Капитан перестал взвешивать и посмотрел на бортинженера.
– По-моему, его приставила к нам Служба безопасности.
– Я тоже так думал, – кивнул Гарсия. – Но ты не задавался вопросом, кто нам подкинул шпионский передатчик? Вдруг Рамзи – «крот»? Вполне может быть, шкипер.
Рука Спарроу, потянувшаяся было за следующей лампой, дрогнула. Он ее убрал и вытер потную ладонь об себя.
– Джо… – Он умолк.
– Что?
– Тебе никогда не приходило в голову, что в идее безопасности заключена главная проблема человечества?
– Ну ты загнул, шкипер.
– Нет, я серьезно, Джо. Смотри: себя я знаю. Могу даже тебе объяснить, что я за человек и почему ты не должен меня бояться. Равно как и Лес. И ты. И Рамзи. – Он облизнул пересохшие губы. – При этом каждый из нас, если не все, вполне может лгать.
– Проблема не в безопасности, шкипер. Проблема в коммуникации. Которая, кстати, по части Рамзи.
Спарроу не ответил и, повернувшись к пульту, продолжил кропотливую проверку.
– Хотел бы я знать, для чего Рамзи в последнюю минуту вызывали в Секотдел, – не умолкал Гарсия.
– Заткнись! – рявкнул Спарроу. – Пока не будет доказательств обратного, он один из нас. Как ты и Лес. И как я. И все мы в одной лодке. – Он невесело ухмыльнулся и сразу вновь сжал губы. – К тому же перед нами стоит более срочная и насущная проблема. – Взвесив очередную лампу, он вставил ее на место. – Каким образом прервать радиомолчание и уведомить базу о нашей новой находке?
Корпус сотряс глухой отголосок дальнего взрыва. За ним другой.
– Капитан! – полетел из динамика голос Рамзи. – Два попадания! Характеристика ударной волны идентична нашим рыбам. – Он почти кричал. – Громыхнуло в двух местах, капитан! Мы уничтожили два судна!
– Прости нас, Господи, – забормотал Спарроу. – Господи, прости нас.
По корпусу прокатились новые удары. Странный двойной резонанс.
– Противоторпедные искатели, – догадался Рамзи. – Добивают наших рыбок.
– У тех товарищей не было ни малейшего шанса.– Спарроу перешел на едва слышный шепот.– «Всякий, кто ударит человека так, что тот умрет, должен быть предан смерти. Однако если у совершившего убийство не было умысла злого, а Бог попустил такому случиться, то убийца может скрыться в местах, которые Я определю вам. Того же, кто ближнего своего убьет намеренно, коварно напав на него, предай смерти»[12 - Исход, 21:12–14. Современный русский перевод под ред. Кулаковых.].
Спарроу резко повернулся к пульту и возобновил проверку. Стоявший напротив Боннет поднял радиолампу.
– Джо, каков стандартный вес GR5?
Гарсия мельком взглянул на капитана.
– Восемь унций.
– Вот и мне так казалось, – произнес Боннет. В его тоне вибрировало сдерживаемое волнение. – А в этой больше тринадцати.
Спарроу повернул голову, его губы дрожали.
– Похоже, еще одну нашли, шкипер, – продолжал Боннет.
Гарсия подошел к старпому, взял у него лампу.
– И жить можно лучше, и умирать можно лучше[13 - Отсылка к стихам 14:7–8 из Послания к Римлянам святого апостола Павла: «Ибо никто из нас не живет для себя, и никто не умирает для себя; а живем ли – для Господа живем; умираем ли – для Господа умираем: и потому, живем ли или умираем, – всегда Господни».]. – Спарроу передернул плечами. – Отложи ее, Лес, и продолжай поиски!
Боннет, казалось, собирался ответить, но промолчал. Он забрал у Гарсии лампу и осторожно уложил ее в ящик с инструментом.
Коммандер потер лоб. Отчего-то болела голова.
«Если на борту есть шпион, – размышлял он, – то это Рамзи? Или Лес? Или Джо? Противник надеется, что мы приведем их к скважине. – Он уставился невидящим взором на клубок проводов в недрах пульта. – Тогда с какой стати запускать передатчик сейчас? Хотят проверить нашу бдительность? Сигналить-то надо, когда мы присосемся к скважине».
Непонятная пульсирующая боль в голове усилилась. Капитан только сейчас обратил внимание, что до скрежета стиснул зубы.
«Когда мы присосемся к скважине! Господи твоя воля! Как этому воспрепятствовать? Не могу же я все время бодрствовать».
– Это последняя. – Гарсия кивнул на радиолампу, которую Спарроу машинально положил на весы.
Капитан вздрогнул и вышел из забытья.
– Вставь ее на место, – сказал он.
Гарсия повиновался.
– Лес, – обратился Спарроу к Боннету, – начни проверять резервные со склада.
– Слушаюсь, шкипер, – ответил тот.
– Оставайся пока на вахте, – обратился капитан к Гарсии.
Бортинженер кивнул.
– Сам, может, отдохнешь, шкипер?
Спарроу помотал головой.
– Нет. Я должен пойти в аппаратную и помочь Рам…– Он осекся, глядя на Гарсию.– Мы вступили в схватку с неприятелем и с честью выдержали испытание.– Спарроу шагнул в ведущую на корму дверь.– Пойду помогу Джонни с проверкой пульта.
– А с этой что делать? – Гарсия указывал на лампу, которую Боннет оставил в ящике с инструментом.
Капитан вернулся, взял лампу и, вертя ее в руке, вновь направился к выходу.
– Проверим. Может, найдем в ней какие-то ответы. – Он обернулся, посмотрел на Гарсию. – А ты подумай насчет связи с базой.
И вышел.
