– Из-за этого я тоже переживаю. – Дэйзи вздохнула. – Белла немного похожа на меня. Витает в облаках. Хочет заняться чем-то творческим – и это здорово. Я хочу, чтобы она воплотила свою мечту, но здесь это не особо востребовано. Мне кажется, она уже морально готовится к разочарованию. И придет домой с пустыми руками.
– Дэйз, не волнуйся, – подбодрила ее Сью. – Уверена, все сложится хорошо. Может, она еще тебя удивит.
В отдалении послышались звуки мелодии «Зеленые рукава»[4 - Greensleeves (англ.) – английская народная песня с XVI века, текст баллады действительно приписывают английскому королю Генриху VIII, автор музыки неизвестен.]. Запись была не лучшего качества, больше похожа на копию с копии, и то перезаписанную еще раз, прелестно искаженную. И эта мелодия становилась все громче.
Неравнодушная Сью оживилась и радостно притопнула:
– Похоже на фургончик мороженщика! Я неравнодушна к большому рожку с пломбиром и к этой музыке.
Фиона тоже очень любила эти неожиданные появления мороженщиков. Что еще могло так явно напомнить, что за окном лето, если не мягкое мороженое и звуки романтической песенки Генриха VIII? Хотя и крайне маловероятно, что тучный монарх-женоубийца лично написал эту милую средневековую балладу. Но кое-что можно утверждать наверняка: никто во времена Тюдоров, даже сам Генрих, не мог предсказать, что столетия спустя она будет оповещать о прибытии ледяных сладостей.
– Думаю, нам всем не помешает что-то сладкое и холодное, – предложила Фиона.
– Было бы чудесно, – согласилась Дэйзи. – Будем надеяться, фургончик остановится поблизости.
Сью двинулась вперед:
– Может, у нас получится его поймать?
Все трое вышли наружу как раз в тот момент, когда фургончик мороженщика остановился перед магазином, задев колесами край тротуара: ярко-красный, с безвкусной надписью, выкрашенной разными цветами, где на боку рекламировались все виды мороженого и фруктового льда.
– Удобно, – заметила Сью.
Фургончик остановился перед благотворительным магазином не просто так. Музыка все еще громко играла, а с водительского сиденья высовывалась в окошко голова с легко узнаваемой прической. Как и у ее мамы, у Беллы было круглое личико в обрамлении буйных каштановых кудряшек, пока не поседевших, в отличие от Дэйзи – у которой, судя по всему, они в этот момент поседели еще сильнее.
– Привет, мам! – крикнула Белла. – Угадай что? Я купила фургончик мороженщика!
Глава 2
Белла с широкой улыбкой бодро спрыгнула на землю, кудряшки подпрыгнули вместе с ней, а в воздухе продолжала греметь веселая музыка. В футболке и мешковатых джинсах она выглядела моложе своего возраста, напоминая одну из тех крайне энергичных ведущих на детском ТВ-шоу.
– Разве не красавец? Что скажешь, мам?
Фиона напрягла слух, чтобы за шумом не пропустить ответ Дэйзи.
Белла, потянувшись через окно машины, выключила музыку.
– Я говорю, красавец, правда? Что скажешь, мам?
– А, ну да, милый, – скрыла разочарование Дэйзи. – Какой сюрприз. Я думала, ты хотела поискать работу…
– Вот это и есть моя работа. Теперь я продаю мороженое.
Обеспокоенные глаза ее матери оглядели бок фургона с безопасного расстояния.
– И у кого ты его купила?
– Не у кого, мам, а где. Я ходила из одного магазинчика в другой, спрашивала, вдруг кому нужна помощь. Немного потерялась в конце Боскомба[5 - Боскомб – пригород Борнмута, расположен к западу от Саутборна.] и тут набрела на большой склад, у которого стояла куча машин, а вокруг толпились люди. Я подумала, у них какой-то дневной рейв[6 - Рейв – танцевальные вечеринки с электронной музыкой.], а это оказался автомобильный аукцион. Никогда на таких не была. Машины проезжали мимо, люди делали ставки, и какой-то парень тараторил в микрофон. Потом мимо проехал фургончик мороженщика, никто ставки не сделал, так что я получила его за пять штук! Всего пять штук, представляешь? Такая удачная сделка!
Фиона осмотрела бок фургона и едва удержалась, чтобы не пнуть шины. В царапинах и вмятинах, местами залатанный и подкрашенный, насколько она могла судить, фургончик явно многое повидал. Потрепанный, но все равно на ходу.
– А техосмотр он проходил? – спросила Сью.
Фиона знала, к чему она клонит. Неравнодушная Сью всегда внимательно относилась к деньгам и теперь узнавала мельчайшие подробности про покупку Беллы, проверяя, что та не купила кота в мешке.
