– Вот именно.
Придерживаясь формальности, он проверил брачную татуировку, после чего вручил мне деньги и документы и посоветовал спешить.
В голове вихрем кружились вопросы, но вместо того, чтобы задать их, я торопливо шла к местному вокзалу.
Прощай навсегда, прошлая жизнь…
Глава 2
Казалось, на несколько лет мою жизнь заморозили, заставили замереть, окутали липким сном, и вот сейчас я будто вновь начала дышать.
Захлебнулась от боли.
Сгорела в том пламени и восстала из пепла.
Открыла глаза на многие вещи. Вроде бы очевидные, но требовалось повзрослеть, чтобы понять.
Похоже, я повзрослела.
В дилижансе, который ехал три дня до пункта назначения, как раз было время осмыслить новый поворот судьбы.
Масса времени и тихие попутчики.
Разумеется, я перед отправлением попыталась купить газеты, чтобы узнать об Эймоне Ливингстоне хоть что-нибудь, но утренние уже распродали, а свежие ожидались только через четыре часа. К этому времени я уже отправилась в путь.
Поначалу было страшно.
Ужас сковывал, и первые несколько часов я даже думать нормально не могла. Мысли путались и то и дело выдавали картинки того, что будет, когда меня поймают. Но время шло, а кроме мерного покачивания дилижанса ничего так и не происходило. Самым ярким событием первого дня пути стала косуля, выбежавшая на дорогу.
Дышать со временем получилось свободнее.
До остановки на ужин и для смены лошадей я смотрела в окно. Виды за ним проносились красивые, поселения встречались редко, что лишь усиливало чувство безопасности.
Может, правда получилось сбежать?
И никто меня не догонит?
Переживания за Эймана, которого, наверное, уже нет на свете, пока получалось от себя гнать. Или же притворяться, что получается.
Ночью я даже уснула под покачивание дилижанса и звуки дороги.
А утром в голове стало неожиданно светло, как если бы я только сегодня очнулась после пожара. Боль потери горела в груди, но происшедшее обрело ясность. Меня тогда отвезли в лечебницу на окраине, и я больше суток провела в исцеляющем сне. Очевидно, этого времени хватило, чтобы жрецы обнаружили богатую сироту и успели прибрать к рукам родительское состояние. Оно должно было остаться! Без сомнений. Ведь мы не только ни в чем не нуждались, но и держали слуг, часто куда-нибудь ездили, у мамы было много драгоценностей, да и у меня тоже кое-что было. Но сплыло. А главное, нас приглашали не только к губернатору, но и на балы, которые устраивали королевские особы. Обнищавших или едва сводящих концы с концами туда не зовут.
Хотелось кричать от обиды.
Как можно было так попасться?!
Глупый вопрос. Я была ребенком.
Вечер, когда все рухнуло… сгорело в злом пламени… Это был мой только третий выход в свет. Я даже о поклоннике еще не начала мечтать. То есть мама говорила, что когда-нибудь он у меня появится, и я верила, но всерьез о романтике еще не думала.
Ну и что бы я сделала, если бы сразу разгадала происходящее?
Ничего.
Прокля́тый Люкир!
Тихо зашипела с досады.
– Вы в порядке? – забеспокоился мужчина с аккуратной бородкой, ехавший на соседнем сиденье.
– Да, простите. Спина затекла.
– Молодежь! – осуждающе воскликнула румяная дама с места за нами. – Старое поколение куда крепче.
Далее последовала речь о пользе ранних подъемов, утренних прогулок и тертой моркови с медом.
Кто-то из попутчиков ей пару раз поддакнул.
Я вымучила улыбку, еще раз извиняясь за то, что привлекла к себе внимание.
– Вы, верно, держите путь с учебы к родителям? – опять заговорил мужчина с бородкой.
Бедное платье, похоже, навело его на мысль, что я жительница одной из приграничных деревень.
Пришлось опять неискренне улыбаться.
– К родителям мужа. Пока он уплыл на четыре месяца в Иаму, мне лучше пожить с ними.
И поправила рукав, чтобы он мог увидеть часть брачного браслета.
Вот так.
В глазах попутчиков я стала почтенной скучной женой, и меня оставили в покое. А еще полезут с разговорами, начну ныть, как скучаю по любимому. Мне как раз плакать хочется.
Однако повода выплеснуть эмоции мне не дали.
Не бывает так, чтобы дорога прошла совсем гладко. Я это еще по поездкам с родителями помнила. В дилижансе что-то сломалось, и около часа мы ждали, пока кучер все исправит. А вечером следующего дня на нас попытались напасть разбойники, но кучер достал дробовик, и трое с платками на лицах скрылись за деревьями. Видимо, решили подождать менее хлопотную добычу.
Я была сама не своя от усталости, когда добрались до пункта назначения.
Южный городок в приграничье напоминал скорее деревню. Тихий, не слишком большой, жаркий и влажный, с аккуратными каменными домиками и выцветшими на солнце садами.
Убила бы за день отдыха.
Соблазн манил, и я задержала взгляд на двухэтажном постоялом дворе, но все-таки решила поступить правильно и отправилась за билетом.
– Дилижанс отправляется в шесть утра, – сообщила разомлевшая от духоты работница. И уже начала заполнять для меня билет, но, видимо, заметила полный муки вздох, потому что все же спросила: – Портал предлагать? Но это дорого.
– Но быстро? – не сдержала надежды я.
– А то как же! Но четыре серебром.
Судя по тону, который стал немного высокомерным, она не думала, что мне это по карману.
