Но стоит Добрынину только склониться к губам, как я отдёргиваю голову вбок. Он касается щеки горячим поцелуем и рычит.
— А я думал, показалось, — выдыхает в ухо. — Но я терпелив.
— Не понимаю, о чём ты, — говорю ровно и даже горжусь тем, что могу спокойно ответить Добрынину.
Никто не имеет права рыться во мне! Давно выучила, что стерва — самый идеальный костюм. Всегда сидит как нужно, никогда не жмёт и всех бесит. Тройное комбо!
— Мы прилетели, — говорю Илье. — И я очень хочу покинуть этот самолёт одна. Ты мне и так все планы испортил.
— Один-один, крошка, — улыбается Илья и всё-таки убирает руку от меня. — Так куда мы едем?
Я смотрю на покидающих самолёт людей и не сразу улавливаю слова Добрынина, но, как только они мне доходят, становится не по себе.
— Ты — понятия не имею, — отвечаю я, но злость так и не могу скрыть. — А я еду по делам.
— Так и я приехал по твоим делам, — добивает меня Илья, заставляя снова посмотреть на него.
— Если ты возомнил себя бессмертным, то я тебя разочарую, — сказала и попыталась даже улыбнуться, но от напряжения свело челюсть. Хотя это и к лучшему. Зачем показывать себя лучше, чем я есть на самом деле! — В этой местности я выживу, а вот ты – не обещаю. Так что давай сейчас решим всё, пока ты не совершил глупость. Ты остаёшься в самолёте и возвращаешься в свою прежнюю жизнь альфа-самца, а я остаюсь в своей. Никто никому ничего не должен. Я не из тех, кто будет тебе в рот заглядывать и ждать, когда же ты позвонишь. Мы взрослые люди и знаем, для чего созданы мужчины и женщины.
— Вот пока ты не начала говорить, я ещё мог подумать, что совершаю глупость, — спокойно ответил Илья и так же спокойно убрал планшет в свой портфель. — Иногда женщине лучше молчать.
Он поднялся со своего места и открыл отсек для ручной клади. Достал мою сумку и свою. Отошёл в сторонку и кивнул в сторону выхода.
— Идём, крошка. Остались только мы в самолёте. Не будем задерживать людей.
Как я не заорала, понятия не имею. И ведь самое паршивое, он видит, что выводит меня из себя, и продолжает это делать.
Может, я бы была спокойнее, если бы ехать не в родительский дом! Но это станет приговором, если сейчас Илью увидит кто-то из тех, кто знает меня.
И только мы спускаемся с трапа, как к нам подходит мужчина в костюме и сразу забирает вещи у Добрынина.
— Добро пожаловать, Илья Захарович, — заговорил водитель, а я содрогнулась от звука этого голоса из прошлого. — Куда вас отвести?
— В усадьбу Зотовых, — уверенно заявил Илья и, развернувшись, потянул меня на себя. — Еду знакомиться с будущими родственниками.
— Хорошо, — кивнул Иван и бросил на меня только мимолётный взгляд таких знакомых и одновременно таких чужих зелёных глаз.
А у меня в памяти пробежала молоденькая девочка восемнадцати лет, которая слушала клятвы любви на берегу лесного озера, а потом сгорала в агонии боли и предательства.
Вот тебе и первые скелеты полезли из старых платяных шкафов, протягивая ко мне свои костлявые руки!
Глава 6
— Батюшки, да это же наша Кирюха пожаловала! — громко крикнула бабуля и помахала нам с широкого крыльца родительского дома.
Седовласая худенькая женщина семидесяти пяти лет сидит в кресле-качалке, на ней элегантный шерстяной брючный костюм, разноцветная шаль и в руке мундштук с сигаретой.
— А этот великан за твоей спиной — охранник или носильщик? — сразу же спрашивает бабуля, не давая мне и рта открыть.
— Три в одном, — отвечаю ей с улыбкой, но тут взгляд бабули меняется.
— А этот что здесь делает? — холодно произносит бабуля
— Здравствуйте, Маргарита Павловна, — впервые за время нашей поездки подаёт голос Иван. — Я привёз ваших гостей.
— Привёз, молодец. Теперь пошёл вон! — зло бросает бабуля, и я сразу вспоминаю, насколько она умеет быть прямолинейной.
— Смотрю, это у вас семейное, — слышу голос Добрынина в спину, но не оборачиваюсь.
