— На всех не хватит, но я её первая нашла! — тут же сориентировалась правая голова, как раз около которой мы столкнулись в первый раз с Истериксом, как говорится, нос к носу.
— Но ты ела неделю назад! — тут же осадила товарку левая. — А у меня и кабанчика дохленького уж две недели на зубах не хрустело! Желудок у нас один, а пасти разные. Пасти надо по очереди использовать!
— Очередь очередью, — постановила центральная, — а самая мозговитая из вас — я. Соответственно, кормить надо в первую очередь меня. Не будет меня — не останется мозгов, вы обе начнёте травку жрать!
Головы чуть не передрались, несколько раз пытаясь укусить друг друга за уши. Наконец, я привлекла их внимание:
— Послушайте, уважаемые, мне крайне неудобно постоянно поддерживать юбку в правильном положении. А если её опустить, то там и панталоны на свет появятся, а это неприлично, знаете ли. Не могли бы вы меня поставить так, чтобы ноги оказались снизу?
— Говорящее оно, — проговорила правая голова. — Не к добру, сожрать надо быстрее.
— А коль шевелиться во рту начнёт? — спросила левая голова.
— Так это же всем известно, — проговорила соседка. — Если кушаешь ягодки и что-то шевелится, надо просто быстрее жевать. С людьми так же работает, точно вам говорю!
«Вот и конец мне пришёл», — печально подумала я, но тут услышала, как Пузан, страдальчески кряхтя и охая, вышел в центр помещения и тряхнул мешочком с деньгами.
Неужели смелости набрался ради меня? Неожиданно, однако.
— Денег тебе, Горыныч, тоже не надо? Неужели Кощей ещё до тебя не добрался? — с явной провокацией в голосе поинтересовался Пузан, позвякивая оставшимися монетками. — А то мы-то как раз к нему направляемся, думали, встретили друга по несчастью, а ты вот так…
Все три головы дружно ахнули и разжали лапы. Я шмякнулась об каменный пол и порадовалась тому, что мозгов в голове немного, иначе бы отбила все.
Сев на седалищное место, потёрла затылок и поинтересовалась:
— Что, вас тоже на налоги посадили, да? Требуют?
Горыныч печально вздохнул:
— Ох, требуют, ещё как требуют…
Я прикинула, что хуже: остаться снова без денег или в принципе не дойти до подземных пещер? Решив, что голова мне всё же ещё понадобится, обречённо спросила:
— Так, может, отпустите меня не сожрамши?
— А сколько заплатишь? — уточнила правая голова.
Последовала долгая пауза.
— Одну монету? — с надеждой уточнила я, улыбаясь во все тридцать два зуба.
Головы переглянулись.
— Нет, — покачалась на шее левая из голов. — Одной — точно мало. Пять давай!
— Пять?! — ахнула я.
Я вырвала мешочек из крылышек Пузана и засунула туда нос.
— Так у меня же всего… — быстро пересчитала: — Раз, два, три, четыре. пять. И всё! Нет, так не пойдёт! — возмутилась искренне. — Тогда жрите, можете начинать!
Центральная голова нахмурилась:
— Нет, тогда нам совсем не выгодно. Давай на четырёх сойдёмся?
— Две — не больше! — стояла я на своём, выпячивая лоб, как баран.
В итоге спорили мы до хрипоты, так что стены каменные дрожать начали. И в результате вышла я из пещеры с мешочком, похудевшим на целых три монеты. Но чувствовала себя победителем, потому что впервые в жизни смогла сторговаться с самим Горынычем! Аж гордость брала.
— Что делать будем? — поинтересовался Пузан, печально вздыхая.
— Две монеты — это, конечно, плохо, — кивнула, но затем повеселела: — но лучше, чем полпирога с капустой, согласись?
Глава 7 Проход только для своих
Ну и город Кощей под землёй построил!
Мы только из прохода вышли и тут же встали как вкопанные, сражённые… поражённые… обалдевшие от подобной красоты!
Я-то думала, мы как выйдем, так что-то типа башни найдём, где на самом верху Кощей сидит, а в подвалах у него пленные несчастные налогоплательщики обитают. А оказывается — этот грозный мужик под землёй огромный град отстроил! Прям как у князей земных. И что самое интересное — там живут и люди, и волшебные существа разные. В основном, конечно, суровые мужчины, но я даже несколько женщин и детей увидала.
— Вот вам и «прямо идите», — пробормотала я, раздумывая, а как нам теперь через все эти улицы к замку-то попасть. Замок Кощеев прямо из-под земли высился до самого верха пещеры: голову задерёшь — и потолка не видать. Но делать нечего, срок, данный Кощеем, уже почти вышел, и я, взяв в руки всё своё мужество, потопала вперёд.
Идём мы по улице, а вокруг люди суетятся, кушать готовят, и каждый первый жуёт чего-нибудь!
