Как я не рассмеялась в голос, даже для меня загадка. Выражение лица Колдуна стало по-настоящему растерянным, буквально на пару секунд, но я успела насладиться.
— Дайте угадаю: вы подруги, да? — озарило Тихона.
— Кошку забирайте, вы мне сейчас всех гостей распугаете, кто оплачивать будет? Или я сама ее выкину! — вновь напомнила о себе администратор.
— Ты ж была не против. О, женщины, имя вам коварство! Коробку дай какую-нибудь, что ли. И пеленку! Пожалуйста! — взмолился Тихон.
Через две минуты кошку заботливо переложили в коробку, а Колдун уже вызывал такси до ближайшей ветеринарной клиники.
Он сел на корточки у коробки, где серая уличная кошка смотрела на него с такой надеждой, что у меня сердце сжалось от жалости к бедняге. Данелию тоже проняло: подруга в беременность стала очень сентиментальной.
И когда такси приехало, а Тихон вероломно потащил меня за собой, я не то чтобы сопротивлялась.
— Сзади с коробкой сядешь! — велел он уже на улице.
— Я в белом, и кошка выбрала тебя приемным отцом котят, так что будь любезен, сиди и помогай! — не согласилась я.
— В белом, значит, на доктора похожа. Должна ее успокоить, поговорить.
— Один поедешь, — пригрозила я.
Колдун сдался, я села вперед, а он заботливо поставил коробку на сидение, сел рядом и велел:
— Гони!
— Это что? — напрягся водитель. — Вы написали, что женщина рожает, какая женщина, в коробке женщина? Я кошку не повезу! Вы что придумали, а?
— Вам Тихон двойной тариф оплатит, — мягко пообещала я и улыбнулась.
Тихон всем видом показал, в каком гробу и каких тапочках видел «двойной тариф», но промолчал.
А водитель немного успокоился, и машина наконец тронулась с места. Таксист без конца смотрел только на заднее сидение, так что я даже забеспокоилась о нашей безопасности, но к клинике, находящейся через два квартала, нас привезли быстро.
Колдун протянул таксисту доплату с таким видом, словно заразил купюры сибирской язвой, схватил коробку и поспешил в клинику.
— Мы рожаем! — заорал он с порога. — Что смотрите? Акушера вызывайте! Гинеколога!
— Мужчина, это ветеринарная клиника, — глядя почему-то на мой живот, не очень приветливо уведомила его девушка за стойкой регистрации.
— Я в курсе, малышка, какая эта клиника. Позови мне дядю или тетю ветеринара, который примет роды у нашей кошки, — сменил он тон на очаровывающий.
На девушку это подействовало молниеносно, и спустя две минуты коробку и кошку у нас забрали. У Тихона взяли короткое интервью о том, как он встретил кошку, а я уже было засобиралась уйти по-английски, но была остановлена у входа горячим шепотом:
— Куда?..
Колдун взял меня за локоть, осторожно развернул к себе и пристально посмотрел в лицо.
— Домой, — удивилась я.
— Тебе что, неинтересно, кто у нас родится? — игриво уточнил он, становясь собой.
— Уверена, ты станешь прекрасным приемным отцом котятам, — заверила я.
— Им нужна приемная мать! — не согласился он.
— И найдешь им приемную мать, — закончила я.
— Кстати, ты бабушку нашла? — озарило Тихона, который осторожно оттеснял меня от выхода к стене, дабы не дать снова уйти.
— Нашла, — кивнула я, — и мне пора, меня дома ждут.
— Кошка, а куда ты все время убегаешь? Боишься, что я спор выиграю? — голосом змия-искусителя прошептал Тихон.
— Понимаешь, Колдун, не у всех есть столько свободного времени, как у тебя, — объяснила я, — некоторые работают.
— Я тоже работаю, — обиделся он, — в 19-й пожарной бригаде. Кстати, могла бы и туда ключи принести.
— Понятия не имею, где вы базируетесь.
— Тебя в интернете забанили, да? — уточнил он.
— Может, я хотела Шереметьева еще раз встретить, — пожала я плечами.
— Э, нет, мы с тобой к нему на свадьбу и идем через две недели, — испугался Тихон, — занят он. Влюблен аж жуть как сильно! Бага в смысле, ну и я тоже. В тебя, кошка.
— Ты сказки будешь девочкам помладше рассказывать, они еще верят в чудеса и принцев на белом коне. Ни на какую свадьбу я с тобой не пойду.
— А тебе сколько лет?
— Тридцать шесть, — спокойно ответила я.
Потому что не видела смысла кокетничать и скрывать свой прекрасный возраст. Я была адептом движения «взрослеть красиво и с достоинством».
— Выглядишь максимум на тридцать, — уважительно покачал головой Тихон.
— Нет, выгляжу я на свои тридцать шесть. Я скучная взрослая женщина, педагог до мозга костей, и тебе нечего ловить со мной. Забудем про твой дурацкий спор и разойдемся, да? Котятам привет, пришлю почтой молочко в пожарную часть для них.
— Скучная, говоришь? — хмыкнул Тихон. — Ты? Ты мой байк угнала!
— Взяла на время покататься, жалко тебе, что ли? Кстати, колесо...
— Бага передал, подкачаю. Так что, училка, покажи мне, какая ты скучная, потому что спор я не отменяю. Или боишься, что влюбишься?
— В тебя? — с сарказмом уточнила я.
— А что во мне не так? — искренне удивился Колдун.