– Ну конечно. Тетя Сью, я же не дурочка. И не купила бы ничего без результатов техосмотра. – Белла улыбнулась, гордясь своей предусмотрительностью.
– А пробег какой? – продолжила Сью.
Белла изменилась в лице. Она опустила взгляд и пробормотала что-то неразборчивое.
– Прошу прощения?
Белла снова что-то пробормотала.
– Сколько километров он прошел? – вмешалась Дэйзи.
– Четыреста пятьдесят, – тихо ответила Белла.
– Тысяч?
Белла кивнула, и Дэйзи застонала.
– Мам, все хорошо! Может, поэтому он такой дешевый.
– Да, милая, я знаю, но это же значит, что скоро все начнет отваливаться!
Белла обняла Дэйзи за плечи и притянула к себе:
– Мама, ты слишком волнуешься.
В этом Белла была права. Фиона могла представить, как все внутри Дэйзи скручивалось в тревоге и замешательстве, соединяясь в комок разочарования.
Фиона решила отвлечь подругу от внушительного километража:
– А оборудование? Там есть морозильники и все такое?
– О, это есть, тетя Фиона.
Хотя она познакомилась с дочерью Дэйзи только год назад, Фиона была тронута, что Белла ласково обращалась к ней «тетя», будто знала ее с детства. В Белле было это трогательное простодушие, и Фиона понимала, почему Дэйзи беспокоится за нее. Мягкость и наивность легко спутать с доверчивостью – наверное, поэтому Дэйзи и боялась, что кто-то продал ее дочери разваливающуюся колымагу, которой самое место на свалке.
Белла, отойдя от матери, двинулась к большому окну автомобиля, которое почти скрылось под ярким и манящим меню с изображениями фруктового льда, эскимо и других видов мороженого от компании «Мороженое Сомерфорда». Сдвинув окно в сторону, Белла нырнула внутрь и начала показывать устройство фургона:
– Там есть холодильник для напитков, фризер для сорбетов и джелато и еще большой морозильник в дальнем конце. А, и, конечно, вишенка на торте – «Карпиджани»[7 - «Карпиджани» – итальянская компания, которая производит оборудование для производства мороженого. Существует на рынке с 1946 года.].
– Что такое «Карпиджани»? – переспросила Фиона.
– Подходите, увидите!
Подруги наклонились, заглядывая через открытое окно, и Белла указала на большой короб из нержавеющей стали на дальнем конце прилавка, с большим рычагом и носиком внизу, похожим на кран для пива.
– Эта штука делает мягкое мороженое, которое наливается в вафельные рожки.
– О, а я и не знала, что эти машины называют «Карпиджани», – заметила Фиона.
– Я тоже, – улыбнулась Белла. – До сегодня.
– И она работает? – поинтересовалась Сью.
Рот Беллы приоткрылся, образовывая букву «о».
– Э-э-э… Я не спросила.
Дэйзи покачала головой:
– Ох, Белла, нужно всегда все проверять перед покупкой.
Ее дочь покраснела.
– Там все в порядке, я уверена!
– Белла, ты такая доверчивая…
И хотя Дэйзи не преувеличивала, то же самое можно было сказать и про нее саму. Себе на беду, мать с дочерью были слишком добрыми.
Фиона видела, как радостное воодушевление в глазах Беллы гаснет без одобрения матери. Пришло время добавить немного позитива.
– Не сомневаюсь, все прекрасно работает, а если нет, Гейл из «Кошачьего альянса» сможет починить что угодно, у нее золотые руки.
– Верно, еще и бесплатно. – В мире Неравнодушной Сью это было главным преимуществом. – Она починила мне приставку для телевизора, специально, чтобы я успела посмотреть последний сезон «Родословной семьи»[8 - «Родословная семьи» (англ. Who Do You Think You Are?) – британская документальная передача, где участники в каждой серии исследуют родословную своей семьи и рисуют свое генеалогическое древо.]. И если она справилась с ней, то, не сомневаюсь, сможет починить и… как она называется?
– «Карпиджани», – тихо произнесла Белла.
– Ахнуть не успеешь, как будешь продавать мягкое мороженое, – улыбнулась Фиона.
На лицо Беллы вернулась улыбка.
Из соседнего магазинчика выглянул Корзинщик, уши у него ярко алели.
– Кто-то сказал «мягкое мороженое»?
– Привет, дядя Тревор! – оживилась Белла. – Смотри, что я купила!
Также известный под именем Тревор, Корзинщик продавал – какая неожиданность! – старомодную плетеную мебель. Сказать по правде, не так уж и продавал, вызывая у трех дам совсем не смутные подозрения, что его магазин – лишь прикрытие для чего-то более злодейского, о чем им только предстояло узнать. При этом, однако, у Корзинщика была явная склонность к актерству: он словно исполнял пьесы Шекспира и безбожно переигрывал.
