— Смущает, что я номер телефона твой не взял.
— Ты...
— Родила! Трое котят, два мальчика и девочка, — огласил коридор счастливый голос доктора.
— Родила! Трое! — так просиял Тихон, словно только этого и ждал. — Эй, док, с ними там все нормально?
— А что им будет? — пожал плечами мужчина.
Колдун даже расслабился и словно выдохнул. Мне плохо верилось, что он мог волноваться из-за уличной кошки, но весь его вид буквально кричал об этом.
— Пойдем, глянем на наших приемышей? — с какой-то надеждой предложил он.
— Только потому, что тебя рядом с молодой мамой нельзя оставлять одного, — прошипела я, понимая, что тоже волновалась за животное.
Тихон только хмыкнул, и мы вдвоем отправились в гости к кошачьей маме и тройне.
Глава 8. Тихон
В моих планах на сегодняшний день не значилось стать приемным отцом для котят, но, очевидно, я столь сильно нагрешил в этой жизни, что меня прокляли кошками.
Одна шипела рядом, вторая вылизывала новорожденных котят, лежа в чистом теплом вольере.
Янина, мать ее, Сергеевна шла так, словно не в гости к роженице идет, а как минимум на собственную коронацию: с высоко поднятой головой, взглядом строго вперед и нечитаемым выражением лица.
Так, как она, меня еще никогда не отшивали. Да я и вспомнить не мог, когда меня вообще отшивала женщина. Даже такая шикарная, как Янина. И уж точно никто не требовал рекомендательных писем от моих бывших.
Я понял, что тактику с самого начала выбрал не ту. Пришлось признаваться самому себе, что взять нахрапом ее не выйдет. С ней вообще непонятно что работает, но я упертый, я найду ключи к ее сердцу. Или вскрою штопором, что вероятнее. Есть подозрение, что ключи от сердца она хранит так далеко, что Кощей с его утками, зайцами и сундуком нервно курит в сторонке.
Янина подошла к кошке, а я стоял за ее спиной, экстренно соображая, что мне делать. Азарт подгонял вперед, а училку я бы не упустил теперь, даже если бы отказался от спора.
Потому что только дураки от таких бриллиантов отказываются! А я идентифицировал себя умным!
Осталось только выбрать козу, на которой к ней можно подъехать. Все мои транспортные средства для «подкатить» в ее случае не котировались, а мазохистом, который ходит кругами и облизывается, я себя тоже идентифицировать не хотел. Хотя, возможно, пора! Училка дважды потопталась шпильками по моему эго, а я вот с ней котят усыновляю. И сдавать назад не собираюсь.
— Какие они милые, — указывая на котят, пропела Янина.
— Как назовем? — уточнил я, подгребая к ней поближе.
— Не знаю, приемный отец ты, тебе и решать.
Она заправила за ушко выпавшую из прически прядь светлых волос, а я... А я... А меня заклинило.
Впору было собираться, садиться на байк и тащить ей отзывы, рецензии и характеристики с полей постельных битв. Потом я на секунду представил, в каком направлении она меня без компаса с этим добром пошлет, и передумал.
Приходи в себя, Колдун, как лох какой-то себя ведешь! Не пацан вроде, а стремаюсь... Как пацан зеленый.
— Мальцов — Лаваш и Кусь. А девчонку — Ванилька. Сокращенно Ванька, — решил я.
Янина поджала губы, чтобы не рассмеяться, и с жалостью посмотрела на меня.
И чувство юмора мое не оценила!
— А их маму? — уточнила Янина.
Или оценила?
— Офелия? — предложил я.
— Отличное имя, — похвалила она меня так, словно мы на уроке, я ученик, а она мой строгий препод. — Надеюсь, ты обеспечишь хороший уход кошечке?
— Непременно, — хищно пообещал я.
— Кошечке Офелии, — уточнила Янина.
— С сегодняшнего дня я кошачий угодник, можешь так меня и называть, Янина, — подмигнул я и улыбнулся.
— Такими богатырскими темпами и до дамского дорастешь, — язвительно ответила училка.
— Янина... — покачал я головой.
— Ну не дорос ты до взрослой женщины, Тихон, и до угодника. Так, угодничек, маленький и неопытный. Пока не знаешь, что твои фокусы только на девчонок действуют. Так ты вернись к своей целевой аудитории и не спорь с женщинами, которые тебе не по зубам.
Она снова мягкими лапками пыталась прогуляться по моей самоуверенности.
Все, училка, завела!
Я опустил голову, ухмыльнулся, посмотрел ей в глаза и отрезал:
— Две недели, Янина, и мы по-другому помурлыкаем.
— Не поднимай мне давление, пожалуйста, — попросила она.
— Демонстративно достаю тонометр... — томно прошептал я, словно был ветераном работы в службе секс по телефону.
Янина округлила глаза и не смогла скрыть улыбку. Прокашлялась и продолжила:
— Ты вправду кошку себе заберешь? И котят? И не выкинешь потом снова на улицу?
— Янина, я, по-твоему, кто? — уточнил я.
— Кипиш безлимитный, — вырвалось у нее.
И эта женщина будет меня убеждать, что она скромный чопорный педагог, да?
— Сленг у тебя прям учительский, — уважительно протянул я.
— В школе поработаешь — и не так научишься. И не уходи от темы котят!
— Я не бросаю тех, кто просит моей помощи, кошка. Никогда! — очень серьезно ответил я.
Она дернулась и посмотрела на меня по-другому. Пристально, прямо в глаза, словно пыталась отыскать там что-то. Я не понял, что конкретно, но спокойно выдержал ее взгляд и тем же тоном спросил:
— Я ответил на твой вопрос? Ты, конечно, думаешь, что я раздолбай безответственный...
