— Что вы, милорд?! — я воскликнула, тут же картинно всплеснув руками и закатывая глаза. — Да я никогда бы, я…
— Не ёрничай. Ты же профессионал и явно успела оценить систему замков и защитные артефакты хранилища. Только правду мне, Лив. Да или нет?
На этот вопрос я могла бы ответить и сразу. И всё же позволила себе сделать задумчивый вид, явно нервируя Тьена.
— Нет… — после напряжённой паузы в несколько тягуче-долгих минут, наконец неохотно признала я. — Четыре дублирующих системы, куча сигналок и редкий артефакт отвода глаз. Даже если представить себе на минуту, что всё здание главной ловчей службы вдруг опустеет, и некому будет услышать тревожный сигнал, всё равно — нет.
Оберлинг посмотрел на меня с уважением.
— Огюст совершенно согласен с тобой. Но…
— Но кольцо всё же пропало.
— Я начинаю тебя опасаться, леди воровка.
— Только теперь?
В ответ Тьен молча поднял обе руки, якобы признавая своё поражение.
— Алистер может врать? — я тут же решила воспользоваться моментом. Когда ещё можно дождаться приступа откровенности от Тьена? Ужасно интересно, во что я всё-таки вляпалась.
— Детка, врать могут все. Ты встречала неврущих людей?
— Ну-у-у…
— Если подобные и рождаются, долго они не живут, уж поверь. А уж король… Но про кольцо он не врал. Я давно научился отличать ложь Алистера.
Тьен тяжко вздохнул, снова взяв в руки тетрадь.
— У каждого сейфа есть ключ, — собравшись с духом, выдала я то, что вертелось на языке. — Иногда его можно просто открыть.
— Иди сюда.
Тьен подвинулся на диване и коротко похлопал рукой с собой рядом, весьма недвусмысленно приглашая сесть с ним рядом. Когда он разговаривал таким тоном, одновременно мягким и повелительным, не было никакого смысла противиться его просьбам-приказам.
Я подчинилась, отчасти ведо?мая любопытством. Похоже, разговор предстоял непростой.
— Что-то ещё пропало из этого сейфа? — присев на диван, я нервно сжала руки на коленях и уставилась на задумчивого Оберлинга.
— Умничка. Нет. Как раз накануне нашего поспешного отъезда я провёл тщательную ревизию его содержимого. И недосчитался кольца.
— Ключ был только у вас?
Много раз я вскрывала сейфы и тайники, делая слепки с ключей, непростительно легкомысленно брошенных кем-то из членов семьи. Может…
— Копия была лишь у короля.
— Оу…
Только и смогла я выдавить. Это совершенно меняет дело. Вокруг короля всегда толпится куча народу. Вряд ли он спит ночью, зажав в кулаке ключ от сейфа ловчей службы. Глупость какая. Зачем ему вообще дали доступ к главным государственным тайнам? Ах да. Он же король. Его Величество просто повёрнут на личном контроле.
Тьен наклонился ко мне, словно желая шепнуть что-то на ухо. Я заёрзала и нервно схватила в руки маленькую бархатную подушку, словно отгораживаясь от его близости. Тихо спросила:
— А остальные на месте? Ну… кольца.
Тьен хищно прищурился, заправил мне за ухо выбившуюся из причёски прядь волос и, наклонившись ко мне, прошептал:
— А вот это, малышка, совершенно не твоего ума дело.
Мы сидели так близко, что я ощутила дыхание Тьена на своём лице. Сейчас я ударю его подушкой! А лучше — вцеплюсь ногтями в эту наглую морду! Оберлинг вдруг радостно мне улыбнулся и дунул прямо в нос. От неожиданности я зажмурилась.
— Простите, я, кажется, вам помешал.
Звуки до боли знакомого мужского голоса буквально обрушились на мою голову. Как будто бы получив увесистую оплеуху, я отскочила от Тьена.
— Ничего доктор, мы с Лив уже… закончили.