– Сей хитроумный механизм отныне твой? Прелестно! И сладким угощением порадовать ты сможешь старика?
– Я бы рада, – ответила Белла, – но я только что его купила. И пока никакого товара у меня нет. Это следующий пункт в списке.
– И нам сначала нужно убедиться, что эта штуковина работает. – Дэйзи прикусила губу, но Белла никак не отреагировала.
– Ну, в добрый путь, Белла! – с энтузиазмом пожелал Корзинщик. – Продавать замороженные лакомства – благороднейшее из дел! Развозить сладкое счастье по округе. У меня есть предчувствие, что ты станешь сливками Саутборна! – подмигнул он.
Все закивали от его каламбура, и Дэйзи, сжав зубы, присоединилась.
Фиона могла понять осторожность подруги. Продавать мороженое в фургончике – не такую работу обычно хочешь для своего ребенка. Оригинально не то что работать в офисе или обычном магазине, но Белла и сама была необычной, ближе к богеме. Ее свободолюбивый дух не выносил ограничений – и именно прежней энергии, по словам Дэйзи, ей сейчас не хватало. После развода бедняжка оказалась привязана к дому и поникла, прежнего активного образа жизни как не бывало. И если что-то могло вновь разжечь жажду приключений и вытащить ее в люди, то стоило таким шансом воспользоваться. Оставалось надеяться, что со временем Дэйзи начнет видеть все в таком свете и будет рада, что ее дочь снова ощущает вкус к жизни – в виде мороженого, если на то пошло. Да, не об этой жизни мечтала для нее мать, но уж лучше так, чем сидеть, приклеившись к экрану телефона или к подносу с едой. И чем больше Фиона размышляла, тем более подходящим казалось ей это занятие: путешествовать по округе, продавая мороженое, было в духе Беллы – если, конечно, погода не испортится и не положит конец ее только зарождающемуся бизнесу.
Думая о погоде, Фиона вдруг вздрогнула, будто над ней появилась туча. Она внезапно ощутила присутствие зла. Словно вредный дух появился неподалеку. Фиона обернулась и увидела зловещую фигуру, вокруг которой застывал сам воздух.
Софи Хэйверфорд, управляющая магазинчиком «Кошачий альянс», стояла напротив них, через дорогу, сложив руки на груди и сверкая отбеленной, видной из космоса широченной улыбкой.
– Ну разве не милая компания здесь собралась? – Она поплыла вперед, словно не касаясь земли.
– Приветствую тебя, Софи! – Корзинщик сразу принял статус Софи в качестве неофициальной королевы Саутборна. Единственный из них всех.
Фиона выудила откуда-то капельку общительности:
– Привет, Софи.
Софи внимательно осмотрела фургончик и прошлась вдоль него.
– Так-так-так. И что это тут у нас?
В льняном белом костюме оверсайз и в широкополой фетровой шляпе, она напоминала плод любви комментатора матчей по крикету и босса мафии из 1920-х годов.
– Это фургончик мороженщика, – ответила Белла. – Мой.
– А, так он твой, – самодовольно усмехнулась Софи. – Ну конечно. Я не могла не заметить этого кривого, плохо нарисованного мультяшного персонажа спереди. На фургончиках с мороженым полно дешевых иллюстраций, замечали? Интересно, не один ли художник их все рисует. Хотя это ужасное изображение мускулистого дикаря как будто ногой рисовали, а вон тот жуткий каламбур… И это я еще молчу про авторские права.
От последних слов Софи у Фионы перехватило дыхание, будто кто-то ледяным пальцем провел по позвоночнику, – но это было вовсе не из-за неудачной формулировки.
Судя по бледному лицу Сью, ей в голову пришла та же ужасная мысль. Все обошли машину и встали перед капотом, на котором была нарисована загорелая и обнаженная по пояс фигура Арнольда Шварценеггера. Софи была права в одном: голливудская звезда казалась немного перекошенной на один бок, словно восковая фигура, подтаявшая на солнце. Странности добавляли и руки – вместо меча они сжимали гигантское мороженое, а рядом было написано: «Рожок и Варвар».
Глядя на иллюстрацию, Фиона чуть не ахнула: ее страхи подтвердились. Ошибки быть не могло. Этот печально известный фургончик был ей знаком. Она видела его раньше, и, хотя снаружи он выглядел ярким, радостным и забавным, внутри произошло нечто чудовищное.
Корзинщик тоже заметил зловещую связь.
– Слушайте, а разве это не…
И прежде чем он успел закончить, Фиона быстро наступила ему на ногу.
– Да, это бодибилдер Арнольд Шварценеггер.
Корзинщик крякнул, озадаченный и не слишком довольный, что его перебили.