— Время… обеда, — мрачно проинформировал Пузан. Откуда информация у него о времени — загадка, но все ж едят! Не поспоришь!
Мимо прошёл ребятёнок, с удовольствием обсасывая сахарного петушка на палочке. В животе как забурчало — самой невозможно слушать!
А как дошли мы до палатки с беляшами, так и встала я как вкопанная.
— Не могу, не могу больше! Вот умру сейчас, если пирожком с мясом не разживусь!
— Э-э-э, Яга, ты это… у нас и так денег мало! — возмутился Пузан, вставая грудью перед ларьком. — Чем мы с Кощеем расплачиваться будем?
— Честное слово, Пузанчик, если не поем, прямо здесь лягу! — ответила я со всей душевной честностью. Слюни от голода уже чуть ли не на мостовую капали. Посмотрела вниз — а действительно капают! Только не мои, а Истерикса.
Пёс мой, настроившийся поесть от пуза, на ворона противного зарычал, что стоял между нами и вожделенным беляшом. А потом как залает громко-громко!
— Не пройдёшь! — кричал Пузан, размахивая крыльями.
— Тя-тя-тяв! — заливался пёс, наскакивая на неприятеля.
Еле разняла их.
В итоге, лишился мой мешочек ещё одной монеты и оттого даже позвякивать перестал. А я сидела на ступеньках города, смотрела, как орудует напротив леший незнакомый, что здесь кузнецом работал, прямо рядом с людьми обыкновенными! И счастливо жевала пирог с мясом. Рядом чавкал Истерикс. И даже Пузан, хоть и бурчал громко-громко, а всё же свою порцию проглотил крайне быстро и теперь делал вид, что нас осуждает.
Наевшись и напившись водой из колодца, побрели мы дальше. Шли мы, шли, а потом ещё шли, поднимались по высокой лестнице и к концу подъёма заработали одышку.
Перед самой дверью в царские палаты остановил нас домовой.
— Чего надобно? — хмуро осведомился он, разглядывая подозрительно, чуть ли не принюхиваясь. — На какое время записаны?
Я растерялась.
— В смысле — на какое? Я к Кощею иду, понимаете…
Домовой только отмахнулся.
— Тут все к Кощею. Время какое у вас записано?
Я переглянулась с товарищами. Так, а это что — записываться надо было?
— Слушайте, уважаемый, — попыталась объяснить я. — Я сама пришла, даже не стала дожидаться, чтобы Его Темнейшество наверх прибыл. Потратила своё время, деньги и вообще…
Говорить о том, что на самом деле я боялась, как бы Кощей меня выселять из избушки не пришёл, и поэтому сама притопала, я благоразумно не стала. Чай, не дурочка какая-нибудь. А так, глядишь, раз сама на поклон явилась, Кощей, может, и половину долга скосит. Или сколько там получается после всех расходов дорожных?
Сейчас, конечно, денег почти не осталось, но, стоя перед самым дворцом, отступать стыдно. Раз пришли — пускай принимает нас Кощей!
Это я и попыталась было объяснить.
Но домовой заартачился.
— Нет, — упёр он руки в бока, — только по расписанию, только по записи. А коли не записывались — так идите с миром.
Истерикс хотел уже было в бой кинуться, только я не дала. Посмотрела просящими глазами на домового и сказала:
— Послушайте, миленький, ну пожалуйста, ну пустите нас! Мы столько времени шли, ножки устали. А Кощей, он же нас как родных встречать должен. Мы же с ним это… одной крови — герои сказочные, злобные. Он меня наверняка ждёт, понимаете? Сам сказал, что ко мне внимание повышенное! Яга я! Яга, понимаете? Это не абы кто! Не Волк Серый добропорядочный, не Василисы прекрасные, премудрые, тьфу, неженки всякие! А вот такая же сущность недобрая, как и он сам. Пропустите скорее — честное слово, он сразу скажет, что только меня и ждал!
Я искренне надеялась, что этот самый Кощей не прогонит нас взашей после этих слов. С другой стороны, в первую нашу встречу мы действительно друг друга как-то по-особенному почувствовали. Ведь не зря же в груди трепетало! Я тогда, по глупости конечно, считала, что от злости. А вот сейчас подумала, что может, всё и не так! Может, это душу родную почуяла!
В общем, уламывала я домового, уламывала… В итоге он обернулся вокруг, подсматривая, никто ли не подслушивает нас, а затем коротко шаркнул ножкой.
— Яга, говоришь? Ручку позолоти, Яга. И пропущу к Кощею. Обещаю!
— Да что же это такое! — возмутилась я. — Последнее отнимают! Сколько можно? То тому ручку, то этому ручку! А я в одних подштанниках перед Кощеем предстану?
