– А взамен? – Мой голос дрожал от сдерживаемой ярости.
– Взамен он оставит вам достойное содержание на детей. Вы сможете начать новую жизнь.
Новую жизнь. В сорок шесть лет, с двумя детьми и разбитым сердцем. Какую новую жизнь она себе представляет?
– Знаете, Оля, – Алиса села обратно, скрестив ноги. – Я не хочу быть злой. Но посмотрите правде в глаза. Когда вы последний раз чувствовали себя желанной? Когда Антон последний раз смотрел на вас как на женщину, а не как на... ну, как на предмет мебели?
Ее слова резали как бритва, потому что были правдой. Болезненной, унизительной правдой.
– Вы уже прожили свою жизнь, – продолжала она безжалостно. – Родили детей, построили дом, были женой и матерью. А теперь дайте ему прожить его жизнь. С женщиной, которая его достойна.
"Которая его достойна." Эти слова взорвались в моей голове, как граната. Значит, я недостойна? Значит, двадцать два года жертв, любви, преданности – это ничто?
– Кроме того, – Алиса погладила свой живот, – скоро у него будет новая семья. Ребенок, который действительно нужен и желанен. А не появился на свет по залету, как ваши дети.
По залету. Она назвала моих детей результатом залета. Моих прекрасных, умных, любимых детей.
Что-то во мне сломалось. Окончательно. Безвозвратно.
Я не помню, как оказалась рядом с ней. Не помню, как замахнулась. Помню только хлопок ладони по ее идеальной щеке и ее вскрик от неожиданности.
– КАК ТЫ СМЕЕШЬ! – заорала я, и мой голос не был похож на человеческий. – КАК ТЫ СМЕЕШЬ ГОВОРИТЬ О МОИХ ДЕТЯХ!
Алиса держалась за щеку, в ее глазах было настоящее потрясение. Наверное, никто никогда не поднимал на нее руку.
– Ты... ты ударила меня, – прошептала она.
– И ударю еще раз, если не уберешься из моего дома! – Я тряслась всем телом, адреналин бурлил в крови. – УБИРАЙСЯ! НЕМЕДЛЕННО!
Алиса поднялась, придерживая щеку. На ее лице расцветало багровое пятно – след моей ладони.
– Вы пожалеете об этом, – сказала она тихо, но в ее голосе звучала угроза. – Антон узнает, что вы сделали. И тогда...
– Тогда что? – Я сделала шаг к ней, и она инстинктивно отступила. – Он бросит меня? Так он уже это сделал! Найдет себе другую? Так он уже нашел! Что еще ты можешь мне угрожать, крошка?
Впервые за все время Алиса выглядела неуверенной. Ее маска совершенства треснула, показав испуганную девчонку.
– Я хотела решить все цивилизованно, – пробормотала она, направляясь к выходу.
– Цивилизованно? – Я засмеялась истерически. – Разрушить чужую семью цивилизованно? Украсть чужого мужа цивилизованно? Назвать чужих детей залетом цивилизованно?
Она остановилась у двери, обернулась. В ее глазах я увидела холодную ненависть.
– Знаете что, Оля? Может, и к лучшему, что все произошло именно так. Теперь Антон сам увидит, какая вы. Озлобленная, истеричная, агрессивная. Он поймет, что правильно сделал, уйдя от вас.
Дверь захлопнулась за ней с оглушающим грохотом.
Я стояла посреди прихожей, тяжело дыша, и чувствовала, как из меня уходят последние силы. Адреналин схлынул, оставив после себя опустошение и жгучий стыд.
"Что я наделала? Боже, что я наделала?"
Ударить беременную женщину... Неважно, какая она стерва, неважно, что она разрушила мою жизнь. Я ударила беременную. Антон никогда мне этого не простит.
Телефон зазвонил через полчаса. На экране высветилось имя мужа.
– Алло? – Мой голос звучал хрипло.
– ОЛЬГА! – Он кричал так, что я отодвинула трубку от уха. – ТЫ СОВСЕМ СОШЛА С УМА?!
– Антон, я...
– ТЫ УДАРИЛА БЕРЕМЕННУЮ ЖЕНЩИНУ! БЕРЕМЕННУЮ! У НЕЕ СИНЯК НА ВСЮ ЩЕКУ!
Каждое его слово било больнее физического удара.
– Она... она оскорбляла наших детей, – попыталась оправдаться я.
– НАШИХ? – Его смех был полон яда. – Какие еще "наших"? Ты себя слышишь? Ты превратилась в озлобленную старуху! В базарную бабу!
Озлобленная старуха. Те же слова, что произнесла Алиса. Значит, он именно так обо мне и думал.
– Я защищала своих детей, – прошептала я.
– От чего? От правды? Оля, посмотри на себя! Ты растолстела, опустилась, превратилась в... в карикатуру на женщину! И теперь еще и дерешься! На тебя просто жалко смотреть!
Эти слова добили меня окончательно. "На тебя жалко смотреть." Мой муж, отец моих детей, человек, которого я любила больше жизни, сказал, что на меня жалко смотреть.
– Я собираю вещи, – продолжал он холодно. – И больше не вернусь в этот дом. Никогда. Ты сама все разрушила, Оля. Сама.
– Антон, пожалуйста... – Я плакала, не скрывая слез.
– Нет. Все кончено. Завтра утром придет курьер с документами на развод. Подпишешь без разговоров.
– А дети?
– Дети сами решат, с кем им жить. После того, что ты сегодня устроила, думаю, выбор будет очевиден.
Гудки. Он повесил трубку.
Я медленно опустилась на пол, прижимая телефон к груди. Все кончено. Двадцать два года брака, семья, будущее – все рухнуло за один день.
