К сожалению, надежды не оправдались. Лягушка поморщилась.
— Ладно бы Кощей… — загадочно проговорила она, но затем чертыхнулась и манерно закатила водянистые глаза под череп. — В общем, сама разберёшься! Противный мужлан! — не сказав больше ничего, царевна упрыгала прочь.
Я же встала, оправила довольно потрёпанную юбку, взяла на руки Истерикса и решила, что если помирать — так с честью!
— Здрасте, к вам можно? — заглянула в приёмную, но вместо Кощея, к своему удивлению, увидела его секретаря — молодого ушлого домовёнка с редкими волосенками на голове.
— Имя! — потребовал он, тыча в меня золотистым пером жар-птицы.
— Яга Бурановна.
— Ага… — секретарь повёл пером по длинному списку должников и тыкнул в нужную строчку. — Яга Бурановна. Налог на избушку, налог на землю за три года жизни, налог на начало предпринимательской деятельности, налог на использование зелий… А также можете выбрать либо налог с каждого сотворённого чуда, либо общий стандартный налог, который в будущем отложат на вашу пенсию. Он немножко больше, зато считать не надо, — тут секретарь хихикнул и высокомерно смерил меня взглядом: мол, кто-то тут считать умеет, а кто-то нет. — Советую выбирать второе.
— Подождите! — возмутилась я. — Вы мне тут что на уши навешиваете? Я вообще не к вам, я к Кощею!
— Думаете, Его Темнейшество к себе первого попавшегося пускает? — рассмеялся секретарь. — Оплачиваем, девушка, долги и на выход.
— Да что же это за дело такое? — возмутилась я, уже порядком уставшая от того, что всю дорогу меня преследует какая-то невиданная бюрократия. — Там заплати, здесь заплати, вы вообще кто? По какому праву на волшебную Ягу бочку катите, а ну!
В итоге, я настолько рассердилась, что схватила из угла стоявшую здесь метлу и ткнула ею в воздух прямо перед носом домового.
— А ну, пускай меня к своему хозяину! Только с ним разговоры вести намерена! Ишь, чего вы захотели — Ягу в рамки загнать! Я вам покажу, как нос задирать! Яга Бурановна врагам не сдаётся!
Истерикс, обрадованный шумихе, залился истошным лаем и запрыгал на своих коротеньких ножках, создавая суету и агрессивно скаля зубы на домового. Того и гляди в тощую ляжку вцепится, не отодрать — мой пёс до косточки в пещере Горыныча не добрался, так что в этот раз добычу законную упускать не хотел.
— Яга… а Яга, может быть, не надо? — попытался утихомирить меня Пузан.
Но я уже разошлась: столько времени не спавши, не жравши, не отдохнувши, и все из меня деньги тянут. Да сколько можно?
— В общем так, или ты сейчас меня пускаешь к Кощею, или я… — я угрожающе замахнулась метёлкой.
Но тут от дальней двери послышался ехидный голос:
— И что же вы сделаете, Яга Бурановна?
Метла казённая как-то сразу из рук выпала, а я испуганно обернулась.
— Ой… А я к вам! — постаралась мило улыбнуться прибывшему на место драки Кощею, но, похоже, мужчина не очень впечатлился моим видом. — Можно, я зайду?
Его Темнейшество переглянулся с секретарём, и тот возле шеи сделал движение рукой, которое я сочла крайне оскорбительным. Это он на что намекает?!
Но Кощей внезапно проговорил:
— Заходите, — и даже чуть посторонился, открывая взору ещё один кабинет за дальней дверью.
Я со всей возможной грацией подняла метлу, с видом победителя закинула её на плечо, а затем не удержалась и показала домовому язык, гордо прошествовав мимо.
Однако же в кабинете начальства вопрос сам собой не решился.
— И зачем же я вам понадобился, Яга Бурановна? — сразу, как только дверь за нашей компанией закрылась, Кощей сложил руки на груди и перекрыл доступ к мягкому креслу, на которое я нацелилась. Вот прямо встал как столб: не обойти не объехать.
— Так я это… — переступила я с ноги на ногу и молча протянула мужчине пустой мешочек из-под денег: мол, смотри, до чего меня жизнь довела!
