Этот поцелуй был не просто страстью – это была битва, игра, вызов и обещание одновременно.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, я едва могла дышать.
Глаза Шахрияра горели огнём, полным желания и непоколебимой решимости.
И тем не менее он хмурился.
– Ты… ты не…
– Ваши Сиятельства! – дверь за спиной наместника резко открылась, и в проёме появилось сияющее лицо жреца. – Всё готово. Пройдёмте. До полуночи осталась пара минут.
Шиарис отпустил меня, прерывисто выдыхая.
Опять схватил поверх локтя и потянул к двери, процедив сквозь зубы:
– Потом поговорим.
Глупое наваждение тут же рассеялось.
Меня бросило в жар. Паника подняла голову.
– Ты… Ты не… – повторила за Шиарисом, толком не понимая, как остановить неизбежное. А ведь я даже не знаю толком, как церемония изъятия проводится, и что я буду при этом испытывать! – Не надо этого делать. Давай перенесём на месяц-два?
Шахрияр с прищуром посмотрел на меня, не переставая тянуть к золотой чаше.
– Надо кое-что проверить.
– Что? Что ты проверить собираешься? – У меня вся кровь отхлынула туда же, куда сердце провалилось.
– Кое-что, – усмехнулся наг, рывком заставляя меня приблизится к себе и застыть в кольце его рук.
Шах развернул меня лицом к алтарю и крепко зафиксировал руки так, чтобы я больше ничего «нечаянно» не опрокинула.
Жрец вскинул руки, и пламя в чаше вспыхнуло, поднимаясь столбом на целый метр.
Я никогда не любила огонь. А уж если мне сейчас придётся как-то контактировать с этим пламенем…
Я запаниковала.
– Не надо… – забилась в объятьях наместника. – Ты ошибаешься! Это всё ошибка! Не хочу!
– Тише, – шикнул на меня мужчина, зажимая крепче. – Если я прав, тебе не будет больно… Шалара.
Сглотнув, замерла.
Жрецы запели какой-то местный религиозный речитатив, возводя руки к куполу храма.
Вроде как торжественно всё выглядело, но накал страстей потихоньку сошёл на «нет» вместе с огнём в чаше.
Даже свет в храме медленно потух, выдав тихое: «Пшшшш».
– Фуф, – выдохнула с облегчением, мало что понимая.
– Этого… Этого не может быть! – прошептал старший жрец, тут же переходя на крик. – Храм осквернён!!! Нет божественной искры! Пропала!!! КОШМАР! СВЯТОТАТСТВО!!! Искра пропала!!!
Началась какая-то дикая суета.
Храмовники забегали, зажигая магией светильники и вместе с тем проверяя что-то в стенах огромного помещения.
«Кирпичи трогают… Ой-ой! Походу эта «Ш», вместо которой теперь я, именно отсюда умыкнула божественную искру. Хоть бы никто не виде…»
– ЭТО ТЫыыы! – резко обернулся ко мне старец, ещё недавно казавшийся божьим одуванчиком. Из его рта гневно летела слюна. – Я тебя пожалел, пустил, выслушал! Обещал помочь, а ты… Ооооо! Вероломная нагиня! Ты украла её, да?! Украла божественную искру!!
– Нет! – воскликнула громко, стараясь передать искреннее возмущение. – Я ничего не брала!
– Руки!!! – с рыком потребовал жрец. – Одно заклинание, и я пойму, касались ли твои руки божественной искры!
Вот тут холод отступил, опять бросая меня в жар.
«Нельзя! Я же в теле Шалары! Естественно, её руки брали искру! Чёрт!»
– Эммм… – я испуганно завертелась в крепких руках хмурого Шахрияра.
Наг выглядел очень сурово. Было видно, что мысли у него «не радужные». И это мягко сказано!
Нагнувшись к моему уху, Шах едва слышно прошипел:
– Вот значит, как? Решила задурить мне голову? На поцелуй ответила… глазки строила, изображая невинность! А в итоге…
– Святотатство! – продолжал кричать жрец, хватаясь за сердце. – Не будь вы женой наместника, я потребовал бы вас наказать!
