Поднимаю взгляд, ища нужные окна. Что там мои Ромашки? Суп уже едят? Я бы тоже не отказался.
Забираюсь в машину, попутно набирая номер своего юриста. Надо бы разобраться с ситуацией ещё раз. Слова Алисы меня зацепили. Почему это от меня одни беды? Не настолько сильно я напортачил, чтобы она такими обвинениями бросалась.
Или всё же напортачил?
Глава 06
Алиса
Маша обиделась на меня. Она так старалась — папу нам хорошего нашла, а я даже супом его не накормила. Укладываясь спать, дочка очень переживала, что завтра он за ней не заедет, чтобы отвезти в школу. И от плохих дядей, как сегодня, нас не защитит.
Я же боялась противоположного — вдруг у Исаева хватит наглости вернуться и доставать меня снова. Репей, а не мужчина. Хуже Тучина.
Ночь прошла беспокойно. Перед глазами всё время всплывали возмутительные пассажи Исаева. Как он обманул бедных директора школы и классного руководителя младших классов, как в машину меня запихнул без спроса, доченьку мою маленькую обнадёжил!
И всё зачем? Чтобы эго своё потешить?
Что ж, это у него получилось. Потоптался по мне и моей жизни знатно, фиг встану теперь на ноги в ближайшие годы. Коллекторы проклятые житья не дают, Олег со своим гадским предложением кружит коршуном.
У меня выхода всего два осталось: либо квартиру продать, либо идти в рабство к Тучину. А второго я не вынесу! Фу, как представлю, что мужчина, подобный ему, ко мне прикоснётся, так передёргивает. Я всегда была слишком щепетильна в отношении моральных качеств окружающих меня людей — родители так воспитали. Не укради, не обижай слабых, живи достойно. Работай в радость, люби близких, помогай по силам тем, к кому жизнь оказалась не так благосклонна, как к тебе. Не унывай. Это всё так по-человечески, так нормально.
Но в современном мире больше не работает, да?
Утром еле разлепляю веки. Готовлю завтрак, ношусь по квартире, собирая Машку в школу. Форма чистая, белая блузочка, колготки, начищенные туфли.
— Машуль, я с собой положила тебе печенье и яблоко, — целую мою хмурую принцессу у зеркала в ванной. Я в детстве тоже очень тяжело вставала, поэтому её не подгоняю. Жду, когда умоется, сама за стол сядет. Заплетаю дочери хвостики с пушистыми резинками, пока она завтракает. — Хочешь, в парк на выходных сходим?
— С папой, — она упрямо поджимает губки.
— Машуль, — присаживаюсь рядом с её стулом, беру дочку за руки. — А если он не придёт сегодня? Знаешь, мы же его вчера впервые увидели и не знаем, какая у него жизнь. Вдруг у него дела?
— Придёт, он обещал, — Машка отталкивает мою ладонь.
— Но если не придёт, ты не огорчайся. — У меня сердце сжимается. Убила бы этого Исаева за бесплодную надежду, которую он Машке дал. Разве так можно с маленьким ребенком? Они же верят всему. — У тебя есть я, и я тебя очень люблю, Машуль. Я со всем справлюсь, всё наладится.
Впопыхах одеваемся и выходим на улицу. Нам ещё до остановки бежать, а вышли мы поздновато.
— Мам, смотри! — Машка подпрыгивает от восторга в своём красном детском пальтишке. — Папа приехал!
Что?!
Буквально врастаю ногами в асфальт у подъезда, потому что внедорожник Исаева действительно тут. А его владелец как раз выбирается с водительского сиденья.
— Доброе утро, стрекозы, — подхватывает несущуюся на него Машулю и кружит в руках. Такой огромный, сильный и так красиво это делает, что я на минуту забываю, как дышать, и любуюсь. Для матери-одиночки это удар под дых. Как бы я ни старалась, вот этого я Машуле дать не смогу. — Готова ехать в школу?
— Да! — она взмахивает руками, как самолётик. — Ты такой крутой, батя! Самый лучший!
Исаев пристёгивает дочку на заднем сиденье и оборачивается на меня. Удивлённо разводит руки.
— Что? — не понимаю я.
— Садись, Ромашка, с ветерком довезу.
— У вас принципиальная позиция — давать окружающим клички, а не звать их по именам? — не двигаюсь с места. Я не понимаю, как воспринимать сложившуюся ситуацию. Исаев что, решил свои игры продолжить? Зачем?
— Алиса, садись уже, — он открывает для меня пассажирскую дверь. — Дочка ждёт.
— Мам, поехали, — Машуля опускает стекло и смотрит на меня с широченной довольной улыбкой.
Исаев вздыхает и идёт ко мне. Нависает.
— Нам нужно поговорить, как двум взрослым людям, — мну в руках сумочку. Я его не боюсь. Нет! Немного робею, потому что он слишком высокий, слишком в плечах широкий. И голос у него грубый. И небритый! Медведь, а не мужчина.
— Давно предлагал, — щурится он. — Завезём дочку в школу и поговорим, идёт?
— Мне на работу нужно, — мотаю головой.
— Решим, — Исаев ведёт меня под ручку до машины. Уверена, если начну сопротивляться, он просто оторвёт меня от земли и понесёт.
В машине едем под плейлист детских исполнителей. Ох уж этот сигма-бой, у меня от него глаз дёргается. А Машка готова слушать на повторе хоть каждый день. И сейчас подпевает на весь салон.
От парковки до школы идём всё так же за ручки. Маша между мной и Исаевым, всем улыбается.
— Это мой батя, — оповещает звонко одноклассника. Тот настороженно переводит взгляд на Исаева и тяжело сглатывает. Кажется, это тот самый Алан, который Машу дёргает за косички и показывает язык.
На звонкий голосок оборачивается не только тот мальчик, но и вообще все родители и дети, идущие рядом. О боже, даже директор. Она как раз поднимается по ступенькам.
— Доброе утро, — кивает она нам. — Исаев, зайди ко мне в кабинет.
— Так я ничего не сделал. Тьфу ты! Я же школу закончил, — он усмехается. Но, как вижу, слегка робеет.
— Исаев, — она качает головой. — Пошли. Дочку отпусти учиться и обсудим наше с тобой новое сотрудничество. У нас питьевой режим наладить нужно, фонтанчики поставить на каждом этаже. Очень не хватает спонсорской помощи, и вся надежда только на тебя, — Карловна берёт его в оборот, ловко отсоединяя от нас с Машкой уже в фойе школы.
— Карловна, — Исаев закатывает глаза.
— Заодно вспомним, как ты нашего учителя физкультуры в спортзале запер и тот просидел там всю ночь. Или вот помнишь, что вы с братом под моим окном устроили?..
Остальное тонет в шуме толпы учеников, спешащих на занятия. Меня греет мысль, что просто так Исаев не отделается теперь, за школьное хулиганство ответит. Пусть бы его Карловна как липку на нужды школы ободрала. Как он меня с цветочным магазином, гад такой!
— Вечером постараюсь пораньше, — обнимаю дочку на прощанье. — Люблю тебя до Луны и обратно.
— Я тебя тоже, — она убегает в раздевалку. Уже такая самостоятельная, я до сих пор не привыкну.
Забыв на время про Исаева, бегу на работу. Очень надеюсь, что день пройдёт спокойно и без происшествий. Мне не помешала бы передышка.
Однако перед обедом происходит то, что повергает меня в шок. Мамочки, ну за что?
Глава 07