Кощей взял предложенное, взвесил на ладони, открыл, посмотрел внутрь, затем закрыл и хмыкнул:
— Негусто.
— Это потому, что к вам фиг доберёшься! — огрызнулась я. — Я, между прочим, пострадавшая сторона.
— Да что вы говорите? — усмехнулся Кощей. — Денег нет — значит в тюрьму пойдёте. Неужто не знали? Или сами сдаваться пришли?
— В какую ещё тюрьму? — от возмущения у меня аж дыхание перехватило. — Это вы в наш лес явились и устроили свои порядки, а ядолжна их исполнять? И вообще, на какие шиши вы такие дворцы отстроили? Это всё на наши налоги, да?
— Если разбирать по фактам, то, во-первых, вы налоги не платили, — тут же отбрил меня Кощей, — так что на ваши деньги я точно ничего не строил. А во-вторых, налоговая база, так же, как и законодательная, для всех работников волшебного леса существует уже несколько веков. А то, что предыдущий ваш начальник, царь Салтан, с вас ничего не собирал, так это его проблемы. И прошу заметить, что пенсию он тоже не выдавал. Не слышали, как народ жалуется?
Я нахмурилась.
— А причём тут пенсия?
Кощея, похоже, мой вопрос позабавил.
— А откуда, вы думаете, берутся деньги на пенсию? В вашем лесу последние полгода, как я в должность вступил, старикам и молоко, и овощи подвозят постоянно, и дрова для печи заготавливают.
Я лишь пожала плечами.
— Не знаю. Откуда-нибудь денежки да берутся. Богачи, наверное, оплачивают.
— А богачам нечего делать, кроме как нахлебников на своей шее держать, правда?
— В смысле, нахлебников? — возмутилась я. — Все старые когда-то работали!
— Работали, но всё, что зарабатывали, сами проедали. Если они налоги не платили, то кто их содержать должен? Ежели старый народ зимой в своих холодных норах помирал, то вы лишь оплакивали да потом жаловались, что не доглядели. Не лучше ли всё это под контролем держать, чтобы ответственные лица за всеми приглядывали?
Я насупилась. Вот уж наглая морда! Откуда понять таким зажиточным негодяям, как живёт простой народ? Откуда нам налоги платить, если часто на еду не хватает? Пусть сам из своего кармана достаёт, от него не убудет!
— Мало того, — продолжал Кощей, — этот ваш царь Салтан как раз и отстраивал царские палаты, когда имущество погибших в боях себе забирал. И это вместо того, чтобы обустраивать школы и училища для малолетних. Нормально, по-вашему?
— Знать не знаю никаких Салтанов, — огрызнулась я. — Я вообще из деревни, мне все эти барские разборки неведомы. Кто там, чего и куда…
— И почему я не удивлён? — хмыкнул Кощей. — Не переживайте, я его уже в темницу заточил, так что и не познакомитесь, коль в соседней камере не окажетесь. А между тем, у нас совсем скоро академия стартует для юных жителей Волшебного леса, чтобы умели со своими силами управляться. Вот вы, Яга Бурановна, знаете, как ваши силы работают?
Я пожала плечами.
— Как… как… травки собираю, в воде вымачиваю, кручу-верчу, а потом чудеса делаю. Что тут сложного-то?
— Оно и видно. А вот если бы вы научились, то не только бы писать и считать умели, но ещё и работать лучше начали, а значит, зарабатывать больше. Зажиточные и образованные люди ходили бы к вам, а не покупали на базарах всякую ерунду у шарлатанов.
Я аж подпрыгнула от неожиданности! А это он откуда знает?! Кто принёс информацию на лапках прямо в палаты Кощеевы? Кинула подозрительный взгляд на Пузана, но мой ворон тут же отбрехался:
— Это не я, честное слово! Наверное, сороки опять али голуби подсыльные!
