– Вы нашли его, да? Ну, слава богу, – выдыхаю, мгновенно расслабляясь.
Зря я боялась. Телефон найден, недоразумение исправлено, в поисках меня больше нет никакой нужды, ведь так?
– Я хочу еще раз поблагодарить вас за спасение. Вы так много для меня сделали, вы увезли меня и…
– Принеси-ка мне двойной эспрессо и самый вкусный ваш десерт. На твой выбор.
Я киваю. Быстро вношу заказ в блокнот и спешу откланяться, не в состоянии избавиться от мысли, что для устраненного недоразумения Дамир уж слишком внимательно меня изучал. Может, пытался понять, говорила ли я вчера правду о том, что не знала о характере подработки? В любом случае не имеет значения, почему он меня рассматривал. Раздражает сам факт этого момента. Мне не нравится ловить его внимание. Не нравится, что он меня искал. И не нравится, что он теперь знает, где я работаю.
Я уже говорила, что такие мужчины всегда меня пугали? И сейчас мне по-особенному страшно, потому что когда я несу Дамиру его заказ, то едва не падаю, так как все время, что я иду, мужчина сопровождает меня цепким взглядом. Смотрит непрерывно и нервирует.
– Что-нибудь еще желаете? – спрашиваю у него, когда ставлю перед ним заказ.
– Не думала, что со своим актерским талантом ты прозябаешь в захудалой кофейне? – неожиданно спрашивает вместо того, чтобы дополнить заказ.
– Не понимаю, о чем вы…
– Принеси счет. И добавь к заказу малиновые эклеры.
– Сколько?
– Два.
Я быстро ухожу упаковывать его эклеры. И, клянусь, он смотрит мне в спину, потому что, пока я иду, такое ощущение, что в нее врезаются копья. Вот что ему от меня надо? Почему он смотрит? И задает странные вопросы? Разве вопрос про актрису не странный?
– Таисия! – вздрагиваю от голоса нашего цербера.
Так весь коллектив за глаза называет нашего администратора Людмилу Павловну. Она работает у нас относительно недавно, всего несколько недель, но уже уволила троих сотрудников и сменила не только режим работы, но и скорость обслуживания столиков. Теперь мы не можем стоять рядом с клиентами дольше пары минут. Если заметит подобное, обязательно спросит, в чем дело. И если не дай бог окажется, что заминка произошла не по вине клиента, может и уволить.
– Да, Людмила Павловна.
Моментально ускоряюсь с упаковкой, хотя под ее пристальным взглядом начинают дрожать не только руки, но и все тело замирает в страхе.
– Слишком медлительная сегодня. Тебе повезло, что я в хорошем настроении и не буду делать тебе выговор, но нужно ускориться. Сколько можно возиться с одним клиентом?
– Да-да, конечно. Простите, просто клиент попросил упаковать эклеры. Я уже все. Отношу ему счет и заказанные эклеры.
– Поторопись, – бурчит она, но тут же улыбается, когда смотрит в экран своего телефона.
Неужели у Людмилы Павловны кто-то появился, и именно поэтому я только что не получила выговор?
– Ваши эклеры и счет. Расчет картой или наличными?
Дамир кладет на стол несколько купюр. Для расчета хватит и одной, но я не делаю замечания, прекрасно понимая, что это чаевые.
– Без сдачи, – подтверждает мои мысли и забирает у меня коробку с эклерами.
– Всего доброго. Заходите к нам еще, – говорю стандартную фразу.
Вот только вместо стандартного ответа вроде “Спасибо” или “И вам хорошего вечера” слышу другое.
– Я надеялся увидеть в коробке вместо эклеров то, что ты украла.
Под пристальным взглядом Людмилы Павловны поворачиваюсь к Дамиру снова и натыкаюсь на взгляд, полный холода. Что значит “то, что я украла”? Разве его телефон не лежит на столе?
Вот же он! Там!
– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Верни то, что не принадлежит тебе, иначе пожалеешь, что вообще меня встретила.
Я киваю подобно китайскому болванчику и спешным шагом направляюсь в раздевалку, минуя разъяренную Людмилу Павловну. Уверена, Дамир считает, что я сейчас же вынесу ему то, что я, по его мнению, украла, а я лишь на ходу стаскиваю с себя форму и хватаю из шкафчика сумку. Ни на минуту здесь не останусь. Мне нужно бежать. И срочно!