Оставшись один, Гарсия сжал кулаки, вперил взгляд в красную точку на карте автонавигатора: крошечное насекомое, ползущее по безбрежным просторам. «Где же она? Где эта чертова скважина?»
* * *
Заслышав Спарроу, Рамзи поднял голову от рабочего стола.
– Есть новости?
– Да вот – Лес нашел. – Он положил радиолампу на войлочное покрытие перед Рамзи. – Унций пять лишних.
Рамзи смотрел, не прикасаясь к лампе.
– А вдруг эта штука при вскрытии взорвется?
– Капитаны старой закалки из Салема перед выходом в море устраивали собственные похороны, – сказал Спарроу. – Я настроен примерно так же.
– Я не то имел в виду, – уточнил Рамзи. – Полуунции нитрокса хватит, чтобы прикончить нас обоих. Вам, наверное, лучше оставить меня одного.
Спарроу нахмурился. Потом пожал плечами и тронул нагрудный микрофон.
– Джо, Лес, слушайте сюда. Радиолампа может взорваться. Если нам с Джонни капец, бросайте прицеп и плывите домой. Это приказ.
«Джонни! Он назвал меня по имени! – обрадовался Рамзи и тут же сообразил: – Мы столкнулись с врагом, старое заклятье больше не действует. В силу вступила новая магия».
– Надо обязательно все записать. – Коммандер взял с полки видеокамеру, пристроил ее над рабочей поверхностью, навел резкость. – Сойдет. Ты у нас эксперт в этих делах, не я.
– Каких-нибудь полчаса всестороннего осмотра, – сказал Рамзи, не поднимая глаз от лампы, – смогут предопределить разницу между успехом и провалом.
– А мы знаем, что ищем? – спросил Спарроу.
– Не-а. Что-то, чего там быть не должно. От чего закоробит, как от фальшивой ноты.
Спарроу склонился над столом и едва успел схватиться за поручень – «Таран» задрал нос, налетев на подводное течение. Рамзи загнул войлок, придержав лампу одной рукой, чтобы не скатилась. Прямо над ними замигал янтарный огонек индикатора забортной температуры.
Рамзи включил терморепитер. Тридцать четыре градуса по Фаренгейту.
– Придонное арктическое течение. – Спарроу кивнул в сторону репитера. – В нем полно живности. Под ним мы все равно что под звуконепроницаемым одеялом. – Он улыбнулся. – Можем вздохнуть спокойнее.
Рамзи покачал головой.
– Пока не разобрались с этой штуковиной, расслабляться рано. – Он задумчиво разглядывал лампу. – Если бы вы хотели, чтобы она сдетонировала, как бы вы поступили?
– Не знаю, натянул какой-нибудь проводок. Который если рвется, то…
– Может быть… А еще лучше, чтобы система реагировала на изменение давления, например, в случае нарушения ее герметичности. – Он распрямился. – Короче, план такой: делаем пару инфракрасных рентгеновских снимков, потом сооружаем вакуумную камеру с дистанционным управлением и помещаем лампу туда. И уже внутри вскрываем баллон.
Спарроу коснулся лампы длинным указательным пальцем.
– Похоже на обычное электровакуумное стекло.
– Я одного не могу понять, – Рамзи водрузил портативную инфракрасную фотокамеру на стол, – почему другой шпионский передатчик сработал именно сейчас? Тупо как-то. По идее, следовало подождать, пока мы не доберемся до скважины.
– Вот и я о том же, – закивал Спарроу.
Рамзи сфокусировал объектив.
– Нам до нее еще долго?
Вопрос, заданный как бы невзначай, чуть не обманул бдительность капитана. Он поднял взгляд на карту.
– Нет, она прямо на обры… – Он замер на полуслове.
Рамзи сделал снимок и повернул лампу другим боком.
«Уж больно непринужденный тон», – подумал Спарроу.
– Как вы сказали?.. – по-прежнему не сводя глаз с лампы, переспросил энсин.
– Мистер Рамзи, пункт назначения глубоководного буксира вплоть до прибытия на место известен только его коммандеру.
Энсин распрямился.
– По-моему, идиотское правило. Если с вами что-нибудь случится, мы не сможем довести миссию до конца.
– И ты предлагаешь, чтобы я раскрыл тебе наши конечные координаты?
Рамзи колебался.
«Они мне и так известны, – думал он. – Признаться ему? Это окончательно убедит Спарроу, что я безопасник».
– Ты это предлагаешь? – повторил коммандер.
– Вообще-то, капитан, я вас чисто из вежливости спросил. Хотя сформулировал да, немного размыто. На самом деле я хотел узнать, сколько времени осталось плыть до Новой Земли?
Ничем не выдав своего замешательства, Спарроу лихорадочно соображал: «Он из Секотдела? Или шпион, который пытается догадкой наобум выведать нашу конечную цель?»
– Не твоя забота, сколько времени мы будем куда-то там добираться, – наконец сказал он.
Рамзи вновь переключил внимание на лампу.
«Теперь-то он убедился, что я из СБ?»
«Я мог бы спросить у него точные координаты, – размышлял Спарроу. – Впрочем, назовет он их или нет, что это докажет?»
Рамзи прикрепил к стеклянному колпаку вакуумный насос и накрыл им лампу, предварительно поместив ее на подставку из черной мастики. Затем приподнял колпак, подключил к ней небольшой пульт дистанционного управления и водрузил колпак на место.
Спарроу внимательно следил за движениями электронщика, так и не придя ни к какому заключению.
– Теперь дело пойдет гораздо медленнее, – предупредил Рамзи.
«Боже ж ты мой, – думал Спарроу. – Если б я только знал, шпион он или нет! Как это понять наверняка? По нему не скажешь».
Рамзи придвинул к столу табуретку и сел.