— Нет, ты работаешь пожарным, а это уже большая ответственность. Я думаю, что ты хороший парень для своих друзей, коллег и родителей. Но для отношений ты, — она помахала рукой в воздухе, подбирая слова, — не созрел. Тебя интересуют девушки на одну ночь, а у меня другие приоритеты.
— Какие? — уточнил я.
— Работа. Семья. Моя дочь. Мы просто разные, вот и все. Я ищу стабильности, а ты...
— Янина Сергеевна, я тебе сейчас тоже кое-что скажу, ты только не обижайся. Не верю я, что ты стабильности ищешь. У тебя душа бунтарки, просто ты эту свою часть хорошо прячешь даже от себя. А от меня ты шарахаешься потому, что со мной просыпается эта твоя бунтарская часть, которую ты боишься.
— Я боюсь? — В ее глазах зажегся огонек, подтверждая мои догадки.
— Ты, кошка, ты. Я нашел баланс между бунтарством и серьезностью, а ты спряталась от жизни за образом училки и жить боишься. Но настоящая ты иногда проявляется. Готов на что угодно спорить, что я прав, потому что ты себя уже показала.
— А ты что прячешь за образом балагура? — выдавила она.
— Найдешь — все твое будет, — подмигнул я.
— Ты не втянешь меня в свои игры, — учительский пальчик приземлился мне на грудь.
Ауч! Она током бьется, или... У меня по венам разряды тока пошли, как будто меня к розетке подключили.
Я загадочно улыбнулся, офигевая от собственной реакции.
— Ты уже в моей игре, кошка. А сейчас нам нужно найти дока. Когда мне Офелию с малыми домой можно забрать? И что с ними делать...
— Иди, я тут подожду, — задрала она носик.
— Сбега?й, кошка, так даже интереснее, — улыбнулся я.
— Не сбега?ю, а удаляюсь по-английски, — с достоинством ответила она, но взгляд выдавал.
Заинтересовалась!
— Тогда до встречи, красивая! — пообещал я. — Проводил бы, но чуть занят. Такси вызвать?
— Сама доберусь.
— Ну да, вдруг я так легко твой адрес узнаю и номер телефона, усложни мне задачу.
— Прощай, Колдун, — с легким сарказмом ответила Янина.
— До встречи, кошка!
В ее взгляде читалась растерянность, а я с трудом, но отскреб себя от пола, заставляя ноги двигаться к выходу.
Счет два — один. Пока не в мою пользу, но у меня есть две недели, чтобы его уравнять!
Когда я с доком вернулся, ее уже не было. В груди что-то царапнуло, но я взял рекомендации, кошку с котятами и поехал к себе домой, по дороге сделав звонок Шереметьеву, который как утром обалдел, так до сих пор из шока и не выходил. Постебался от души, но пообещал просьбу выполнить!
Я заселил Офелию в комнату, упал на диван и долго смотрел в потолок, переваривая те странные чувства, которые вызывала во мне училка.
Глава 9. Янина
— Ма, ты на работу? — сонная Элина вышла из своей комнаты, шлепая босыми пятками по полу.
— Да, у меня сегодня несколько частных уроков, — ответила я.
После того как мы закончили ремонт в школе, я начала принимать учеников там.
— Во сколько придешь? — уточнила дочь.
— Кого в гости позовешь? — с улыбкой уточнила я.
— Киру и Лесю.
— Хорошо. Но вечер освободи, пожалуйста, скоро начинается учебный год, а ты всю школьную программу забыла. Надо позаниматься.
— Я все помню, мам, — Элина, как типичный подросток, закатила глаза и ушла в ванную. Я слушала, как журчит вода, и призывала на помощь все свое спокойствие.
Надо признать, что после встречи с Колдуном моя нервная система немного расшаталась.
После моего постыдного побега из ветеринарной клиники прошло два дня. Два нервных дня! Колдун не появлялся лично, но регулярно прогуливался в моей голове.
И мне претила сама мысль, что он оказался прав насчет меня!
Но он открыл шкатулку давно забытых воспоминаний. Когда-то я была безбашенной, дерзкой девчонкой, которая гоняла на байке, по любому поводу имела свое мнение и бунтовала против всего мира! Мне было плевать на взгляды окружающих, плевать, кто и что обо мне подумает, я просто жила своей жизнью так, как хотела сама.
Так, как живет сейчас Колдун...
А потом в моей жизни появился серьезный Роман, бунт которого мог заключаться только в том, что он пошел домой другой дорогой. Он сказал, что влюбился в ту минуту, когда я притормозила возле него на байке. Говорил, что у меня глаза ведьмински горели, а весь мой образ олицетворял жизнь. Ту полноту жизни, которую он не мог ощутить без меня. Тогда я влюбилась, и мне казалось, что он оплот спокойствия и стабильности. Нерушимости. Старше меня на три года, голубоглазый, высокий шатен...
Это случилось незаметно. Мягко. Я менялась. Сначала Роман привел в меня свою компанию, и я стала все меньше времени кататься на своей Плюшке — так я называла свой байк. Роман не приветствовал моих друзей — таких же сумасшедших байкеров, как я. Он предпочитал проводить время дома у телевизора, а влюбленная я хотела быть с ним.
Институт я закончила на «отлично», у меня с детства была способность к иностранным языкам.
Потом я устроилась работать в школу, где и закончилась моя прошлая жизнь и началась нынешняя. Женский коллектив, где нужно было уметь играть по правилам. С первой школой мне не повезло, но там я научилась отстаивать себя и получила ценный жизненный опыт.
