Глава 9
Эмили Эфор
Голос Лестера, раздавшийся за моей спиной, оказался неожиданностью. А всё потому, что я напрочь забыла о начальнике, из-за страха за Лео. Он кот свободолюбивый, и ненавидит закрытые двери, считает это ущемлением своих кошачьих прав. Поэтому стоило мне только задуматься и отставить лабораторию открытой, как его сразу же тянуло туда с непреодолимой силой.
Хорошо, что ничего серьёзного я уже давно не оставляла ни на столе, ни на полках, но Лео всё равно успел напакостить – зачем-то схватил в рот бумагу, с агрессивным урчанием пытаясь спешно её прожевать. Будто вкуснее этого листка ничего никогда не пробовал.
А тут Хайд с этим вопросом…
Обернувшись, посмотрела на начальника. У него глаза стали не просто большими от удивления, а поистине огромными. И в них, наравне с удивлением, разгоралась злость.
Тяжело вздохнув, вытащи-таки клочок бумаги из пасти недовольного кота и удобнее перехватила тушку, пытаясь выставить его перед собой на манер щита. Каким бы вредным не был Лео, а в обиду он меня не даст, в этом я была уверена.
– Моя лаборатория, – произнесла ровным тоном, ещё и плечами пожала, делая вид, будто не понимаю, почему он так переполошился.
Подумаешь, здесь находилось всего лишь с сотню запрещённых ингредиентов, что в этом особенного?
– Это я вижу, – процедил он сквозь зубы. Обвёл комнату взглядом, а после сделал шаг в мою сторону. – Ты хоть понимаешь, чем тебе грозит вот это… всё? – он неопределённо взмахнул рукой, пытаясь этим нехитрым жестом наглядно показать «всё».
Знала ли я? О, да… Лестеру не стоило сомневаться в моих умственных способностях. Или всё же стоило?
Честно признаться, сейчас мне меньше всего хотелось отчитываться за свою не совсем законную деятельность. А всё потому, что этой ночью я почти не спала. Сначала сидела возле Хайда, жалея его, словно неразумного ребёнка и уговаривая не выплёвывать антидот, потом, когда он перестал метаться в бреду и крепко уснул, пошла именно сюда, в лабораторию, чтобы изучить снятый образец и сам медальон. Провозилась почти до утра. Пристроилась на полу у кресла уже тогда, когда чёрное ночное небо посерело, готовясь уступить место новому дню.
– Понимаю, – ответила односложно. Несмотря на ситуацию, я не нервничала. Внутри меня было только опустошение. Прилечь бы. Или, на худой конец, выпить терпкого чая, чтобы привести мысли в порядок и заставить голову сколь-нибудь быстрее соображать.
– А мне кажется, – он сделал ещё полшага вперёд, сокращая и без того минимальное расстояние между нами. Лео зарычал, ему такое близкое соседство совершенно незнакомого человека не нравилось. А рычал он всегда впечатляюще, поэтому Хайд скривив губы, отступил назад и повторил с ещё большим недовольством, переходя на «ты»: – А мне кажется, что ты ничего не понимаешь! Ты…
Прикрыв глаза, я чётко произнесла, перебивая его:
– Простого спасибо было бы достаточно.
Лестер замолчал. Беззвучно открыл рот, а потом закрыл его.
– Что? – прошипел, наконец.
Держать Лео на руках было ещё тем испытанием, поэтому я, ничуть не смущаясь, обошла начальника и отпустила пушистого вредину. Он только этого и ждал – издав душераздирающий звук, призывающий меня устыдиться, он понёсся по коридору, пробуксовывая почти на каждом шагу.
– Я говорю, что простого спасибо от вас было бы достаточно, – обернувшись к Хайду, сложила руки на груди, – Ведь благодаря тому, что в моей квартире находится эта, по вашему мнению, не совсем законная лаборатория, вы остались живы. И даже магия осталась при вас. Если вопросов больше нет, то могли бы покинуть мой дом?
Если ему и нужен осмотр целителя, то… Пусть ищет кого-то другого. На сегодня лимит человеколюбия я уже исчерпала.