— У меня встречный вопрос. Почему бабники проводят с женщинами всегда только одну ночь? У тебя все так плохо, что на вторую никто не соглашается?
— Все мечтают попасть в мою постель второй раз, — хищно прошептал он.
— Да? Чем докажешь? Рекомендательные письма есть? Хотя бы три предоставь, тогда подумаю.
Он восхищенно приоткрыл рот и сверкнул глазами.
— А что тут думать, мы с тобой уже котятами породнились, не отвертишься, — в его голосе звенел восторг.
— Меня не приплетай, — попросила я, — у моей дочери аллергия.
— У тебя дочь?
— Ей тринадцать лет, — согласилась я, надеясь, что наличие у меня ребенка немного остудит его пыл, но не тут-то было.
— Ну вот, а говорила, что рожать не умеешь, — выдал Тихон с широченной улыбкой.
— Тебя вообще ничего не смущает? — не поняла я.
— Смущает, что я номер телефона твой не взял.
— Ты...
— Родила! Трое котят, два мальчика и девочка, — огласил коридор счастливый голос доктора.
— Родила! Трое! — так просиял Тихон, словно только этого и ждал. — Эй, док, с ними там все нормально?
— А что им будет? — пожал плечами мужчина.
Колдун даже расслабился и словно выдохнул. Мне плохо верилось, что он мог волноваться из-за уличной кошки, но весь его вид буквально кричал об этом.
— Пойдем, глянем на наших приемышей? — с какой-то надеждой предложил он.
— Только потому, что тебя рядом с молодой мамой нельзя оставлять одного, — прошипела я, понимая, что тоже волновалась за животное.
Тихон только хмыкнул, и мы вдвоем отправились в гости к кошачьей маме и тройне.
Глава 8. Тихон
В моих планах на сегодняшний день не значилось стать приемным отцом для котят, но, очевидно, я столь сильно нагрешил в этой жизни, что меня прокляли кошками.
Одна шипела рядом, вторая вылизывала новорожденных котят, лежа в чистом теплом вольере.
Янина, мать ее, Сергеевна шла так, словно не в гости к роженице идет, а как минимум на собственную коронацию: с высоко поднятой головой, взглядом строго вперед и нечитаемым выражением лица.
Так, как она, меня еще никогда не отшивали. Да я и вспомнить не мог, когда меня вообще отшивала женщина. Даже такая шикарная, как Янина. И уж точно никто не требовал рекомендательных писем от моих бывших.
Я понял, что тактику с самого начала выбрал не ту. Пришлось признаваться самому себе, что взять нахрапом ее не выйдет. С ней вообще непонятно что работает, но я упертый, я найду ключи к ее сердцу. Или вскрою штопором, что вероятнее. Есть подозрение, что ключи от сердца она хранит так далеко, что Кощей с его утками, зайцами и сундуком нервно курит в сторонке.
Янина подошла к кошке, а я стоял за ее спиной, экстренно соображая, что мне делать. Азарт подгонял вперед, а училку я бы не упустил теперь, даже если бы отказался от спора.
Потому что только дураки от таких бриллиантов отказываются! А я идентифицировал себя умным!
Осталось только выбрать козу, на которой к ней можно подъехать. Все мои транспортные средства для «подкатить» в ее случае не котировались, а мазохистом, который ходит кругами и облизывается, я себя тоже идентифицировать не хотел. Хотя, возможно, пора! Училка дважды потопталась шпильками по моему эго, а я вот с ней котят усыновляю. И сдавать назад не собираюсь.
— Какие они милые, — указывая на котят, пропела Янина.
— Как назовем? — уточнил я, подгребая к ней поближе.
— Не знаю, приемный отец ты, тебе и решать.
Она заправила за ушко выпавшую из прически прядь светлых волос, а я... А я... А меня заклинило.
Впору было собираться, садиться на байк и тащить ей отзывы, рецензии и характеристики с полей постельных битв. Потом я на секунду представил, в каком направлении она меня без компаса с этим добром пошлет, и передумал.
Приходи в себя, Колдун, как лох какой-то себя ведешь! Не пацан вроде, а стремаюсь... Как пацан зеленый.
— Мальцов — Лаваш и Кусь. А девчонку — Ванилька. Сокращенно Ванька, — решил я.
Янина поджала губы, чтобы не рассмеяться, и с жалостью посмотрела на меня.
И чувство юмора мое не оценила!
— А их маму? — уточнила Янина.
Или оценила?
— Офелия? — предложил я.
— Отличное имя, — похвалила она меня так, словно мы на уроке, я ученик, а она мой строгий препод. — Надеюсь, ты обеспечишь хороший уход кошечке?
— Непременно, — хищно пообещал я.
— Кошечке Офелии, — уточнила Янина.
— С сегодняшнего дня я кошачий угодник, можешь так меня и называть, Янина, — подмигнул я и улыбнулся.
— Такими богатырскими темпами и до дамского дорастешь, — язвительно ответила училка.
— Янина... — покачал я головой.
— Ну не дорос ты до взрослой женщины, Тихон, и до угодника. Так, угодничек, маленький и неопытный. Пока не знаешь, что твои фокусы только на девчонок действуют. Так ты вернись к своей целевой аудитории и не спорь с женщинами, которые тебе не по зубам.
Она снова мягкими лапками пыталась прогуляться по моей самоуверенности.
Все, училка, завела!
Я опустил голову, ухмыльнулся, посмотрел ей в глаза и отрезал:
— Две недели, Янина, и мы по-другому помурлыкаем.
