— Я няня! — вынимаю из заднего кармана сложенный в несколько раз договор. Губы горят, тело чувствительно плавится от произошедшего, дыхание совершенно сбито.
— Чёрт, — Исаев распрямляется, тяжело дышит. Взгляд ошарашенный, полный негодования.
Ничего, будет знать, как хрупкую девушку обзывать и лапать.
— Няня? — хрипит.
— Няня! — всовываю ему в руки бумагу. Артём медленно разворачивает несколько листов формата А4 и начинает просматривать. Цыкает то ли от боли, то ли от разочарования.
Заставляю себя отвести взгляд от мужчины перед собой. Я таращусь на него, как на редкий экспонат в музее. А всё потому, что Исаев невозможо хорош. Высокий, тренированный, с кучей таинственных тату. Он полное попадание в мои девичьи фантазии — жгучий брюнет с карими глазами и волевым подбородком.
Как только увидела его на кухне, так и обомлела. Непонятно, как смогла сохранить невозмутимое лицо. Да ещё и дерзко ему отвечать.
«Артём…» — внутри головы раздаётся собственный томный голос.
— Принеси лёд, он в морозилке на первой полке, — Исаев бросает на меня беглый взгляд, снова возвращается к бумаге.
Смущённо разворачиваюсь и бегу сломя голову на выход. Не с первого раза справляюсь с замком. Слава богу, дети продолжают поедать мои блинчики и не обращают внимания на то, какая их няня всклокоченная. Выпиваю большой стакан воды, брызгаю ледяными каплями себе в лицо и только после этого вынимаю из морозилки пакет с кубиками льда.
— А можно нам ещё? — подаёт голос Дениска. Милый мальчик, если не считать того, что он предложил взять меня в заложницы и стащил паспорт.
— Пожалуйста, пока папа тебя не уволил, — печально вздыхает Тайка. — У него ужасная манная каша. Она всегда с комочками.
Кошмар! Как можно так издеваться над детьми?
Манка, да ещё с комочками.
— Сейчас, только отнесу папе лёд, — улыбаюсь обоим.
Иду обратно к спальне. Стучусь и осторожно заглядываю внутрь.
— Можно? — чувствую, как снова заливаюсь краской. Артём сидит на постели, всё ещё разглядывая бумаги. Он переводит на меня серьёзный взгляд и кивает, чтобы подошла.
— Любовь, — прикусывает нижнюю губу, припухшую от нашего поцелуя. — Думаю, мне стоит извиниться. В свете последних событий, о которых тебе лучше не знать, — он откашливается, — я принял тебя не за ту.
— Оу…
— Н-да, — Артём забирает у меня пакет со льдом. Кладет его на прикроватный столик рядом с лекарствами. Прочёсывает своей огромной ручищей густые жёсткие волосы. Кажется, я сжимала их в ладони, когда пыталась отодрать Артёма от себя. — Полагаю, для всех будет лучше, если ты возьмёшь выплаченные тебе деньги в счёт компенсации за случившийся инцидент, забудешь о том, что произошло, и оставишь мой дом.
— Как? — ахаю растерянно.
— А я подыщу для детей другую няню, — его взгляд быстро скользит по мне. Но на этот раз без страсти, исключительно равнодушно. — Более подходящую. С опытом. Постарше.
Точно нет!
Кажется я… о боже… я влюбилась с первого взгляда. Точнее, с первого поцелуя…
И что теперь делать?
— Нет, — отрезаю уверенно. — Вы меня только что, — указываю пальцем на свои припухшие губы, — заразили неизвестным вирусом.
— Я оплачу все расходы на врачей и лекарства.
— Ну нет! Вы заразили — вам за мной ухаживать!
— О боже, — он закатывает глаза. — Согласен выждать инкубационный период в две недели. Можешь остаться на это время в гостевой.
— Я с вами до конца мая, — ловко выхватываю из мужских пальцев бумаги. Прячу их в карман. Сначала две недели, а потом Артём Львович ко мне привыкнет.
Передо мной, может быть, мужчина всей моей жизни, так что я никуда не уйду отсюда, пока точно не выясню. Да и куда он без меня? На столе какие-то непонятные лекарства. Так дело не пойдёт! Кто ему куриный бульон сварит? А температуру измерит?
— Люба, послушай, — Артём опирается ладонью о постель. У него точно высокая температура. Я ещё во время поцелуя ощутила, что он весь горит. — Как взрослый мужчина, я беру полную ответственность за произошедшее на себя. Никто не заберёт у тебя деньги, если ты переживаешь об этом. И брата моего бояться не стоит. Он тебя запугивал? — прищуривается.
— Нет.
— Хорошо. Так вот. Ты студентка, как я понял. Тебе учиться нужно, а не за чужими детьми смотреть. И заниматься тем, чем вы там занимаетесь в девятнадцать. Ходите в кино с мальчиками по возрасту, гуляете в парке. Тусите с подружками. Вот этим всем и займись, Любовь.
— Артём, — подхожу к нему вплотную. — Львович, — упираюсь в его плечо и надавливаю. Он поддаётся лишь потому, что силы покинули его сильное тело, а температура и слабость взяли своё. — Ложитесь в постель. Я сейчас принесу вам куриного бульона, лекарства разведу.
— Люба, дай мне телефон, — хрипит еле слышно. — Кажется, он на кухне.
— После того как съедите бульон и поспите, — протягиваю ему градусник, чтобы измерить температуру. — И не переживайте, моя мама медсестра, так что вы в надёжных руках, — склоняюсь ниже. Кладу ладонь на горячий лоб. Всё верно, высокая. — В моих.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74256862&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
