– Так вы и не от яда умрёте, я вас собственноручно придушу! Пейте!
Вот ведь… зараза!
Но деваться некуда, пришлось выпить. На вкус этот антидот был таким же отвратительным, как и на вид – чёрная жижа обожгла горло, оставив во рту привкус гнили. Меня бы вывернуло, если бы Эмили не принялась уговаривать, словно я был маленьким ребёнком:
– Потерпите, я знаю, что он гадкий, но вам станет легче. Только потерпите… – при этом она гладила меня по волосам, и мне вдруг показалось, что я очутился в далёком детстве. Там, где рядом со мной была единственная нянька, которой было не наплевать на меня. Она читала мне сказки и пела колыбельные, утешала, если мне снились кошмары, уговаривала потерпеть, когда обрабатывала ссадины… Отец быстро убрал её, потому что считал, что привязанности только вредят воспитанию будущего мужчины. Что сила лишь в том, чтобы ты мог переступить через всех, кто стоит на твоём пути. Даже если это твои самые близкие люди.
– Ты-то откуда знаешь? – спросил, пытаясь прорваться сквозь паутину воспоминаний.
– Пробовала, – туманно отозвалась девчонка.
Интересно… Для чего это она пробовала антидот?
Пожалуй, эта мысль была последней, которую я додумал. Потом меня затянуло в водоворот тьмы. Я метался, сквозь шум в ушах слыша чей-то тихий, успокаивающий голос, и нежные руки на моих щеках… Я тянулся к этому голосу, потому что он вёл меня к свету, к спокойствию, которое так давно покинуло меня…
Наконец, всё прекратилось. Боль, агония, обрывки воспоминаний… Я глубоко вздохнул и, кажется, уснул. Измученный организм выключился, дав себе возможность восстановить силы.
А проснулся от жуткой тяжести. Словно меня придавило монолитной плитой. С трудом открыв глаза, увидел нависающую надо мной усатую морду.
Кот? Нет, не кот, а медведь какой-то, честное слово. Потому что коты не могут быть такими тяжёлыми.
Руки слушались меня плохо, поэтому я медленно моргнув, выдохнул:
– Брысь!
Вот только пушистый гадёныш не сдвинулся с места. Лишь склонил голову набок, будто примерялся, куда бы меня побольнее укусить.
Нет, животных я не боялся. Скорее, недолюбливал. А они отвечали мне взаимностью.
– Брысь, я сказал, – повторил строже, но он точно знал, что сейчас я слишком слаб, чтобы продемонстрировать ему силу. – Тяжело ведь, – проворчал, пытаясь вдохнуть.
Но даже это его не впечатлило. Кот переступил с лапы на лапу, а после наглым образом выпустил когти, так что они впились в кожу. Рубашка для них вовсе не стала преградой. И в его зелёных глазах, как мне показалось, отразилось что-то вроде вызова – и что ты мне сделаешь?
Так, значит? Да?
Я прищурился в ответ и поднял руку, чтобы спихнуть уже с себя эту тушу, но кот явно готовился к подобной диверсии, поэтому протянул лапу и со всей силы шлёпнул мне по лицу. Когти гадёныш при этом не убрал!
– Да ты! – прошипел, ошалев от наглости пушистого монстра. И попытался встать.
Откуда-то с боку послышался сонный голос Эмили:
– Лео, что ты делаешь?
Значит, это исчадие тьмы величают Лео? Ну, нет, столь благородная кличка ему совершенно не подходила!
Повернув голову, увидел девчонку, которая с трудом поднималась с пола. Она спала прямо здесь? У кресла?
Судя по тому, как она скривилась, делая первый шаг – так оно и было.
– Ты ведешь себя неподобающе, – снимая с моей груди толстяка, Эмили выговаривала ему так, словно этот болван хоть что-то мог понять. – Простите, ему просто любопытно, – покаялась она передо мной, держа монстра в руках. Но тому происходящее явно было не по душе, поэтому он принялся активно работать лапами, вырываясь из объятий хозяйки.