– Накажем, – холодно протянул Шиарис, отталкивая меня от себя. – Договоритесь с другим храмом на следующий Саркарий. Насчёт искры – не волнуйтесь. Завтра велю одному из своих адашей отвезти вас на источники Великой Кары. Освятите свою твердь слезами Богини, и стены снова обретут искру.
– Хвала вам, наместник Шиарис! Пусть ваши дни продлит великая Кара Небесная! – мне же достался кулак, которым жрец от души потряс в воздухе. – Ууууу! Вандалка! Целуй ноги своего мужа-защитника, а то я бы тебя…
– Достаточно, – неожиданно вступился за меня Шахрияр, снова подхватывая под локоть и навязчиво подталкивая в сторону выхода.
– Это не я! Я этого не делала! – предприняла ещё одну попытку объясниться, едва мы оказались в карете. – Я…
– Хватит. Ещё слово – и я собственноручно отправлю тебя в темницу! – наг поморщился, окинув меня презрительным взглядом. – Ещё месяц тебя терпеть!
Я примолкла, сдуваясь, точно испорченный воздушный шарик.
Плечики уныло опустились.
Я обхватила их, обнимая, и отвернулась к окну.
Слёзы просились наружу, прямо-таки душили, но я сдержалась, обиженно стиснув челюсти.
«Не при нём! Только не при нём!»
Когда крылатые кони спикировали на мощёный двор, я выбежала из кареты первой и побежала в особняк.
– Шалара! Шалара! – гневно летело мне вслед, но я больше не могла сдерживаться, роняя слёзы.
Оказавшись в спальне бывшей хозяйки тела, я бросилась на кровать и зарыдала в голос. В отчаянии, которое сжимало грудь, словно железные тиски, я чувствовала, как рушится всё. Все мои без того шаткие идеи.
«Теперь всё пропало… – думала я сквозь рыдания. – Портал… открыть его теперь невозможно. Искры нет, а без неё – ни шагу вперёд. Мои родные… они живут там и не знают… а я… я останусь здесь, в этом чужом мире, в этой крепости, в этом аду, где мне никто не верит и не придёт на помощь! Никто не спасёт. Я обречена!»
В голове крутились мрачные картины будущего – одиночество, страх, бесконечные стены, которые никогда не позволят уйти. Это самое тёмное будущее из всех, что я могла представить. Здесь и сейчас не виделось ни надежды, ни спасения.
Слёзы текли по щекам, но как только в дверь постучали, я резко села, размазала солёную влагу по щекам и вскинула подбородок.
– Госпожа, – в спальню вошла белокурая молоденькая горничная и присела в книксене. – Его Сиятельство приказал собрать ваши вещи. Завтра на рассвете вы возвращаетесь в столичный дворец императора.
Девушка просияла воодушевлённой улыбкой, а я с ужасом выпучила глаза.
«Нет! Мне нельзя! Нельзя покидать тёмную башню! Тут же портальное зеркало и книга с заклинаниями».
– Эммм… напомни, сколько лететь до столицы?
– Так примерно столько же, сколько вы до храма летали – около часа, сира Шалара.
Я с облегчением выдохнула.
«Фух! Тогда нормально. Тогда ещё не всё потеряно! Надо только найти ещё один храм с искрой. Желательно с другим храмовником. А то тот дедуля больше не пустит меня на порог своей вотчины. Но главное – я не сдамся. Пока дышу – буду бороться! Пусть этот мир и его жестокие правила пытаются меня сломать, но я найду способ вернуть всё на свои места! И Шалара… надо тщательно продумать, как вернуть эту змеюку обратно, потому что я ей не соперник. Может… может, если подловить момент и открыть портал при Шахрияре? Это ведь в его интересах – затащить свою жёнушку обратно!»
Сжав кулаки, я поднялась с кровати.
Внутри меня вспыхнул огонь – тихий, но неугасимый.
– Что ж! Давай собираться!
Горничная с удивлением покосилась на меня и, подойдя к шкафу, распахнула его.
Глава 5. В теле злодейки даже гормоны злодейские!
Я стояла перед гардеробной, окружённая бесконечными рядами платьев, расшитых драгоценными камнями и украшенных кружевами, которые казались слишком откровенными для повседневной жизни. Шалара – эта стерва – носила вечерние наряды даже просто так, словно каждый день был для неё балом или пиршеством.