– По моему мнению? – кажется, из всего сказанного, он расслышал лишь то, что ему хотелось.
– Да, – устало усмехнувшись, спиной прислонилась к стене, – ведь прежде, чем обвинять меня боги весть в чём, вы могли бы поинтересоваться, есть ли у меня разрешение на использование всех этих редких ингредиентов.
Хайд прикрыл на секунду глаза, а после поднял руку и сжал пальцами переносицу:
– И что? – было слышно, что каждое последующее слово даётся ему с трудом. – У тебя и впрямь есть разрешение?
Скорее всего, когда я как следует отдохну, то пожалею и о том, что привела его сюда, и об этом разговоре, а пока…
– На большую часть ингредиентов – да.
– На большую часть? – не скрывая скепсиса в голосе, уточнил Лестер.
Я посчитала, что слова тут будут лишними, поэтому только пожала плечами.
Начальник замолчал, я тоже не торопилась ничего говорить. Было бы просто прекрасно, если бы он сейчас развернулся и ушёл. Прошла минута, другая, а может и все пять, я уже не отдавала отчёта происходящему. Стояла на ногах, держась на чистом упрямстве.
Будто подслушав мои мысли, Хайд шумно выдохнул и в самом деле направился к двери, что вела в коридор. Остановившись рядом со мной, он произнёс:
– В благодарность за вашу помощь, будем считать, что я ничего не видел, – и пока мои глаза от удивления раскрывались всё шире и шире, Лестер прошёл мимо. Дойдя до середины коридора, он обернулся и добавил: – Сегодня у вас выходной, завтра жду на работе в обычное время.
Снова сделал несколько шагов и остановился. Вновь обернулся:
– Будьте добры, верните медальон мистера Хоупа.
Я, так и пребывая в шоковом состоянии, вытащила медальон из кармана, куда машинально забросила его и направилась в сторону Лестера. Только не дойдя пары шагов, осмелилась произнести:
– А… можно ли пока оставить его? Я ещё не всё изучила…
Мужчина на секунду прикрыл глаза, а когда вновь посмотрел на меня, то я всё поняла без слов, поэтому опередила его:
– Нет, так нет, – и сократив расстояние, вложила ему в руку медальон.
Лестер хмыкнул, и пока я не успела отойти от него на безопасное расстояние, придержал меня за локоть и тихим, зловещим голосом произнёс:
– Я не всегда такой добрый, Эмили…
О, он мог бы этого и не озвучивать, эту истину я уже уяснила.
Чтобы не сказать ничего лишнего и не накликать на себя беду, я плотнее сжала губы и голову опустила, лишь бы он и в глазах ничего не прочитал.
Наконец, меня отпустили, но то место на руке, где он держал меня, пульсировало жаром, словно мужчина так и не убрал горячие пальцы…
Хайд развернулся, подошёл к своим ботинкам и попытался обуть их, но послышался довольно странный звук… Чавкающий такой, словно в его ботинки кто-то вылил стакан воды…
«Лео!» – подумала с ужасом и, подняв глаза, уставилась на Лестера, который уже смотрел на меня полыхающим от злости взглядом.
– Он не специально! – выпалила, делая шаг в сторону кухни, откуда выглядывала наглая усатая морда. Пришёл мой черёд закрывать его собой.
– Конечно! – ничуть не поверив мне, выдал Хайд. Снял ботинок, скривился, а затем щёлкнул пальцами. Затем снова обулся и уже не оглядываясь, вышел из моей квартиры, громко хлопнув дверью.
«Надо же, а он неплохо управляется с бытовыми плетениями…» – подумала отстранённо.
Это было последней каплей. Подойдя к стене, я медленно съехала по ней вниз. Закрыла руками глаза и… рассмеялась. Громко и безудержно. Выплёскивая напряжение, пытаясь избавиться от давящего чувства, что ни на секунду не отпускало меня в присутствии Лестера.
Спустя пару минут, мою руку боднули огромным пушистым лбом.
– Ты предатель, Лео, – прошептала, глядя на него сквозь пальцы.
Но кот совершенно не испытывал угрызений совести. На его морде огромными буквами было написано: «Всё же хорошо закончилось, чего ты?»
