Вдоль главного канала тянулись карнизы, от них ветвились боковые тоннели. В нишах то и дело попадались следы жизни: тряпьё, кострища, ящики, расставленные со смыслом. Город под городом, со своей экономикой. Я профессионально прикинул её объём и решил никогда не озвучивать эту прикидку Боргману: он бы захотел обложить её сбором.
Муся вела уверенно. На развилках её палец разворачивался, как флюгер, иногда раньше, чем мы доходили до развилки. Один раз она молча показала вверх. Бабай, не задумываясь, пригнулся, и над его головой прошла провисшая балка. Я шёл следом и, разумеется, приложился об неё лбом.
— А меня предупредить? — буркнул я, потирая ушибленный лоб.
— Совета мудрого коль обрести желаешь, напитком чудным нужно поделиться.
Минут через двадцать пути Бьёрн вдруг сказал:
— А где Анкурик?
Мы остановились, я обернулся. Позади был карниз, тьма и канал, а полуэльфа не было.
— Анкурик!
— Я ТУТ, — донеслось из бокового тоннеля шагах в тридцати позади. — НЕ ОРИТЕ. Я ПРОВЕРЯЮ.
— Что ты проверяешь?!
— Движение тут было какое-то, — сообщил он, когда мы немного отошли назад, чтобы посмотреть, что он нашел. — Вон в той куче мусора.
— Думаешь, там прячется хафлинг?
— Возможно, или как минимум тот, кто считает хафлингом меня. Я прям чувствую жжение от этой мысли вот тут.
— Там не сердце, Анурик, — хмыкнул Бьёрн.
— Я знаю.
— Ну давай проверим, — вздохнул я, смотря на гору мусора в углу этой ниши без особой радости. Там стояла пара мелких покореженных ящиков, сломанная бочка и просто какой-то набросаный на них мусор. — Ты ведь не уйдешь, пока не проверишь?
— Именно! — ухмыльнулся полуэльф. — ПСИБЛЕЙДЫ!
С его рук сорвались фиолетовые клинки, которые разнесли кучу хлама на ещё более мелкий хлам, но очевидно, что среди него никто так и не прятался.
— Там никого нет, — отметил Бьёрн. — Тебе вновь показалось.
— Странно это… Я был уверен… — Анкурик подошел к куче и пнул её ногой, а затем даже не побрезговал порыться в ней, пока не вытащил…
— Да хранит нас Фин, выброси эту дрянь! — скривился я при виде того, что вытащил полуэльф.
Анкурик держал перед собой нечто, что прежде, возможно, считалось одеждой. Теперь оно больше напоминало пласт городской истории, который случайно обрёл рукава. Грязь на нём успела высохнуть, намокнуть, снова высохнуть и, судя по запаху, начать новую жизнь.
— Подожди, — Анкурик встряхнул находку. Из складок посыпалась серая труха. — Фу, это словно хафлинга одежда. Они такое любят.
— Не думаю, — покачал головой Бьёрн, но спорить с Анкуриком в вопросах хафрингов так же бесполезно, как просить Бабая не пить.
Анкурик повернулся к Бабаю.
— Вдарь по ней святой магией.
Орк перестал оценивать остаток во фляге и посмотрел на одежду.
— Зачем?
— Затем, что от этой дряни нужно очистить землю.
— Просто выкини эту штуку, и пойдем, — вздохнул я.
— Если эту вещицу правда носил хафлинг, то я не могу её просто так бросить. А что если её кто-нибудь найдет? Или вообще оденет.
— Сильно сомневаюсь, — покачал я головой. — Если так хочешь, давай я потрачу огненную пулю и сожгу её? Тогда ты будешь доволен?
— Нет, тут нужна святая сила! — настаивал Анкурик. — Эта вещица, вне всякого сомнения, несет в себе тьму хафлингов, а разве долг паладина не уничтожать тьму?
Я посмотрел на Бабая. Тот вздохнул, понимая, что спорить мы можем до посинения и проще согласиться. В конце концов, именно так Анкурик обычно и побеждал здравый смысл. Не аргументами, а готовностью заниматься одним и тем же безумием дольше всех остальных.
— Ладно, брось её на землю и отойди.
Полуэльф с готовностью швырнул находку обратно на кучу и отступил к нам. Бабай убрал флягу, снял с груди символ Спотыкающегося бога и недовольно осмотрел лохмотья, словно они лично оторвали его от важного религиозного занятия.
— Да сгинет скверна перед взором твоим, — пробормотал он, подняв символ. Подумал и добавил: — Если она тут вообще есть.
По латунному ободу пробежал золотой свет. На миг показалось, что ничего не произойдёт, но затем в одежду ударила короткая молния. Куча вздрогнула, разлетелась на горящие клочья, а по тоннелю потянуло палёной шерстью и ещё неким запахом, которому я не хотел подбирать название.
Анкурик довольно кивнул.
— Вот теперь можно идти.
— Рад, что мы спасли город, — сказал я, проверяя, не загорелся ли мусор вокруг. — Осталась сущая мелочь: найти бочку с гримуаром до того, как полоумный маг не решит уже нас испепелить за невозвращение потерянной книжки.