– Ничего, – прохрипел, потирая грудь. Слабость блуждала по телу, но мне было гораздо лучше.
– Как вы себя чувствуете? – отпустив кошака, который, завывая, словно ветер в печных трубах, сбежал в другую комнату.
– Нормально, – отмахнулся от её вопроса и с осторожностью сел на диване. Голова не кружилась и тело слушалось вполне сносно.
В комнате было светло. Я обвёл стены внимательным взглядом. Кажется, вчера здесь была фотография. А теперь её нет. Вот только выцветший след на обоях остался именно на том месте, где я ночью видел снимок.
Эмили, проследив за моим взглядом, сделала вид, что совершенно спокойна, но это было не так. А эта девчонка не так проста, какой хочет казаться. Если это просто семейное фото, то для чего нужно было его убирать?
– Почему ты спала на полу? – спросил её, делая вид, что совершенно ничего не заметил.
От вполне простого вопроса она заартачилась. Опустила взгляд, а потом преувеличенно равнодушно отмахнулась:
– Здесь было удобнее наблюдать за вашим состоянием.
Она пожала плечами и принялась расправлять складки на просторных домашних брюках. Эмили даже не переоделась, была в той же одежде, в которой прибежала в управление, чтобы осмотреть труп Хоупа. Точнее не труп, а медальон, если я правильно запомнил.
Я прислушался к собственному организму. Если не считать того, что мне ужасно хотелось есть, то можно сказать, что о вчерашнем инциденте ничего не напоминало. Впрочем, аппетит был обусловлен ещё и тем, что я последний раз ел ещё вчера утром. И то пару бутербродов и чашку чая вряд ли можно назвать полноценной едой.
– Так зачем ты приходила вчера в управление?
– Можно я вас осмотрю?
Мы заговорили одновременно. Отчего девчонка смутилась, покраснев, а я принялся рассматривать её, словно увидел впервые.
Воспоминания о произошедшем были отрывистыми, и я не был уверен, что ничего из этого мне не привиделось. Ладно, факт того, что на стене висел снимок, довольно легко доказуем, а вот то, что она призналась, будто лично пробовала антидот – практически невозможно доказать. Зачем он ей понадобился? Не развлечения же ради!
– Давайте, вы, – отойдя на шаг и спрятав за спину руки, она решила уступить мне.
Я хмыкнул. А вчера, опять же, если я ничего не путаю, грозилась собственноручно придушить меня.
– Как скажешь, – деланно поклонился, – что ты выяснила вчера?
Эмили отвела взгляд и нахмурилась. Её явно что-то беспокоило.
– А если я спрошу у вас, кто отравил вас ядом, вы мне ответите?
Шантаж? О, я, оказывается, недооценил девчонку!
– Какое отношение этот яд имеет к смерти Хоупа?
Нет, я-то знал, какое, но ей об этом было знать не обязательно. Ей вообще ничего не нужно было знать.
– Может быть и никакого, – пробормотала она задумчиво и вытащила из кармана тот самый медальон, который она просила всего лишь посмотреть.
– Зачем ты забрала его? – сделал шаг в её сторону и Эмили тут же вскинула на меня свои огромные глаза. В них была растерянность, но она быстро справилась с ней.
– Простите, оно само так получилось, – девчонка вроде бы и каялась, но делала это несколько неубедительно. Словно наличие в руках вещественного доказательства, которое вообще-то должно было находиться в управлении, её вовсе не волновало.
– Само, значит, – покачал головой, даже не зная, что я должен на это ответить. Или ничего не отвечать?
– Это неважно, – она отмахнулась от моих слов. – Сейчас меня волнует кое-что другое, – Эмили подняла медальон на уровень глаз и внимательно посмотрела на него, – знаете, что яд, которым вас отравили, ритуал выкачивания магии и состав, из-за которого тело мистера Хоупа выглядело так, будто он умер несколько дней назад, являются выходцами из одной и той же местности? Хотя, не совсем местности, скорее они выходцы с нескольких соседних островов, но… Странно, не правда ли?