Действительно, чего это я?
Терзать себя за всё произошедшее не стала. Да и не смогла, если быть честной. С трудом поднялась, закрыла на ключ дверь, еле передвигаясь, прошла в душ, который принимала сидя, потому стоять ноги уже отказывались. А потом кое-как доползла до собственного дивана.
– Надо бы поменять бельё, – подумала вслух, но, конечно же, не поменяла. Так и легла, вдыхая мужской запах, который под стать своему хозяину был колючим и резким. Обволакивающим и подавляющим, но при этом удивительно приятным. С этой мыслью я и уснула.
А когда проснулась, то добрых полчаса пыталась понять – приснилось ли мне всё, или я и впрямь позволила Лестеру Хайду увидеть мою лабораторию? В том, что Лео совершил диверсию, я ни секунды не сомневалась, потому что… Это же Лео! Но как я допустила начальника туда, куда ещё никто не удостаивался быть допущенным?
Тяжело вздохнув, села на кровати. Посмотрела на часы – стрелки остановились на трёх. Судя по тому, что за окном было светло, всё же дня, а не ночи.
– Мне же это не приснилось? – с тоской посмотрела на Лео, который лежал на моих ногах и подсматривал за мной одним глазом.
Он нехотя поднял голову и зевнул, выражая своё отношение ко всему происходящему. Ему-то легко, а я…
Стараясь не думать о плохом, я кое-как поднялась, чувствуя себя ужасно разбитой. Потом вернула фотографии сестры на положенное им место. Зачем вообще убирала? Просто… не хотела лишних расспросов. Лгать, глядя в глаза, я ещё не научилась. Хотя стоило бы приобрести этот, бесспорно, полезный навык. Взять бы у Лео пару уроков, потому что, даже зная, что уже покормила его, я не всегда могла отказать прохвосту, если он изображал умирающего от голода. Талант, что сказать.
Потом доползла до кухни и принялась готовить не то обед, не то ужин. Завтрак я явно проспала.
Как я умудрилась попасть в такую ситуацию? Ладно, привела Хайда домой, но лабораторию могла бы и на ключ закрыть. Обычно я так и делала, даже в самом бессознательном состоянии не оставляла дверь открытой. Сегодня же… А всему виной азарт, который захватил меня. Давно в мои руки не попадало никаких особенных зелий и составов, вот я и забыла о безопасности. Эх, теперь-то что зря переживать, всё уже случилось.
Прибрав на кухне и переодевшись в рабочую одежду, я зашла в лабораторию. На этот раз закрыла дверь на ключ и перепроверила на всякий случай, чтобы Лео уж точно не смог бы сюда просочиться. Коту такой расклад совершенно не понравился, так что он добрые полчаса сидел под дверью и истошно орал, жалуясь на вселенскую несправедливость. Меня его крики отнюдь не разжалобили, знала я, чем обернётся его появление в лаборатории.
– Я скоро, – бросила, точно зная, что он меня и услышит, и поймёт. Не факт, что это обещание его удовлетворит, но попробовать стоило.
Лео ненадолго замолчал. Потом проворчал что-то особо ругательное на своём кошачьем языке, и, наконец, оставил меня в покое.
За изучением образца, что мне удалось собрать с медальона, я провела много времени. Но выявить смогла только три основных ингредиента. Не густо, потому что я предполагала, что их там не меньше десяти. Очнулась опять же благодаря коту – он недвусмысленно напомнил, что, вообще-то, было бы неплохо, если бы я его покормила. С наслаждением потянувшись, вышла из лаборатории.
Несмотря на то, что я проспала добрую половину дня, после ужина и душа я снова уснула. А проснулась задолго до будильника, в полной мере осознав, что мне сегодня предстоит. Что-то слабо верилось в то, что Лестер так просто «забудет» о моей лаборатории, наверняка будет шантажировать. Это вполне в его духе. А я что? Мне остаётся только молчать, потому что это вчера мне было всё равно на то, что произойдёт дальше, а сегодня я выспалась, туман в мыслях развеялся, и я осознала масштаб катастрофы.
