Я забрала пакет и конверт, буркнула «спасибо» и захлопнула дверь, щелкнув замком. Поставила тяжелый пакет на стол — судя по запахам, там был ужин из ресторана, в котором я не смогла бы позволить себе даже стакан воды. Дрожащими пальцами я надорвала конверт и вытащила карточку.
Надеюсь, ты поспала свои восемь часов, Конфетка. Ешь. Наслаждайся. И даже не думай сопротивляться. Я знаю, что в твоем холодильнике только засохший лук.
С любовью, твой личный мазохист со склонностями сталкера и будущий муж,
Дино.
Откуда этот маньяк, черт возьми, знает такие подробности?!
Я медленно перевела взгляд на дребезжащий в углу старенький холодильник. Волоски на руках встали дыбом. Нет, бред. Он не мог пробраться сюда, пока я спала. Или мог?
Или проще всего — Нова.
Желудок издал такой громкий вой, что спорить с ним было бесполезно. Моя гордость кричала о том, что пакет нужно немедленно вышвырнуть в окно, прямо на грязный асфальт. Но вот измученный организм умолял хотя бы заглянуть внутрь.
Я сдалась. Развернула плотный бумажный край.
Внутри оказались стильные черные контейнеры, все еще обжигающе горячие, и настоящие металлические столовые приборы, завернутые в льняную салфетку. Стоило мне приоткрыть первую крышку, как крошечную кухню заполнил сумасшедший аромат стейка, трюфельного соуса и розмарина. Рядом лежали нежнейшие картофельные дольки, свежая чиабатта и коробочка с тирамису.
Это была еда, которой пытались купить мою душу.
— Пошел ты, — пробормотала я, отламывая кусок чиабатты и макая его в мясной соус прямо стоя над столом. — Я это съем, но любить тебя от этого не начну.
Мясо буквально таяло во рту. Я прикрыла глаза и застонала от удовольствия, чувствуя себя абсолютно продажной женщиной, которую купили за кусок говядины. Забыв про вилку, я уплетала ужин с такой скоростью, словно боялась, что кто-то может вломиться в дверь и отобрать его.
Но внезапный звук проворачивающегося в замочной скважине ключа заставил меня подпрыгнуть на месте. Я замерла с зажатым в руке куском чиабатты и каплей трюфельного соуса на подбородке.
Дверь распахнулась, и в коридоре раздался звонкий голос подруги.
— Моя секси подружка, ты же уже проснулась? — крикнула Нова, вваливаясь на кухню.
Следом за ней шагнул Дэвлин — все его лицо, начиная от скул до длинного шрама на его губах, было покрыто следами от помады. Видимо, они целовались всю дорогу до дома. Я закатила глаза при виде него. Он напоминал о Дино, так что автоматически раздражал меня.
— Ого. — Нова остановилась на пороге кухни и шумно втянула носом воздух. Ее глаза округлились. — Боже мой, чем это пахнет? Ты ограбила мишленовский ресторан?
Я торопливо проглотила мясо и попыталась незаметно вытереть рот. В своей растянутой домашней футболке и с гнездом на голове я чувствовала себя максимально нелепо на фоне этой роскошной трапезы.
— Это… курьер ошибся дверью, — брякнула я первое, что пришло в голову, мысленно проклиная себя за тупость.
Дэвлин, до этого лениво опиравшийся на косяк, вдруг выпрямился. Его взгляд скользнул по стильным черным контейнерам, плотной бумаге и льняным салфеткам.
— Надо же, какое совпадение, — протянул он, скрестив руки на груди. — Упаковка из «Le Bernardin». Они принципиально не работают на доставку. Разве что для очень особенных клиентов.
Нова перевела растерянный взгляд с Дэвлина на меня и обратно.
— О чем ты?
— О том, что Дино, кажется, окончательно свихнулся. Я знал, что он упертый, но чтобы он прислал ужин из ресторана на Манхэттене в Бед-Стай... Они еще специализируются на морепродуктах и даже не готовят говядину. Интересно, скольким людям Дино пришлось угрожать или сколько тысяч отвалить, чтобы их шеф-повар из-под земли достал для твоей подруги кусок мяса и сделал такое исключение?
Эта информация заставила меня уставиться на наполовину съеденный стейк так, словно он мог в любую секунду взорваться.
— Но я его об этом не просила! — в отчаянии воскликнула я, бросая хлеб обратно в черную коробку. — И вообще, нормальные люди после пощечины посылают к черту, а не вот это вот все, твою мать!
Дэвлин провел рукой по своему лицу, стирая остатки помады с щеки.
— Дино и слово «нормальный» не совмещаются, — выдал он скучающе. — И я точно знаю, что он не успокоится, пока ты не согласишься стать его девушкой. А это, судя по всему, очень долгий путь.
