Дракон кивнул и озадаченно продолжил:
– Во-вторых хорошо то, что у владельцев артефакта меньше способов его спрятать.
– Это ещё почему? – заинтересовалась я.
– Да потому, Ава. Смотри, у тебя есть семиалмазник.
– О, мне уже нравится! Был бы у меня семиалмазник, даже самый маленький, я бы сейчас не думала о поиске артефакта Четырёх стихий. Можешь не продолжать, – хохотнула я. –
– Нет уж. Теперь во мне взыграла жажда доказать тебе гениальность собственной мысли. – Бар подмигнул. – И, да, меня понесло. Так вот, семиалмазник ты помещаешь в магический криптекс с пятью или даже десятью неизвестными. Потом везёшь в отдалённый, желательно опасный район. Покупаешь замок с десятерным контуром защиты. В его подвале копаешь колодец двойного забвения. Устилаешь его сигналками. Наполняешь подвал несчётным числом дубликатов. Увешиваешь маскировочными и атакующими артефактами. Замуровываешь дверь, и вуаля. Никто и никогда его не найдёт безнаказанно. А, возможно, и с потерями не найдёт.
– Это точно. Судя по твоему рассказу, какое–то количество семиалмазников не исчезло, а просто слишком надёжно спрятано владельцами в их же особняках.
– Не исключено. У драконов-то точно так и происходит. Потому что спрятать сокровище – это просто наша сущность.
Я растёрла зудящий на левом запястье шрам и продолжила:
– Вроде бы за тобой я такого не замечала. Ты даже мне свои самопишущие перья давал просто так. И когда я прихожу в твою комнату, не прячешь ремни с наборными бляшками и амулеты.
– Так сокровище к сокровищу. Что тут прятать? – рассмеялся Бар. А потом снова обеспокоенно завертел головой. – Да что такое? Чем тут пахнет, Ава?
Я принюхалась. Воздух в нише был свежим. По коридору проходили студенты и своими телами, словно опахалами, загоняли воздух внутрь ниши. Но цветочный аромат я тоже почувствовала.
Сначала смутно. А потом, принюхавшись, выпалила:
– Бар, да это сирень! Значит, зацвела уже, пока мы с тобой к конкурсам готовились и зачёты писали. Надо иногда на улицу выходить, а то пропустим не только весну, но и всю жизнь.
Дракон несколько раз втянул в себя воздух. Его лицо расслабилось, но радостным не стало. Нахмурившись, он покачал головой.
– Меня этот запах уже месяц как преследует.
– Это вряд ли, Бар, – засомневалась я. – Сирень только сейчас начинается. Да и цветёт она меньше. Вчера ещё кусты были усыпаны звёздчатыми пушистыми шапками, а завтра – рррраз, и уже зелёные листья с коричневыми останками кистей. У нас в это время были творческие конкурсы. И вот если весна холодная, то сирень на закрытии конкурсного сезона. А вот если тёплая, то на открытии. А через десять дней к награждению её уже нет. Отцвела вся, и смотрится паршиво. Так что месяц она не может благоухать. Тем более, я её ещё не видела. Сезон только начинается.
– Это не факт, Ава. Ты не видела, это вообще обо всём. Если бы не я, ты бы ещё на первом курсе заблудилась где-то в лабораториях, и всё. Потому что ни цвета дверей, ни табличек, ты не замечаешь.
Мне послышался сдавленный женский смех, но его заглушил топот и разговоры проходящих студентов. Уступать Бару я не собиралась, даже в шутку, поэтому фыркнула:
– Вот ещё. Меня бы заведующий кафедры экспериментальной магии выволок, как нарушительницу режима. А на улице я бы уже сориентировалась.
– Ага. Так я тебе и поверил. И там бы заблудилась. Так что давай, провожу до комнаты, а потом приду к тебе с идеей и схемами.
– Какими схемами? – заинтересовалась я.
– Потом покажу. Захвачу кое-что из комнаты, и к тебе. Просто жди.
– Как всегда.
– Как всегда, – ответил Бар.
Но в его глазах я увидела не шутливую игру, а проницательность драконьего рода. Смутилась. А когда он, аккуратно взяв под локоть, вывел меня в коридор, и вовсе залилась румянцем.
Это выглядело так, словно мы встречались. Но Бар вёл себя так со всеми. Заботливый, внимательный, как это принято у драконов. Он и красавицу Фелис так вёл к лазарету, когда та упала.
Я не особенная. Просто он очень хороший.
И от этого мне было особенно тоскливо.
Двое заговорщиков
Бар явился со стопкой бумаг разной степени состаренности. Ещё до того, как он постучал в мою дверь, я узнала знакомые шаги. И побежала открывать. Старалась распахнуть створку до того, как рука дракона к ней прикоснётся.
Пока всё время проигрывала. Поэтому тренировала маскировать огорчение.
