Беру в руки кольцо, сжимаю в кулаке. Мама отдала его мне перед отъездом к родне.
«Это все, что у нас осталось от счастливых дней, – сказала она тогда. – Сохрани. Может быть, когда-нибудь ты сможешь отомстить за отца». Тогда мне было пятнадцать, и месть казалась несбыточной мечтой. Что мог сделать бездомный подросток против могущественной семьи?
Но я не сдался. Двадцать лет строил империю, копил силы, ждал момента. И теперь он настал. Кладу кольцо обратно, закрываю шкатулку. Пора действовать дальше.
Звонит Али.
– Эльдар Магомедович, у нас проблема. Богаев усиливает безопасность. Нанял дополнительную охрану.
– Испугался?
– Похоже на то. И еще, он пытается выяснить, кто стоит за атаками. Подключил частных детективов.
– Пусть ищет. Пока ничего не найдет.
– А что с девушкой? Она по-прежнему без охраны?
– Пока да. Но это может измениться. Нужно действовать быстрее.
– Понял. Когда переходим к решающему этапу?
Смотрю на календарь. Сегодня четверг. В понедельник у Амины начинается новая неделя практики. Обычно в этот день она остается в больнице допоздна.
– В понедельник. Подготовь все необходимое.
– Какие инструкции по девушке?
– Никого не калечить. Никакого физического вреда. Но и никакой жалости. Она должна понять, что время игр закончилось.
– А что делать, если она будет сопротивляться?
– Будет. Она из тех, кто сдается только сломанная. Но это не наша проблема. Главное – доставить целой и невредимой.
– Куда доставить?
– Старый дом родителей матери в горах. Там она будет ждать, пока ее братец не поймет цену своих грехов.
Отключаю телефон и снова подхожу к окну. Где-то там, в этом городе, Амина Богаева заканчивает свой обычный день. Встречается с подругами, смеется, строит планы на будущее.
Не знает, что будущего у нее нет. Что через четыре дня ее беззаботная жизнь закончится навсегда. А может, и знает. Подсознательно чувствует опасность. Недаром постоянно оглядывается, ловит подозрительные взгляды.
Но гордость сильнее инстинкта самосохранения. Она не может поверить, что кто-то осмелится поднять руку на дочь Богаева.
Узнает. Очень скоро узнает.
Беру со стола еще одну фотографию: нашей семьи на празднике. Я маленький, лет десяти, сижу между родителями. Все счастливые, улыбающиеся. Не знаем, что через пять лет от этого счастья не останется ничего.
– Папа, – тихо говорю в пустоту, – я не забыл. И не прощу.
За окном садится солнце, окрашивая горы в багровый цвет. Красивый закат. Возможно, один из последних, которые Амина Богаева увидит на свободе.
А завтра я продолжу разрушать империю ее брата. По кирпичику, по рублю, по мечте. Пока он не поймет: некоторые счета никогда не списываются.
Даже через двадцать лет.
Глава 5
Амина
Понедельник в кардиологическом отделении начался как обычно – обход с заведующим, разбор сложных случаев, помощь медсестрам в подготовке к операциям. Но что-то сегодня идет не так. Не могу понять, что именно, но какое-то смутное беспокойство не покидает меня с самого утра.
– Амина, ты как-то рассеянна сегодня, – замечает доктор Магомедов, когда мы изучаем кардиограмму пациента. – Что-то случилось?
– Нет, все в порядке, – быстро отвечаю, стараясь сосредоточиться на работе. – Просто плохо спала.
– Тогда сосредоточься. В медицине рассеянность недопустима.
– Да, конечно.
Но сосредоточиться не получается. Весь день ловлю себя на том, что оглядываюсь по сторонам, вздрагиваю от резких звуков. Словно кто-то наблюдает за мной из-за угла.
В обеденный перерыв иду в кафе в первом этаже больницы. Беру салат и чай, сажусь за столик у окна. И снова это чувство, будто чьи-то глаза сверлят затылок.
Резко оборачиваюсь. За соседним столиком сидит мужчина средних лет в обычной одежде, читает газету. Ничего подозрительного. Но когда я повернулась, он быстро отвел взгляд.
«Паранойя, – говорю себе. – Обычный посетитель кафе».
Но паранойя ли? Утром, когда я шла от парковки, где меня высадил водитель, заметила того же мужчину возле аптеки. А вчера вечером он стоял на остановке напротив нашего дома.
