Страница 5 из 14
Тамерлан тоже встает.
Я бы даже сказала, вырастает из своего кресла.
Чёрт. Какой же он огромный.
Он медленно огибает рабочий стол, целенаправленно надвигаясь на меня. Что меня до жути пугает. Уверена, этот страх отражается, как в зеркале, в моих глазах.
– Что ты ещё хочешь мне сообщить, чего я не знаю, Вероника? – Он останавливается в шаге от меня, растягивая слова. А особенно гуляя гласными по моему имени.
Он не выглядит задетым. Наблюдает за мной с лёгкой кривой полуулыбкой. Только глаза остаются холодными. Бездушными. Пустые.
Я смотрю на бездну. Бездна с любопытством смотрит на меня.
Мне хочется знать какое-нибудь заклинание, произнеся которое он исчезнет. Но я знаю, что в нашем мире есть лишь одно заклинание, приводящее к нужному результату. И оно карается статьей сто пятой Уголовного кодекса. Убийство.
А на подобное я не способна. Пока.
Стискиваю зубы.
– Отпусти меня. – Я качаю головой, не в силах поверить, что он решил продолжить эту жестокую шутку. Издевательство, затянувшееся на десяток лет.
Даже теперь.
Похоже, его не волнует и не смущает тот факт, что он сломал мне жизнь.
Он хочет продолжить игру.
Краем глаза я замечаю, что он поднимает руку, словно собираясь дотронуться до меня. Мои мышцы каменеют от страха. Но затем опускает её. Сжав пальцы в кулак.
– Ты свободна. Иди на рабочее место. Скоро планёрка.
– Ненавижу тебя, – напоминаю ему.
Кажется, я могу бесконечно произносить эти слова.
– Знаю.
Я покидаю его кабинет, чувствуя, будто всё это время плавала в адском котле, который заботливо подогревали черти. А за мной гонятся псы. Их горячее дыхание обжигает затылок. От смрада, исходящего из их пасти, меня тошнит. Я зажимаю рот рукой, вбегая в незнакомую уборную.
Она, наверное, предназначена для топовых сотрудников. Здесь очень чисто и приятно пахнет. Но это не имеет значения, когда я замуровываю себя в просторной кабинке. Начиная рыдать. Слёзы струятся по щекам. Солёные. Горькие. Они везде. Меня колотит. Зуб на зуб не попадает. Я вновь задыхаюсь.
Поднимаю ноги, усаживаясь на крышке бачка в позе лотоса. Качаясь из стороны в сторону в попытке себя успокоить.
Какой-то грёбаный ад.
Дурацкий ад.
Мне так себя жалко. И невыносимо хочется, чтобы кто-то обнял. Сказал, что всё будет хорошо.
Я не могла показать бабушке, насколько сломлена. Поделиться своей болью. Только психологу и за деньги.
Обняла себя за плечи, ощущая, как чёрная дыра в грудной клетке стремительно разрастается. Становится бездонной, засасывая в себя остатки моей воли.
А слёзы всё не останавливаются. Текут. Забираются под ворот свитшота, холодя кожу.
Не знаю, сколько я так просидела. Но, что удивительно, за всё это время, кажется, этот туалет не посетил ни один человек.
Я выползаю из кабинки, утыкаясь на своё отражение.
Да уж.
Роковая красотка.
Глаза красные. В них будто насыпали песка.
Возвращаюсь в кабинет.
У моего стола стоит встревоженный Илья.
– Не получилось договориться? – Он понимает всё по моему кислому выражению лица и красным глазам.
Отрицательно качаю головой. Сил ответить вслух нет.
– Через пять минут нас ждут на планёрке. Нужно идти. Ты можешь?
Я могла бы забрать свою кружку, кактус, термос и другие пожитки, которыми успела обзавестись, и уйти.
И плевать, что Тамерлан мне сделает.
Но меня вдруг накрывает ощущение, что я на тропе войны. И проиграв одну битву, я не вправе лишать себя шанса выиграть войну.
Что, если моё нахождение здесь, это шанс его уничтожить?