— Чего застыл, Мишустин? — бабуля даже с места не сдвинулась, но такое чувство, будто подзатыльник отпустила. — Поставил сумки и вышел за ворота, пока я псов своих не спустила.
— Как скажете, Маргарита Павловна, — ответил Иван, а в голосе проскользнуло раздражение.
Как я не обернулась, понятия не имею! Но поездка с этим человеком в одной машине всколыхнула слишком глубокие раны. Нет, не чувства, а больше ненависть, которая вновь напомнила о том, что мужчины всегда будут беспокоиться только о своём благополучии.
— Моя девочка, как ты изменилась, — бабуля наконец-то поднялась на ноги, только я подошла к ней поближе, и протянула ко мне руки, приглашая в объятия. — Стала красивее, а ещё намного холоднее. Неужели даже этот самец не смог тебя растопить? — подмигнула бабуля, немного отстраняясь от меня, но говоря достаточно громко, чтобы услышали все, кому нужно.
— Я вообще не знаю, каким боком этот ко мне приклеился, — отвечаю в тон бабуле, кивая на Добрынина, стоящего за спиной, и, как обычно, её звонкий смех наполняет округу.
— Моя порода! — довольно заключила бабуля и перевела взгляд на Илью.
Он стоит возле одной из опор крыши и, улыбаясь, смотрит на нас. Расслабленная поза, нахальный взгляд, а ещё непоколебимая уверенность.
— Хорош, паршивец, — довольно заключила бабуля, демонстративно осматривая Добрынина с ног до головы. — Под стать тебе, моё сокровище.
— Добрынин Илья Захарович, — этот идиот делает шаг к бабуле и, подхватывая её руку, целует тыльную сторону. — Я теперь вижу, на кого похожа Кира. Вероятно, я везунчик, раз смог урвать такой алмаз.
— Ну или идиот, — хохотнула бабуля и потянула на себя руку, вытаскивая её из захвата Добрынина. — Время покажет. Проходите, — она кивнула в сторону дома и бодро зашагала первой. — Никого ещё нет. К вечеру только будут.
— Я бы к отцу съездила, — начала было я, но бабуля меня перебила.
— Не стоит сегодня к нему ездить. Петька, дурак такой, сегодня ездил к нему с нотариусом, чтобы он дела передал ему, а отец твой послал его. Дальше рассказывать не буду, но сердце у него снова прихватило, — вздохнула бабуля. — Вот как знала, попросила сегодня Марфушеньку испечь пирог наш фирменный! — быстро переключилась бабуля.
Сжала челюсть покрепче, чтобы не выматериться, да только толку! Братец всю жизнь любил лёгкие деньги. И сейчас вот сто процентов даю, что хотел по-быстрому урвать себе кусок побольше или вообще разорить всё!
Хотела было уточнить у бабули по поводу мамы и невестки, но за спиной слишком близко оказался Добрынин, снова раздражая своим присутствием и заставляя нервничать.
— Бабуль, давай ты пока будешь чай делать, я провожу нежданного гостя, а потом мы с тобой…
— В каком смысле проводишь? — резко остановилась бабуля и развернулась к нам.
Предчувствуя очередной армагеддон, я только и смогла, что закатить глаза. Это просто издевательство какое-то!
— Видишь, крошка, даже Маргарита Павловна понимает всё намного лучше тебя, — довольно заключает Добрынин и, обхватив меня рукой за талию, ведет к кухонному островку.
Тело снова реагирует на него. Опять пробегает дрожь, вот только такое чувство, что эти самые мурашки ползут под кожей, разжигая во мне желание почесаться.
— Вот и отлично! — хлопает в ладоши довольная бабуля и быстро нажимает кнопку на чайнике. — Комнату твою сейчас подготовят. Хорошо всё же, что я распорядилась, чтобы тебе кровать заменили на побольше. Жаль только, что ты так долго не приезжала.
— Спасибо, бабуль, — выдыхаю сквозь зубы и пытаюсь успокоить своё бешено бьющееся сердце, но следующие слова бабули добивают меня.
— Вам будет удобно вдвоём. Вот знала, что мужика себе отхватишь большого!
Но я не успеваю даже рот открыть, как в дом даже не входит, а вбегает мой старший брат, громко бахая дверью.
Я оборачиваюсь и натыкаюсь на брезгливый высокомерный взгляд. Он осматривает меня, переводит взгляд на Добрынина и, оскалившись, говорит:
— Значит, правда. Явилась! Решила на горе нашем разбогатеть?
