Страница 9 из 15
Ответить: «да» или кивнуть в моём положении было невозможно. И я просто медленно прикрыла глаза.
— Хорошо. Достаточно откровений.
Кейран отпустил меня, сгрёб своей лапищей мой блокнот с записями и сунул его к себе во внутренний карман пиджака.
— Ты что? — Я задохнулась от возмущения. — Ты не имеешь права. Я сама смогу позаботиться о безопасности. Я уже поняла. Я неправа. Отдай блокнот! Там у меня всё необходимое.
— Вот именно. И если оно попадёт не в те руки… Поэтому пока что это всё побудет у меня. Так безопаснее. Буду выдавать для работы.
Я фыркнула.
— То есть? Хочешь сказать, что теперь, когда меня посетят нужные мысли, я должна буду бегать за тобой, выпрашивая у тебя блокнот для записей?
Кейран пожал плечами и направился к двери. С моим блокнотом!
— Ну и пожалуйста! — крикнула я ему в спину. — Самое главное у меня в голове. Я и без блокнота смогу продолжать работу.
Кейран повернулся и посмотрел на меня с явным сожалением.
— Голову твою с собой прихватить не могу. Но прослежу за её целостностью. Не скучай, Мышь, Кейранчик скоро вернётся, — насмешливо ухмыльнулся он, исчезая из моего поля зрения.
Дверь так и продолжала висеть на одной петле. И брошенная в открытый проём пустая колба разбилась о противоположную стену коридора.
————————————————-
* «Всё больше людей нашу тайну хранит» (Владимир Вишневский).
Глава 14. Отработка
Вивьен Силвертон
Вот гад!
Всё я поняла, хотя и не с первого раза.
Но зачем было утаскивать блокнот? Я его всегда при себе держала, никому бы не дала нос сунуть, особенно теперь, когда лорд ткнул меня носом в основы безопасности.
Сегодня же попрошу помощи у наставника. Он заставит этого самоуверенного громилу всё вернуть.
О том, что этот боевик в чём-то оказался сообразительнее меня, я старалась не думать. Не в алхимии же.
— Кейранчик, — злобно прошипела я в пустой дверной проём. — Скорее Кейранище.
И угораздило же его заявиться именно в тот момент. Всё успел услышать и про зелье, и про Кейранчика.
Надеюсь, не подумал, что я отношусь к его фанаткам? При этой мысли в прохладном помещении стало жарко.
Я вообще не то имела в виду. Ласковое имя относилось больше к мандрагоре. Да, точно. Она же теперь маленький слепок магии большого Кейрана.
Что только теперь с этим слепком делать, если хозяину он не нужен? Я забарабанила пальцами по столешнице. Мне тут как-то тоже не особенно хочется хранить постоянное напоминание о лорде Стормвейле.
Может, накачать её опять чистым эфиром?
Ага! И уничтожить доказательство эксперимента.
Нет. Сначала стоит показать её профессору Мелони такой, как есть. Он сильнейший из целителей — поймёт и оценит перспективы.
В лазарет порой привозят магов, пострадавших на разломах. Помимо обычных травм, у многих наблюдается истощение магического ресурса. Теперь можно будет им оперативно помогать.
А насчёт безопасности… Я задумалась. Это моё изобретение вряд ли заинтересует секту. У Безмолвных нет задачи накачивать магов силой, скорее наоборот.
Вот только сразу бежать к Мелони, пожалуй, не стоит. Прежде чем трубить об открытии, нужно проверить, не сработал ли катализатором ещё кто-нибудь из участников переполоха: эссенция Хаоса, нейтрализатор или тот же Люцидус.
Завтра сделаю запрос на ещё один корень. Можно будет никого не привлекать, а накачать его своей магией.
Я приободрилась. План действий есть: добыть блокнот и получить ещё один корень. А пока нужно устроить мою драгоценную мандрагору поудобнее и вернуть лаборатории рабочее состояние. А то шага не сделать: осколки хрустят.