Выдержав неприятную паузу, Оберлинг потянулся ко мне и выхватил из судорожно сжатых рук злосчастную подушку.
Метнув в него негодующий взгляд, я подскочила, тут же наткнувшись на доктора.
В его светлых глазах легко читалось неодобрение. Я застыла, молча глядя на него. О чём он сейчас подумал?
— Обед! — провозгласил из недр корабля Огюст, радостно колотя в медные тарелки.
Спустя буквально считаное мгновение в круглом проёме прохода явился и сам несчастный.
— Прошу к столу! Лив, солнышко, специально для тебя сегодня особое блюдо — малиновый пирог! Я ведь помню, ты обожаешь малину.
Меня начало вдруг трясти. Щёки опалило огнём. Никогда я не стыдилась своего прошлого так сильно, как теперь. Какое мнение теперь сложит Лиам обо мне? Сначала — на диване с Тьеном. Теперь столь явный намёк от Огюста. Даже дураку понятно, что мы знаем друг друга куда ближе, чем нужно для общего дела. Лиам сделал длинный шаг вбок, словно брезгуя даже стоять рядом с такой, как я.
— Я не голодна! — резко ответила я. — И я терпеть не могу пироги!
— Но ты же…
— Отстань!
— Напрасно ты капризничаешь, Оливия, — мягко заметил Яхор, заносящий в кают-компанию стопку металлических тарелок. — Огюст очень хотел тебя порадовать.
— Я не просила!
Инженер поглядел на меня с мягким укором и покачал головой.
— Как ребёнок, честное слово, — пробормотал он под нос. — Нельзя так обращаться с теми, кто…
— Хватит! — мой голос сорвался на крик. — И нотаций ничьих я не просила.
Я невольно бросила взгляд в сторону доктора. Мне показалось, что он усмехнулся с каким-то презрением.
Это было последней каплей. Я сжала кулаки, вскинула подбородок и вылетела из гостиной, чувствительно задевая плечом Огюста. Меня колотило.
— Я старался! — крикнул вслед франкиец. — А ты даже не попробовала!
Мне так хотелось выглядеть перед доктором Ли достойно, но выходило, в общем-то, так, как оно было на самом деле. Прошлого не стереть, не спрятать. Я воровка и бывшая любовница Огюста. И мне будут об этом напоминать снова и снова.
***
Глава 3. Вот такие пироги
Огюст поставил на стол красивый песочный пирог и тяжело опустился на диванчик.
— У нашей девочки совсем сдали нервы, — посетовал он. — Неудивительно, впрочем, на неё столько всего навалилось. Зря мы взяли её с собой.
— Женщины сильнее, чем ты думаешь, — отмахнулся Тьен. — Где ты нашёл малину в конце осени, друг мой предприимчивый?
— Украл, конечно, — укоризненно пожал плечами франкиец, разрезая пирог. — Тебе ли не знать?
— Это не он нашёл, а я, — несколько виновато улыбнулся Яхор, задумчиво расставляя тарелки. — Когда покупал провиант в экспедицию, подумал, что лишним не будет. Не всё же галетами и капустой питаться. Мы же всё-таки маги, нам для восполнения сил просто необходимо сладкое. У меня целый стазисный сундук, там ещё шоколад, орехи… Клубника даже осталась.
Тьен фыркнул и выпрямился. Он, конечно, сразу подумал о том, что для восполнения сил любому магу куда нужнее женщина под боком. Но увы, он сам женат. Оливия, конечно, милашка и острая штучка, но как женщина она ему неинтересна. Хотя дразнить её забавно. Девочка ещё не умеет держать удары и вспыхивает, будто спичка. Научится…
Яхор тоже никогда не взглянет ни на кого, кроме Беллы. А вот Огюст совершенно свободен. Только Оливия его терпеть не может. И упрекнуть её за это не смог бы даже миролюбивый Яхор, если бы знал все подробности этой давней истории. Сам Тьен личные дела графьёв Шардан успел изучить вдоль и поперёк...