— И тебе привет, братец, — отвечаю безразлично. Другого и не ожидала.
— Ба, ты зачем пустила эту в мой дом! — заорал Петька, понимая, что я не среагировала на его колючки.
— Это мой дом, внучок, — осаждает брата бабуля. — А если ты не проявишь нужного уважения к сестре, то умотаешь за своей жёнушкой в квартирку.
Ой, как здесь интересно всё! Оказывается, не всё тихо в семейном гнезде. Но, чувствую я, это только начало. Ещё не явилась главная актриса нашего театра. Ожидаем маман.
Глава 7
***
Пока летел в самолёте, не мог заставить себя усидеть на месте. Почувствовал снова мальчишеский максимализм. Странно это, когда тебе почти сорок, но с другой стороны…
Когда мне написала секретарь и сообщила, что билеты есть на ближайший рейс, и она уже заказала, быстро собрался и в аэропорту был через час. Я увидел Киру сидящей в зоне ожидания вместе с её подругой, но не подошёл. Удрала бы!
Почему-то чёткое понимание того, что с этой женщиной легко не будет, не раздражает меня, а, наоборот, подстёгивает к дальнейшим действиям!
Но когда мы вышли из самолёта, и она превратилась в натянутую струну, что-то сработало во мне. На подсознании! Я понял только то, что она знает водителя, которого заказала секретарь из каршеринга. Меня порадовало, что даже в этом захудалом городишке есть такая служба, но я слишком рано обрадовался!
Зачем мне вообще нужна эта заноза? Что в ней так тянет? Я ведь не настолько терпелив, чтобы сносить бабские истерики и закидоны. Но с Кирой всё работает в обратном порядке. Меня заводит её наглое, даже дерзкое сопротивление!
И да, я беспринципный до мозга костей, когда дело касается того, кто мне интересен. Я пробивал информацию по своим каналом на Зотову и её семью. Много чего интересного узнал, а в особенности, что сор из избы они выносят редко. За исключением невестки!
Но сейчас, смотря на брата Киры и на шикарную Маргариту Павловну, понимаю, что не зря всё хранится в доме. Честное слово, я был уверен, что такие экземпляры зажравшихся мажоров-переростков, которые даже в зрелом возрасте не могут осознать, что пора работать, а не быть пиявкой, меня бесят!
Мозг всё тщательно складывает по полочкам и ставит пометку «важное». Отличную способность не забывать, что мне нужно выяснить в первую очередь, было сложно выработать в себе, но это того стоило!
Итак, у моей ведьмы есть бывший, что вполне логично. Брат, который её бесит, впрочем, как и она его. Бабуля, с виду одуванчик, но рот как у акулы.
Остановись, Добрынин! Что означает «моей ведьмы»? Она не моя. Это только развлечение. Скучно мне стало, вот и хочу новых ощущений. Так ведь?
— А это что за?.. — спрашивает брат Киры и подходит к столу, окидывая меня взглядом, и резко останавливает себя, натыкаясь уже на мой взгляд.
— Смотрю, у тебя весёлая семья, милая, — говорю Кире, но продолжаю смотреть на Петьку, как я понял.
— Закачаешься, — отвечает в тон мне Кира и наконец-то садится на высокий барный стул у кухонного островка. — Бабуль, так что произошло с отцом?
— Сердце, Кирюш, — ответила Маргарита Павловна.
А я заметил, как Петька попытался открыть было рот, но сразу же захлопнул его, когда эта приятная женщина посмотрела строго на своего внука.
— Он ведь работает сейчас без отдыха. Кризис, санкции, расширение. Хочет всё успеть, да только кому это нужно, если вот такие вот, — и она зло кивнула на старшего внука, — придут и всё развалят!
— Это я развалю?! — визгливо заорал Петька, а меня передёрнуло. — Да я всю жизнь посвятил этому делу!
— Просиживая свои штаны в кабинете заместителя, — фыркнула Маргарита Павловна. — Только вот заменителем чего ты являешься, так и не выучил до сих пор, неуч!
— Бабуль, давай не при посторонних, — неожиданно по-деловому попросила Кира, а я скрипнул челюстью.
— Не слушайте Кирюшу, Маргарита Павловна. Она немного нервная сегодня, — ответил я и подошёл к этой занозе со спины.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74056843&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
