Она покачала головой, натянув на лицо свою привычную улыбку:
— Нет, это целиком моя заслуга. Решила добавить драматизма в наши переговоры.
— Хорошо, — сосредоточенно произнес Рагнар. — Ванна. Перевязка. Что еще там в твоем списке требований? А потом ты мне расскажешь все. До мельчайшей подробности.
Я согласно кивнула.
***
Сменив одежду и отмывшись от липкого пота и воспоминаний о словах Замиира, я выскользнула из ванной и едва не потеряла дар речи от увиденной картины.
Лия сидела в нашей гостиной в кресле, поджав под себя ноги и глядя перед собой в одну точку.
Кайлен, вернувшийся вслед за Рагнаром из того самого злосчастного визита на рудники, устроился перед ней на коленях, осторожно перебинтовывая порезанную руку. Его лицо было хмурым и сосредоточенным: между бровей пролегла морщинка, будто он решал самую важную задачу в мире.
— Ласточка, вернись, — он заправил выбившуюся прядь ей за ухо. — Посмотри на меня.
Лия вздрогнула. Удивленно моргнула, словно сбросив с себя оцепенение:
— Он угрожал содрать с нас кожу.
— Ты же понимаешь, что мы бы этого не допустили? — Кайлен не сводил с нее взгляда. — И Замиир, конечно, старый мерзавец, но далеко не дурак. Он бы не стал учинять дипломатический скандал и трогать людей Рагнара.
— Хочешь сказать — игрушек?
— Даже если и так, — он не стал спорить. — Никакому правителю не понравится, когда трогают его любимые игрушки. Особенно если этот правитель — дракон с весьма скверным характером.
Лия напряженно сглотнула.
— Ты была в безопасности, — твердо сказал Кайлен.
Она покачала головой:
— Не была. У меня не было ни оружия, ни магии. Я была беззащитна! — ее взгляд метался по комнате, словно искал опору и не находил. — Как тогда. В храме.
Я нахмурилась, не до конца понимая, о чем она говорит.
— Зато магия была у Рейны, — он перехватил ее подбородок, заставляя смотреть только на него. — И Рагнар возвращался, едва почувствовал неладное. Ты. Была. В безопасности, — повторил он, удерживая ее взгляд.
Кайлен наклонился ближе, так, что их лбы почти соприкоснулись.
— Моя умная, смелая Ласточка, — сказал он тихо, почти ласково. — Ты была великолепна. Но Замиир — далеко не последний мерзавец, с кем тебе придется столкнуться. Тебе могут угрожать: содрать кожу, сломать кости по одной, убить или заставить смотреть, как умирают те, кого ты любишь. Могут пытать днями, чтобы ты проговорилась. Если ты к этому не готова — скажи сейчас. Ты можешь остаться во Фростхейме. Там, в замке, ты будешь в безопасности.
— Надолго ли?
Кайлен усмехнулся, но в этой улыбке не было и капли веселья:
— Ты же умная. Сама знаешь ответ.
Не оборачиваясь, он бросил через плечо:
— Да входи же ты, Рейна. Ничего интересного у двери ты не услышишь.
Ну конечно: обоняние и слух драконов. Могу поспорить, он был в курсе моего присутствия с самого начала.
Я вздохнула и решительно шагнула в комнату. Рагнар замер в стороне, у окна, наблюдая за клонящимся к закату солнцем. Оно медленно катилось по небосводу, окрашивая его в цвета крови и золота.
Когда он обернулся, лицо его было совершенно непроницаемым, словно высеченным из камня. Если бы не напряженная линия челюсти, морщинка между бровями и сузившиеся от гнева зрачки — я бы подумала, что Рагнар спокоен. Но это было не так. Я чувствовала это через Лифтраудир: холодную ярость, свернувшуюся где-то глубоко внутри.
Я налила воды и устроилась в кресле напротив Лии, вытянув перед собой ноги. Напряжение сегодняшнего дня медленно отпускало меня. Здесь, рядом с Рагнаром и Кайленом, я чувствовала себя в безопасности. Удивительно. Еще полгода назад это было не так.
Мы пересказали все, что нам удалось увидеть и услышать в покоях Замиира. С каждым сказанным словом лицо Рагнара становилось все более мрачным, словно сгущающиеся тучи перед грозой.