Она перевела на меня пустой взгляд, словно и не видела перед собой, пребывая мыслями далеко отсюда.
Выводы, которые она сделала, и впрямь были странными. Или не странными, а вполне закономерными? Я знал, для чего Винтерс делал это. Всё произошедшее – простая демонстрация силы. Он пользовался тем, что ничего из этого я не смогу связать с ним, или с кем-то из его окружения. Фредерик всегда был рад продемонстрировать свой ум, делая непременно так, чтобы все остальные почувствовали себя идиотами.
Если бы расследование велось официально, то я бы мог подать запрос в судоходные компании, чтобы они дали мне полный отчёт о том, какие корабли в каком направлении уходили за последние пару лет, но… Руки у меня были связаны. Поэтому открытие Эмили стоило приберечь на потом.
– Забудь об этом, – подошёл к девчонке, заставив её сфокусировать взгляд на мне.
Она распахнула свои огромные глаза и рот открыла, готовясь засыпать меня вопросами о том, почему это она должна забыть о таком. Но сказать ничего не успела, потому что раздался грохот, и вовсе не со стороны кухни.
Эмили думала лишь пару секунд, а может и того меньше, а потом рванула вон из комнаты, при этом причитая:
– Лео, ты же знаешь, что тебе туда нельзя!
Хотелось мне сказать ей, что этому Лео совершенно плевать на её запреты, но от комментариев я воздержался. А всё потому, что голос у девчонки уж больно был испуганным.
Я, конечно же, направился вслед за ней. Но то, что я увидел в комнате, которая должна была быть спальней, повергло меня в шок.
Вместо кровати – мини-лаборатория, расположенная на огромной тумбе, с трубочками и прочими мелочами, названий которых я не знал. Стол, заваленный старинными книгами и манускриптами. Колбы, склянки, пробирки. В каждой из них странного цвета жидкости. Травы, подвешенные к потолку, банки с какими-то частями животных. Или не животных? Порошки и вулканический песок…
Пока она стаскивала жирного болвана со стола, стараясь при этом что-то вытащить у него изо рта, я пытался осознать, но… не осознавалось!
– Это что, тьма побери, такое? – спросил, медленно свирепея.
Да за большую часть ингредиентов, что я здесь видел, можно было получить пожизненный срок!
Глава 9
Эмили Эфор
Голос Лестера, раздавшийся за моей спиной, оказался неожиданностью. А всё потому, что я напрочь забыла о начальнике, из-за страха за Лео. Он кот свободолюбивый, и ненавидит закрытые двери, считает это ущемлением своих кошачьих прав. Поэтому стоило мне только задуматься и отставить лабораторию открытой, как его сразу же тянуло туда с непреодолимой силой.
Хорошо, что ничего серьёзного я уже давно не оставляла ни на столе, ни на полках, но Лео всё равно успел напакостить – зачем-то схватил в рот бумагу, с агрессивным урчанием пытаясь спешно её прожевать. Будто вкуснее этого листка ничего никогда не пробовал.
А тут Хайд с этим вопросом…
Обернувшись, посмотрела на начальника. У него глаза стали не просто большими от удивления, а поистине огромными. И в них, наравне с удивлением, разгоралась злость.
Тяжело вздохнув, вытащи-таки клочок бумаги из пасти недовольного кота и удобнее перехватила тушку, пытаясь выставить его перед собой на манер щита. Каким бы вредным не был Лео, а в обиду он меня не даст, в этом я была уверена.
– Моя лаборатория, – произнесла ровным тоном, ещё и плечами пожала, делая вид, будто не понимаю, почему он так переполошился.
Подумаешь, здесь находилось всего лишь с сотню запрещённых ингредиентов, что в этом особенного?
– Это я вижу, – процедил он сквозь зубы. Обвёл комнату взглядом, а после сделал шаг в мою сторону. – Ты хоть понимаешь, чем тебе грозит вот это… всё? – он неопределённо взмахнул рукой, пытаясь этим нехитрым жестом наглядно показать «всё».
Знала ли я? О, да… Лестеру не стоило сомневаться в моих умственных способностях. Или всё же стоило?