Первым делом я достала с одной из полок большой стеклянный короб и водрузила его на стол, затем из тумбы стола извлекла подушку, набитую сушёной мятой и лавандой, и уложила её внутрь короба.
— Ну что, пойдём осваивать новое жильё?
Мандрагора недовольно заворчала — совсем как человек, который начал засыпать, а его потревожили.
— Ты устала, маленькая, — проворковала я. — Ещё бы, столько всего произошло. Ты полежишь, отдохнёшь, а я приберусь. Иначе нахватаешься остаточного магического фона.
Я бережно перенесла корень на подушку. Мандрагора завозилась, пуская по матовым стенкам синие блики, свернулась в подобие клубка и затихла.
Её поведение смущало меня всё больше. Надо показать её наставнику.
На всякий случай я прикрыла короб стеклянной пластиной. Чистить лабораторию придётся при помощи оставшегося нейтрализатора. Один флакон, тот, которым я опрыскивала Кейрана, уцелел. Обнулять мандрагору точно не надо. Она живое доказательство того, что летучий эфир можно привязать к предмету и… моя заявка на стипендию в следующем году.
Я с удовлетворением оглядела своих рук дело. Внутри полупрозрачного тельца мандрагоры пробегали синие сполохи. Запах кедра и озона теперь стал слабее, но окончательно улетучиваться не желал.
Теперь приборка. Я огляделась.
После ухода массивного Стормвейла моя довольно скромная по размерам лаборатория внезапно показалась мне слишком просторной.
Кстати! А зачем он вообще сюда приходил?
Боевики случайно в лабораторный корпус не заглядывают. Их вообще здесь не бывает, разве что первокурсников приводят пару раз для ознакомления.
Вчера, ясное дело, Кейран был под зельем. А сегодня что он тут забыл?
Всё уже сказано. Конфликт исчерпан. Ко мне у него нет претензий.
Стоп! Он ведь, перед тем как уйти, заявил, что скоро вернётся.
Что. Ему. Тут. Делать?
Мысли снова вернулись к блокноту. Главное — отвоевать его обратно, а всю эту историю забыть, как дурной сон. Пройдёт пара дней, у звезды академии выветрится из головы и моё имя, и прозвище, которым он меня наградил. Я снова засяду в лаборатории и буду спокойно работать.
Где-то в этой цепочке рассуждений затесалась логическая ошибка. Я её подсознательно чувствовала, но найти не могла.
Ладно, пора заняться делом. Учитывая, сколько всего разбилось, придётся начать с верхних полок: там наверняка тоже осколки. Прежде чем подметать пол, сначала нужно смести всё сверху, а заодно проверить, что уцелело, да и вообще выяснить, что там у меня хранится. К моему стыду, помнила я далеко не всё. И ведь собиралась устроить ревизию — руки не доходили. Не было бы счастья…
Я приставила стремянку к первому стеллажу, вооружилась нейтрализатором для атаки на остаточный магический фон и полезла наверх.
— Как дела, Вив? — раздался от входа знакомый голос.
В дверях стоял Маркус. Почти сразу же за его плечом вырос охранник.
— Доступ в лабораторию запрещён для посторонних, — заявил страж порядка.
— Я не посторонний, — возразил Маркус и вскинул взгляд на меня, уже забравшуюся под потолок. — Вив, скажи ему. Я бы мог тебе помочь, у меня есть время.
— Да, он не посторонний, — подтвердила я. — Пусть заходит.
— Не положено, — возразил охранник, набычившись.
— А лорда Стормвейла вы пропустили? — вскипела я. — Он здесь был точно лишний, в отличие от моего однокурсника. Или для вас титул важнее здравого смысла?
— Лорд Стормвейл есть в списке. Он допущен.
У Маркуса брови на лоб полезли, да и у меня тоже. Это что ещё за список?
— Что за список? — удивлённо озвучил тот же вопрос Марк.
— На время расследования и впредь до особого распоряжения в лабораторию студентки Силвертон доступ ограничен, — отчеканил охранник. — Распоряжение ректора академии магистра Рейна Олриджа.