Глава 6
У меня не нашлось ни сил, ни косметических средств, чтобы избавить свою опухшую физиономию от следов случившейся истерики. И хотя меня тошнило от мысли показаться в подобном виде перед сворой шакалов, пришлось переступить через себя. В очередной раз.
И в следующий раз думать, на чьей территории я проявляю слабость.
В назначенное время нас собрали в просторном конференц-зале, со стульями и постаментом для выступления оратора. За спиной которого располагался огромный экран, видимо для демонстрации презентаций.
Я устроилась на самом дальнем от трибуны стуле, жалея, что у меня нет плаща-невидимки. Для пущей конспирации накинула на голову капюшон свитшота, опустив его до самых бровей. Тень от него должна скрыть воспалённые глаза и красный, всё ещё заложенный нос, которым я с трудом дышала.
После того как мои коллеги расселись по местам, в зал походкой от бедра вошла Нелли. Против воли я заметила, как её цепкий взгляд останавливается на лице каждой девушки. С молчаливой угрозой. Уверена, она охраняет яйца Тамерлана надежнее, чем Кощей своё. Одно. В котором пряталась игла.
Закатила глаза.
Моя персона не привлекла её внимание. А я задалась вопросом, неужели я так сильно изменилась? Мне казалось, что нет. В зеркале угадывались знакомые черты. Только глаза… потухли.
Но всё же на фоне холёной бывшей ученицы, которая наверняка спит по десять часов в сутки, не знает тревог, посещает спа и не вылезает из кабинета косметолога, я смотрелась жалко.
Мои мысли прервал вошедший последним Керимов. Хотя… теперь у него другая фамилия. Он просканировал зал, и мне показалось, что его взгляд задержался дольше всего на моей персоне. Точнее, на изображении Гаечки на моём свитшоте. Сложила руки на груди, защищая бедняжку.
Тамерлан поднялся на постамент. Я недовольно подметила, как уверенно он выглядел. Как прямо держал спину. Он подарил холодную улыбку своим подчинённым, и, видит бог, я слышала, как девушки стали чаще дышать. А температура в зале поднялась на пару градусов.
Фыркнула, испытывая отвращение.
Стоило ему оказаться в центре сцены, как в зале воцарилась гробовая тишина.
Хищник вышел к своей стае.
Я вжалась в спинку стула, чувствуя, как ткань свитшота липнет к взмокшей от холодного пота спине.
– Добрый день, – разнёсся по залу его глубокий баритон. – Я не люблю долгие вступления, поэтому перейду сразу к делу. «ВикториНова» запускает новый флагманский проект.
Экран за его спиной вспыхнул, отобразив мрачный, стильный логотип, украшенный кровавыми подтёками, с рабочим названием «Игра: Страхи».
– Рынок устал от однотипных шутеров, – лил в благодарные уши мёд Тамерлан, медленно прохаживаясь по сцене, перекатывая между длинными пальцами стилус. – Сейчас людям нужны настоящие эмоции. И мы окунём наших клиентов в жизнь, а им для этого даже не обязательно будет выходить из дома. Наша новая игра – это хоррор на выживание. Перед погружением игрок предоставит сетке право на анализ его истории поисков и прочей чепухи, способной отыскать тревожную стресс-точку конкретного игрока. После чего породит его самые жуткие страхи в игре. Кто их преодолеет – молодец. Ну а кто нет – проиграл.
Губы Тамерлана растянулись в жёсткой улыбке. Предвкушающей. Жаждущей слёз и крови. Ну или хотя бы славы и денег.
Меня передёрнуло. Тамерлан всегда был экспертом в том, чтобы находить чужие слабые места и превращать жизнь в персональный ад. Теперь он решил это монетизировать.
Как мило.
– Но, чтобы создать нечто нешаблонное, нам нужно сломать старые рамки, – продолжил он, и его голос звенел от предвкушения. – Привычная структура отделов на время этого проекта замораживается. Я решил провести эксперимент.
По залу прокатился встревоженный гул. Я ещё сильнее вжалась в спинку, ощущая, что это именно меня загоняют в угол.
– Вы все будете поделены на небольшие команды. По пять человек в каждой. Никаких начальников. Все равны. Составы соберёт рандомайзер. Абсолютно хаотично.
