Страница 4 из 9
Что мне делать?! Как быть?!
К сожалению, я не успела придумать никакого плана.
Я примерно понимала, почему высшим ёкаям требуются магически одарённые лекари. Мощная магическая сила при частом её использовании приводила к накоплению в теле негативной энергии, которая отражалась на физическом состоянии. Головные боли, бессонница, приступы гнева, черный узор по линиям вен на коже — это малый список последствий. При худшем раскладе — потеря контроля, взрывная ярость, безумие… и смерть. Это расплата за огромную силу в случае если ёкай пользовался ею чаще, чем должен был. И судя по тёмному рисунку на лице Азарея — он не знал слова “сдержанность”.
И теперь искал лекаря…
Но генерал Сейир прав, я не могу признаться, что не умею лечить. Ведь тогда меня или запрут в темнице, или вышвырнут с острова. А умение летать не входило в список моих талантов. Если начну давить на то, что мой муж якобы — высший ёкай Шиарей — это тоже ничему не поможет, как не помогло Лине в книге.
Но что тогда делать?!
Разве что надеяться на чудо…
Ведь божественный кот Миуки присматривает за нашей семьёй. Помогает нам. Это он когда-то подсказал моей сестре, как встретить мужа. Он повлиял на храм, чтобы высшего ёкая и человека поженили! И он не показал бы мне книгу с предсказанием просто так.
Значит, господин Миуки верит, что я могу изменить будущее! Всё исправить. У нас с сестрой общая кровь… Так может, моя сила лекаря для ёкаев пробудится в самый нужный момент?
Ох… но лучше бы мне проверить, случится ли “чудесное пробуждение” попозже. Например, когда у меня появится запасной план на случай неудачи.
— Так когда вы хотите, чтобы я вас полечила? — осторожно спросила я.
— Не дозволено задавать вопроссссы! — шипение генерала Сейира прозвучало, будто удар хлыста. Вздрогнув, я испуганно вскинула взгляд на Азарея. Его по-мужски красивые губы дрогнули — не улыбка, а насмешка.
— Не дозволено сссмотреть атану в глаза, человечка, — тут же прошипел змей-имуги. — Склони голову. Или забудь, что такое милость.
Я опустила ресницы.
Страх во мне затмила вспышка возмущения.
“Какие нездоровые замашки!” — фыркнула я про себя.
— Лечить будешь сейчас, — соизволил сообщить Азарей.
Сейчас?!
Ох…
Я в волнении закусила губу.
Сейир бесшумно переместился к одной из дверей с богатой резьбой. Открыл…
За ней обнаружилась спальня.
— Проходи сюда, — приказал имуги.
Я осторожно прошла внутрь.
Пол здесь покрывал золотисто-бежевый мягкий ковёр с богатым узором, через окно лился свет. Посередине комнаты возвышалась широкая деревянная кровать с лёгким полупрозрачным балдахином, застеленная бежевым шёлком. Это на ней я должна лечить?!
Видимо, так и есть, потому что Азарей прошёл в комнату и спокойно уселся на кровать. Беловолосый Сейир, поклонившись атану, выскользнул наружу. Змеиный хвост исчез в дверном проёме.
Без имуги — наедине с атаном — я вдруг почувствовала себя в ещё большей опасности.
— Подойди, человечка, не съем, — голос Азарея был гладким, как лезвие, опасным, но в нём проскальзывало почти что веселье. — Пока чтоне съем.
Пока что? Радует, конечно…
Подойти было не просто.
Мой инстинкт вопил, что я должна бежать в прямо противоположную сторону!
Я подавила этот внутренний порыв усилием воли. Заставила ноги двигаться.
Подошла к кровати, не решаясь сесть… и вдруг красный хвост ёкая метнулся ко мне! Обвил талию и резко притянул ближе — прямо на колени мужчины.
Я ахнула, упёрлась ладонями в рельефную грудь Азарея.
— Что вы делаете?! — нарушив все правила, я посмотрела мужчине в глаза. И вздрогнула. Радужки пылали.
— Я слышал, для лечения нужен тесный контакт, — оскалился Азарей.
Его хвост сжался крепче. И мне померещилось вдруг, что он играет со мной, как кот с добычей.
Ну да, что-то от кота в нём было… большого такого, с пастью, полной зубов и с лезвиями когтей. А я в этом случае была крохотной мышкой.
Его запах — дым и хвойный лес — окутал меня, заставляя голову кружиться.