Согласна, выглядела я, наверное, паршиво.
Чувствовала себя и того хуже, потому что даже на торжество, когда выложила на стол плату, сил не хватило.
Зато когда вышла на улицу и увидела на часах время, едва сдержала счастливый писк. До заказанного портала, который будет только утром, когда вокзальный маг придет на работу, оставалась еще половина дня и вся ночь. А это значит… Я поем! Приму ванну! Высплюсь! Чуть впервые в обморок от счастья не свалилась, честное слово.
Эмоции вскружили голову, не иначе, потому что первым делом я отправилась в магазин.
С другой стороны, надо же мне во что-то переодеться…
Оправдав себя, я выбрала заведение с самой красивой витриной. Подумать только, я целую вечность ничего не покупала. Кроме еды, и то самой простой. А здесь платья, тончайшее белье, всякие нужные мелочи. И духи! Я жмурилась и улыбалась от запахов. И дрожала от прикосновения тканей.
Вышла из магазина, нагруженная покупками и с полной уверенностью, что сегодня – счастливейший день за без малого пять лет.
Будь проклят Люкир и его сообщники!
Несомненно, я бы отдала семейное состояние и все то, что есть у меня сейчас, лишь бы только родители остались живы, но с судьбой не поторгуешься.
Мужчины, который пробыл моим мужем всего несколько часов, сожаления тоже касались. Я к нему не чувствовала того, что должно быть между супругами, но он дважды спас мне жизнь, и благодаря именно его щедрости я сегодня смогла позволить себе не только необходимое. Надеюсь, Люкир там грызет локти от бессилия.
Может, Эймон Ливингстон был моей судьбой?
Один раз он мог спасти меня случайно, но дважды… Или период романтических мечтаний меня все же настиг. Хоть и глупо грезить о том, кого уже нет в живых.
На постоялом дворе меня ждало разочарование.
– Свободных номеров нет.
– Но как…
В ответ на беспомощный взгляд парень, который занимался расселением, равнодушно пожал плечами и потерял ко мне остатки интереса.
– У меня есть деньги, – решила уточнить на случай, если произвела на него такое же впечатление, как и на работницу местной станции.
– По сверткам из самого дорогого магазина это понятно. Но номеров все равно нет. – Он махнул на меня рукой. Когда я побрела к выходу, еще добавил: – Ты бы не болтала про деньги, мало ли что? Осторожнее надо быть.
Вот мне и крыша над головой.
Сон наконец-то в кровати.
И пенная ванна сверху.
Едва не расплакалась от обиды. Бестолково потопталась перед каменным зданием, в котором мне не жить. И куда теперь?
Можно пойти поесть.
И пересидеть на станции, там есть места для ожидания.
Конечно, я буду выглядеть нелепо со своими покупками и это совсем не то, что я планировала, но бывало и хуже. Надо собраться и потерпеть. Комфортом смогу насладиться завтра, когда доберусь до места, которое станет мне домом на ближайшее время.
Решение было почти принято, когда рядом вежливо кашлянули.
– Комнаты не хватило, да?
Я вздохнула и обозрела благообразную старушку в цветастом платье.
– Можете не спрашивать, у них все занято.
– Что ты, деточка, я местная, – мягко рассмеялась собеседница. – За небольшую денежку пущу тебя на ночь к себе. Тебе крыша над головой, а мне прибавка к старческому содержанию.
Платье на ней было новым, в ушах поблескивали сережки, и выглядела пожилая женщина ухоженной. Наверное, сдача комнат приносит ей неплохой доход. По давним поездкам с родителями я помнила, что нам вот точно так же жилье предлагали, только тогда у нас были заказаны самые лучшие номера, а то и целые коттеджи. Сейчас же я ощутила небывалое облегчение.
– Да! Спасибо!
– Идем, милая. Здесь недалеко.
– Только мне выезжать рано.
Дом госпожи Этти правда оказался совсем близко – на соседней улице с вокзальной площадью. Выглядел он таим же милым и ухоженным, как и его хозяйка, вдобавок ко всему мне досталась отдельная комната, светлая и уютная.
Счастью не было предела.
Особенно когда я погрузилась в обжигающе горячую воду. Без пены, правда, но я брызнула немного духов. И, невзирая на южную духоту, отмокала целую вечность.
Старую одежду выкинула, и это стало отдельным удовольствием. Я давно успела возненавидеть заношенные тряпки. Стоило избавиться от них, как появилось чувство приятного освобождения. Будто бы все вернулось на круги своя. Стало так, как и должно было быть.
Приятная расслабленность затопила тело и пробралась в разум.
Думались всякие глупости.
Эймон Ливингстон красивый. И благородный. Может, он вовсе не совершал никакого преступления, просто помешал чем-то жрецам?
Выведать бы подробности.
Но зачем они, если мой муж все равно мертв?
Настроение померкло.
Ладно, доберусь до места, там видно будет.
С этим решением я выбралась из воды. Когда высушилась и оделась, увидела в зеркале почти прежнюю себя, только старше и какую-то измученную. Ничего, дальше будет лучше. Скоро все наладится. Но ободряющая улыбка, которую я послала своему отражению, получилась какой-то жалкой.
Впервые за время путешествия я оказалась по-настоящему одна и наконец смогла рассмотреть, что выдал мне господин Арран. Деньги. Много денег. После прозябания в нищете мешочек с серебром казался целым состоянием. Аж смешно с себя стало. И до кислого привкуса во рту жалко.