Тамерлан дарит своей дикой стае очередной предвкушающий взгляд. Для него вся жизнь – игра.
Я сглотнула подступивший к горлу ком. Я только смирилась с потными подростками. А Игорёк даже стал казаться нормальным парнем. Теперь, очевидно, придётся лишиться и этой вонючей, но понятной гавани.
– Команда, которая через месяц представит лучшую концепцию, получит возможность полностью разработать игру с последующим неплохим процентом от продаж. – Тамерлан выдержал театральную паузу. – И денежный приз в размере пятидесяти миллионов рублей на всю команду.
В зале началась суета и активное обсуждение.
А у меня потемнело в глазах.
Десять миллионов на человека, получается. Я сложно себе представляла, как можно заработать подобные деньги так легко и быстро.
Впрочем, ничего простого в предложении Тамерлана не было. Бой будет идти на смерть.
Счастливых нам голодных игр.
– И последнее.
Голос Тамерлана заставил меня вынырнуть из лихорадочных размышлений. На его губах заиграла кровожадная полуулыбка.
Плохое предчувствие прошлось волной холодных мурашек на коже.
– Я устал сидеть в кресле генерального директора и тоже хочу поучаствовать в битве вместе с вами.
Сердце пропустило удар. Один. Второй. Я забыла, как дышать. Интуиция кричала, что он уже разработал эту игру. И уже нашёл мои глубинные страхи. И главный – находиться с ним рядом.
Проглотила ком. Укусила щёку.
Я выстукивала кедами тревожный ритм, дожидаясь результата перетасовки коллег в рандомайзере.
Господи, пожалуйста. Только не в его команду. Но интуиция мне подсказывала, что «случайность» будет работать по его правилам.
Не прошло и двух минут, как мои предположения подтвердились. На экране моё имя высветилось под именем Тамерлана.
И ещё один неприятный сюрприз. В нашу команду попала и Нелли.
– Боже, ты просто гениален! – выкрикнула она на высокой ноте, отчего у меня задрожали барабанные перепонки. – Мы просто поврём рынок!
Нелли, подпрыгивая, взлетела на сцену, кидаясь Тамерлану на шею с яростным визгом.
Мой взгляд скользнул по его широким ладоням, удерживающим девушку. Вдали от себя. Поднялся выше. Сердце больно ударилось о корсет рёбер, когда я поняла, что он зачем-то смотрит на меня, пока Нелли висит на его шее.
«Паскудная гадина и мразь. И выпендроид», – мысленно выписала в чёрный блокнотик характеристику рядом с именем Тамерлана.
Стряхнула с себя это видение, вставая со стула. Официальная часть собрания закончилась. Борясь с тошнотой, я направилась к выходу. На половине пути в моё одинокое интровертное общество вклинился Игорь.
– Чёрт. Почему эта идея не пришла в мою голову? – раздосадованно бормотал мой бывший руководитель отдела.
На ум ещё не успел прийти ответ, как я ощутила вибрацию телефона.
Смахнула блокировку, обнаружив сообщение.
Иринка.
Моя знакомая. Из той жизни. Тюремной
«Ну ты и негодяйка, Победа. Или ты Беда? Когда встретимся? Знаю, что ты в Москве. Я жажду тебя видеть».
Глава 7
Я не могла дождаться, когда этот выматывавший мне всю душу рабочий день наконец-то подойдёт к концу.
Единственное, что служило хоть каким-то утешением, – масштабные пертурбации между отделами начнутся только завтра. Сегодня всем было велено завершить текущие проекты и собрать личные вещи в коробки.
Я отчаянно старалась заблокировать мысль о том, что с завтрашнего утра мне придётся регулярно взаимодействовать с Тамерланом. Лицом к лицу. В одной команде.
Мой мозг назойливо воспроизводил сценарии, достойные Тарантино. В них я бросалась на Тамерлана с канцелярским ножом. И пока из его ярёмной вены, в которую я ласково ввела острие ножа, хлыщет кровь, заливая всё вокруг, Нелли пытается обезвредить меня, бросая в мою сторону моноблок. И всё это на фоне бодренькой музыки из семидесятых.