— Вы слышали неправильно, атан!
— Неужели?
— Контакт… только мешает! — соврала я, чувствуя нарастающую дрожь.
— Хм… — Азарей как будто задумчиво полуприкрыл веки. Его голос прозвучал насмешливо: — Ты уверена, что хорошо в этом разбираешься?
— Да! Если хотите поправиться, вам нужно меня слушаться!
— Слушаться? Это что-то новенькое, — бархатисто засмеялся Азарей. И звук его смеха оказался неожиданно приятным, вибрирующим. Но он также быстро и оборвался. Ёкай нахмурился. Подняв руку, вжал пальцы в свои виски. Стиснул зубы.
Его хвост ослабил хватку, так что я успела соскользнуть с его колен — на кровать, и тут же немного отсесть.
— Начинай лечение, человечка, — раздражённо рыкнул Азарей. — И лучше бы у тебя получилось.
Я замерла на кровати, вцепившись пальцами в шёлковые простыни. Рядом сидел Азарей и смотрел на меня, как хищник на добычу. Изучал… словно прикасался взглядом.
Он ждал… И терпение его убегало так же быстро, как вода из разбитой вазы. Моргну, и уже ни капли не останется. Так что лучше бы мне не моргать…
Я должна была начать лечение! Я никогда подобного не делала, но понимала принцип… Однажды собственными глазами наблюдала, как это происходит.
Пару лет назад на Хааку напали дикие голодные демоны. Они пришли ревущей волной — живым цунами, но не смогли прорваться в город. Потому что жители — люди и ёкаи — встали стеной на его защиту. А Шиарей — муж моей сестры, красноволосый хвостатый высший ёкай — был во главе обороны. Он сжигал врагов жарким потоком магического огня, что вырывался из центра его ладоней. Пронзал голодных демонов огненными копьями. Удерживал магическую защиту на воинах Хааки, чтобы уберечь их жизни.
Он яростно сражался всю ночь, пока не взошло солнце. Враг был повержен, но на рассвете лицо Шиарея побледнело и покрылось ужасными чёрными зигзагами, повторяющими рисунок вен. Это было похоже на узоры-молнии, что сейчас покрывали лицо Азарея, хотя у Шиарея следы были куда как светлее.
Тогда Лина взялась лечить Шиарея…
Сестра села рядом с мужем, прижала ладони к его хвосту, прикрыла глаза… И вскоре зловещие тени чудесным образом побледнели, а потом и покинули лицо Шиарея.
Позже я просила Лину рассказать, что именно она сделала. В ответ на мои расспросы она очень подробно описала мне процесс. Я хорошо помнила её рассказ. “Через хвост быстрее всего…” — начала тогда сестра и почему-то отвела взгляд и тут же покраснела. Ну мало ли. Лина вообще легко краснеет. Мы обе часто смущаемся из-за ерунды, это ещё ничего не значит.
Сейчас мне просто нужно повторить всё шаг за шагом. И если будет на то воля божественного Миуки — у меня получится включить свою спящую магию. Ведь Лина говорила, что “лечение” это как дыхание для лекаря. В этом нет ничего сложного.
Поэтому я, вздохнув, повернулась к своему похитителю.
Протянула руку и твёрдо сказала:
— Дайте… ваш хвост.
Азарей саркастично вскинул чёрную бровь. Недоверчиво переспросил, как будто я попросила у него ядовитую змею, и теперь он хотел знать, в своём ли я уме:
— Хвост? Да ты в уме ли, человечка? Или ищешь лёгкой смерти?
— Хвост, пожалуйста, — уверенно кивнула я. Волевым усилием запрещая себе воспринимать эту едкую фразу ёкая всерьёз.
Да — я знала теорию, и правильно лечить через соприкосновение ладоней, но… Лина говорила, если хочешь пробиться к ментальному полю ёкая быстрее… Есть два способа — увеличивать соприкосновение тел, обнимать, прижиматься всем телом — это мне категорически не подходило. Но ещё у высших ёкаев всегда были хвосты. И вот если ёкай позволит тебе взяться за свой хвост… то полдела сделано — лечение начнётся как бы само собой. Ну почти что. И я “пошла с козырей”. Ведь о “соприкосновении тел” с этим злым огромным мужчиной — было и думать жутковато!
Азарей насмешливо оскалился.
Но выполнил мою просьбу.