Глава 10
Выскакиваю из запасного выхода и благодарю бога за то, что в нашем кафе он есть – этот запасной выход. Понятно, что по закону он должен быть в каждом коммерческом помещении, но всякое в жизни бывает. И далеко не все предприниматели следуют букве закона.
Я обхожу здание, вижу знакомую машину на парковке и даю деру. Бегу, наверное, еще скорее, чем в первый раз на той самой парковке.
Как он нашел мое место работы? И что теперь делать?
Эти вопросы попеременно крутятся в моей голове, пока я добираюсь до школы. Замедляюсь и начинаю осматривать парковку. Кто его знает, вдруг Дамир уже и про мою младшую сестру, и ее место учебы знает, и ожидает меня здесь?
Знакомой машины нет, и я облегченно выдыхаю, но ненадолго.
– Как это Аксинья ушла? – раздраженно обращаюсь я к педагогу, отвечающему за продленку.
Стараюсь держать эмоции под контролем, но выходит плохо. У Аксиньи нет телефона. Тот, что я дарила ей, когда она пошла в первый класс, сломался на прошлой неделе. Новый я так и не купила. Не успела и подумала, что нам понадобятся деньги на съем. И сейчас безумно корю себя за это. В груди печет от страха.
– Она не пришла сегодня, я решила, что ее забрали.
– Не поставив вас перед этим в известность? Вы же знаете, что я всегда предупреждаю…
– Это школа, не сад, мы в ответе за детей только во время уроков, – огрызается преподаватель, а я сжимаю кулаки.
– Правильно. На время уроков. А Аксинья числится в группе продленки. И в это время она должна сидеть в вашем кабинете, – тыкаю я пальцем в сторону парт.
– Перед тем, как кидаться обвинениями, Таисия Максимовна, не потрудитесь ли вы меня дослушать? – я щурюсь, но киваю. – Я решила, что ее забрали, и написала Татьяне Марковне. Она сказала, что все под контролем.
Мама. Я еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
– Я же много раз вам говорила обращаться при проблемах ко мне.
– Разве вы являетесь официальным опекуном Аксиньи? – произносит учительница с ехидством, а я хочу громко выругаться.
Естественно, сдерживаюсь, естественно, отступаю и вовсе покидаю кабинет, а затем и школу.
Ну почему неприятность не приходит одна? Почему обязательно все и сразу? И так ситуация с мамой сгущалась над нами с Аксиньей с каждым днем, как грозовые тучи, все сильнее и сильнее, вдобавок ко всему этому еще Дамир.
Из-за него я осталась без своего стабильного заработка. Да, у меня были и другие подработки, но эта работа была единственной постоянной и… официальной! Я была устроена по трудовой.
А что теперь? Я не выйду на работу, и меня уволят за прогулы? По статье? И это навсегда останется в моей трудовой?
К дому я подхожу так же, как и к школе, пристально оглядываясь. Полностью уверена, что меня уже поджидает знакомая машина, но нет. Никого нет. Забегая в подъезд, я запоздало понимаю, что Дамир может приехать и не лично. Вообще странно, что он в кафе явился сам.
И тут меня озаряет! Я вспоминаю, что Дамир был удивлен встрече в кафе не меньше меня. Выходит… выходит, что он просто зашел туда выпить кофе и встретил меня там случайно, так?
А значит, он не знал, что я там работаю. А значит… мысли в моей голове текут с какой-то черепашьей скоростью. А все это из-за паники. Дамир пока не узнал моего ФИО. Значит, и адрес школы Аксиньи знать не мог, как и адрес нашего проживания.
Но ключевое здесь “не мог” – в прошедшем времени. Теперь он все это может узнать у Людмилы Павловны. Испугаться этому по-настоящему я не успеваю, потому что переступаю порог квартиры, встречающей меня тишиной.
Дома нет ни Аксиньи, ни мамы. И это уже страшно.
Если до этого я думала, что Ксю не захотела сидеть на продленке и пошла сама домой, а мама просто, не думая, ответила учительнице, лишь бы ее не доставали, то теперь я понимаю, что мама и правда забрала Аксинью из школы. А это не означает ровным счетом ничего хорошего.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74036272&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