Я прижала похудевший мешочек к груди и сказала, что нет, не пойду на подобное! Домовой пожал плечами:
— Ну, тогда до свидания.
— Нет, мне это тоже не подходит!
Спор перешёл на второй круг, но теперь уже денежный.
В итоге, решив, что настоящую Бабу-Ягу Кощей будет рад видеть и за просто так, я рассталась с последней монетой, решив: «Сгорел сарай — гори и хата!» Вдобавок, если просить рассрочки, лучше это делать на территории неприятеля. Я с гордым видом положила медяк на морщинистую ладонь и кивнула.
— Всё, веди нас к Кощею!
Домовой, радостно оскалившись, сунул монету в карман пиджачка и отворил дверь.
— Идите уже, подождите где-нибудь в коридоре. Там таких, как вы, целая очередь. Последние будете.
Домовой затолкал нас внутрь помещения, чтоб не задерживались, и я громко ахнула. Даже Истерика с рук уронила. Видимо, не только меня ушлый домовишка развёл на оплату! Весь коридор полнился сказочными собратьями! Попадались даже такие особи, которых я в жизни не видала.
Пузан ко мне аккуратно бочком приблизился.
— Это что, лихо там у стеночки притулилось?
Я ему посоветовала:
— Ты глаза закрой и лучше не смотри в ту сторону. Давайте просто сядем где-нибудь поскромнее и подождём Кощея, нас-то он всяко раньше всех примет!
Мило улыбнувшись собравшимся, громко спросила:
— Кто тут последний?
Пышнотелая царевна-Лягушка тёмно-зелёного цвета манерно подняла лапку, и я быстренько приземлилась сразу за ней.
— Те, кто по талонам, идут первые, — пояснила новая соседка. — Ну, а мы — как получится. Я вот принцесса заморская. А вы кто у нас будете?
— А я… Яга… обыкновенная…
Глава 8 Попали к Кощею!
Мои надежды на то, чтобы пройти без очереди, не оправдались. Оказалось, что соседи по ожиданию довольно агрессивны. Стоило мне сделать лишь шаг по направлению к приёмной, как зашикала добрая половина толпы.
— Да я только спросить! — невинно улыбнулась, надеясь на сказочную солидарность. В конце концов, у нас у всех одна цель, а мне действительно ненадолго надо. Кощей как только меня увидит, так сразу и примет положительное — для меня, конечно, — решение.
— Сиди где сидела! — булькнула со своего места водяная, потрясая объёмным пузом. — Ишь, развелось негодяек рыжих! — она почти оскорблённо погладила лысую синюю макушку и фыркнула.
— Чем вам рыжие не угодили? — поправила я шикарные кудри и покачала головой. — Вы, уважаемая, видимо жизнью обижены, если лишь по цвету волос существ разумных определяете. А я, между прочим, с Кощеем знакомая. Он меня ждёт, сам сказал, чтобы это… — задумалась, чтобы такого соврать, — …сказал, в общем, что проходить можно мне в любое время, вот!
— Вот прям так и сказал? И что, напролом пойдёшь? — хихикнула кикимора, довольно нагло привалившись к плечу меланхолично задумчивого богатыря. Ни разу такого не видала, новенький, наверное.
У кикиморы, кстати, почему-то отсутствовал клок волос и под глазом наливался свежий синяк. Хотя, если оглядеться, то недалеко от меня в небольшом корытце сидела полуголая русалка. Девушка потирала расцарапанную скулу и время от времени обиженно шмыгала маленьким круглым носиком. Я сделала серьёзное лицо, постаравшись не хихикнуть, потому что быстро сделала вывод, кто из барышень застолбил себе право рядом с богатырём сидеть. Видимо, к хорошим мужикам тоже очередь, как и к Кощею.
Я почесала в затылке, не желая нарываться среди воинственно настроенных сказочных созданий. На всякий случай переглянулась с Пузаном. С Истериксом переглядываться не стала — у него мозгов ещё меньше, там и мыслей мне нужных не водится.
— Не мельтеши и сядь на место, рыжая! — постановил незнакомый леший и упёр руки в бока, ознаменовав окончание разговора.
Я не нашла даже малюсенькой лазеечки, чтобы как-то получше устроиться. Пришлось смириться с поражением и усесться обратно на маленькую низенькую лавочку, видимо, поставленную для того, чтобы дать понять, насколько невеликими считаются гости Кощеевы в этом замке.
В итоге, спустя часа три — или, может быть, чуть больше — когда я уже успела задремать, меня растолкала царевна-Лягушка, выпрыгнувшая из приёмной.
— Иди давай, — прошептала она, хмуро поглядывая через плечо. — А то за тобой ещё целая куча народу припёрлась, как бы не обогнали на поворотах.
— Как у тебя всё получилось? — сонно переспросила я, крайне надеясь, что Кощей сейчас в хорошем настроении.