— Угомони своего друга, — процедила я раздраженно. — Он не дает мне прохода!
— Ты, конечно, конченая. В этом городе миллионы были бы не против такого внимания, но ты…
— Да пошел ты! Туда же, куда и он! Я чувствую себя свиньей, которую откармливают на убой перед тем, как ритуально принести в жертву…
Нова медленно протянула руку, отщипнула кусок дорогущей чиабатты, макнула в мясной сок и отправила в рот.
— М-м-м, — прожевав, простонала подруга, — да за такое я бы уже давно отдалась кому угодно.
Я в отчаянии плюхнулась на табуретку, обхватив голову руками.
— Как мне от него избавиться? Может, мне сменить имя? Переехать в Мексику? Сделать пластическую операцию?
Дэвлин фыркнул.
— Скажи спасибо, что он заинтересован в тебе в романтическом смысле. Когда его семейке отказали конкуренты из Нью-Джерси, он спалил их склад вместе с товаром.
— Отлично. Значит, нам еще ждать, когда он спалит мой дом?
— Ну, только если захочет, чтобы ты вынужденно переехала к нему.
Я в ужасе вспомнила, как Дино упоминал о своем пентхаусе и жаловался, что я живу в этой «потрепанной коробке» вместо его дома.
— Пусть только попробует! — яростно выплюнула я.
Дэвлин обвел выразительным взглядом нашу обшарпанную кухню.
— Чтобы спалить это место, ему даже не понадобится бензин. Достаточно просто чиркнуть спичкой, и она сложится, как карточный домик. К тому же, он, скорее всего, даже не станет этим заниматься, а просто выкупит это здание и выселит тебя к чертовой матери. Абсолютно легально.
Я открыла рот, чтобы возмутиться, но перед мысленным взором уже пронеслась яркая картина: Дино стоит на нашем пороге с документами на право собственности и той самой издевательской ухмылкой.
Нова замерла с недоеденной чиабаттой в руке, и в ее глазах внезапно вспыхнул нездоровый, меркантильный интерес.
— Я до сих пор не могу поверить, что ты отказала ему, когда он предлагал тебе виллу в Италии! Это было верхом идиотизма!
— Нова! — Я возмущенно уставилась на нее. — Его семья и он сам, блин, убивают людей!
— У всех свои недостатки.
Спорить было бесполезно, так что я замолчала, прокручивая в голове все возможные пути избавиться от внимания Дино Скальоне. Но, кажется, их просто не существовало.
Этот парень никогда от меня не отстанет…
ГАНГСТЕР В СТАЖЕРАХ
ДИНО
Я сидел на краю стола, болтая ногами, и улыбался, вспоминая утро.
Я в деталях вспоминал, как округлились ее глаза, когда она увидела меня на парковке, выйдя со своей смены. И это было так потрясающе! Большинство девушек при виде меня начинают заикаться или вешаться на шею, а моя сладкая Тиган просто процедила: «Ты что, реально ждал меня здесь?».
Я тихо рассмеялся, откинувшись назад.
Потом она ушла отсыпаться в свою картонную коробку в Бед-Стай, которую по какому-то недоразумению называла домом. А я весь день, пока решал скучные вопросы с поставками оружия, которые доверил мне papà, не мог выкинуть ее из головы. Ходил и думал: чем бы накормить мою злую девочку, когда она проснется вечером?
— Энцо! — громко позвал я, прервав собственные мысли.
Мой телохранитель тут же вырос из полумрака склада.
— Да, босс.
— Как думаешь, она уже поела? — Я мечтательно вздохнул. — Представляешь, она ведь не любит рыбу. Вообще! А я позвонил в лучший рыбный ресторан в городе, между прочим. Позвонил и сказал: так и так, ребята, моей девушке нужна говядина.
— И что они, босс? — обреченно спросил Энцо, который за последние сутки выслушал о Тиган больше, чем за всю свою жизнь о наших делах.
— О, этот их напыщенный шеф-повар француз сначала верещал в трубку, что я оскорбляю его высокое искусство. Пришлось очень вежливо пообещать, что если стейк для Тиган не будет таять во рту, я заставлю его сожрать всю сырую рыбу на его кухне. Вместе с чешуей, жабрами и льдом с витрины. И знаешь что?
— Что?
— Он приготовил просто охуительный кусок мяса! И этот трюфельный соус! Надеюсь, она оценила. Я ведь даже записку ей оставил. Сам писал, от всей души, а ты знаешь, как я ненавижу писать от руки.
В дальнем углу склада приглушенно застонал бедолага Лео, привязанный к стулу.
Я раздраженно цокнул языком и спрыгнул со стола.
