимо, глядя на то, как я мечусь по кухне, но ничего не говорит. Ей некогда: торговля, на удивление, сегодня идет неплохо.
Когда я заканчиваю с карамелью и уже смешиваю сливочный сыр с сахарной пудрой, думая, как бы мне найти выход при отсутствии орехов, на пороге лавки появляется раскрасневшийся Лейт.
— Я все принес! — Он вываливает на стол горку миндальных орехов и светится от довольства.
Меня, конечно, подмывает спросить, где он их взял, но я почти уверена, что мне не понравится ответ, поэтому просто усаживаю его перетирать добычу, отмечая, что банальная кофемолка тут была бы хороша.
К концу дня у нас уже есть достаточно крупная сумма, поднос с маленькими пирожными с франджипаном, сливочным кремом и соленой карамелью и надежда, что все получится. Честно говоря, я понятия не имею, откуда я знаю, как это готовить. Но практически полностью уверена, что подобного тут не делал еще никто.
Мы выносим поднос с пятью пирожными на улицу, заявляя тем самым, что собираемся тоже участвовать в отборе. Я скрещиваю пальцы в надежде, что консул появится раньше, чем сборщики налогов, но проблемы возникают оттуда, откуда не ждали.
— Мы нашли! Это здесь! — произносит стражник и направляется к нашей лавке.
Глава 23 (Ор Файр)
Я мог бы добраться до Маргорда на крыльях, и это не заняло бы слишком много времени и сил. Но Ругров город находится вне юрисдикции короны даже несмотря на то, что расположен на территории Эормирии, поэтому я не имею права просто влететь к ним без предупреждения.
И у меня два варианта: либо официально приехать, как начальнику тайной полиции, и почти не иметь ограничений в поиске девушки, либо прибыть гостем и не иметь права на что-то, выходящее за рамки обычного пребывания в городе. Меня устраивает, естественно, только первый вариант. Поэтому гонец отправляется к консулу еще ночью, а мы выезжаем на рассвете.
С Рейрой не прощаюсь: истерики мне ни к чему. Прошу передать через слуг, что я уехал по работе, когда вернусь — неизвестно. Без конкретики. Хотя больше чем уверен, ей братец все расскажет в записке. И да… Записку мои люди тоже прочтут. Еще до Рейры.
Приходится трястись на маг-повозке, как обычному человеку. Это раздражает. Особенно когда рядом тот, к кому ты уже утратил доверие. Валсиг каждым своим поступком и решением закапывает себя все глубже, мне даже интересно, какая самая большая дерзость, на которую он решится.
Дракон злится, что ему не позволяют распахнуть крылья, чтобы быстрее оказаться рядом с зеркалом. А память, к моему неудовольствию, подкидывает какие-то мелкие детали: пара серьезных ожогов на лице, страх в насыщенно-голубых глазах, шрам, пересекающий бровь.
И когда только успел рассмотреть? Старался не смотреть даже ведь. Незачем. Не зря испокон веков отношения между Темным и его зеркалом — табу. Нет. Больше я подобной ошибки не совершу.
На место мы прибываем уже после обеда, поэтому через ворота поток больше на выход, чем на вход. Но при виде герба Эормирии, солнца и полумесяца, на повозке толпа сама расступается, чтобы пропустить нас.
Стражники проверяют документы у возницы, отдают честь, и мы оказываемся на главной улице Маргорда, ведущей непосредственно к башне консула. Официальный визит требует официальной встречи, которая приходится непосредственно на обед.
В городе, как обычно, многолюдно: торговля спорится, и это естественно, потому что именно в Маргорде живут уникальные ремесленники, артефакторы, травницы и кулинары. Попасть сюда мечтает почти каждый в стране, так как город кажется чуть ли не сказкой.
Но я-то знаю, что сказок не существует. Здесь так же, как и везде, жадные сборщики, инспектора, способные найти мельчайшее нарушение и ободрать из-за него до нитки, охранники, промышляющие вымогательством в обмен на защиту. А еще именно тут, по донесениям моих людей, находится ядро технарей. Неофициальное, конечно.
И это еще одна причина, по которой меня беспокоит, что зеркало здесь. Она беззащитна, наверняка растеряна и испугана. И, Ругр подери, даже при такой близости к пришлой, я ее не чувствую. Это точно магия, но какая? Кто может обладать такой силой, чтобы скрыть девушку?
