Юлия Герман
Во власти кавказца. Я тебя приручу
Глава 1
— Лад, ну ты скоро? — доносится из трубки сразу, как только я набираю подругу.
— Бегу, бегу, Карин, — прячу голову сильнее под капюшон, стараясь не попасть в лужу. Но дождь льет стеной, и видимость жуткая, не говоря о том, что я уже промокла до нитки. Хотя только пару минут назад сбежала из дома.
Мне пришлось весь день караулить удачный момент, чтобы папа не заметил моего отсутствия. К нему приехали какие-то люди, с которыми он заперся в кабинете. И пока он занят, у меня появилась только одна попытка, чтобы попасть в ночной клуб, куда сегодня идут все наши одногруппники.
— Я тебя уже двадцать минут жду, — говорит подруга раздраженно.
— Прости, пожалуйста. Не могла мимо отца прошмыгнуть.
— Еще пара минут, и я уеду.
— Не уезжай, пожалуйста, Кари. Другого шанса выбраться у меня не будет.
И это правда. За три курса университета отец ни разу не отпустил меня ни в клуб, ни на вечеринку по случаю дня рождения, ни даже на ночевку к подруге.
Я живу словно принцесса в высокой башне, охраняемая злым драконом, где о моей чести заботятся больше, чем о моих чувствах, которые будто бы не существуют.
Меня сопровождает на учебу охрана, не позволяя задержаться после занятий даже для того, чтобы забежать в кафе с друзьями. А чтобы пойти в гости, мне требуется официальное обращение от приглашающей стороны моему отцу, чтобы он знал, где я, с кем, по какому поводу и как долго буду.
Конечно же, не может быть и речи, чтобы я находилась в присутствии парней. Жить в таком напряжении невозможно. Я на грани нервного срыва. Потому что хочу быть как все двадцатилетние девчонки. Мне нужны встречи с друзьями, походы по магазинам с подругами, флирт с парнями и влюбленность.
Но у отца будто цель жизни — превратить мое существование в ад. Хотя он всегда объясняет, что делает это для моего же блага.
Возможно, опасается, что я пойду в мать и… Не важно.
Я устала от гиперконтроля и решилась на побег, чтобы хоть немного вкусить такой запретной, но в то же время нормальной жизни.
— Хорошо, жду. Постарайся быстрей!
— Я уже почти, — сворачиваю к дороге и стремительно бегу через полосу.
Передо мной огромная лужа, которую мне необходимо обойти, иначе мои ботинки промокнут насквозь.
Оглядываюсь по сторонам и, не увидев машин, я дугой обхожу преграду прямо по дороге. Мне остается всего пара метров до того, чтобы добраться до противоположной стороны, как вдруг я слышу гул мотора, а затем меня ослепляет яркий свет фар.
Я не вижу, куда идти, дергаюсь к обочине, но не успеваю достигнуть цели, как раздается визг шин, сигнал клаксона и я получаю резкий толчок, боль, и улетаю куда-то в сторону, падая на мокрый асфальт.
— Дура, куда прешь! — сквозь шум в ушах слышу мужской голос, но ответить не могу.
В голове нарастает звон, и глаза, они не открываются, из-за боли.
— Чёрт! Ты жива?
— Проверь пульс, — говорит ему другой.
Чувствую чьи-то пальцы на своей шее.
— Жива.
— Откуда она тут взялась?
— Не знаю. Но я ее не видел.
— Девушка, вы слышите? — спрашивает мужской голос.
— Мхм, — могу только промычать.
— Тамерлан Кадырович, что случилось? — появляются новые.
— Девчонку сбили.
Кажется, вокруг слишком много людей. И все они толпятся вокруг меня.
— Надо везти ее в больницу.
— Блядь. Как не в тему сейчас.
— Я в порядке… — говорю, но меня не слышат.
Чувствую, как меня поднимают чьи-то руки, и тогда меня накрывает паникой.
— Отпустите… — бормочу, но получается неубедительно.
— Подожди ты, надо тебя врачу показать, — несут меня куда-то.
— Не надо. Меня будут искать… — вырваться не получается.
Открываю глаза, но картинка размыта. Только дождь лупит по лицу.
— А мы позвоним, предупредим и привезем, куда надо.
Наконец-то вижу перед собой высокого бородатого мужчину, который пытается засунуть мои ноги в салон авто.
— Не надо! — не знаю, откуда берется сила, но я отталкиваю его и вскакиваю на ноги.
Но делаю всего пару шагов, как мир вокруг начинает кружиться и я падаю.
— Тише, тише, — говорит низкий голос, и меня мгновенно ловят сильные руки, прижимая к мужскому телу. — Похоже, без больницы нам точно не обойтись, — прижимает еще крепче к себе второй незнакомец.
— Бля, тачку помяли.
— Да ты аварийная, — усмехается тот, что прижимает меня к себе. — Поехали, — осторожно придерживая меня, ведет куда-то. А я даже не могу поднять голову, чтобы взглянуть в его лицо.
— Меня подруга ждет, — лепечу. — Нельзя. Если папа узнает, он меня убьет.
— Подлечим тебя и отправим, куда скажешь, — запихивает меня в то же самое авто.