Его мощный красный хвост волной опустился на мои колени, оказавшись довольно тяжёлым. Раздвоенный кончик приподнялся и щёлкнул, будто даже встревоженно и немного агрессивно. Я знала, что при желании эти острые расщеплённые кончики могут разрезать металл. Или сложиться вместе и пронзить как копьё.
Но я не боялась. Наоборот, ощущала трепет.
Слишком часто видела, как такой же мощный и опасный хвост Шиарея нежно обвивает талию моей сестры. А про то, как славные хвостики малышей-племянников обвивали мои руки бесчисленное количество раз — нечего и говорить. Вот точно такие же хвосты, Ами. Только поменьше и щёлкают потише… И вообще, за восемь лет наблюдений заметила, что хвосты ёкаев живут немного отдельной жизнью, как будто у них есть собственное мнение, порой отличающееся от мнения хозяина.
Я могу сколько угодно бояться Азарея, но внутри решила, что с его хвостом налажу самые чудесные отношения. По крайней мере — очень постараюсь! Ведь хвостик не виноват, что его хозяин — такой злобный тиран.
Я осторожно погладила хвост пальцами… Какой приятный! На ощупь как самый дорогой бархат. Но тёпленький. Нет, не бархат. Как носик жеребёнка! Лишь слегка грубее хвостиков моих племянников. Но не стоит обманываться. При малейшей опасности поверхность этого хвоста покроется твёрдыми чешуйками, которые запросто могут даже стать шипами. Уколоть. И даже впрыснуть яд.
Но это только если его что-то всерьёз насторожит. Пока что он только предупреждает.
— Не волнуйся, я буду очень осторожна… хвостик, — прошептала я.
Азарей надменно усмехнулся. Но краем периферического зрения я улавливала, что взгляд атана стал каким-то особенно прожигающим и жарким. Из-за чего мои уши начали пылать, а сердце пустилось в галоп.
Уф… не слишком ли близко он сидит? И зачем так наклонился?!
“Не отвлекайся, Ами. Просто… действуй”, — строго сказала я, заставляя себя переключить внимание.
Прошу, божественный Миуки, пусть всё получится.
Закрыв глаза, я положила обе руки на хвост и попыталась ощутить ту энергию, о которой говорила Лина. По словам сестры — это похоже на бурлящий поток, который рвётся от ёкая — к лекарю.
Вот только… я ничего подобного не чувствовала.
Пустота. Только жар хвоста, пронзающий кожу, будто я держу головню из костра. Сестра говорила: “Почувствуй, где боль прячется. Иди по её следу. Она звучит, как треск льда”...
Но сколько бы я ни вслушивалась, никакого треска не слышала…
В висках начало ломить от волнения.
Я старалась концентрироваться как могла!
Но с каждой секундой ощущала себя всё глупее.
Ну же! Ну же… должна я хоть что-то ощутить?! Ведь у нас с Линой одна кровь! Неужели мне и крохотной искорки магии не перепало?!
Я очень старалась!
Но время шло… и ничего не происходило.
Не получалось!
Как вдруг я что-то уловила… Что-то тёмное, клубящееся в разуме ёкая, как дым в стеклянной бутылке. Оно?! Хотя Лина описывала это иначе… Но я всё равно потянулась к темноте мыслью…
Как вдруг Азарей рявкнул:
— Время вышло, человечка!
— Нет, подождите…
— Ты считаешь меня за идиота?
— Но мне надо ещё чуть-чуть…
Но тут его хвост соскользнул с моих колен, обвил мои запястья крепче верёвки и дёрнул так, что я полетела на кровать, упала спиной о шёлковые подушки. Хвост крепко зажал запястья над моей головой.
Распахнув глаза, я увидела склонившегося надо мной Азарея. И в ужасе задрожала. Он был раздражён. И даже взбешён.
— Я пытаюсь лечить! — испуганно выкрикнула я,
— Нет. Ты занималась иным. Пыталась проникнуть в мои мысли! — его голос был резким, как удар хлыста.
— Что?! Нет-нет, я… — слова застряли в горле. Воздух в комнате стал тяжёлым, он потрескивал от гнева высшего ёкая. И даже свет будто приглушился.
— Ложь атану карается смертью, человечка! — он навис надо мной, его зигзаги на лице потемнели ещё сильнее, радужки глаз стали тёмно-бордовыми. Жуткими. Они затягивали в себя. Я тонула в них, как в густом океане крови. Голос мужчины упал до опасно-рычащего: — Ты абсолютно точно не пыталась меня лечить.
Я задыхалась.