Мы уже стали уходить, когда я краем глаза уловил движение. Один из обгоревших рукавов неожиданно шевельнулся.
Сначала я решил, что ткань просто осела, но затем из неё вырвался тонкий чёрный червяк длиной с палец. Для своего размера он двигался удивительно быстро. Тварь скользнула между камнями, оттолкнулась от обломка ящика и прыгнула Анкурику на сапог.
Полуэльф заметил её слишком поздно. Он успел дёрнуть ногой, но червяк уже добрался до голени, впился в кожу над краем сапога и исчез внутри.
Анкурик замер. Под его кожей появилась тонкая тёмная полоска и начала подниматься вверх.
— РЕЖЬТЕ НОГУ! — заорал он.
— Успокойся! — я ухватил его за плечи, пока он не успел сотворить очередную глупость. — Бабай сейчас посмотрит.
— НЕЧЕГО ТУТ СМОТРЕТЬ! ОНО УЖЕ ВНУТРИ! РЕЖЬТЕ!
— Никто тебе ногу резать не будет, — рявкнул Бабай, опуская Мусю. — Сядь и не дёргайся, я и не такое вылечить могу, если необходимо.
Кошкодевочка соскользнула с его плеча, уселась возле стены и привалилась к ней спиной. Судя по тому, что глаза она так и не открыла, происходящее её совершенно не беспокоило. Бабай тем временем заставил Анкурика сесть на уцелевший ящик, задрал штанину и прижал ладонь к месту укуса.
Золотой свет растёкся вокруг его пальцев. Рана закрылась почти сразу, но тёмная полоска под кожей никуда не исчезла. Напротив, она дёрнулась и поползла дальше к колену.
Бабай нахмурился, усиливая сияние.
— Как странно, — сказал он через несколько секунд. — Моя сила на него не действует, хотя я этой силой разных паразитов изгонял, а тут не работает…
— Это хафлингово семя! — Анкурик посмотрел на нас так, словно только он понимал всю серьёзность происходящего. — Оно во мне! Режьте ногу, пока оно не поразило мой мозг!
— Не преувеличивай.
— НЕ ПРЕУМЕНЬШАЙ! — взвизгнул он, и его всего затрясло. — Ты и понятия не имеешь, с каким злом мы тут столкнулись!
Пока мы спорили, тёмная полоска добралась до колена и исчезла под тканью штанов. Анкурик тоже это заметил. На его пальцах вспыхнул фиолетовый свет, и в ладони начал формироваться психический клинок.
— Если вы не хотите это сделать, то я сам! — с какой-то безумной, маниакальной улыбкой заявил он.
— Даже не думай! Анкурик, не сходи с ума!
— Это вы тут безумны, если думаете, что у меня есть хоть один шанс выжить. Нет… Хафлингово семя не пустит корни во мне… НИКОГДА!
Я попытался перехватить его руку, но Анкурик вывернулся. В другой ситуации я бы просто позвал Бабая, однако орк сейчас держал ладонь на ноге полуэльфа и пытался понять, куда делся червяк. А ведь тот и впрямь делся, видимо, ушел глубже, и теперь на коже его видно не было.
Бьёрн до этого наблюдал молча, но когда фиолетовый клинок окончательно сформировался, шагнул ближе и схватил Анкурика за запястье.
— Я отрежу.
На несколько секунд стало тихо.
— Что? — переспросил я.
— Ногу, — спокойно уточнил Бьёрн. — Я отрежу.
— Вот! — обрадовался Анкурик. — Хоть один разумный человек!
— Вы оба психи.
— Возможно, — согласился Бьёрн. — Отойдем на минутку?
Мы действительно отошли, попросив Бабая не давать нашему полуэльфу сделать какую-нибудь глупость.
— Если мы ему помешаем, он всё равно раскромсает себя при первой возможности, — сказал мне Бьёрн. — Всерьез хочешь смотреть, как он тут устроит кровавую бойню со своей конечностью?
— Это нога, Бьёрн! Нога нашего товарища! Ты хочешь, чтобы он остался калекой?
— Да брось, — рассмеялся он, — мы в мире магии. Конечно, это обойдется дорого, но ногу мы ему отрастим. По правде сказать, я сам руку однажды терял.
— Стой… что? Ты терял руку?
— Ага, как раз во время первой миссии с Бабаем и Лалуной. Нас тогда вообще всего трое было. Ну и… — он осекся. — Потом расскажу, в общем. Я просто хочу сказать, что даже если отрежем ногу, ничего страшного не случится. Может, вообще заберем отрубленную и дадим целителю, чтобы тот её обратно прирастил. Такое тоже делают, и это будет дешевле, чем выращивать новую. Главное – коротышке не говорить, что это его старая нога.
— А червь?
— Да ерунда.
— Вы все просто психи, — всплеснул я руками. — Делайте, что хотите!
— Привыкай, у нас такое дерьмо часто происходит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/findroid/budni-rabotnika-gildii-2-74265107/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