Остаётся один доктор, но этому и в голову не придёт приударить за хорошенькой воровкой. Не того воспитания мужчина. А зря, между прочим. Жизнь и без того сложная и порой неприятная штука. Нужно уметь пользоваться всеми её подарками.
— Итак, сегодня на обед у нас жареное мясо, пшённая каша и пирог, — сообщил Огюст, ловко раскладывая довольно аппетитную жёлтую массу по железным тарелкам. — И ещё всё-таки нам хотелось бы знать ваш дальнейший план действий, милорд. Мы летим, летим… И куда же?
Все присутствующие повернулись к Тьену, который делано улыбнулся и тихо напомнил:
— Матушка всегда учила: никаких разговоров за едой.
— Благослови богиня леди Милославу, — хмыкнул Яхор. — Уверен, она сейчас смотрит на нас с неба. Но бабушка также говорила, что выходить без шапки в зимний лес — сущее безумие. Полагаю, ты должен выдать нам всем шапки, Тьен, иначе мы рискуем отморозить уши. Если уж мы вдруг решили последовать всем советам мудрейших покойниц.
Тьен закатил глаза. План? Не было у него никакого плана. Он и сам не знал, что делать дальше. Но признаваться в собственной глупости нельзя, он здесь самый опытный, на его плечах — ответственность за команду. А ещё где-то внизу остались его жена и дети, да и Макс в заточении. Поэтому самое время блефовать. Привычное, в принципе, дело. Всю жизнь он занимается именно этим.
— Нам нужен собственный некромант, — наконец нехотя ответил он. — Это первая задача. Покушения на Алистера буквально воняют магией смерти. Письма, опять же. Клинок, которым был убит банкир. И заметьте: куда бы мы ни шли — на нашем пути появляются восставшие мертвецы.
— У нас есть серебряные пули, — пожал плечами Яхор. — И четверо метких стрелков. И дирижабль, позволь напомнить. Среди облаков мы вряд ли встретим какую-то нечисть.
— В банк пришло целое кладбище. В револьвере всего шесть пуль, а потом он бесполезен. К тому же кольца, кольца…
— При чём тут кольца? — не утерпел Огюст.
— При том, — отрезал Тьен. — Все эти вещи взаимосвязаны. Кольца, поднятые кладбища, убитый банкир, розовые письма, покушения на Алистера. У нас заговор, господа, заговор против короны. И кольца — первая ниточка к заговорщикам.
Тьен врал уверенно и вдохновенно. Даже сам себе искренне верил. Только так и нужно вести за собой армии.
Яхор наморщил лоб, почесал нос железными пальцами.
— Я видел твои кольца. Старая работа, довольно грубое литьё, но камни в них огранены тонко и искусно. Все — из одной формы. И сразу смело можно утверждать: делал их вовсе не простой ювелир. Маг-артефактор, мастер старой школы. Таких почти не осталось, осмелюсь предположить, что их автор или давно мёртв, или очень-очень стар. Кто их изготовил, Тьен?
— Пока не знаю, но есть одно подозрение.
— А сколько их всего, этих колец? — задал важный вопрос Огюст. — Одно из них хранилось в семейном сейфе Бонвингов. Род старый, влиятельный. Но с деньгами у них негусто, всё имущество в залоге. То же самое со вторым кольцом. Оно принадлежало Цвенгам, верно? И картина та же самая: древний род и долги… Логично предположить, что колец было двенадцать. Столько, кажется, числится в списке старейших семей Льена? По одному на род.
— Нет, — покачал головой Тьен. — Не может быть. Вольги отпадают, у Оберлингов подобного никогда не было, я бы знал. Браенги — тоже минус. Стерлинги… не уверен. Ты можешь хоть примерно предположить возраст этих игрушек, Яхор? И принцип работы?
