Сновидение было настолько «живым», настолько реальным…
Я будто чувствовала Авенара, разговаривала с ним. Хотя, на самом деле, мы с наставником не виделись с того вечера. Он там еще говорил, что летал к профессору…
– Я знаю, где он может быть! Летим немедленно! – скомандовала Торресу и направилась обратно в скайфер. Ламарт пошел за мной, хотя выглядел совершенно растерянным и не понимающим, зачем это нужно.
– И где же? Заседает в каком-нибудь любимом баре?
Почему-то слова Ламарта неприятно меня задели.
– Он полетел к профессору Абисмалу! На Эсту! – гневно выдала я.
Не знаю даже, откуда во мне появилась такая уверенность. Но Авенар поддерживал постоянную связь не только с Олиссом, который временно отстранил его от дел, но и с учеными из секретной лаборатории.
Профессор знал способ блокировки монстра. Лишь после «усыпления» чудовища Авенар мог бы вернуться на службу. Ведь никто лучше него не знал планы фесов, касающиеся моей родной планеты. Вряд ли лучшего агента сбросили бы со счетов. Тем более, что Даргил еще до нашего знакомства упорно изучал особое внимание тварей к моей Родине. Именно поэтому мы с ним и встретились!
Я не была уверена в своих предположениях.
И все-таки кошмарный сон, где меня «убивали», казался не простым ночным ужасом, подкинутым подсознанием после пережитого с Авенаром.
Словно между мной и Даргилом установилась некая особая связь.
Тьфу… Только этого и не хватало для полного счастья!
Все вокруг и без того рушится!
* * *
Авенар
– Пять… Четыре… Три… – бубнил монотонный голос над головой.
На счет «один» я открыл глаза, сразу же увидев перед собой профессора.
Я лежал в капсуле, начиненной уникальной аппаратурой. И только что отчетливо видел сон, в котором присутствовала Дайри. Слишком яркий и реалистичный. Там чудовище едва не высосало ее досуха, и я до сих пор ощущал отголоски сна, эхо ее страха…
Будто наяву.
Даже слышал ее голос – или же просто очень хотел его услышать.
Мне не хватало ее присутствия, ее тепла.
Во сне она со мной хотя бы разговаривала.
Понятно, что сновидение было вызвано искусственно, чтобы достучаться до монстра и на время завладеть его энергетическим полем. Дать существу внутри меня ложное представление, что оно якобы получило желаемое.
Свободу, возможность контролировать меня и мое тело.
Чтобы монстр на какое-то время заткнулся.
Спрятался и не высовывался, испытывая ложное ощущение власти над происходящим с нами обоими…
Но эмоции Дайри были такими настоящими, будто она только что и правда находилась рядом со мной. Что-то требовала, кричала… Ругалась со мной, пусть и по делу. Это я один виноват в том, что случилось накануне…
– Не могу утверждать наверняка, но, кажется, у нас получилось. Он сейчас не проявляет никаких признаков жизни, будто спит, – произнес Абисмал, проверяя данные на компьютере. – Ты сам как себя чувствуешь, Авенар?
– Да, вроде бы, нормально.
Я пошевелил руками, ногами. Прислушался к биоритмам внутри себя – ничего.
Поднялся и выбрался из капсулы.
– Тогда я сообщу Олиссу Энтарису, что все прошло успешно.
– Было бы неплохо. Я и так потерял несколько дней.
Конечно, я просматривал сводки, которые поступали от агентов с Земли.
За это время фесы успели захватить пару крупных городов – в основном, на юге планеты, откуда постепенно пробирались и на северный континент.
Население Земли слишком большое, все-таки десять миллиардов людей невозможно поработить за такой короткий срок. Даже если туда прибыли десятки тысяч фесов, в чем я совершенно не был уверен. Для операции такого масштаба у них не хватило бы сил – особенно после того, как мы накрыли самую крупную из найденных базу.