Прозрачные ткани, которые я не могла назвать иначе как «вульгарными», отталкивали меня своей наглой доступностью. Они буквально кричали о том, что их владелица не боится никакого осуждения. Даже своего личного. А ещё ей глубоко плевать на мнение общества и его норм морали.
Нет, я тоже не подарок! Сама всегда чхала на моду и её последние тенденции, но чтобы вырядиться в…
«Кажется, даже проститутки более элегантно выставляют свой товар. – Я провела рукой по одному из платьев, чувствуя холодный шелк и лёгкую прохладу кружева. – Нее… это не моё. Раз уж выпала доля примерить на себя возможности принцессы, то мне нужна одежда, в которой я могу чувствовать себя собой – или хотя бы попытаться».
Из всего этого богатства я выбрала одно чёрное платье – строгий, но элегантный наряд, который хоть и просвечивал в некоторых пикантных местах, почти до трусов показывая через кружево оголённые ноги, но при этом не казался пошлым. Особенно, если под низ добавить коротенькую юбку из подкладочной ткани!
К платью я добавила ночную сорочку – простую, но уютную, и брючный костюм, оказавшимся самым практичным из всего, что здесь было.
Горничная, которая помогала мне с выбором, смотрела на меня с явным недоумением и даже шоком. Судя по всему, её госпожа не утруждала себя мелочами. Видимо, обычно Шалара не участвовала в сборах и просто появлялась в финале, когда все сумки были уже собраны.
Девушка тихо вздохнула, когда я отвернулась, и мне послышалось, как она пробормотала что-то вроде: «Вот это перемены… И всё?!»
«Вот! – возмутилась я, и передо мной сразу всплыл образ тугоумного Шахрияра. – Даже она почувствовала во мне перемены! А он…» – поморщившись, сама подхватила сумку за ручку и поставила её у двери, не обращая внимания на вытаращившую глаза камеристку.
– Можете идти. Я приму ванну и немного подремлю. До рассвета осталось совсем немного.
– Как скажете, сира Шалара.
Горничная быстро поклонилась и убежала, оглянувшись всего раз, чтобы убедиться, что я – не мираж.
Повздыхав, открыла дверь в кафельный рай и впервые за всё время нахождения в новом мире искренне улыбнулась.
Кому-то обед был «по расписанию», а для меня главное в жизни – это водные процедуры!
Я вошла в ванную комнату и сразу почувствовала, как привычный мир города остался где-то далеко за дверью. Вместо обычной ванны здесь стояла огромная купель, встроенная прямо в пол — почти мини-бассейн, окружённый мраморной плиткой, холодной и гладкой на ощупь. Она казалась одновременно величественной и немного пугающей своей масштабностью.
Самое удивительное – семь кранов, аккуратно выстроенных вдоль края купели. Сначала я подумала, что это просто разные источники воды, но методом проб и ошибок быстро поняла: помимо привычных потоков горячей и холодной воды, здесь были встроенные дозаторы с ароматизаторами и средствами для пены. Каждый кран отвечал за свой запах и эффект.
Я остановилась на симфонии сирени и мяты, напоминающей мой любимый месяц май. Свежий, лёгкий аромат сразу же расслабил меня, словно напомнил о весеннем тепле и цветущих садах.
Набрав воды до краёв, я зажгла свечи, воспользовавшись огнём в камине, и осторожно погрузилась в купель, чувствуя, как горячая вода обволакивает тело, согревая и смывая усталость.
Я закрыла глаза и позволила себе насладиться этим моментом – редким и драгоценным в этом чужом мире.
Вода ласково обнимала меня, а аромат сирени и мяты наполнял лёгкие, даря ощущение покоя и умиротворения.
В этот миг я почти забыла обо всех страхах и сомнениях, о том, что мне предстоит совершить, чтобы открыть портал и вернуться.
Кажется, даже задремала.
И тут БАХ!
Дверь в ванную распахнулась, впуская на порог мрачного Шахрияра.
В ОДНИХ ШТАНАХ!
Я шарахнулась к бортику купели, удивлённо хлопая ресницами, пока глаза пытались охватить весь колорит мощного туловища сильного нага-воина.
«Бесстыжие…»
– Что надо? Только не говори, что пришёл за супружеским долгом?!
~Шахрияр Шиарис, наместник империи Шиатар~