– Ого! Ты пришёл готовиться к зачёту по начертательной магии? Или записался на факультатив по каллиграфии рун и скрижалей?
Бар лукаво улыбнулся. Но ответил, только когда плотно прикрыл дверь, едва не уронив листы с чертежами.
– Ава, я пришёл звать тебя на взлом королевского дворца.
Я посмотрела на Бра с интересом.
– Ты хочешь уговорить меня повторить подвиг первокурсников после Дня студента? Устроить магический пинг-понг на большом столичном макете? Раздолбать его до основания, а потом три месяца восстанавливать из осколков?
– Бери выше. Мы с тобой пойдём штурмовать настоящий дворец.
С этими словами Бар шмякнул на мой стол стопку и уселся в кресло. На кровать он начал выкладывать листы. Я пристроилась на самом краешке, в полной растерянности.
– А зачем нам это понадобилось? Жить расхотелось или хотим остаться в веках как сумасшедшие и отважные?
Бар окинул меня взглядом победителя.
– Мы планируем получить все плюсы от источника Четырёх стихий, не заходя в зал Четырёх стихий. Честно говоря, мы и во дворец не пойдём. Но попробуем добиться результата.
Я пристально посмотрела на дракона. Хотела понять, не разыгрывает ли он меня. Но Бар и со всеми не был склонен к издевательствам. А меня не ставил в неловкое положение ни разу за всё время учёбы.
– Я запуталась, – сказала я честно. – Мы идём во дворец, но во дворец не идём. Мы будем взаимодействовать с четырёхстихийным источником, но не будем этого делать. Давай как-то понятнее.
Дракона распирало от желания поскорее приступить к реализации, и от радости найденного результата.
– Сейчас! Ты всё поймёшь! Смотри, Ава. – Он придвинул ко мне первый рисунок в книге. – Королевский дворец остаётся крепостью, какой и был с древних времён. Вот башни, тут остатки рва, ставшего гребным каналом. Крепостная стена. Видишь?
– Да.
– Но есть небольшое изменение. Я тебе его покажу. Но сначала посмотрим внутрь дворца. – Бар снова склонился над листом. – В Зале Четырёх стихий я не был, но знаю, где он располагается. Если идти от главного входа направо к крылу аудиенций, будет длинный коридор. Он без дверей и выходов на лестницу. И если сложить длину малого зала приёмов и большого церемониального, в этом месте должно быть ещё одно помещение. Только выход туда не из основного коридора.
Я пожала плечами.
– И почему ты решил, что именно там зал Четырёх стихий?
– Да потому, что это крыло называется ещё стихийным. Несведущие думают, что название пошло от внезапных и шумных происшествий во время аудиенций. Но это из-за источника Четырёх стихий, я тебе говорю.
– А у тебя откуда сведения?
Бар поморщился, как от зубной боли.
– От надёжного дракона.
– И ты точно знаешь, что он бывал во дворце? Это не просто бахвальство студента, который хочет пустить пыль в глаза?
Дракон обжог меня взглядом и сжал губы, словно собирался клясться.
– Я верю ему как себе. И если он сказал, что тут должна быть комната, значит, она тут есть.
– А почему туда нет выхода?
– Да потому что её прячут и пропускают даже не всех, кому открыт доступ для аудиенций с монаршей семьёй. Понятно?
– Понятно. Только что нам это даёт? Мы же не сможем попасть во дворец, пройти в крыло аудиенций. А потом как-то проникнуть в это тайное помещение, тоже не сможем.
– Разумеется. Для этого мы воспользуемся другой иллюстрацией.
Бар придвинул следующий лист. На нём была нарисована за́мковая стена, возле которой стояли молодые, одетые в сине-красную форму. В небе кружила пара драконов. А я снова ничего не поняла.
– Это то, что находится за стеной замка со стороны крыла аудиенций. Это драконий кадетский корпус. Оттуда набирают в гвардию драконов базовой одарённости. Тех, у кого не открылись дополнительные способности и таланты. Но тоже очень толковых и сильных.
– Типа специальной школы?
– Да, типа специальной академии. Только для драконов. И это самая близкая точка к залу Четырёх стихий.
– И что это нам даёт?
Бар хищно улыбнулся.
– Шанс. Потому что у стационарных артефактов есть радиус действия. И если я всё рассчитал правильно, то он должен выходить за территорию дворца, распространяя своё влияние на часть кадетского корпуса. Вот смотри.
И снова лист со схемой, только теперь нарисованной от руки. Он схватил один из карандашей со стола и начал водить обратным его концом, указывая в точки, о которых говорил:
– Это плац, который ты видела на картинке. Вот стена, за ней комната с артефактом. Значит, нам надо попасть в кадетский корпус, пройти мимо казарм. Обогнув столовую, выйти на плац. Сейчас тут немного не так. У стены высадили кипарисы. И вот если зайти за деревья, а промежуток там вполне приличный, мы сможем не просто встать у дворцовой стены, но и попробовать подключиться к источнику Четырёх стихий. Если получится, ты установишь с ним связь. А потом откроешь дополнительную спящую стихию. Как тебе план?