В итоге в управление я пришла первой. Здание было пустым, а незнакомый мне дежурный долго и с недоверием рассматривал мой пропуск. Едва ли на зуб его не пробовал. Но хоть не хамил, не высмеивал и не пытался выставить за дверь.
Наконец, оказавшись в общем кабинете, я села на всё тот же злополучный стул, на котором ждала Лестера в первый раз.
Сердце неистово колотилось. Мысленно я пыталась придумать оправдательную речь, которая звучала бы убедительно, но либо выходил невнятный бред, либо я скатывалась на откровенную грубость. Потому что время от времени во мне просыпалась злость из-за того, что начальник оказался таким неблагодарным болваном. После злость затихала, я вновь вспоминала, что вообще-то должна остаться в отделе, а не с треском из него вылететь, и мысли начинали течь в мирном направлении.
Ближе к восьми, я услышала, что кто-то поднимается по лестнице. Удивительное дело, но я по шагам сразу определила, что это был не Лестер Хайд. И когда только я успела его так хорошо изучить, чтобы узнавать по малейшему шороху?
Сделав вид, что совершенно не нервничаю, посмотрела на того, кто приближался. Это был Джеймс. Мужчина, увидев меня, слегка удивился, а после доброжелательно улыбнулся и подмигнул:
– Уже поправилась?
Поправилась? О чём это он?
Заметив на моём лице недоумение, он пояснил, при этом растянув губы в лукавой улыбке:
– Просто Лестер вчера сказал, что ты приболела и отпросилась.
Эм… А мы точно про одного и того же Лестера сейчас говорим? Он мог такое сказать? То есть, начальник солгал ради меня, чтобы не привлекать лишнего внимания со стороны сотрудников? Это… довольно благородно с его стороны. Хоть и не извиняет все его грубости, сказанные в мой адрес за время нашего знакомства.
– Да, небольшое недомогание, сегодня уже всё отлично, – улыбка моя вышла слегка нервной. Но Джеймс предпочёл этого не заметить.
Он прошёл к своему столу, достал из ящика увесистую папку и принялся изучать её, время от времени что-то помечая карандашом в своём блокноте. Мне было любопытно, чем он занимается, но у меня не хватило смелости спросить его об этом.
Следом за Джеймсом пришёл Фред. Он был хмурым и недовольным, а на вопрос старшего товарища, что с ним такого стряслось, ответил довольно просто:
– Что хорошего в том, когда приходится вставать в такую рань?
Джеймса его ворчание ничуть не смутило:
– Опять полночи гулял?
Фред скривился, растягиваясь на столе и надеясь вздремнуть до прихода начальства:
– Я молод, мне нужно гулять.
– Ночью нужно спать, – Джеймс усмехнулся.
– Вот доживу до твоих лет и буду спать, а пока что… – пробубнил он и замолчал, не договорив.
Наблюдая за их разговором, я немного отвлеклась и не заметила, как свидетелем этой перепалки стал ещё один человек:
– Гулять ты должен, Фредди, в свой законный выходной, потому что на службе мне нужны нормально соображающие сотрудники, ясно? – услышав голос Хайда, я вздрогнула.
Поворачиваться не спешила. Было страшно увидеть в глазах начальника приговор…
– Да я так, я ж в норме, – принялся оправдываться Фред, но Лестер его уже не слушал. Я чувствовала на себе его внимательный взгляд.
– Эмили, идите за мной, – так и не дождавшись от меня слов приветствия, он сразу перешёл к делу. Мне ничего не оставалось, как, тяжело вздохнуть и подняться со своего места. Фред, получивший нагоняй, прошептал:
– Удачи тебе!
Я с благодарностью посмотрела на парня и поспешила за начальником. Вот только когда он привёл меня всё к той же комнатке, которую я разбирала позавчера, притормозила.
– Вы серьёзно? – спросила, скрестив руки на груди.
То есть, сначала я её разбирала, а теперь буду отмывать? Ему совершенно наплевать на то, что он попросту уничтожает мой талант, вкупе с верой в себя?
Судя по скептическому взгляду, которым он меня окинул – да, ему было наплевать.
– Конечно, я серьёзен, как никогда, – ответил и уже взялся за ручку двери, как меня всё же прорвало.