Хотела ещё проверить Истерикса, но пёс внезапно обнаружился прямо на сидушке самого Кощея. Вот прям посередине кресла развалился лапами кверху, явив миру голое пузо и вывалив язык, и уже похрапывал. Умаялся, бедненький, за дорогу дальнюю, а тут такой соблазн мягкий… Он у меня падок на подушечки всякие, не зря всю жизнь со мной в постельке спит. Я осторожно на Кощея покосилась, но тот, по-моему, либо не заметил вторжения, либо не сильно оскорбился тем, что его имущество используют не по назначению.
— Но меня-то никто не учил! — всё-таки предприняла я последнюю попытку выиграть словесную битву. — А если никто не учил, то почему я должна платить за чужое обучение? Я, вообще-то, не добрая сущность, а Яга! Я создана, чтобы людям жизнь портить. Работа такая, вам ли не знать, однако.
— В нашей школе появится возможность всем выучиться, — протянул Кощей, ничуть не оскорбившись, а затем смерил заинтересованным взглядом сначала меня, потом метлу. — Кстати, Яга Бурановна, если денег не принесли, может быть, есть желание отработать?
— Отработать? — переспросила я, облизнув губы. Это на что он намекает, Темнейшая морда?
Глава 9 Месть от Яги и последствия
Я-то думала, Кощей понял, насколько он далёк от лесного сообщества, и попросит меня стать гласом народа, оливковой ветвью переговоров между ним и сказочными жителями. И тогда бы я, конечно, открыла Его Темнейшеству глаза на то, насколько злы и препротивны его злодеяния! И онбы исправился, долги всем простил и в ранг лесных спасителей меня записал.
Я мысленно уже приготовилась к отработке, в которой указываю на промахи Кощея, а он восторженно рукоплещет.
А вот того, что мне выдадут метёлку, совочек и ведро для мусора, я совершенно не ожидала. Вот ни капельки!
— Чтоб ему пусто было, — бормотала я, яростно подметая бесконечные коридоры дворца. — Чтоб у него уши засохли и отвалились! Чтоб мухоморы в подушке проросли… Кстати, это можно устроить…
Я на секунду задумалась, но, услышав покашливание домового, приставленного за мной следить, вновь взялась за дело. Раз денег нет, отработать надо, ишь ты! Домовых ему мало! Меня, потомственную Ягу, за метёлку!
Обида кипела внутри и требовала немедленного выхода. Этот наглый узурпатор ещё пожалеет!
Видимо, последние слова я сказала вслух, потому как ворон на моём плече недовольно поддакнул:
— Ещё как пожалеет! Взял бы лучше и накормил дорогих гостей, так нет же, работать заставил, изверг проклятый!
Мы в это время проходили мимо кабинета Кощеева, в котором нас до этого принимали. Начальник как раз отсутствовал. Он принял всю дожидающуюся его очередь и куда-то смылся. Наверняка, поесть пошёл!
Я ненадолго остановилась, чувствуя, как подступающий голод подстёгивает и без того злодейские планы.
— Слушай, — тихо шепнула своему питомцу, тому самому, который поумнее, — а если мы сейчас…
Пузан покосился на меня коричневым глазом.
— Пакость хочешь сделать?
Я кивнула.
— Ещё какую! Вовек не забудет!
Пузан крепко задумался и думал целый круг, пока я активно орудовала метёлкой. Наконец, кивнул.
— Давай, Ягуся, я в тебя верю! — и тут же скомандовал заскучавшему Истериксу: — Мелкий, за мной!
Не успел бедный домовой понять, в чём дело, как на него набросились сразу два противника. Пузан угрожающе махал тяжёлыми крыльями, норовя добраться до плешивой макушки, а мой пёс просто радовался возможности полаять вволю.
— Что это?! Уберите! — завизжал несчастный, размахивая тонкими ручками, и, после первой неудачной попытки отмахнуться от довольно крупного ворона, бросился наутёк.
— Ка-а-а-ар-р-р! — победно прокричал Пузанчик, бросаясь в погоню.
— Тяв-тя-тя-тяв-в-в! — вторил ему мой батон на ножках, несясь следом и путаясь в собственных конечностях.
Стоило им скрыться за поворотом, как на лицо выползла гаденькая ухмылочка.
— Ой, тут дверь открыта, — хихикнув, возвестила я в пустоту и, не теряя времени даром, нырнула в кабинет злобного начальства.