У меня похолодели руки. Неужели есть шанс? Существует доступная возможность стать двух, или даже трёхстихийной. Во рту пересохло. Мы молчали.
Я смотрела на уверенное волевое лицо Бара и чувствовала беспредельную благодарность. У Бара и так всё хорошо. Но он тратил силы, время, шёл на риск, чтобы помочь мне стать лучше. Попробовать вырваться из посредственности.
Я потянулась к плану. Он тоже. Наши руки столкнулись. И мне показалось, что в тесноте моей каморки щёлкнул магический разряд. Зрачки Бара стали вертикальными.
Он зарычал. Резко встал и метнулся к двери.
– Завтра в семь стой у ворот в одежде, в которой приехала в академию.
Он выскочил за дверь. А я трясущимися руками собрала все планы, схемы и чертежи. А потом легла на кровать, не раздеваясь, и думала, что у меня есть шанс. И, может быть, меня даже кто-то полюбит, когда я стану многостихийной.
Двойной десант
На следующий день я никак не могла сосредоточиться ни на завтраке, ни на учёбе. Во время лабораторной работы едва не перевернула на Джил подставку для магического пламени. Увидев мои бестолковые попытки вернуть всё на место, она буркнула:
– Влюбилась, что ли?
Я посмотрела на неё злобно, и сидящий слева взъерошенный блондин Эрвин добавил:
– Дура, что ли? Наша Бравис выйдет замуж только за должность королевского мага. Ей никто не нужен. Только медали и победы.
Он закатил глаза, а я смотрела на беспорядок на столе и никак не могла прийти в себя. Но смогла собраться и доделать упражнение «волна из тумана», чем порадовала рыжую одногруппницу Джил. Она не собиралась напрягаться со мной в паре, а тут пришлось понервничать.
Дождавшись окончания учёбы, я вернулась в свою комнату. Заплела волосы в косу, надела серое платье с розоватым кружевным фартучком. Именно в таком я и поступала. Да, что там кокетничать, в нём же.
А когда подошло время, никак не могла застегнуть пряжку накидки. Руки дрожали так сильно, что мне пришлось даже сделать несколько медленных вдохов и выдохов. И только после этого я смогла спуститься в главный холл.
С каждым шагом чувствовала, как становлюсь увереннее. На меня не обращали внимание. Студенты входили и выходили из академии. До закрытия ворот оставалось два часа, поэтому я, лавируя между людьми, выскользнула на улицу, не привлекая внимания стражников.
Меня тут же схватили за руку и затащили в крытый экипаж. Я даже не успела вскрикнуть или возмутиться. А потом и вовсе потеряла дар речи, потому что плюхнулась на диванчик рядом с Баром.
Дракон изменился до неузнаваемости. Если бы я встретила его на улице, точно прошла бы мимо. Сегодня он выглядел как кадет на книжной иллюстрации, которую мы рассматривали накануне.
Красно-синяя форма и головной убор совпадали абсолютно. Только у Бара на голове красовалось золотое перо, которого на картинке не было. Форма была дорогой и идеально подогнанной по стройной мужской фигуре.
Я смотрела на дракона и не могла поверить, что это он. Форма, взгляд, и осанка превращали моего Бара в незнакомого военного из высшего эшелона. Я даже на мгновение засомневалась, что это Адам Бар, с которым я училась все эти годы.
– Это что такое? – спросила я, легонько касаясь безумно дорогой ткани камзола, расшитого галунами, когда обрела дар речи.
– Форма кадетского корпуса.
– У кого ты её отобрал?
Бар хитро прищурился.
– Обижаешь. Форма отдана по собственному желанию совершенно добровольно и с наилучшими пожеланиями.
– Но она же ненастоящая? – усомнилась я.
– Почему? – едва ли не оскорбился Бар. – Самая настоящая. Именно такие носят дворяне-драконы, но главное не это. Она должна нам помочь. Сейчас мы доедем до кадетского корпуса. Я поставлю на экипаж двойной полог и запрет на обнаружение кого-то кроме меня. Он хорошо работает только на зрение. А вот слух практически не прикрывает. Поэтому сиди тихо. Особенно старайся не издавать звуков, когда я предъявлю пропуск. На территории тоже не двигайся до момента, пока я не скажу идти. Поняла?
Экипаж качнулся, словно его толкнул сзади, а потом тронулся в сторону королевского дворца.
– Да, но ты уверен, что тебя самого пропустят? У какого дворянина ты взял одежду? Он не нажалуется?
– Это исключено.
– А время? Нам ехать до столицы около трёх часов. Мы прибудем в десять. Это не вызовет проблем?
