Лина Мак
Змея в доме на счастье
Глава 1
Дорогие читатели, добро пожаловать в мою новую историю!
Эта книга будет о одной из второстепенных героинь моих историй!
Янина Змея! Да-да это её фамилия. Шикарная девушка, шикарный мужчина и шикарное противостояние!
Вы могли её встречать в истории Саши и Роберта Графа, помните таких?) Нет? Тогда можно заглянуть к ним в гости, пока будете ждать продолжения! Жмём на название книги, оно активно:
"Ты мой подарок! Раздевайся"
А пока, давайте знакомится с новыми героями!
Янина Змея и Максим Орлов
***
— Орлов, ты меня вообще слушаешь?
Перевожу взгляд с верхнего яруса на сидящего напротив мужчину. Седов. Владелец двух строительных компаний, одной сети отелей и самомнения размером со среднее европейское государство.
Слушаю я его уже сорок минут.
Двадцать из которых он повторяет одно и то же, только переставляя слова местами и рассчитывая, видимо, что от изменения порядка цифры в отчёте тоже внезапно станут другими.
— Внимательно, — отвечаю спокойно.
— И что скажешь?
— Что ты хочешь продать мне проблему по цене прибыльного бизнеса.
Седов напрягается. Поднимает бокал, но пить не торопится. Изучает меня поверх прозрачного края, будто надеется обнаружить на моём лице признаки сомнений.
Напрасно.
Я никогда не сажусь за стол переговоров, если не знаю, чем они закончатся. Сегодняшняя встреча нужна только для того, чтобы Седов сам признал: денег у него нет, сроки сорваны, кредиторы начинают нервничать, а купленная моим новым клиентом фирма может потянуть за собой ещё несколько компаний.
Фирма, которую через неделю придётся вытаскивать мне. Вместе с дочерью нового владельца. Не люблю работать с женщинами. Слишком эмоциональны. Но здесь, что-то заставило согласиться.
Янина Маратовна Змея.
Фамилия у женщины многообещающая. Хотя из досье следует, что она ей полностью соответствует.
Тридцать лет. Не замужем. Финансовое образование, несколько дополнительных программ по кризисному управлению. Работала почти во всех филиалах отца и везде умудрялась сначала переругаться с половиной руководителей, а затем поднять показатели.
Сложный характер. Невыносимый язык. Высокая эффективность.
Последнее меня устраивает. С первыми двумя разберёмся.
— Максим, — Седов склоняется ко мне через стол, — ты должен понимать, какой там потенциал.
— Я понимаю, что вы задолжали подрядчикам двести семьдесят миллионов.
— Временно.
— Налоговая тоже пришла к вам временно?
Сидящий рядом с ним юрист опускает глаза в документы. Правильно делает. Если сейчас посмотрит на своего начальника, может не удержаться и выдать истинное отношение к происходящему.
— Мы решаем этот вопрос, — холодно сообщает Седов.
— Уже нет. Теперь его будет решать новый собственник.
— Змея ничего не понимает в строительстве.
— Зато понимает в деньгах. Иначе не смог бы купить то, что вы так старательно разваливали последние три года.
Седов ставит бокал на стол резче, чем следует. Виски выплёскивается на его пальцы, но он будто не замечает.
Я замечаю всё.
Его нервозность. Едва заметную дрожь. Взгляд, который он уже третий раз бросает на часы. И то, как его юрист не прикасается к алкоголю, хотя ещё двадцать минут назад едва не осушил половину бокала.
Они чего-то ждут. Или кого-то. Но это уже не важно.
— Давайте прервёмся на десять минут, — предлагаю я и поднимаюсь.
— Орлов…
— На десять, — повторяю ровно.
Не люблю, когда мне пытаются возражать только ради того, чтобы продемонстрировать наличие характера. Характер проявляется не в громкости голоса, а в способности отвечать за последствия.
У Седова с этим очевидные проблемы.
Выхожу из отдельной кабинки и останавливаюсь у балюстрады. Внизу, на основной сцене, заканчивается очередное выступление. Несколько десятков женщин визжат так, будто увидели последнего мужчину на планете и теперь решают, кому он достанется.
Мужской стриптиз никогда не вызывал во мне интереса. Как и этот клуб. Встречу здесь назначил Седов, посчитав, что неформальная обстановка сделает меня сговорчивее.
Он ошибся дважды.
Я не становлюсь сговорчивее от виски. И не отвлекаюсь на полуобнажённых мужчин.