Кайлен, напротив, заулыбался. Мрачной улыбкой хищника, не предвещающей ничего хорошего.
— Говоришь, он боится? — переспросил он, откидываясь на спинку кресла и закидывая ногу на ногу.
Я нервно кивнула:
— Ну… Я не уверена на все сто. Я же не чувствую этого ублюдка, — я бросила короткий взгляд на Рагнара. — Но… Думаю, да. Он решил, что мы убийцы, подосланные Андросом.
Кайлен низко рассмеялся, в его зеленых глазах блеснули искры опасного веселья.
— Что ж, если он испугался двух безоружных девочек, думаю, я найду, чем его по-настоящему удивить.
— О чем ты? — я встрепенулась.
— О том, что страх — отличный рычаг для переговоров, — Кайлен обменялся долгим взглядом с Рагнаром. Тот оттолкнулся от подоконника и подошел к нам.
— У Замиира непомерные амбиции, но он смертен, — начал он. — А чем дольше правитель живет на этом свете, тем больше он понимает, насколько хрупка его власть. Вспомни хотя бы Андроса.
— И ты думаешь, что оттуда растут ноги у его нелепых запросов? — я задумалась, пытаясь сложить разрозненные обрывки воедино.
— Сначала я думал, что Замиир просто зарвался. Предлагая породниться нашим домам: с дочерью или сыном — неважно, — Рагнар скрестил руки на груди. — Но сейчас понимаю: все куда банальнее. Он не мечтает о величии. Он хочет территорий и защиты своей королевской задницы от Теней, Андроса и всех, кто может на нее посягнуть.
Я кивнула:
— Звучит разумно, учитывая, что плодородной земли по эту сторону плато почти нет.
Рагнар помолчал, не отрывая взгляда от меня:
— Что ж, — медленно произнес он. — Теперь нам есть о чем поговорить.
Глава 10
Я металась из одного угла нашей комнаты в другой.
Покосилась на ногти — обгрызенные, с неровными краями, цепляющимися за ткань сорочки, — и не стала их трогать. Отвратительная привычка. Кто бы мог подумать: руки! Нас выдали руки!
На кровати передо мной лежали платья: весь мой небольшой гардероб, который я взяла с собой в эту поездку. Выбор был невелик. Бордовое или простое зеленое?
— Не можешь определиться? — голос Рагнара заставил меня обернуться.
Он стоял, прислонившись к дверному косяку. На губах дракона играла легкая полуулыбка. Он забавлялся. Ну конечно, забавлялся, наблюдая за моими метаниями! У него, по крайней мере, не было проблем с выбором наряда. Его взгляд медленно скользил по мне, задерживаясь на слегка влажных после ванны волосах, рассыпавшихся по плечам, тонкой сорочке, заканчивающейся на середине бедра, и обнаженных ногах.
За окном догорал закат, и, хвала всем богам, в этой каменной жаровне, именуемой дворцом, наконец стало прохладнее.
— В бордовом ты была неприлично хороша, — произнес он, оттолкнувшись от косяка. — Глядя на тебя в нем… мои мысли были далеки от переговоров.
Я сама не заметила, как он оказался рядом. Его руки обхватили меня со спины, легли на бедра, притягивая к себе. Дыхание обожгло шею, посылая волну жара по позвоночнику. По спине побежали мурашки.
Я невольно выгнулась, голова запрокинулась назад. Его губы коснулись изгиба моей шеи, зубы царапнули кожу.
— В нем я чувствую себя голой, — простонала я и развернулась в руках Рагнара, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Почти голой, — возразил он. — Что, признаться, было невероятно возбуждающе… Хотя я предпочитаю, когда между нами нет вообще никакой ткани.
— Впрочем… — продолжил Рагнар мурлыкающим голосом, от которого внутри все сжималось в сладкий болезненный узел. — Ты можешь надеть хоть мешок из-под картошки, и за всем этим я буду видеть только тебя. Всегда… только тебя.
Я прищурилась, пытаясь совладать с собой:
— И ты не ревнуешь?