— Это какая-то ошибка, Марк, — растерянно произнесла я. — Я сама первый раз слышу об этом. Час назад я была в кабинете ректора, и ничего подобного он не говорил.
Хотя вроде бы речь об охране шла. Ну так вот он, охранник. Но почему в список включён Стормвейл? Он-то тут каким боком?
— Как-то несерьёзно, — пожал плечами Марк.
Если не сказать, что глупо. Вслух я, разумеется, этого не сказала.
— Я бы мог заняться сортировкой твоих пузырьков, тех, что уцелели.
— Я поговорю сегодня с наставником. Мне помощь не помешает. Спасибо, Марк.
Маркус кивнул, но уходить не спешил. Он вытянул шею, пытаясь разглядеть короб с мандрагорой.
— У тебя что-то новенькое?
Из-за матового стекла со своего места он мог видеть только синие сполохи.
Я не успела ответить.
— Маркус Торн, — прогремел из глубины коридора утробный рык. — Слова ректора «доступ запрещён» — для тебя пустой звук?
Отодвинув небрежным жестом охранника, Кейран навис над Маркусом, поигрывая мышцами. Он успел сменить костюм на тренировочную форму и, надо сказать, выглядел угрожающе рядом с моим щуплым однокурсником.
— Он пришёл мне помочь, — неуверенно заявила я.
Кейран поднял на меня взгляд, от которого сразу стало неуютно: что-то там, внутри, было похожее на недовольство — а затем, взяв Маркуса за плечо, он развернул его одним небрежным движением.
— Свободен, — рявкнул Кейран напутственно, разве что коленкой под зад не ускорил.
Маркус растворился в глубине коридора.
Это что ещё за хозяйский тон? От возмущения я едва не рухнула сверху.
— Что ты себе позволяешь? Марк — мой друг.
— Кто-то мне недавно заявлял, что у него нет друзей, — проходя внутрь и останавливаясь возле стремянки, напомнил Кейран.
— Друзья как раз есть. Я говорила о том, что ни с кем не делюсь технологиями.
— Вот и умница, Мышь, — похвалил меня лорд весьма снисходительно, словно зверушку за ухом почесал. — Рассказывай, что тут надо делать в первую очередь.
— А ты-то тут при чём? Пока что от тебя один вред.
— Знаю, — коротко ответил Кейран. — Поэтому мне и назначили отработку. Сам разрушил — сам должен ликвидировать последствия.
Я открыла рот от удивления.
— А разве… разве это правило к боевикам относится?
— В первую очередь. Тот, кто способен разрушить, прежде всего учится восстанавливать. Ты не знала, что на первом курсе мы проходим целительство до того, как нас учат убивать?
Я сглотнула, выцепив из его речи слово «убивать». Нет, я поняла и весь смысл фразы, но «убивать»... К пятому курсу такие, как Стормвейл, становятся машинами для убийства. Кажется, я и впрямь была на волосок от гибели.
— Эй, Мышь, ты чего там зависла? Говори, что делать.
Я недоверчиво посмотрела на Стормвейла. Впервые я делала это сверху. Каждое плечо Кейрана было такого размера, что я могла бы встать на него, как на ступеньку, обеими ногами. И мои «лапки» поместились бы полностью. Делать я этого не собиралась, но зрелище всё равно было впечатляющим.
И вот эта махина готова выполнять мои распоряжения? Ну держись, Кейранчик.
— Маркуса я бы попросила рассортировать мои флаконы, — лицемерно вздохнула я. — Но твои пальцы, боюсь, для этого не приспособлены. Ты их просто-напросто раздавишь.
— Мои пальцы? Раздавят? Ты даже не представляешь, Мышь, на что эти пальцы способны.
Голос Кейрана стал вкрадчивым, в нём появилась пленительная хрипотца.
Моё следующее пренебрежительное «Доски проламывать» застряло у меня в горле.
Он это сейчас на что намекает?