На женщин — иногда.
Особенно если одна из них уже несколько минут громко объясняет подруге, что именно не так с танцором на сцене.
— Нет, Сашка, ты только посмотри! — звонкий женский голос без труда пробивается сквозь музыку. — Его же ветром снести может. Какие это кубики? Это недостроенный жилой комплекс. Два этажа есть, а остальное инвестор заморозил.
Поворачиваю голову.
Брюнетка сидит на диване в соседней открытой зоне. Длинные чёрные волосы спускаются по обнажённой спине почти до талии. Платье на ней тоже чёрное. Тонкие бретели, глубокий вырез, разрез на бедре и столько ткани, сколько потребовалось дизайнеру для формального соблюдения приличий.
Рядом с ней сидит рыжеволосая девушка. Судя по состоянию бутылок на столе, подруги находятся здесь давно, но рыжая выглядит так, будто спиртное на неё не действует.
Брюнетка, напротив, слишком весела.
Она запрокидывает голову, смеясь, и поворачивается ко мне лицом.
Да ладно! Это насмешка судьбы или просто идиотское стечение обстоятельств? Янина Змея собственной персоной.
На фотографии в досье она была в строгой белой рубашке, с собранными волосами и таким выражением лица, будто фотограф задолжал ей крупную сумму.
В жизни лучше. И нужно признаться, намного.
Зелёные глаза, тёмные брови, острые скулы и слишком чувственный рот для женщины, которая, судя по характеристике, использует его преимущественно как оружие.
— Вау! Какой секси, Сашка, — заявляет она, но смотрит уже не на сцену.
Прослеживаю направление её взгляда.
К их дивану подходит мужчина. Не сотрудник клуба. Обычный посетитель, решивший, что его передутая спортзалом внешность и закатанные рукава чёрной рубашки автоматически превращают его в подарок для любой женщины.
— Ты только посмотри на этого самца, — продолжает Змея.
Мужчина улыбается, принимая слова на свой счёт. Идиот.
В её глазах нет восхищения. Только весёлое ожидание, с которым дети обычно смотрят, что произойдёт, если бросить петарду в муравейник.
— Рыбка, — произносит он, нависая над спинкой дивана, — мне кажется, твой язычок требует укрощения.
Вот теперь мне становится интересно.
Змея медленно разворачивает голову. Осматривает мужчину снизу вверх, задерживается на его лице и улыбается так ласково, что даже у меня появляется нехорошее предчувствие.
— Ты уверен, что справишься? — спрашивает она. — Вдруг у тебя из подходящих инструментов только самомнение?
Рыжая давится текилой.
— У меня есть всё, что нужно, — сообщает мужчина и обходит диван.
— Так покажи, — Янина устраивается удобнее. — Или ты только по чужим аквариумам ходишь и рыбок пугаешь?
— Ян, — предупреждающе произносит её подруга.
— Да ладно тебе, Сашка. Мальчик сам пришёл. Нельзя обижать человека отсутствием внимания. Вдруг он потом всю ночь плакать будет и сомневаться в собственной привлекательности?
— Дерзкая. Люблю таких, — хмыкает мужчина.
— Все так говорят до первого разочарования.
Уголок моего рта дёргается. Она действительно хороша.
Мужчина что-то отвечает, но громкая музыка заглушает слова. Через несколько секунд он уже двигается перед Яниной, старательно копируя танцоров на сцене. Получается паршиво.
Зато Змея смотрит на него с таким серьёзным видом, будто присутствует на презентации важного проекта и пытается найти хотя бы один повод вложить деньги.
Мужчина хватает Янину за руку и кладёт её ладонь себе на грудь.
Я жду, что она одёрнет руку. Но она не одёргивает. Только чуть проводит ногтями по его рубашке, и этот идиот окончательно теряет способность мыслить.
А мне это не нравится.
Странная реакция. Я не имею никакого отношения ни к ней, ни к тому, кого она решила сегодня использовать для развлечения. Через неделю нам предстоит работать вместе, но сейчас Янина может делать всё, что захочет. Пока её поступки не вредят делу.
— Я пошла, — сообщает рыжая и поднимается с диванчика.
— Предательница, — бросает ей вслед Янина.
— Там охрана. И постарайся хотя бы сегодня никого не покалечить, — дерзко говорит рыжая.
— Ничего не обещаю, — отвечает ей эта Яна и подмигивает.