— Может, Али отвезет, а мы поедем дальше?
— Исключено, — отвечает тот, что ведет меня. — Нужно убедиться, что с ней все в порядке.
— Это ж геморрой.
— Твоя работа — не думать, а за дорогой следить. Но ты и с этим не справился, — произносит спокойно, но от его интонации мурашки по коже.
И прежде чем сесть внутрь, я вижу позади еще один здоровый внедорожник, куда садятся несколько мужчин.
— Стойте, — понимаю, что толпа незнакомцев увозит меня куда-то. Боль мгновенно исчезает, сменяясь страхом и паникой.
Глава 2
— Куда мы едем?
В машине нас четверо. Я и трое совершенно незнакомых мужчин-кавказцев. Страх сжимает грудную клетку, и я не могу даже повернуть голову, чтобы рассмотреть своих… Кто они мне? Явно не спасители. Прежде всего они меня сбили. А теперь спасают ли? Или же похищают?
— Вы меня похищаете?
Никто не отвечает на мои вопросы. Будто я никто, пустое место. Двое впереди тихо переговариваются на своем языке, а тот, что рядом, сидит погруженный в смартфон.
— Остановите машину! — дергаю я ручку, в надежде, что смогу избежать всего этого.
Внезапно голоса замолкают, и только тихое бормотание радио смешивается с моим криком.
— Успокойся, — звучит слева.
— Я не хочу никуда с вами ехать! Я не поеду!
— Что ты там делала? — этот вопрос выбивает меня из равновесия.
— Где “там”? — во рту пересыхает от страха, и я поднимаю взор к лицу человека, которому принадлежит этот низкий голос.
В темноте салона я не могу разглядеть его черт. Вижу только, как блестят каким-то пугающим блеском его глаза, и вместе с тем ощущаю мощную энергетику, исходящую от этого незнакомого мужчины, понимая, что, возможно, папа был прав и мне нельзя никуда выходить одной.
— Насколько я знаю, это частная территория и случайному человеку там просто делать нечего, — звуки его голоса заполняют салон и пробираются под кожу, а у меня учащается пульс.
— Просто отпустите меня, — горло сдавливает спазмом, и на глаза наворачиваются слезы страха.
Он ничего больше не говорит, просто смотрит, молча, пристально. Так, будто пытается залезть мне в душу или прочитать мысли. И вообще, от этого человека веет опасностью. Даже папины знакомые не вызывают у меня таких эмоций.
В это мгновение начинает вибрировать телефон в моей сумочке, и эта вибрация кажется такой громкой, что я вздрагиваю.
— Ответь на звонок, — говорит, не отрывая от меня взгляда. — Ну же.
И словно под гипнозом, я делаю так, как он говорит. Достаю смартфон и принимаю вызов.
— Лада! — голос подруги звучит из динамика словно через громкоговоритель. — Ты снова меня кинула! Я тебя больше ждать не буду! И не поведусь на твои бредовые идеи! Так и сказала бы, что отец снова тебя запер дома! Зачем делать из меня дуру?
— Кари, прости, — отвечаю слишком тихо, чтобы перекричать ее голос. — Меня сбила машина, и я еду в больницу.
— Что? — орет она еще громче. — В следующий раз придумай что-то поумнее!
— Прости… — только и могу выдавить из себя, находясь все еще под прицелом пристальных темных глаз.
Карина уже не слышит моих извинений, потому что сбрасывает вызов. А я чувствую себя так, будто меня загнали в тупик, выбраться из которого мне не удастся.
Опускаю смартфон на колени и смотрю на него безжизненным взглядом.
В голове пульсирует мысль о том, что нужно позвонить отцу. Но затем я представляю его реакцию и волоски на теле становятся дыбом.
— Не повезло тебе с друзьями, — говорит все тот же голос. И только теперь я улавливаю в нем легкий акцент.
— Она ждала меня…
— Тот, кто бросил другого в трудную минуту, недостоин гордого звания друга. Это хорошо, что она открыла свою личину сейчас, а не когда ваши жизни переплетутся слишком плотно.
Мне нечего на это ответить. Я смотрю невидящим взглядом на свой гаджет, с ощущением того, что мой мир стремительно рушится.
— Может, ты хочешь предупредить кого-то, кому ты действительно дорога?
А мне кажется, что таких людей в моей жизни нет. Для отца я лишь обуза, аксессуар, который должен присутствовать в его идеальной и жизни. А мачеха… Ей до меня никогда не было дела. Теперь же, когда они объявили о ее беременности, я для нее превратилась во врага.
— Мне страшно… Вы меня правда везете в больницу? — всхлипываю.
— Правда, — кратко отвечает он и снова возвращает внимание к своему смартфону.
А когда спустя сорок минут я выхожу с рентгена, вместо суровых кавказцев меня встречает Борис. Начальник папиной охраны.
— Лада… — смотрит на меня осуждающе.
— Борис? Как ты тут?..
Но вместо ответа он качает головой.
— На этот раз ты перестаралась, Лада.
— Он в курсе?
— Да, — отвечает холодно. — Готовься к худшему.
— Меня сбила машина, — всхлипываю.
— Сама знаешь, что этого бы не случилось, сиди ты дома.