— Парень, имей совесть! — крикнул я в полумрак. — Ты сбиваешь мне весь романтический настрой своими полудохлыми стонами… Энцо, вставь ему кляп посвежее, perché mi ha già stufato9[9]!
Я поправил манжеты своей рубашки и достал телефон. Дэвлин написал, что я самый отчаянный придурок на всей планете. Значит, доставка прошла успешно. Значит, моя колючая принцесса сейчас сидит, жует лучшее мясо на Манхэттене и наверняка при этом кроет меня отборным матом.
От этой мысли в груди стало так тепло, что я невольно расплылся в счастливой улыбке. Это же просто песня, а не женщина.
— Ладно, Лео, сегодня твой счастливый день, — бросил я связанному парню, направляясь к выходу. — Я сегодня чертовски добрый. Энцо, не ломай ему ноги. Просто пару раз врежь, а потом скинь видео его дядюшке.
— Но, сэр, ваш отец хотел, чтобы вы…
— Ой, ну не надо портить мне настроение! Ты не слышал? Я сегодня добрый. Хочешь, чтобы я стал злым?
— Нет, сэр, но…
— Ну вот и молчи тогда в тряпочку, Oh, mio Dio!10[10]
После сказанного я выскочил на улицу и запрыгнул в тачку. Нарядная Бьянка, поджидавшая меня на заднем сиденье, печатала что-то в телефоне, стуча по экрану своими огромными коготками. Когда я появился рядом, sorella11[11] перевела на меня взгляд и выгнула бровь.
— Ну как прошло? — спросила она.
— Закончат там без меня. Я просто немножко с ним поболтал.
— Дино, мать твою, тебе жить надоело?
— Да чего вы от меня все хотите?
— Papà недоволен твоим поведением. Ты летаешь где-то в облаках в последнее время.
— Не в облаках, а на крыльях любви.
Бьянка смерила меня злым взглядом.
— Эта Тиган свела тебя с ума... Papà в ярости! Хорошо, что он еще не знает про нее. Дино, будущий дон не должен бегать за кассиршей, как озабоченный школьник.
— Во-первых, она не кассирша, — назидательно поднял я палец. — Во-вторых, пусть papà пьет свои таблетки от давления и не лезет в мою личную жизнь. Слушай, раз уж ты здесь… скажи мне как женщина. — Я подался вперед, заглядывая в лицо сестры с искренним любопытством. — Если парень присылает девушке дорогущий стейк из мишленовского рыбного ресторана, а она его принимает, это ведь верный знак, что лед тронулся, да?
Бьянка медленно опустила телефон на колени. Ее глаза сузились.
— Подожди, — медленно произнесла она. — Ты отправил ей ужин из «Le Bernardin»? Тот самый, столик в который я пыталась забронировать два гребаных месяца?!
— Ну, технически я столик не бронировал. Я просто вежливо попросил их шеф-повара собрать еду навынос. Почти под дулом пистолета, конечно, но главное ведь результат.
— Дино, тебя ждет неминуемая смерть в муках, — прошипела sorella, и ее пальцы с идеальным маникюром сжались в кулаки. — Я собираюсь перерезать тебе горло! Я два месяца ждала этих устриц!
— Завидуй молча, sorellina! — радостно засмеялся я, совершенно не впечатлившись угрозами. В нашей семье обещание перерезать горло приравнивалось к пожеланию доброго утра. — Устрицы — это банально. А вот мраморная говядина для девочки, которая питается лапшой быстрого приготовления — это ход гения!
Я отвернулся от кипящей от ярости сестры и хлопнул по спинке водительского сиденья, где замер мой водитель.
— Погнали, Марко! Газ в пол!
Мы наконец сдвинулись с места и начали отъезжать от склада, в котором моя семья в основном любит допрашивать и пытать на камеру должников.
Бьянка вернулась к своему телефону, и я успел лишь заметить, что она переписывается с какой-то девчонкой. Я вытянул шею, пытаясь заглянуть через ее плечо на светящийся экран.
— О-о-о, кто это у нас тут? — радостно протянул я, хитро прищурившись. — Неужели это та новенькая из бухгалтерского отдела, которая падает в обморок при виде крови?
Бьянка мгновенно заблокировала экран и прижала телефон к груди так, словно я собирался его выхватить (а я, честно говоря, именно это и прикидывал в уме).
— Отвернись, пока я не выколола тебе глаза пилочкой для ногтей, stupido12[12]! — прошипела она.
— Да ладно тебе! Мы же семья! И должны делиться радостями. Вот я, например, абсолютно счастлив. Кстати говоря, если эта зазноба любит морепродукты, я могу все устроить. У меня теперь отличный контакт в «Le Bernardin». Всего один пистолет у виска шеф-повара — и устрицы твои.
— Дино, клянусь Мадонной, еще одно слово про этот ресторан...
— Окей, молчу.