И знаете, что самое страшное? В глубине души я понимала, что он прав. Я действительно превратилась в то, что он описал. Толстую, озлобленную, потухшую женщину, которая утратила все то, что когда-то делало ее привлекательной.
"Но ведь я стала такой не только из-за себя, но и из-за тебя, – думала я сквозь слезы. – Ради наших детей, ради нашего дома, ради нашей семьи. Я пожертвовала собой ради вас всех. А теперь вы говорите, что это была ошибка?"
Может быть, и была. Может быть, самая большая ошибка в моей жизни – это то, что я перестала быть собой ради других.
Но исправить это было уже поздно. Слишком поздно.
За окном начинался дождь, и его капли по стеклу напоминали слезы. Мои слезы. Слезы женщины, которая только сегодня поняла, что прожила чужую жизнь.
И теперь мне предстояло учиться жить своей. Если я еще помню, как это делается.
Глава 4
От лица Оли
Утро встретило меня на полу в прихожей. Я так и не смогла подняться с того места, где рухнула после разговора с Антоном. Шею ломило от неудобной позы, в спине стреляло, а во рту был привкус горечи – словно я всю ночь жевала полынь.
Солнечный свет, пробивающийся сквозь окно, казался издевательски веселым. Как можно светить так ярко, когда чья-то жизнь лежит в руинах?
Я медленно села, разминая затекшие конечности, и взгляд упал на семейную фотографию в рамке на столике. Мы все вместе – я, Антон, Максим и Катя – на даче у моей мамы два года назад. Все улыбаются, все счастливы. Антон обнимает меня за плечи, и в его глазах нет того презрения, которое я видела вчера.
"Когда все изменилось? В какой момент я превратилась для него из любимой женщины в обузу?"
Мама... Боже, мама. Если бы она была жива, что бы сказала на все это? Наверное, как всегда: "Олечка, мужчины – они как дети. Нужно их прощать." Но мама не знала, на что способен "ребенок" Антон.
Я поднялась, чувствуя, как каждая мышца протестует против движения, и поплелась на кухню. Нужно было что-то съесть, хотя одна мысль о еде вызывала тошноту. Но организм требовал топлива для продолжения этого кошмара.
Открывая холодильник, я машинально глянула на магнитики с семейными фотографиями. Один из них привлек внимание – мы с мамой на крыльце ее дома в деревне. Дом, который она завещала мне. Дом, который мы продали год назад...
И тут меня ударило. Как молнией. Так сильно, что я схватилась за дверцу холодильника, чтобы не упасть.
Деньги от продажи маминого дома.
Пять миллионов рублей. Пять миллионов, которые должны были пойти на мое лечение – у меня уже год болели суставы, врачи подозревали артрит, но хорошие клиники стоили денег. Денег, которые лежали на нашем общем счету и... и которые Антон тратил на свою любовницу.
Руки тряслись, когда я включала ноутбук. Пароль от банка я знала – мы всегда делили все пополам. "Какая же я была наивная дура."
Выписка по счету загружалась мучительно долго. Каждая секунда растягивалась в вечность. И когда цифры появились на экране, мир вокруг меня покачнулся.
Остаток: 47 326 рублей.
Два миллиона превратились в сорок семь тысяч. За год. За год моей слепоты и доверия.
Дрожащими пальцами я стала прокручивать операции. И с каждой строчкой ужас нарастал как снежный ком.
"Ювелирный магазин 'Тиффани' – 180 000 рублей." "Ресторан 'Золотое руно' – 25 000 рублей." "Отель 'Ритц Карлтон' – 87 000 рублей." "Автосалон 'Премиум' – 450 000 рублей."
Страница за страницей. Месяц за месяцем. Мои мамины деньги – деньги от продажи дома, где я провела детство, где остались самые светлые воспоминания – уходили на рестораны, украшения, машины для его молодой любовницы.
Тошнота подкатила к горлу такой волной, что я едва успела добежать до туалета. Меня выворачивало так, словно организм пытался извергнуть не только содержимое желудка, но и всю эту боль, всю эту горечь предательства.
"Мамочка, прости меня. Прости, что не уберегла твои деньги. Прости, что доверилась этому подонку."
Слезы лились рекой, смешиваясь с рвотными массами. Я сидела на полу грязного туалета и рыдала – о маминых деньгах, о своем здоровье, о том, что теперь лечиться будет не на что.
Но хуже всего было другое. Хуже всего было понимание того, что Антон украл у меня не просто деньги. Он украл последнюю связь с мамой, последнюю возможность чувствовать ее заботу даже после смерти.
Когда приступ тошноты прошел, я медленно вернулась к компьютеру. Надо было увидеть все до конца. До самого дна этого предательства.
И тут я заметила странную регулярность. Каждое пятнадцатое число месяца со счета снималось ровно пятьдесят тысяч рублей. Переводом на карту, которой у меня не было.
Пятьдесят тысяч в месяц. Шестьсот тысяч в год. На что, черт возьми, он тратил такие деньги?
Я набрала номер банка, дождалась оператора.
– Добрый день, можете сказать, на какую карту переводились средства? – мой голос звучал удивительно спокойно.
– Секунду... Это карта, оформленная на Алису Дмитриевну Морову.
Алису Дмитриевну Морову.
Он содержал ее. На мои мамины деньги. Пятьдесят тысяч в месяц – больше, чем я получала, работая в школе.
Трубка выпала из рук, и я услышала собственный крик. Дикий, животный крик отчаяния и ярости. Он рвался из груди, раздирая горло, выворачивая душу наизнанку.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/raznoe/110-kg-74330852/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