Честно признаться, сейчас мне меньше всего хотелось отчитываться за свою не совсем законную деятельность. А всё потому, что этой ночью я почти не спала. Сначала сидела возле Хайда, жалея его, словно неразумного ребёнка и уговаривая не выплёвывать антидот, потом, когда он перестал метаться в бреду и крепко уснул, пошла именно сюда, в лабораторию, чтобы изучить снятый образец и сам медальон. Провозилась почти до утра. Пристроилась на полу у кресла уже тогда, когда чёрное ночное небо посерело, готовясь уступить место новому дню.
– Понимаю, – ответила односложно. Несмотря на ситуацию, я не нервничала. Внутри меня было только опустошение. Прилечь бы. Или, на худой конец, выпить терпкого чая, чтобы привести мысли в порядок и заставить голову сколь-нибудь быстрее соображать.
– А мне кажется, – он сделал ещё полшага вперёд, сокращая и без того минимальное расстояние между нами. Лео зарычал, ему такое близкое соседство совершенно незнакомого человека не нравилось. А рычал он всегда впечатляюще, поэтому Хайд скривив губы, отступил назад и повторил с ещё большим недовольством, переходя на «ты»: – А мне кажется, что ты ничего не понимаешь! Ты…
Прикрыв глаза, я чётко произнесла, перебивая его:
– Простого спасибо было бы достаточно.
Лестер замолчал. Беззвучно открыл рот, а потом закрыл его.
– Что? – прошипел, наконец.
Держать Лео на руках было ещё тем испытанием, поэтому я, ничуть не смущаясь, обошла начальника и отпустила пушистого вредину. Он только этого и ждал – издав душераздирающий звук, призывающий меня устыдиться, он понёсся по коридору, пробуксовывая почти на каждом шагу.
– Я говорю, что простого спасибо от вас было бы достаточно, – обернувшись к Хайду, сложила руки на груди, – Ведь благодаря тому, что в моей квартире находится эта, по вашему мнению, не совсем законная лаборатория, вы остались живы. И даже магия осталась при вас. Если вопросов больше нет, то могли бы покинуть мой дом?
Если ему и нужен осмотр целителя, то… Пусть ищет кого-то другого. На сегодня лимит человеколюбия я уже исчерпала.
– По моему мнению? – кажется, из всего сказанного, он расслышал лишь то, что ему хотелось.
– Да, – устало усмехнувшись, спиной прислонилась к стене, – ведь прежде, чем обвинять меня боги весть в чём, вы могли бы поинтересоваться, есть ли у меня разрешение на использование всех этих редких ингредиентов.
Хайд прикрыл на секунду глаза, а после поднял руку и сжал пальцами переносицу:
– И что? – было слышно, что каждое последующее слово даётся ему с трудом. – У тебя и впрямь есть разрешение?
Скорее всего, когда я как следует отдохну, то пожалею и о том, что привела его сюда, и об этом разговоре, а пока…
– На большую часть ингредиентов – да.
– На большую часть? – не скрывая скепсиса в голосе, уточнил Лестер.
Я посчитала, что слова тут будут лишними, поэтому только пожала плечами.
Начальник замолчал, я тоже не торопилась ничего говорить. Было бы просто прекрасно, если бы он сейчас развернулся и ушёл. Прошла минута, другая, а может и все пять, я уже не отдавала отчёта происходящему. Стояла на ногах, держась на чистом упрямстве.
Будто подслушав мои мысли, Хайд шумно выдохнул и в самом деле направился к двери, что вела в коридор. Остановившись рядом со мной, он произнёс:
– В благодарность за вашу помощь, будем считать, что я ничего не видел, – и пока мои глаза от удивления раскрывались всё шире и шире, Лестер прошёл мимо. Дойдя до середины коридора, он обернулся и добавил: – Сегодня у вас выходной, завтра жду на работе в обычное время.
Снова сделал несколько шагов и остановился. Вновь обернулся:
– Будьте добры, верните медальон мистера Хоупа.