С этими словами Тьен вытянул из-за ворота длинную тускло поблескивающую цепочку и снял её с шеи. Тихо звякнули кольца, подвешенные на ней. Яхор подцепил её пальцами здоровой руки и поднял кольца к свету прочно прикрученного к потолку магического светильника.
— Два камня в глазницах — это накопитель и преобразователь, — с готовностью ответил инженер, внимательно разглядывая пару артефактов. — Полагаю, что энергию в кольцо можно ммм… поместить путём какого-то ритуала. А высвободить… ну, тоже каким-то ритуалом. Что до возраста… я могу лишь предположить, что… Нет. Не уверен, нужна лаборатория. У меня здесь её нет.
— Нам нужен грамотный и сильный некромант, — мрачно подвёл итог Оберлинг. – Даже будь с нами Рози, её скромных знаний явно было бы недостаточно.
На этот раз все кивнули, даже доктор, который участия в разговоре не принимал, только слушал внимательно.
— И где мы возьмём такого редкого некроманта? — спросил осторожно Огюст.
— В Брюсте. Есть там один перспективный юноша.
— Неужели в этой зад… в таком захолустье может найтись что-нибудь ценное? — насмешливо вскинул брови франкиец. — Разве мы не можем просто попросить помощи у короля ди Гриньона?
— И превратить внутреннюю проблему в политическую миссию? — усмехнулся зло Тьен. — А ты уверен, что за всеми этими покушениями не стоит именно Франкия?
Сам Тьен точно знал, что Маркус ди Гриньон никакого отношения ни к кольцам, ни к заговорам не имеет. Кольца были сделаны на территории Галлии и никогда её границ не пересекали. Он в целом даже мог с уверенностью назвать имя злосчастного мастера. Но подозрения — это одно. Их к делу не пришьёшь. Нужны доказательства.
Огюст сумрачно замолчал.
— Итак, Брюст, — Яхор поднялся из-за стола. — Я на мостик, проверю курс. Теперь хотя бы понятно, куда двигаться.
Тьен кивнул. Всё верно, первая бусина этого странного ожерелья имеет все шансы найтись именно в Брюсте. А там видно будет. По бусинке, по камушку — глядишь, и соберут они всю картину.
***
Я лежала на узкой жёсткой полке и смотрела в лакированный дощатый потолок. Зачем полетела? Я тут явно лишняя. От меня нет никакого толку, одни проблемы. Прогулка далеко не увеселительная, какое уж тут веселье, когда у меня даже платьев приличных нет. Для женщины это очень важно, а для красивой женщины — вдвойне. А уж для той, которая немножко… самую малость влюблена в одного из соседей по дирижаблю, отсутствие гардероба и вовсе трагедия!
Всё, что лежало в ящике под койкой, я могла перечислить очень быстро. Две чёрные юбки (из гардероба Розанны, наспех подшитые под мой рост). Рубашка с жабо (как ни странно, тоже из шкафа некромантки). Платье серое, скучное. Бельё. Чулки. Одна пара! Мужские брюки, разумеется, чёрные. Тёплый плащ и широкополая шляпа с перчатками.
Всё. И как скажите, приличная дама должна этим довольствоваться? Ужасно, ужасно!
Интересно, мы так и будет летать над полями, лесами и горами? Или все-таки завершим наше путешествие где-нибудь в цивилизованном месте, где есть если не приличный портной, то хотя бы нормальная лавка с готовой одеждой? Уж я бы тогда вытряхнула кошелек Оберлинга! Пусть корона расплачивается за мое унижение!
Только отпустит ли он меня? Сомневаюсь. Я же могу сбежать, это не так уж и сложно. Тьен же не знает, что прочнее всех клятв королю меня держит в их не слишком приятной компании. И не узнает, надеюсь.
Хорошо бы, конечно, побывать в Труанне, этой модной столице Франкии! Но теперь я что-то сомневаюсь, что меня вообще выпустят с дирижабля.