И все же их деятельность вызывала у меня подозрения…
Представители человеческой расы были отличным кормом для этих тварей. И не только. К ним легко вторгнуться в сознание, завладеть их телом. Это куда проще, нежели в плане морленов или других рас галактики.
А потом можно натравить эти армады на планеты Содружества. Хотя раньше фесы использовали землян, в основном, как еду.
Представляю, какая сейчас на Земле паника.
Они ведь даже не поймут, что происходит, когда фесы начнут отключать одного за другим человека, превращая в «зомби». У землян нет аппаратуры, которая позволила бы распознавать монстров или видеть их, как видим их мы с Дайри.
Они с паникой наблюдают как знакомые или просто прохожие вдруг кидаются друг на друга и убивают. Или же захватывают города…
Мы с Дайри…
От нахлынувших воспоминаний опять стало дурно.
Больше нет никаких «мы». Теперь она работает с Ламартами, и мне пора принять для себя тот факт, что мы не вместе. Даже если мы случайно и увидимся в ВОМГ, это будет лишь формальным, исключительно деловым общением.
А пока моя главная задача – спасти Землю от окончательного порабощения.
Поговорив еще немного с профессором, я вышел в холл, где застал Ли.
Она присутствовала в лаборатории в самом начале нашего эксперимента, но потом куда-то отлучилась по просьбе профессора.
– Говорят, ты снова один, Авенар? – спросила она то, что не стала спрашивать при начальнике. А потом нежно провела пальчиками по моей груди, очертив круг.
– Лиория, прекрати! Мне пока не до романов. Обстановка в галактике не самая подходящая. Да и в целом, я не настроен на отношения, – остановил я девушку, положив ладонь на ее руку.
– Да знаю я о твоих трудностях. Я просто пошутила. Мы ведь с тобой друзья, и мне хотелось тебя хоть немного подбодрить. – Она улыбнулась.
Подняв голову, я вдруг заметил в другом конце помещения Дайри.
За ней следом шел Торрес Ламарт.
От удивления я даже опешил. И лишь потом сообразил, что мы с Ли стоим слишком близко друг к другу. Я тут же отпрянул от нее. Но боюсь, Дайри успела увидеть то, чего не следовало. Опять будет думать, что я сплю с помощницей профессора, хотя в последнее время мы, вроде как, эту тему замяли.
Понятно, что у нас с Дайри все закончено. И все равно, было как-то неприятно.
Я так хотел ее увидеть, столько всего собирался ей сказать…
А тут будто все слова вытрясли.
Голова еще немного кружилась после искусственного сна. И я просто не мог поверить, что встретил свою землянку вот так, неожиданно.
– Мы искали тебя, Авенар, – подошел ко мне Торрес, пока Дайри оставалась чуть поодаль, делая вид, что ее совершенно не волнует моя персона.
Поняв, что она здесь лишняя, Лиория ретировалась, направившись к профессору, и мы остались в зале втроем.
– И чем же я заслужил такую честь? – раздраженно уточнил я, потому что безразличие и неприветливость землянки как-то уж слишком били по нервам.
Казалось, я готов к этому и даже сам это приветствую.
Но одно дело – думать, а другое чувствовать. И эмоции неожиданно захлестнули.
Да что она от меня шарахается, как от чумного? Ведь я ради нее себя вывернул наизнанку! Я тут был готов стать монстром окончательно, позволив Абисмалу то, на что раньше не соглашался.
А Дайри прячется за этим смазливым павлином!
– Мы собираемся участвовать в операции по спасению Земли. И нам с Дайри остро нужна твоя информация.
– Тогда почему бы ей не сказать это самой мне в лицо? – Мой голос, помимо воли, выдал волнение и страх, что землянка никогда, ни за что больше не будет со мной даже общаться.
От этой мысли стало так тошно, что хоть вешайся прямо тут.