Когда мы въезжаем на консульский двор, чуть ли не под колеса маг-повозки кидается светловолосый мальчишка. Следом за ним бежит охранник, но паренек так лихо уворачивается, а потом исчезает в толпе, что преследовать его кажется абсолютно бессмысленным. Надо бы найти его и взять под крыло полиции. Тем более что он мне уже кажется знакомым: я его точно где-то видел.
— Добро пожаловать в Маргорд, ор Файр. — Консул встречает нас в большом холле, лишенном всяческого притязания на богатое убранство. — Гер Эрвин.
Я сдержанно киваю, а Валсиг в характерной ему подхалимской манере кланяется.
— Прошу присоединиться к моему скромному обеду, — предлагает консул. — Стол только накрыли, я распоряжусь поставить приборы еще на двоих.
— Благодарю, ор Гирмур, — сдержанно отвечаю я, проходя следом в большую столовую, настолько же просто обставленную.
Стол хоть и покрыт белоснежной льняной скатертью, но даже под ней заметно, что он достаточно грубо сколочен, а уж про деревянные стулья лишь с тонкими подушками и говорить нечего. Самым главным и, пожалуй, единственным украшением здесь являются свешенные с балок под потолком знамена всех полков Эормирии.
Отец ора Гирмура был одним из самых прославленных полководцев страны, прежде чем стал консулом тут. И даже оказавшись на столь высокой должности, он в башне придерживался военной строгости и лаконичности. После его трагической гибели должны были пройти выборы нового консула, но народ оказался един во мнении, что наследник рода Гирмуров и должен им стать.
— Поделитесь причинами столь неотложного визита, да еще и с официальным запросом на высшем уровне? — Дариан приступает к еде, но не откладывает разговор в долгий ящик.
Впрочем, мне это только на руку.
— Мы ищем одну персону, — говорю я, неотрывно глядя в глаза хозяина города. — И мне нужен карт-бланш на ее поиски.
— Так все дело в женщине? — ухмыляется консул. — Не думал, что какая-то отчаянная особа решит сбежать от вас. Какие конкретно разрешения нужны от меня?
— Скорее, приказ явиться по моему требованию в гостевую башню ко мне. — Я не реагирую на попытки задеть меня. — И допуск к допросу.
Дариан кивает слуге, стоящему за правым плечом, и тот покидает столовую, чтобы через минут пять вернуться уже с нужными бумагами.
Консул заверяет их своей подписью и, сложив желтоватые листки вчетверо, передает мне. После этого я быстро сворачиваю прием пищи и покидаю столовую.
Гостевая башня. Зал для приемов. Три девушки. Все трое в простых платьях, платках на головах и растерянностью на лицах. И все трое точно не те. Дракон рычит так, что я чуть не глохну. Ему нужна пришлая. Моей силе нужна пришлая. Но, Ругр всех подери, где она?!
— Гер Эрвин, — рычу я.
А девушки вздрагивают так, что, кажется, вот-вот рухнут в обморок.
Валсиг дергается, но потом подбирается и шагает вперед.
— Слушаю, ор Файр. — Он не дышит, но пытается принять уверенный вид.
— Из тебя отвратительная ищейка, — констатирую я факт. — Привести мне охранников, дежуривших у ворот в тот Ругров день. Из-под земли вырыть и привести.
Валсиг срывается с места и исчезает мгновенно. Девушкам киваю, отпуская их, и они сбегают еще быстрее.
Рвущуюся наружу магию направляю в камин, меньше чем за полминуты выжигая все дрова, которые были там сложены.
Около получаса изучаю отчеты охраны, по которым далеко не все сходится. Значит, я точно прав.
И только после этого строевым шагом, точнее его жалким подобием, в зал входит невысокий охранник с красноватым носом и осоловелыми глазами. Еще и после пьянки? Дариан распустил стражей. Так и независимости лишиться просто.
— Ор Файр! — Охранник бьет себя кулаком в грудь и, наверное, думает, что это выходит пафосно и четко. А на самом деле вызывает лишь презрительную усмешку. — Вы хотели…
— Вы знаете, какое наказание за укрывание лазутчиков? — холодно спрашиваю я.
Глаза стражника округляются. Он, кажется, даже мгновенно трезвеет, выходя из образа.
— Но я не…
— Кто она? Где вы ее прячете?
Чем более абстрактные вопросы, тем страшнее для него они звучат.
— Нищенка! Страшная такая! Вся в саже и крови! — лопочет еле понятно стражник. — Мы хотели ее, а она…
Да все понятно, что хотели. Пытались поймать, но пришлая тоже смогла их обвести вокруг пальца. Или ей помогли.
— Где она?