— Ревную? — он коротко рассмеялся. — К кому? К этому старому напыщенному индюку? Рейна, у меня хватает уверенности в себе, чтобы не ревновать тебя к нему. Ты можешь носить любые платья, какие тебе заблагорассудится. Улыбаться кому угодно. Флиртовать, если это поможет переговорам.
Он наклонился ближе, так, что губы почти касались моих. Наше дыхание смешалось. Ладонь скользнула под сорочку, задирая ткань.
— Потому что вечером ты все равно вернешься ко мне. В мою кровать, в мои объятия. Все эти люди могут пялиться сколько угодно. Это не меняет главного: ты связана со мной. Ты моя, Рейна. И не потому что я тебе приказал. Ты сделала этот выбор сама. Там, у Разлома, и затем каждый гребаный день.
Его слова пробудили во мне что-то дикое. Я шумно вздохнула и лукаво улыбнулась. Посмотрела в эти синие, потемневшие от желания глаза и, отступив назад, небрежно сбросила с себя сорочку.
Ткань скользнула по плечам и груди, упала на пол с мягким шелестом. Сквозняк из окна коснулся обнаженной кожи, и я почувствовала, как соски затвердели от долгожданной прохлады.
Проклятье, у нас совершенно не было времени!
Замиир ждал нас с ответом на ужине.
Я медленно развернулась и направилась к кровати, все еще ощущая взгляд Рагнара на каждом изгибе нагого тела. Наша связь звенела от напряжения, словно натянутая тетива лука.
Мои пальцы скользнули по зеленому хлопку и замерли. В нем, определенно, я бы чувствовала себя увереннее. Лучше разве что брюки и рубашка, в которых я летела.
— Надень зеленое, — голос Рагнара прозвучал хрипло.
Я обернулась через плечо.
— Что?
— Зеленое, — повторил он. — В нем тебе будет комфортнее. И меньше поводов для Замиира и…
— И.. что?
— И безопаснее.
— Безопаснее для кого?
— Для моей способности сохранять самоконтроль во время переговоров.
Я медленно повела плечами. Взяла бордовое платье.
— Нет.
— Нет?
— Ты же сам сказал: я могу носить любые платья, какие захочу, — я невинно улыбнулась, разглаживая шелк. — Флиртовать, если это поможет переговорам.
Рагнар покачал головой, но улыбка его стала шире:
— Это нечестно — возвращать мне мои слова, стоя передо мной обнаженной. Ты делаешь это назло.
— Я? — я захлопала ресницами. — Просто хочу выглядеть достойно.
Повернулась к нему и стала неспешно надевать платье. Темно-красный шелк заскользил по светлой, слегка тронутой загаром коже. Синие глаза Рагнара сверкнули неподдельным восторгом. Уголки губ изогнулись в хищной усмешке: дракон, наблюдающий за добычей.
— Кажется, несколько месяцев назад ты была крайне... воинственно настроена против платьев? — в его голосе звучало откровенное обожание.
Я улыбнулась, поправляя богато расшитый пояс:
— Все меняется. К тому же… — я сделала шаг вперед, позволяя высокому разрезу обнажить сильные, тренированные ноги. — В нем удобно двигаться. Видишь? Возможно, я могла бы даже сражаться.
— Ты меняешься, — тихо произнес Рагнар.
— И вовсе нет…
Нахмурившись, я посмотрела на себя в зеркало в мозаичной раме. Из мутного стекла на меня смотрела юная женщина, которая была мной и не мной одновременно. В своей прошлой жизни я не носила шелк и цветную одежду и уж тем более не разгуливала так перед мужчиной.
Округлые бедра, тонкая талия, плечи, ставшие крепче, и ноги с очерченными мышцами. Несмотря на все переживания последних месяцев, я больше не походила на девочку-подростка.
Рагнар встал позади меня, и наши взгляды встретились в зеркале.
— Смотри, — прошептал он. — Потрясающая.
Я прижалась к нему спиной.
— Когда еще мне представится шанс носить такие платья?
— Каждый день, — он поцеловал меня в висок. Легкое, едва ощутимое касание, хотя жар его тела позади меня и твердость, упирающаяся мне в спину, выдавали мысли дракона, которые были далеки от невинных. — Если захочешь. Или никогда — если не захочешь. Ты свободна выбирать, Рейна. Всегда.
Эти слова эхом отразились у меня в груди.