Вот уж не ожидал, что меня вдруг так припрет. Вроде бы я задвинул все эмоции и выбросил из головы Дайри. А вот получается – ни черта! Ничерта я не выбросил ее ни из головы, ни из сердца! Она сидела там болючей занозой.
– Ты сам знаешь, что она не хочет с тобой общаться. Но нам, и правда, нужна твоя помощь. Время не ждет, – продолжил Ламарт.
Слушая Торреса, я смотрел лишь на нее, и ощущения усиливались.
Неужели она действительно так легко отказалась от борьбы за наши чувства, и все, что было между нами, для нее ничего не значило? Или это просто защитная реакция от моего монстра, маска? Мне очень хотелось бы верить во второе.
Я заставил себя оторвать взгляд от Дайри и перевел внимание на Торреса. Казалось, он и сам поскорее хочет закончить этот неловкий разговор.
– Какая именно информация вам нужна?
– О том, что фесы планируют в отношении Земли на самом деле.
– Я постоянно отчитывался об их деятельности в планово-информационный отдел ВОМГ. Там вы можете узнать все необходимое.
– Это мы уже изучили. Но ты ведь, наверняка, знаешь больше!
– С чего ты взял?
– Дайри говорила, что вы… Что ты…
И что она такое обо мне говорила? Что я нашел на базе фесов захватнические планы пришельцев? Так я и сам пока не знал, в чем они состоят. Лишь предполагал, опираясь на смутные ощущения момента, когда мной управлял монстр.
Я посмотрел на морлена с вызовом.
– Пусть сама скажет! Или боится, что смогу навредить ей даже здесь, в закрытой лаборатории, где есть все средства борьбы с такими чудовищами, как я?! Мы же не личные чувства обсуждать собираемся, а рабочие моменты.
Я специально говорил довольно громко, чтобы мои слова достигали ушей Дайри. Подумалось, что именно Торрес все это время отговаривал ее со мной общаться. Потому как если бы она сама не хотела, то не прилетела бы сюда лично. Но не с ее характером слушаться кого-то, и уж тем более – Ламарта.
– Он прав, Торрес, – неожиданно заявила Дайри, которой явно надоело слушать нашу перепалку. – Я сама все объясню Авенару.
Она подошла, и моя грудь сжалась от волнения, даже дыхание перехватило.
Но я быстро взял себя в руки, стараясь не выдавать чувства.
– Идем, – лишь кивнул я, указывая Дайри, чтобы она следовала за мной.
Проходя мимо Торреса, я заметил, как напряглось его лицо. Аж вены вздулись на висках синими линиями и выражение было каменным-каменным.
Он явно не ожидал, что землянка все-таки согласится, и это его злило.
Да и плевать на него.
Мы вошли в небольшую комнату, предназначенную для отдыха сотрудников станции, где в этот момент больше никого не было. Повернулись друг к другу.
– Я не хотел, чтобы так получилось, Дайри, – выпалил, прежде чем она успела открыть рот. Просто чувствовал, что мне нужно это сказать прямо сейчас.
Потом может случиться все, что угодно. В нашей работе хватает сюрпризов.
Я очень хотел, чтобы она поняла, услышала и прониклась тем, насколько мне, на самом деле, хреново от мысли, как все получилось…
– Знаю, Авенар. Но мне ведь от этого не легче. Я едва не умерла.
Дайри говорила без упрека, без злости, но с заметной прохладцей в голосе, что совершенно выбивало меня из колеи. Уж лучше бы кричала, ругала меня на чем свет стоит… Да даже врезала со всей дури. Мне хотелось видеть ее эмоции: ярость, обиду…
Только не эту дистиллированную, кастрированную вежливость.
Неужели она ничего ко мне больше не чувствует?!
В голове тут же вспыхнули воспоминания о той удивительной ночи, когда я ласкал ее тело, наслаждаясь каждым прикосновением, пока…