Достаю телефон, делаю вид, что читаю сообщения, но украдкой наблюдаю за ним. Мужчина допивает кофе, встает, направляется к выходу. У двери оборачивается, наши глаза встречаются. Он быстро отворачивается и выходит.
Сердце колотится. Это уже не совпадение.
Возвращаюсь в отделение, но мысли заняты не работой, а странным незнакомцем. Кто он? Почему следит? И главное, что ему нужно?
– Амина, – зовет медсестра Патимат, – тебя в коридоре кто-то спрашивает.
– Кто?
– Мужчина. Сказал, что по личному вопросу.
– А где он? – выхожу в коридор. Никого нет.
– Странно, – удивляется Патимат. – Только что здесь был. Спрашивал именно тебя. Знал твое имя и отчество.
– Как он выглядел? – холодок пробегает по спине. Знал имя и отчество? Откуда?
– Обычно. Средний рост, темные волосы. Прилично одетый.
Тот самый мужчина из кафе?
– Он не сказал, зачем я ему нужна?
– Нет. Сказал только, что подождет на улице.
Подхожу к окну, выглядываю во двор больницы. Никого подозрительного не вижу, но чувство тревоги усиливается. Остаток дня проходит в напряжении. Каждый шорох, каждый незнакомый голос заставляет вздрагивать. К вечеру голова раскалывается от постоянного стресса.
Выхожу из больницы в семь, как обычно. Водитель Исса ждет у входа.
– Домой?
– Да, домой.
По дороге рассказываю ему о странном мужчине.
– Может, журналист какой? – предполагает Исса. – Про семью вашу хочет написать.
– Журналист бы представился. А этот...
– А этот что?
– Прячется. Наблюдает. Это не журналист.
– Может, брата предупредить?
– Не стоит. Пока ничего конкретного нет. Одни подозрения.
Но дома не выдерживаю. Мирлан еще не вернулся с работы, зато Полина кормит сына, подсаживаюсь к ней за стол.
– Полина, можно вопрос?
– Конечно.
– Когда тебя похитили... ты заранее чувствовала опасность?
Она замирает с ложкой в руке.
– Почему ты спрашиваешь?
– Просто интересно. У женщин ведь интуиция развита.
– Нет, но мне было страшно, а вот моя подруга Лиза чувствовала, – медленно отвечает она. – За несколько дней до... того случая. Ей казалось, что за домом следят. Но я думала, это паранойя.
– И что было дальше?
– Дальше оказалось, что это не паранойя, – Полина пристально смотрит на меня. – Амина, что происходит?
– Ничего особенного. Просто последние дни такое же ощущение.
– Какое именно?
– Что меня кто-то изучает. Знает мой распорядок, появляется в неожиданных местах.
– Ты говорила Мирлану?
– Не хочу его волновать без причины.
– Амина! – Полина берет сына, кладет на грудь, легонько хлопает его по спине. – Это и есть причина! После того, что со мной случилось, любая угроза...
– Это не угроза! Просто странный тип маячит рядом. Может, он влюбился и не знает, как познакомиться.
– А может, готовит похищение! – Полина встает, начинает ходить по кухне. – Амина, ты понимаешь, в каком мире живешь? У вашей семьи есть враги!
– У Мирлана есть враги. У меня их нет.
– Для врагов ты такая же Богаева, как и он! И если кто-то хочет ударить по Мирлану...
– Хватит! – резко прерываю ее. – Не накручивай себя! Это всего лишь подозрения!
В этот момент в дом входит Мирлан. По его лицу видно, что день был тяжелый.
– Что за крики? – спрашивает.
– Полина считает, что меня кто-то преследует, – говорю с нарочитым равнодушием.
– А ты как считаешь?
– Я считаю, что все слишком подозрительны после истории с Полиной.
– Расскажи подробно, – Мирлан подходит ближе, внимательно смотрит на меня.
Неохотно рассказываю про странного мужчину, про ощущение слежки. Брат слушает молча, лицо каменеет.
– И ты думаешь, это просто совпадение? – спрашивает, когда заканчиваю.
– А что еще?
– Амина, сегодня я получил вот это, – он достает из портфеля конверт без обратного адреса. – Посмотри.
Открываю конверт. Внутри – старая фотография. Два мужчины пожимают руки, улыбаются в камеру. Одного я узнаю, это папа, только молодой. Второго не знаю.
– Кто это? – показываю на второго мужчину.
– Магомед Радзиев. Бывший партнер отца.