Уже там огляделась и радостно потерла ручки.
— Хотел облапошить меня, Кощеюшка? Всех-то ты запугиваешь, вокруг пальца обводишь, а сам денежки стрижёшь! Мне тут речи умные разводил про налоги, пенсии, образование, но я-то знаю, на какие шиши такие хоромы отколачивают! Нет, царь подземный! Не с тем ты связался. Моя душа требует справедливого возмездия, и его час настал!
Следующие десять минут я из всех шкафов, со всех полок сгребала огромные кучи бумаг и, не глядя, кидала в центр комнаты.
— Что это? — издевательски хмыкала я, рассматривая непонятные закорючки. — Наверняка, ещё одна расписка про долги или требования какие. В мусор! — папка летела в общую кучу на полу. А я брала следующую и предполагала: — А здесь наверняка что-то про наших братьев леших, а может быть, даже долги самого Горыныча, которого мы по дороге встретили, записаны. Тоже мусор! — папка спикировала к предыдущим, а моё настроение медленно, но верно поползло вверх. — Эх, хорошо! Вовек теперь не разгребётся Кощеюшка!
С этими словами я бросила последние бумаги в общую кучу и радостно потёрла ладошки.
— Ну что, Темнейшество, начнём? Ох, кабачочки-баклажанчики, как же сейчас красиво-то будет! — бормотала я довольно, доставая с полки еле теплящийся светильник и открывая стеклянный купол. Там, в глубокой плошке, наполненной густым, немного чадящим жиром, мерно горел одинокий огонёк. Ну ничего! Сейчас ему повеселее станет. Сейчас ка-а-а-ак полыхнёт!
С восторгом я подожгла одну бумажку, бросила её в огромную кучу и, подталкивая метлой в центр комнаты развалившиеся документы, с радостью смотрела, как пламя разгорается всё сильнее.
— И кредиты, и налоги — всё сгорает мимоходом!
Нет бумажки — нет должочка, нет противного Кощея на порожке!
Я настолько пришла в восторг от собственной задумки, что горланила кривоватые частушки до того самого момента, пока пламя не поднялось к самому потолку и не опалило щёки жаром. И тут меня посетила довольно умная мысль: а если весь замок загорится? Что делать-то будем? Здесь водяных, готовых прийти в любой момент на выручку, вроде как не водится…
— Ой… — пробормотала я, сбивая-колошматя разбушевавшийся огонь своей метёлкой, — ой-ой-ой! Ты это... Давай возвращайся, успокаивайся!
Пламя перекинулось на ковёр, на стены, и я, бросив метлу, запаниковала:
— Караул! Горим!
Выскочив из кабинета, я понеслась по коридорам дворца, оглашая всё вокруг воплями:
— Пожар! Полундра! Свистать всех наверх! Помогите кто-нибудь! Это не я!
Из-за угла выскочил домовёнок, а за ним высунули морды мои подельники. Пузан сделал страшные глаза, явно пытаясь узнать, что я там придумала, но времени уже не оставалось. Схватив за шиворот помощника Кощеева, я потащила его в сторону кабинета, на ходу причитая:
— Честное слово, рядом гуляла, никого не трогала, понятия не имею, что там произошло! Наверняка, кто-нибудь огнедышащий залез, и оттуда ка-а-а-ак полыхнёт! Я вот сразу подобралась и за вами побежала, честное-пречестное слово, ей-богу! Вы только потушите там, пожалуйста…
Как только до парнишки дошёл смысл сказанного, он схватился за голову и бросился к стене, на которой обнаружился длинный тонкий шнур, уходящий куда-то под потолок. С усилием повиснув на нём, домовёнок дёрнул раз, другой, и где-то над нами, в высоких башнях дворца, зазвенел громкий колокол.
— БУМ! — глухо раздалось в сводах пещеры. И ещё раз — БУМ!
— Ну ты, Яга, даёшь! — проворчал Пузан через пару минут, когда вокруг нас собралась целая куча народу. Даже водяных притащили в огромных деревянных кадках. Владыки речные раздували могучие щёки и заливали яростное пламя потоками грязной воды. — Ничего умнее не придумалось?
Я лишь пожала плечами.
